Aen Woedbeanna

Солнце опускалось к горизонту. Небо осветило красное зарево. Из шатра в шатёр сновали эльфы. Виллеас был невероятно зол. Казалось, что таким белки видели его раз в пятьдесят лет, потому и были так взволнованны. Йорвет был непривычно бледным. Травница не просыпалась уже второй день. Благо, была ещё жива, но надолго ли? — Сэлиан, вспоминай ещё! Кто с вами сидел? Кто был рядом с ней из наших или чужих? — Виллеас, я назвал всех, кто там был на поляне. Надо обыскивать шатры, сумки. — Подозреваешь кого-то? — Была пара. Молодые эльфы. Они не так давно появились в лагере. — У нас много эльфов пришло в последнее время. Можно подозревать их всех. — Остальные в компании были наши. Они бы на такое не пошли. — Виллеас, — в шатёр влетел Айрен, — Мы не досчитались двоих в лагере. Шатёр разгромлен, никаких вещей и их тоже нет нигде. — Великолепно! — местный атаман ударил по столу. Голова раскалывалась, пот стекал водопадами по обнажённому телу. Геральт только обновил холодный травяной компресс на лбу целительницы, как тот снова становился горячим. Вновь смочив тряпку, ведьмак сел у кровати и закрыл глаза, чтобы помедитировать. Услышав тихий стон, Геральт моментально открыл глаза и перевёл взгляд на девушку. Мари медленно разлепляла глаза и пыталась вдохнуть. — Не торопись, травница. Дыши носом и выдыхай ртом. С тобой всё в порядке, не переживай. — В-ведьмак… — Вопросы будут потом, хорошо? Сейчас тебе нужно придти в себя. Я изготовил отвар, по твоим заметкам, — мужчина преподнёс чашку к её высохшим, потрескавшимся губам, — Он должен ускорить восстановление. Марийка не противилась, а если и хотела, не смогла бы. Силы ещё совершенно не пришли в её тело. — Расскажи мне, aen woedbeanna, — начал Геральт, как только девушка выпила всё содержимое, — Кто ты такая? — Я родилась и росла в деревне недалеко от Новиграда. Мой отец… — Нет. Кто ты из… — ведьмак попытался подобрать слово помягче, но с трудом смог, — …нелюдей? Мой медальон дрожал рядом с тобой, а это значит, что в тебе какая-то сила. Эта штука не врёт, поверь мне. Обманывать тоже не пытайся. — Я не понимаю о чём ты, — та закашлялась и нахмурила брови, — Мой отец работает кузнецом. Мать умерла при родах, но была работницей Новиградской библиотеки. — Очнулась? — её прервал голос Йорвета. Разбитый, словно он знал какой ответ его ждёт, но тут же помедлил, как только поднял взгляд, — Очнулась, — облегчение. Атаман упал на коленки у кровати и прислонился лбом к её руке, зашептав молитву на старшей речи. — Йорвет, кто она? — Геральт чуть склонил голову вбок, не прерывая зрительный контакт с девушкой. Атаман понял вопрос. — Человек. — Ты уверен? — Не уверен, — честно признался эльф, немного помедлив, — Она поразительно чисто и умело стреляет из лука. А её способности к лечению… раны затягиваются очень быстро и хвори проходят. Не думаю, что это просто так. — И после «ласточки», она не понесла никаких последствий… — Ты уверена, что ничего в себе не ощущаешь? Не замечала чего-то… необычного? — Абсолютно. Я учусь у обычного травника, мои родители: торговец и книжница. — Я мог бы позвать Аваллак’ха. Aen Saevherne. У него удивительно тонкая способность, чувствовать некоторые… ммм… особенности. Только вот не знаю где он сейчас. — А твоя рыжая магичка? Трисс кажется. — Она в Ковире. Служит придворной чародейкой. Далеко, и не думаю, что может помочь. — Есть у меня один знающий, — Веллеас тихо прошёл в шатёр, — Три дня езды отсюда. Поедем втроём, лишние глаза и