Смерть, возрождение, месть 14

POV Энни Меня зовут Энни ДеЛунг — и вот моя история. Я ее начала совершенно обычно. Просто жила в Витч-Кроссе, а в город приехал новенький. Его звали Джек. Тогда же, незадолго до него, в город прибыли трое. Стивен и Макс были вместе, а Джереми один. Они все оказались вампирами. Я же была человеком. Обычной девчонкой; таким же обычным мальчишкой был и Джек. Правда, было одно «но». Он был Великим Избранным, которому было суждено победить Джереми и стать Королем. Только в какой-то момент все пошло наперекосяк, в итоге чего все мы остались теми, кем были. Самыми обычными, только уже бессмертными. Я вернулась в город после долгой смерти. Возможно, еще никто так никогда не говорил, но я тогда буду первой, раз уж на то пошло. И я сделала невозможную в последние годы вещь — родила дампира. И моей дочери было предсказано стать последней в этом мире из бессмертных. Ее предок, — Элеонора, — сделала это предсказание, но ошиблась. И я это знаю сейчас, поскольку все произошло иначе. Она не стала последней. Разве что «одной из», ведь осталось еще двое. И с обоими этими людьми я была близка. Моя лучшая подруга и ее возлюбленный. Они останутся еще на долгое время в мире живых, когда даже Эмбер уйдет в Обитель. Все происходило очень медленно и даже смертным пришлось пережить невероятные приключения, хотя, как правило, их они не особо затрагивали. Если могу отнять еще пару минут, то скажу, что было с теми, кого не стало по тем или иным причинам. Кажется, Астрид и Брэдли ушли в Забвение, хотя были теории, что кто-то их видел в мире живых, но их было не узнать. Вероятно, это была лишь иллюзия, очередная шутка Смерти, хотя я сама уже верю в это и довольно давно, поскольку на то есть свои причины. Джон уехал в Сиэттл, где Кэтрин и Ник пытались с ним наладить отношения, но Элайджа стер ему память и больше мы его не видели. Он, говорят, уехал очень далеко от Сиэттла, но где именно он оказался, никто не знает. Йен и Зак стали, можно сказать, одним целым. И Зак прожил в теле Йена всю жизнь, умерев в глубокой старости, поскольку ему продлили жизнь еще примерно на полвека, но он так и не получил никакой любви. Ни от кого. Кроме одной единственной девушки, которая не любила его, но любила Йена. Я, честно сказать, виделась впоследствии со Сьюзен еще несколько раз в жизни, но так и не встретила ее после смерти. Даже когда прошли тысячелетия и все мои друзья оказались со мной, ее я не нашла. Очевидно, она просто исчезла, как в свое время это случилось с некоторыми другими. Когда мы победили Джереми, нам показалось, что это конец. Но даже не говоря о том, что он попал в руки Смерти, у нас были другие проблемы. Не сказать, что Джереми был проблемой, скорее мы боялись повторения истории. И она все же повторилась, но уже с Питером. Спустя множество лет, когда уже подходил конец и моего существования, я все же догадалась, кем мог быть Питер. Об этом я лучше умолчу и дам возможность подумать самим. В конце концов, я знала, кем была Вселенная. И знала я куда больше, чем даже Хлоя, а ведь она самый близкий родственник к семье моей дочери и обоих моих мужей. Медуза тоже подлила масла в огонь, но ее ждал сюрприз. Голову ей отрезал не Персей, а моя сестра. Вайлет обезглавила ее, оставшись в истории. Она в любом случае осталась в истории. Но была ли она Вайлет? Или все же в ее разуме всегда жила Виолетта? Для меня уже не было никакой разницы, ведь в итоге мы все понимали, что это один и тот же человек. Но и об этом не следует пока говорить, поскольку до конца моего рассказа осталось хоть и немного, но все же запретный плод сладок, так что я знаю, как хочется узнать о том, что же все-таки случилось. Я и сама потом очень долго думала на эту тему. Мне казалось, что ей действительно стоило как-то спастись, если была такая возможность, в том поезде в 1855. Выживи она тогда, ничего бы этого не было. Но поводов для раздумий стало больше, когда я наконец заметила инициалы У. Х. на своем медальоне, которых раньше никогда не замечала. Но и об этом мне следует молчать, а дать всему свое время. Когда наконец Медуза была побеждена, Питер натравил Дракулу, а потом его унесли призраки. После этого погиб Гэвин, потом и мы с Джеком. Я оказалась в Аду, где в итоге освободила Калипсо из уз ее собственного тела. Она осталась один на один с Германом, которого, на самом деле, презирала. И мне кажется, для него это было худшим наказанием, чем оказаться запертым в Аду. И вот наконец я выбралась наружу. Солнце светило ярко; мы с Остином сели в машину и поехали в Сауз-Спрингс, откуда он сам был родом. Город Треугольника был последним, который ушел из-под влияния сверхъестественного. Позже и он сменил свое название, когда стал больше. И спустя столько времени, вспоминая все это, я наконец подхожу к кульминации, которая покажется самым горьким лекарством ото сна, и не только для меня, но и для всех остальных, включая тех, кто слушает все это. Меня зовут Энни ДеЛунг. Это моя история…

