Пролог
7 ноября 2023 г., 16:34
Примечания:
Фанфик был переделан, дополнен и в некоторых моментах изменён.
Пролог
**7 ноября 2023 г., 16:34**
**Примечания:**
Фанфик переработан, дополнен и частично изменён.
Когда на тебя смотрит холодное дуло пистолета, страх должен сковывать тело. До слёз, до дрожи в коленях, до заикания, от которого язык прилипает к нёбу. Как может быть иначе, если ты знаешь: этот чёрный ствол отнял десятки, сотни жизней — людей, чья ценность, ум и доброта затмевали твою жалкую, потрёпанную шкуру? Да, именно шкуру — никчёмную, словно рваная тряпка, втоптанная в грязь под тяжёлыми ботинками твоего палача. Их подошвы оставляют на полу серо-чёрные разводы, будто следы отравленной земли, и каждый шаг отдаётся глухим эхом в пустом помещении.
Ощущала ли Тсуна эту грязь на себе? Скорее нет, чем да. Она и сама была грязью — вязким болотом, в которое превращается земля после весеннего таяния снега. Жижа, что не высыхает, как бы ярко ни пылало солнце. Её душа, её суть — всё это тонуло в липкой, непроглядной тьме, где не было места надежде.
— Есть что сказать, Савада Тсунаёши? — Голос её убийцы гремит, как набат, отражаясь от голых бетонных стен. Каждое слово — словно удар молота, скрежещущее, проникающее в уши, в самую глубину сознания.
— Нет, — отвечает Тсуна, и её голос звучит ровно, почти безжизненно. Умолять бессмысленно. Этот монстр не знает пощады, и выторговать жизнь у него так же невозможно, как поймать тень. — Делай, что должен.
— Наконец-то правильный ответ.
Боль приходит мгновенно — острая, раздирающая, но в то же время ожидаемая. Тело Тсуны отбрасывает назад, и она с глухим стуком врезается в холодную стену. Мир вокруг замирает. Тишина звенит в ушах, заглушая всё, кроме стука её собственного сердца, которое ещё бьётся, но уже на пределе. Её глаза, затуманенные болью, цепляются за ботинки убийцы — чёрные, покрытые пылью и грязью, они медленно приближаются, каждый шаг отмеряет последние мгновения её жизни. Он хочет убедиться. Убедиться, что Савада Тсунаёши безвозвратно и окончательно мертва.
В этот момент в её груди вспыхивает нелепое, абсурдное желание рассмеяться. Но вместо смеха из горла вырываются лишь жалкие, булькающие звуки — кровь заливает лёгкие, мешая дышать. Странно… Почему она вообще способна думать о смехе? Разве в её видениях, что мучили её ночами, она не получала пулю в лоб? Разве не умирала мгновенно, в течение двадцати секунд, когда мозг прекращает функционировать, а тело становится пустой оболочкой?
Ответ приходит быстрее, чем она успевает осознать. Перед её затуманенным взглядом снова возникает дуло пистолета — чёрное, безжалостное, как сама смерть. Это ещё не конец.
— От судьбы не уйдёшь, Тсуна, — голос убийцы сочится ядом, каждое слово — как нож, вонзающийся в её разум. — Разве не это я должен был сказать в этот момент?
Ещё один булькающий звук застревает в её горле. Тсунаёши хочет закричать, что всё не так, что всё неправильно, что судьба не должна быть такой жестокой. Но сил нет. Щёлкает курок. Грохот выстрела разрывает тишину, и мир погружается во тьму.