уши нам не нужны. — Мы ещё никуда не едем, — Йорвет нахмурился. Он был явно не рад этой идее. — Что ж, видимо у тебя есть куча других вариантов, — местный атаман скрестил руки, от чего и без того массивная грудь, выглядела ещё больше. Вид у него стал более угрожающим, — Отправимся как только Марийка сможет стоять на ногах, — не дожидаясь возражений, эльф покинул шатёр, ободряюще улыбнувшись девушке. Восстановление заняло больше времени, чем хотелось бы. По началу, конечности были ватными, руки плоховато держали предметы. Затем, с упорными тренировками, поддержкой других и восстанавливающими отварами, всё наконец стало приходить в норму. Спустя неделю, травница уже была в сносном состоянии. Ведьмак чистил мечи, когда к нему подошла Марийка. — Геральт, ты не мог бы оказать мне услугу? — Зависит от того, что ты хочешь. — Ида подарила мне меч, но я совершенно не умею драться или защищаться им. Мне нужна твоя помощь в обучении. Йорвет сильно занят с Виллеасом и Айреном, а я хочу научиться как можно скорее. Знаю, что бесплатно ведьмаки ничего не делают… — Геральт перехватил запястье девушки, которая потянулась к поясной сумке. — Оставь это. Я не возьму с тебя ни кроны. Что ты хочешь изучить? — Всё. Я не знаю ничего о холодном оружии. Да и о оружии в целом. — Это займёт много времени, — Белый Волк тяжело вздохнул, — Получится не сразу, ты точно готова? — Да. Я решила, что нужно делать это сейчас. Сердце подсказывает. — Ну хорошо. Показывай, с чем работать будем, — мужчина спрятал серебряный меч в ножны, и принял в руки льняной свёрток, — Довольно увесистый, руки и плечи на первых порах будут уставать очень быстро. Красивый, аккуратный, — ведьмак умело перехватил рукоять меча в другую руку, — И в руке лежит удобно. Хорошая работа, это очень ценный подарок. — Да, я хотела отказаться сначала… — Правило первое, если хороший воин, дарует тебе оружие, которое хорошо служило ему — отказываться нельзя. Такой вот негласный… Ты что, записываешь? — Геральт вопросительно приподнял бровь. — А не нужно было? — Да, работа предстоит большая, — мужчина потёр лоб, — У главного шатра есть деревянные мечи, возьми два и приходи ко мне. Будем тебя учить. День стоял пасмурный, что было очень на руку. Солнце не слепило глаза и ориентироваться на местности было куда проще. — Для начала, закрой глаза и почувствуй его. От острия, до рукояти. Прочувствуй в своей руке. Представь, словно это её продолжение. — Не против моей компании? — Яевинн подошёл сзади, от чего девушка вздрогнула и разжала руку, но ведьмак успел схватить орудие, до того как оно коснулось земли. — Думаю ты даже нам поможешь, — мужчина передал меч обратно в руки владелице, — Травница, не отвлекайся. Глаза закрывай, сосредоточься на орудии в ладони, обхвати его крепко. Девушка сжала деревянную балку так сильно, что костяшки побелели. Яевинн встал за спиной и осторожно обхватил её сжатый кулак. Мягко шепнул на ухо: — Aen woedbeanna, так сильно не сжимай, не то рука быстро устанет. Крепко и уверенно держи его. Марийка глубоко вдохнула, расслабила плечи и выпрямила спину. Деревянная рукоять оставила небольшие занозы в ладони. Девушка поняла, что мозолей не избежать и покорно приняла это. — Уже лучше, — уголки губ Геральта взметнулись вверх, — Слушай дыхание. Это очень важно, как при беге. Если не будешь за ним следить, быстро выйдешь из строя, вымотаешься. Дыши носом, ровно. — Зачастую сражение происходит неожиданно, поэтому в первую очередь ты начинаешь контролировать