***

Мы ехали в машине недолго. Наконец, когда мы приехали на место, Остин остановился и припарковался, а потом мы вышли и я увидела небольшой милый домик, где был лишь один этаж, однако район в этом месте был более чем хорошим. Мы направились к дому, а потом он постучал в дверь и нам открыла ее чудная девушка. У нее были чистые голубые глаза, милая улыбка, небольшой, немного приподнятый нос, а еще большие очки, как те, что носят некоторые хипстеры. Волосы были завязаны в хвост, но он спускался по ее спине. Они были как у Вайлет, прямые и цвета блонд. — Это она? — спросила девушка. — Да, — ответил Остин, — Энни, познакомься, это — Грейс, моя девушка. — Рада познакомиться, — произнесла я. — Мне тоже, — ответила Грейс, продолжив, — Я так много о тебе слышала. Ты для меня своего рода супергероиня. — Правда? Я себе такой не кажусь. Скорее, наоборот. Я самая обычная. — Что ж, я вас оставлю, мне надо обратно, — произнес Остин, а потом Грейс немного расстроилась, однако поцеловала любимого и тот испарился в воздухе, оставив от себя небольшой дымок. — Ты человек? — спросила я, когда вошла по ее приглашению в дом, а она закрыла дверь. — Да, — ответила девушка, сев за стол, и увидев мой взгляд на книги, которые были на столе, она сказала, — Они не такие уж и тяжелые, хотя ты права, они безумно большие. Я историк. — Как и я, — сказала я. — У нас много общего. Ну, кроме бессмертия. — И ты хочешь стать такой же? — Возможно, в ближайшее время. Мы с Остином вместе уже семь лет, а за это время он так и не предпринял ничего, чтобы помочь мне с этим. — Я не смогу тебя обратить, поскольку не думаю, что могу позволить себе подобное. Но у меня есть друзья, которые с удовольствием тебе помогут с этим. — Это мило с твоей стороны, спасибо. Я хочу быть полезной для него. И для общества, в котором он живет. — А как же твои родители? — Я уже давно прекратила большое общение с ними. Стараюсь скрыться, пока это возможно. В конце концов, настанет момент, когда мне нужно будет остаться навсегда молодой и для них это будет шоком. — Не обязательно. Если любят, то поймут все. Мои родители, к примеру, знают. И обо мне, и моей сестре, и даже о том, что у меня есть дочь, которая тоже бессмертна. А недавно, буквально перед тем, как я попала сюда, я убила ту, которая была связана с моим сыном. Пока она была жива плотью, у них было бессмертие на двоих, но это долгая история. В общем, теперь мой сын, — Тайлер, — бессмертен совсем. Только он об этом не знает. — Но почему не знает? Разве он не должен знать подобные вещи сам о себе? — Возможно, я просто мать, которая хочет уберечь своего ребенка. Поэтому, думая, что умру, я нашла ему пару. И, кажется, он счастлив. Чендлер сделает его счастливым, я в этом уверена. Даже когда я вернусь в прежнее состояние, то он не останется один, в любом случае. — Прежнее состояние? — Я могу стать человеком. Есть обряд, заклинание, которое может с этим помочь. Некоторые уже попробовали и все прошло хорошо. Но сейчас я не могу стать смертной, просто не время. Да и не вернулся мой любимый. — Я слышала о нем. Тони Ковальски, кажется. — Да, именно он. — Он вернется, Энни. Я в этом уверена, — она улыбнулась и в ней я увидела себя. Она была где-то также наивна, как когда-то я. Она была не искушена и не измотана моим миром. И поэтому я ощущала жалость и даже разочарование. Но также я точно ощущала сожаление. Но это было лишь началом.

