Альбус Дамблдор и Зина с огорода

      Завтрак в большом зале начался с грустных вестей. Всё вокруг было задрапировано чёрной тканью. Преподаватели и ученики не посмели надеть хоть что-то отличное от чёрного. Все уже давно знали, что случилось в Министерстве Магии вчера, однако многие желали услышать правду от первых лиц, а точнее от золотого трио, большая часть которого лежала в Больничном Крыле. Гарри Поттер, Полумна Лавгуд, Джинни Уизли и Невилл Долгопупс присутствовали в тот момент, но и они не пожелали ничего рассказывать. Оставался лишь директор Хогвартса, от которого все ждали объяснительной речи. Альбус Дамблдор не заставил учеников долго ждать, поднявшись из-за стола. Зал, полный до этого тихо переговаривавшихся учеников, мгновенно смолк.       –Позади ещё один учебный год, – начал Дамблдор. – Мне очень грустно от того, что он снова завершается на такой печальной ноте. Вчера, во время битвы с Пожирателями Смерти в Министерстве Магии, трагически ушла из жизни профессор Защиты от Тёмных Искусств Зинаида Васильевна Огородникова. Это была выдающаяся волшебница, всю свою сознательную жизнь тянувшаяся к знаниям, к новому и интересному. Я думаю, многие захотят попрощаться с ней, ведь, я больше, чем уверен, её не любили лишь те, кто не знал её. Сегодня после завтрака вы сможете отдать последнюю дань уважения этому великому человеку. Желающие, соберитесь после завтрака в холле и ждите своих деканов: они проводят вас, – Дамблдор сел обратно за стол, однако так и не прикоснулся к еде, лишь выпив немного тыквенного сока.       Желающих проститься с преподавателем набралось больше, чем предполагал Дамблдор. В холле было яблоку негде упасть, многие толпились на мраморной лестнице и в Большом зале из-за отсутствия места. Все преподаватели вышли из Большого зала, возглавляемые директором, и повели своих учеников на улицу. Как бы странно это не звучало, но в толпе не было толкучки, никто не умудрялся наступать на ногу соседу или толкать впереди идущего. Все шли ровно, стройно и аккуратно.       Вереница учеников, возглавляемых преподавателями, вышла к школьному озеру. Там, где когда-то в тени деревьев сидела баба Зина, показывая Энди магию воды, на постаменте из белого мрамора лежал открытый гроб из чёрного дерева, а в нём тело величайшей волшебницы своего времени.       –Нет! Я не верю! – воскликнул кто-то из толпы. Ученики расступились и увидели семикурсника с факультета Когтевран. Он, с полными слёз глазами и нечеловеческим воплем, кинулся ко гробу. Преподаватели хотели было его остановить, но Дамблдор жестом запретил им это сделать. Энди подбежал к своей любимой Зинаиде Васильевне, ставшей для него родной бабой Зиной. Он рыдал, что-то кричал, не в состоянии понять и принять реальность. Ему хотелось встряхнуть её, облить водой, чтоб она открыла глаза, вылезла из гроба и больше никогда туда не ложилась. Но, увы, он ничего не мог сделать, на коленях лишь рыдая над беззащитным ещё недавно таким живым телом. Неожиданно он почувствовал, как чья-то рука коснулась его плеча, крепко сжав, словно говоря: «Всё будет хорошо». Энди обернулся, понимая, что это рука директора. Семикурсник лишь помотал головой, отворачиваясь обратно. Дамблдор позволил Энди остаться у гроба столько, сколько было возможно, пока его не перенесли к месту погребения. Первым свою речь над гробом произнёс Дамблдор. Он говорил много о достижениях бабы Зины, о её заслугах и наградах, о её изобретениях и нетленной памяти о великой женщине, с которой ему посчастливилось познакомиться. Дамблдор говорил искренне, с неподдельным уважением в глазах, но все эти слова восхищения и благоговейного трепета перед покойной были совершенно не тем, что он хотел сказать на самом деле. Однако он продолжал играть свою роль, причём играл настолько искусно и натурально, что абсолютно никто из присутствующих этого не заметил, будучи уверенными в том, что Дамблдор просто хорошо знал всех преподавателей, которых когда-либо нанимал на работу в Хогвартс.       Следом за директором добрые слова о бабе Зине высказал профессор Флитвик, с придыханием глядя на тело своего кумира. После говорили другие преподаватели и ученики, каждый понемногу, но говорили всё честно и от чистого сердца. Говорили ей то, какой они её видели, какой запомнили и полюбили.       В какой-то момент на школьном дворе появилась группа магов, облачённых в черные одежды. Они направлялись ко гробу, чтобы отдать дань уважения усопшей. Вскоре они приблизились настолько, что ученики и преподаватели Хогвартса смогли разглядеть и лица. Это были члены Ордена Феникса, те, кто смог прийти. Среди них были рыжеволосые Уизли, клацал своей ногой Грюм, Хагрид тяжелой поступью шёл позади них, сморкаясь в платок размером со скатерть, Римус Люпин двигался медленно и словно рассеяно, большая чёрная собака бежала вслед за ними. Каждый из них подошёл к гробу и сказал свои, понятные только им и бабе Зине слова. Чёрный пёс в свою очередь приблизился к усопшей и что-то жалобно проскулил, благодарно лизнув мёртвую ладонь.       Вскоре на территории Хогвартса оказывалось всё больше и больше волшебников, русские и англичане, французы и даже немцы – все они пришли попрощаться с Огородниковой, и каждому из них дали слово и возможность сказать что-то хорошее о покойной.       Последним с ней прощался Энди. Он хотел сказать множество слов, выразить всё, что было у него на душе, но рвущиеся из груди рыдания не давали ему сформулировать мысль.       –Ты навсегда останешься моей самой родной и любимой бабушкой, – запинаясь, прерываясь на короткие всхлипы, еле-еле выговорил он свои самые главные слова. И все, стоявшие там, рядом с ним, слышавшие его слова, были уверены: это было самое важное и искреннее, из всего, что было сказано...