дыхание, а потом уже бежишь в бой. Кажется, что это долго, но со временем ты научишься быстро ориентироваться в бою и перед ним. — А драться мы когда будем? — девушка приоткрыла один глаз. Яевинн рассмеялся, а Геральт улыбнулся и опустил голову. Марийка напомнила ему юную Цириллу, которая так же рвалась к более серьёзным тренировкам. Спустя долгое введение, Ведьмак первый вызвался показывать девушке наступление и парирование ударов. Работа была сложной и они упорно повторяли одно движение раз за разом, оттачивая его до идеала. Целительница никогда прежде не дралась и не держала орудия в руках. Её движения были плавными, мягкими, что очень мешало. — Резче! Ещё раз! — только и доносилось с поляны. Руки плохо слушались ещё не восстановившись после отравления. С каждым повтором, боль в плечах и мышцах была всё сильнее. Мари понимала, что нужно терпеть. Жмурилась, терпела и снова повторяла выпады и взмахи мечом. — Aen woedbeanna, твоя рука, — Яевинн одним движением, схватил её запястье, словно девушка стояла неподвижно. Так легко он это сделал. Марийка взглянула на взволнованного эльфа, который осматривал её ладонь. Упорными тренировками, девушка добилась кровавых мозолей. Деревянная рукоять впитала в себя кровь, словно расплату за эти знания. — Я в порядке, — она чуть встряхнула ладонью. — Хватит на сегодня. Как восстановишься… — Нет, — девушка подняла раненную ладонь вверх, прерывая ведьмака, — Надоели эти «восстановления». Я буду тренироваться дальше, пока меня не будет устраивать результат. Да, быстро это не случится, потому что я бездарна в бою, но я буду учиться. С вашей помощью или без неё. Мне надоело прятаться за чьей-то спиной и ждать пока придёт Йорвет, ты Геральт, Мильва или кто-то ещё. Я научусь защищать себя и тех, кто мне дорог, — Марийка опустила голову и сжала руку, от чего кровь каплями побежала по тонким пальцам. Боль отрезвляла. Она отогнала слёзы, восстанавливая дыхание. — Bloede vatt’ghern! Что у вас тут творится? — Казалось, что своим появлением, Йорвет заставил тучи сгущаться. Виллеас стоял позади, но увидев девушку заметно напрягся и подошёл ближе. — Luned, cáemm a me. Que suecc’s? — Эльф аккуратно отнял у девушки меч и взял за руку, стараясь не причинить вреда. Глаза атамана расширились, — D'yaebl… — Тренировки, Йорвет. — Какие к чёрту тренировки, она только с койки начала вставать без помощи! — Thaess, Iorweth — тихо произнесла Марийка, привлекая к себе внимание тем, что сказала это на старшей речи. С акцентом, ломано, но понятно всем присутствующим. — Thaess? — Атаман опешил от такой смелости и нахмурился. — Да, помолчи. Для начала разберись, а потом руби головы. Об этом попросила я сама и до такого состояния никто меня не доводил. Это моя ответственность, но не Геральта и не Яевинна. Я пожинаю плоды своих решений, — Веллеас с уважением взглянул на девушку, а Яевинн передал ей чашку с водой. Осушив кружку, травница поднялась с земли и направилась в шатёр. — Какой нрав, — местный атаман похвально улыбнулся, на что Йорвет только закатил глаза и направился следом. — Ты понимаешь, что тебе могло стать хуже? — Не стало, — Мари терпеливо наносила мазь, которая страшно щипала на свежих ранах. — От тебя в добром здравии толка будет больше, чем от лежащей в постели, потому что ноги не ходят, — эльф скрестил руки на груди. — И что теперь? Будем всем отрядом меня защищать постоянно? Жалеть? Ну уж нет. Сам говорил, что не всегда будешь рядом. Мне нужно уметь драться, — лекарь