***

POV Вайлет Я открыла дверь, как когда-то давно, когда он вернулся в этот дом в первый раз. Когда он уходил со Смертью искать ответы и нашел их. И точно также теперь, как и тогда, он стоял и смотрел на меня. Только я не закрывала дверь, и не была той дерзкой и злобной девчонкой, которую обидели все. Стивен стоял с улыбкой на лице, держа в руке какой-то листок, на котором что-то было написано. Но я не стала на это обращать внимания, а просто кинулась в его объятия. По моим глазам вдруг покатились слезы, которых я не ожидала сама от себя. Я его поцеловала так, как если бы была его женой, которая ожидала мужа из дальнего плавания. Впрочем, так оно и было. Я была ему больше, чем просто долгой партнершей, а он был мне действительно как муж, который уехал надолго и странствовал где-то далеко от меня, забрав с собой мое сердце. В конце концов, Виолетта чувствовала это так, ведь я была ею. — Ты вернулся, — произнесла я, не отходя от него ни на шаг, не отпуская ни на секунду из своих объятий. — Я нашел ее, нашел, — произнес он, а я поняла, что имеется в виду. Элизабет была найдена и он дал мне тот листок, а там был написан ее адрес. Я в изумлении смотрела то на него, то на листок, — Да, она всегда была там, где ее нашла Сабрина. Дело в том, что когда-то Августа ее скрыла от чужих глаз, наверное, чтобы защитить, а теперь она сняла свое заклятие. Элизабет найдена. Осталось лишь дать ей увидеть нас. Меня. — И все получится, Стивен, — я снова обняла его, и чувствовала, как бьется его бессмертное сердце, которое, безусловно, принадлежало только мне. Ведь, как оказалось, любая из тех, кого он любил, кроме Эллен, разумеется, это я. Хотя, любил ли он Виолетту? Они ведь даже не были знакомы. Но я уже поняла, что теперь они познакомились. Ведь нам с ним пришлось так много пережить вместе. — Я скучал по тебе, Виолетта, — вдруг произнес он, а я отпрянула на секунду, в удивлении улыбаясь. — Ты знал? — спросила я. — Кажется, я всегда это знал, но не понимал, — ответил он, — Кольцо с тобой? — Да, оно в кармане, — это и правда было так. С того момента, как я нашла письмо и кольцо, я ни на день не оставила его, оно всегда было со мной. — Достань и надень, тогда все вспомнишь. — Но правильное ли для этого время? — О чем ты? — Хлоя наладила контакт с Фионой Голдман, которая является сестрой Уллы. Та сказала, что она собирается снова приехать в город. Очевидно, она что-то почувствовала и поняла, что Виолетта снова вернулась. — Но если ей сказать, что ты все еще Вайлет, и ничего не помнишь, разве она не сможет уехать? — Думаю, уже будет поздно это доказывать. Я могу обманывать ее, но Фиона знает правду, хотя и не думаю, что скажет ей. Да, теперь я Виолетта, но для других еще Вайлет. — И пусть так остается, пока это не раскроется. Возможно, у нас получится скрывать от Уллы твою настоящую сущность до самого конца. — Впереди целая вечность, Стивен. Однажды нам придется сказать всем и ей, что среди них Виолетта, а Вайлет становится тенью. — Мы придумаем, что делать. Подумаем утром, а сейчас я хочу со всеми увидеться. — Конечно, — произнесла я, мы поцеловались и когда Клодия увидела Стивена, подняла на уши весь дом. Но возвращение Стивена было не последним, которое мы увидели.