туго заматывала обе руки лоскутами ткани. — И доводить себя до такого состояния? — А как ещё? Человеческий век не такой длинный как ваш. Хочу научиться как можно быстрее. — Ты не человек, — атаман всё не отступал. — Да что за бред! Ты не можешь этого знать! — Как и ты. — Я себя знаю лучше и уверена, что я обычный человек, ясно? — Какая же ты горделивая, упёртая и истеричная, — эльф едва контролировал себя, чтобы не повысить голос. Градус напряжения очень быстро рос. — Никого не напоминает? — младший брат Йорвета усмехнулся и прошёл в шатёр. — Айрен, ну скажи ты ему! — Прости, aen woedbeanna, но я не приму твою сторону, — Йорвет расслабился, почувствовав превосходство, — А ты чего такой довольный? Твою сторону я тоже не приму. Я могу понять и тебя, Йорвет, и тебя Мари, но если выбирать из двух зол, то лучше тренироваться, чем иметь обузу в рядах. Не серчай, — Айрен повернулся к девушке и поднял руки в примирительном жесте. — Я это и пытаюсь ему донести! — атаман нахмурился, смерил возлюбленную свирепым взглядом и вышел из шатра. Будь вместо полотна дверь, он бы точно ею хлопнул. Пообедав и отдохнув, травница переоделась в более плотную одежду, подаренную эльфками. Наплевав на дождь, направилась обратно на поле. — Как он там показывал? — она усердно вспоминала все движения, которые успела запомнить сегодня и принялась их оттачивать. Превозмогая боль в мышцах и ладонях, Марийка старательно повторяла одно движение около дюжины раз, пока результат не удовлетворял её. Мокрая от дождя трава стала ещё одним испытанием, под ногами хлюпала грязь, заставляя девушку терять равновесие, падать на землю. — Ты зла сейчас, понимаю, но помни про дыхание, — Яевинн протянул девушке руку, когда та, в очередной раз рухнула коленями в грязь. — Плохая была затея, это дело не моих рук. — Никто из нас с мечом в руках не рождался. Вставай и дерись, как воин, — он сказал это голосом, которым направлял свои отряды. Марийка крепко и уверено схватила его руку у локтя. Усмехнувшись, эльф ухватился в том же месте её руки, и одним рывком поднял её с земли, — Нападай на меня. — Смеёшься? Я только научилась его в руках… — Нападай! — офицер достал деревянный меч из-за пояса и ринулся на девушку. Она резво прикрылась мечом по диагонали, отражая атаку и крепко упёрлась ногами в землю, — Хорошо. Теперь ты. Продумывай стратегию, смотри с какой стороны нападают, используй окружение. Всё, что есть вокруг тебя. Природа твой союзник — будь уверена. Пока Яевинн объяснял это, Мари ловко обошла его со спины. — Защищайся! — выпад. Офицер очень быстро и легко ушёл от удара. Травница попятилась назад, предусмотрительно переступив лужу, но сохраняя зрительный контакт. То, чему учил Геральт: «Никогда не смотри в сторону своих будущих манёвров или предметов, которые хочешь использовать. Противник увидит твой взгляд и отрежет пути.» Эльф сделал резкий выпад, Марийка выставила меч как и в первый раз, уже предвкушая одну маленькую победу, но Яевинн ловко перемахнул через лужу. Схватил девушку за руку, заводя её за спину и повернул её к себе, прижимая деревянный меч к тонкой коже шеи. — Весьма похвально, enid. Но глупо, — мягкий голос раздался прямо у уха. Сердце эльфа билось быстро, было понятно, что такое развлечение ему по вкусу, — Не забывай кто я, — прошептал офицер. Медленно убрал орудие от девичьего горла, и отпустил руку, — Хитрость так же важна как и сила. Очень хороший ход, будь на твоём пути другой противник, одержала бы победу. — Ещё, — несмотря