***

POV Джек — Это не плен, Джек, — снова произнесла Смерть, — Я тебя всего лишь спасла. — Всего лишь? — усмехнулся я. — Да, всего лишь. Думаю, ты мне должен быть благодарен. — Но ведь просто так это не закончится. Я ведь тебя знаю. — Да, не закончится. Я сделаю тебя своим учеником. Личем. Одним больше, тем лучше. И ты им будешь нужен, когда настанет день Битвы. К тому же, ты сможешь надоумить Хлою спрятать всех, иначе это сделает Клодия, что будет не лучше. — Спрятать? От чего? — Проклятье. Помнишь, как все было в начале? Кресты, металл, лук и чеснок, жизнь только в темное время суток. Все возвращается. — Откуда такая информация? — Герман и Калипсо забрал Питер. Энни оставила проход из Ада открытым для демонов, но не подумала, что туда может попасть и Питер. В итоге, проблем еще больше. Калипсо намекала ей, что так и случится. Но теперь поздно что-то менять. — И она помогла ему освободить все проклятья? — Скорее всего. Она снова злодейка. Поэтому, Джек, я тебя прошу вернуться на один день, больше ты не сможешь появляться с ними. Только в самые важные моменты. И верни Энни это, — она протянула ее кулон, который Энни, очевидно, потеряла. — Я верну все и предупрежу. — Чем скорее, тем лучше, Джек. Так что вперед.

***

POV Энни На следующее утро Мы с Грейс сели в машину. Витч-Кросс находился в двух часах езды от Сауз-Спрингс, поэтому можно было не торопиться. Вдруг, когда я засунула руку в карман своих брюк, нащупала там что-то. Когда я достала, то увидела свою цепочку. Колье или ожерелье, так его еще называла моя мама. Она вечно путала эти украшения, но я не сомневалась, что что-то не так. Как раз тогда я увидела инициалы У. Х. Грейс пристегнулась и сказала: — Милое колье. Вдруг на нем начали проступать камни, которые казались довольно ценными. Мы с Грейс наблюдали за этим и это было странно. — Выглядит, как будто это Брисингамен. — А что это? — Волшебное ожерелье скандинавской богини Фрейи. У него долгая история. По дороге расскажу. А что это за буквы? — Какие-то инициалы, — ответила я. — Чье оно вообще? — Моей семьи. Передается по женской линии. Но я не знаю, кто в моей семье мог иметь инициалы У. Х. И это осталось для меня загадкой до самого конца, хотя предпосылки для догадки были уже давно.

***

Я постучалась в дверь и мне открыла Вайлет. Не поверив своим глазам, она чуть не упала в обморок. Я подхватила сестру, и она меня обняла. — Вот это сюрприз, — произнесла сестра, — Ты не единственная, кто вернулся. — Энни? — спросил Стивен, когда увидел меня. Я сразу же кинулась обнимать своего старого друга, — Ты жива. Невероятно. — Мама? — спросила Эмбер и они с Тайлером тоже подбежали ко мне. Потом вышли и все остальные, включая Клодию, которая чуть не задушила меня в своих объятиях. Буквально. Видимо, ее любовь ко мне переросла в нечто большее, поскольку она меня, скажем так, отругала за то, что я погибла. Но шутки прекратились, когда я увидела ту, которую думала уже не встретить. — Анна! — воскликнула я и сразу же ринулась обнимать и ее. Не знаю, почему я вдруг стала рада ее присутствию, но это было для меня чем-то важным. Она обнимала меня, как если бы была моей бабушкой, а я ребенком, которого обидели соседские дети. — Да, моя девочка, я здесь, — убаюкивала она меня, напевая нежным голосом колыбельную, которую я хорошо знала. Потом мы с ней присели. Клодия произнесла: — Что ж, оставим пенсионерку и ее внучку одних. Когда все ушли, я разглядывала лицо Анны и не могла поверить своим глазам. Она же мне улыбалась своей неповторимой ехидной улыбкой, которую я уже никогда не смогу забыть. — Все расскажу, но по порядку, — произнесла она. — Я и не прошу все сразу, — ответила на это я. Тот вечер я провела с ней. Остальные же познакомились с Грейс, которая решила остаться на ночь. Но мне не хотелось присоединяться к остальным, ведь у меня была Анна. Она была зацепкой к прошлому моей семьи и возможно могла мне поведать, кто же эта У. Х., о чем я позже и спрошу. Однако, правда, которую я узнаю, заставит меня задать еще больше вопросов самой себе и Анне.