на похвалу, травница была недовольна собой. — Наконец показываешь нрав, aen woedbeanna? Я думал не дождусь, — Яевинн довольно улыбнулся. Такая интенсивная тренировка продолжалась несколько часов. На ногах уже было стоять невозможно, руки просто не поднимались, от тел шёл пар. Мокрые, уставшие они направились в шатёр, чтобы Марийка помазала мозоли эльфу и осмотрела недавно полученную рану. — Полез меня тренировать, а про рану не сказал. — Иначе ты бы не билась со мной, а переживала, чтобы у меня ничего не болело, но последнее время рана и правда ноет сильнее. — Снимай рубашку, — лекарь переоделась за ширмой, умылась и вымыла руки, — Посмотрим, что у тебя там. — Пустяк?! Яевин, будь ты неладен! Ты понимаешь, что она гноем пошла? Как вас, скоя’таэлей, научить сразу говорить о ранах? На старшей речи выучить, чтобы вы сразу приходили ко мне? — Не рычи, enid. Он же партизан, — Йорвет тяжело вздохнул, осматривая товарища, — До последнего будет молчать. — Не там где нужно ваш партизан молчит. Нужна будет помощь. Застелив стол простынью, и подготовив всё для лечения, Марийка с атаманом уложили Яевинна. Как раз подоспели Веллеас и Айрен. — Командуй, enid. — Я дам ему отвар, чтобы облегчить боль, по началу всё будет хорошо, но есть побочный эффект. Спустя время у него начнётся жар и будет чудиться всякое. Работы много, но я постараюсь успеть, до того, как отвар перестанет действовать. Вам нужно будет его держать, помогать мне его двигать, если понадобиться, приносить и уносить вёдра с водой, и нужные инструменты, — девушка разложила различные железки, рядом с собой. Выглядели они не очень приятно. Затем налила эльфу свежий отвар и передала кружку. — Мы же можем его потом ещё раз напоить, когда действие будет уходить. — Больше кружки нельзя. Я, конечно, что-то понимаю в лечении, но мёртвых воскрешать не умею. Нужно начинать у нас очень мало времени, — Мари перевела взгляд на офицера, и мягко поправила его волосы, — Обещаю, я не сделаю тебе больно. Целительница начала промывать рану, чтобы не терять драгоценное время попусту. Эльфы в это время наполнили два ведра свежей водой. Мари помахала рукой перед лицом Яевинна, эльф никак не отреагировал, значит можно начинать. Первым делом, она осторожно проткнула гнойные нарывы и начала выталкивать гной. Шатёр наполнился настолько отвратительным смрадом, что слезились глаза. Мужчины поморщились, кто-то прикрыл нос рукой. Ткань на женских руках мгновенно впитала в себя кровь и гной. Несмотря на то, что в носу жгло от запаха, ни один мускул на лице девушки не дрогнул. Дальше понадобился нож, чтобы получить доступ в поражённые ткани. Только Айрен открыл рот, как Йорвет толкнул его локтем. — Айрен, — пробравшись руками глубже лекарь нащупала большой нарыв, — Таз, — эльф мигом схватил посудину и подошёл ближе, подставляя его под руки девушки, — Остальным советую выйти и подышать. Как только оба атамана вышли из шатра, девушка проткнула пузырь и толкнула гной прямо в таз. Айрен старательно сдержал рвотный позыв и продолжил упорно стоять, но взгляд отвёл в сторону. Тело и лоб Марийки покрылись испариной, но ни одним жестом она не показала отвращение или страх. Закончив с поражёнными тканями, травница вычистила остатки гноя и промыла рану вновь. Оба атмана вернулись очень вовремя, так как Яевинн начал приходить в себя и тихо стонать. — Йорвет! Веллеас! Держите его! Буду наживую зашивать, — девушка нахмурилась и схватила нить с иголками. Виллеас держал бёдра, так как был сильнее, Йорвет же прижал голову соратника к столу, чтобы тот не увидел лишнего. Стоны становились всё громче, тело стало горячим, словно пламя. — Айрен! — атман крепче прижал голову офицера, — Сверни мою рубаху в жгут, засунем в рот, чтобы он не раскрошил зубы. Младший мигом исполнил очередную просьбу. Йорвет крепко натянул ткань и просунул между его зубами. Айрен осторожно вытер пот со лба лекаря. — Прости, я не успела, — Марийка говорила с ним так, словно он что-то понимал. Девушка пребывала в шоковом состоянии, потому была так собрана, — Терпи, родный, терпи. Я скоро управлюсь. Из глаз эльфа текли слёзы, по телу скатывался пот. Яевинн кричал и стонал так болезненно, что Мари запомнила эту операцию на всю жизнь — Два шва осталось, ты молодец. Затянув последний узелок и вытерев тело эльфа от последствий операции, девушка начала оседать на пол, Йорвет успел её поймать и придерживая, вывел на улицу. Свежий от дождя воздух, помог целительнице и действительно привёл в сознание. — Трубку дай, — голос её немного хрипел. Эльф даже не стал спорить и уже поджигал табак. — Аккуратнее. Крепкий очень, — сделав пару вдохов, атаман передал девушке трубку. Марийка была настолько потрясена произошедшим, что даже не закашлялась от непривычного для неё курения. Йорвет выдержал учтивую паузу, дав любимой возможность прийти в чувство. — Даже если ты считаешь, что отсутствие боевых навыков делает тебя обузой, то ты должна знать, что это неправда. За то время сколько я тебя знаю, ты спасла ни одну эльфскую жизнь. Этот навык гораздо ценнее, чем умение эту жизнь отнимать, — эльф крепко прижал девушку к себе, — Ты настоящий герой, enid. Спустя несколько недель Яевинн наконец был полностью здоров. Конечно, свежий шрам давал о себе знать ноющей болью, но во всяком случае офицер был жив и нормально себя чувствовал. Всё это время Марийка всеми силами избегала эльфа. Она стыдилась, что не сдержала обещание, стыдилась, что всё вышло так. — А вот и ты, — эльф нашёл травницу, когда та пополняла запасы в лесу. — Яевинн? — голос дрогнул, внутри похолодело, — А я как раз ухожу, — она даже в глаза ему не смотрела. — В чём дело, aen woedbeanna? Я тебя с самой операции не видел. Ты даже подсылала Сэлиана, чтобы помогал обработать шов, — офицер поднял её голову за подбородок и заглянул в глаза. — Потому что… потому что я обещала, что не сделаю больно. В итоге всё это… Всё вышло так рвано, не профессионально. — Мари, ты мне жизнь спасла, — эльф взял её за обе руки и ласково поцеловал пальцы, — О большем я и просить не смел, — он заглянул ей глубоко в глаза, — D'yaebl… — шепнул Яевинн. Эльф глубоко вдохнул, прикрыв глаза. Офицер словно одёрнул себя и отшатнулся. Не сказав больше ни слова, он очень быстро скрылся из поля зрения. Девичье сердце почувствовало неладное, но травница не стала думать об этом и направилась обратно в лагерь к атаману. — Йорвет, думаю сегодня ночью можем выезжать, — во время обеда, Мари прибирала в шатре. — Путь не близкий, я не думаю… — Три дня езды не так много. Поедем сегодня. Это моё решение, — девушка поставила плошку чуть громче, чем требовалось. Атаман немного опешил, молча дожевал кусок хлеба и, на удивление Марийки, согласно кивнул. — Хорошо, поедем на трёх лошадях. — Но я толком не умею ездить верхом. — Хочешь ехать? Поедешь на лошади сама. Ты же сказала, что приняла это решение. — Вот и поеду! — та приосанилась и горделиво хмыкнула. — Вот и поедешь, — эхом ответил Йорвет, словно сам себе.