Проклятие любви

«Иккинг пожалуйста!»

«Не уходи!»

«Не оставляй меня…»

«Я не хочу умирать!»

      «Нора!», — прозвучал хриплый и надорванный крик в салоне автобуса. Иккинг. Он сидел на задних рядах и резво оглядывал окружение. В ушах до сих пор звенело, а тупая, резкая боль окатила его голову, от которой происходит помутнение в глазах и паранойя. Спустя минуту, он восстановил здравый рассудок и привел дыхание в норму. Он откинулся на спинку сиденья и громко выдохнул хватаясь обеими руками за лицо.       Уже несколько месяцев ему снится один и тот же кошмар, уже столько дней он не может нормально спать, он уже не знает чем себя занять, чтобы избавиться от этих снов, которые из-за дня в день напоминают ему — о ней. Что же только не делал Иккинг, чтобы все забыть: напивался, накуривался, занимался сексом, и даже дрался на боях без правил; но все четно. Многие его друзья пытались помочь ему; ставим акцент на пытались, но в конечном итоге они порвали с ним связь и забыли его и его проблемы. Однажды, Иккинг залез в первый попавшийся автобус, сел на заднее сиденья и дал волю эмоциям. Люди не обращали на него внимание, не обращали внимание на его крики, на его слезы, на его состояние; они просто выходили и заходили, словно ничего и не произошло. Однако, в один из таких поездок, когда автобус закончил свой рейс и припарковался в автопарке, к нему подошел водитель, вывел из автобуса, посадил на скамью и принял в себя его боль. С тех пор, каждые выходные, Иккинг садился ровно в шесть часов вечера в маршрутку под номером «7», доезжал до конечной и говорил по душам с водителем, за бутылкой содовой; которую ни чьем магазине не найдешь и не купишь, она таинственным образом всегда оказывалась за пазухой водителя. — Так и будешь сидеть молодой человек или все же составишь компанию старичку? — тишину автобуса нарушил добрый и ехидный возглас водителя.       Иккинг опустил голову и осмотрел хозяина голоса. Это был мужчина крепкого телосложения, роскошной, рябой бородой и забавными усами; хоть он и выглядел лет так и на 50-ят, но характером был схож на двадцатилетнего паренька. По этой же причине, он так хорошо понимал Иккинга, и с ним можно было вести себя как захочешь, а если конкретнее — быть собой. — Не такой ты и старикашка, Плевака. Тебе дай мобильный и наушники, и будешь точь в точь как типичный, среднестатистический подросток, — ответил с тем же задором шатен, направляясь к выходу.       Мужчина хрипло расхохотался и похлопал по плечу Иккинга. — Язык без костей, как всегда.       Они присели на ближайшую скамью, откуда открывался вид на большой город. Автопарк находился на возвышенности, прямо над элитным районом, а на его территории всегда было тихо.       Тишину прервал звук открывающейся газировки и звон упавшей об асфальт крышки. — Держи, — улыбнувшись, он протянул Иккингу газировку. — О чем думаешь?       Глотнув газированный напиток, он помотал головой из стороны в сторону и негромко рыгнул. — О лучшей жизни. — И какой ты её себе представляешь?       Спустя минуту молчания, он ответил: — На дороге. Я, мчусь по бесконечной шоссе, слушаю по радио альтернативный рок, слева от меня зеленые, высокие горы, а справа бескрайний и кристаллический океан; и никого больше, — он сделал паузу. — Ни друзей. Ни любви. Ни хлопот, — на миг, его голос стал серьёзным, а затем неуверенным.       Плевака заметил это и добавил: — Не думаю что это твое истинное представление о счастье. — Может быть… — вздохнул он и устремил взгляд в небо.       «Мам. Если ты там и следишь за мной, то прошу, не расстраивайся», — прошептал Иккинг.       Плевака кинул на него заботливый и понимающий взгляд, и улыбнулся. Он знал и знает — Иккинг сильный, его дух не сломить ни огнем, ни водой, ни человеком. Да, его жизнь наградила болью еще в детстве, и продолжает наносить, но он справится, он, выдержит. — Иккинг, - окликнул он его. — Да? — И как долго ты будешь так жить? — Как «так»? — Ты знаешь как. — Не знаю. У меня чувство, что от меня ничего не зависит. — Отбрось это чувство. Ты должен бороться за свое счастье. Доказать, что ты можешь.       Иккинг повернул голову и заглянул ему в глаза. В них читалась решимость и уверенность. — Но как, Плевака? Как и за что мне бороться? У меня ничего нет… — он опустил свой взгляд на бутылку. — Найди. Ты должен начать свою жизнь с чистого листа. Не бойся, ты не потеряешь её на этот раз, — он широко улыбнулся и обхватил его голову рукой. — Я верю что ты сможешь. Ты же веришь своему приятелю Плеваке? — Верю, — улыбнулся Иккинг. — Вот и договорились. С меня бутылка газировки, — подмигнул он.       Иккинг расхохотался, и спустя минуту, сказал: — Спасибо, Плевака. Спасибо за все. Я пожалуй пойду, ведь надо выспаться перед новым днем, — встав со скамьи и поблагодарив, он скрылся за автобусом.       «Будь аккуратнее», — прошептал Плевака вслед за Иккингом.

***

      Иккинг не спеша шел по улице закрыв лицо капюшоном, он напевал любимую песню. Музыка, вот оно счастье. Ты погружаешься в неё как в океан, тебя окутывает приятное чувство полного расслабление и ты забываешь о реальности.       Дойдя до перекрестка, он повернул направо, к отелю «Good night», как вдруг, позади него послышался сильный грохот и громкий крик детей. Повернувшись, он лицезрел ужасающую картину: внедорожник сбил легковой автомобиль и обе машины влетели в столб; пламя начало распространяться. Крики доносились со сплющенного, легкого автомобиля. Иккинг подбежал к месту происшествия и оценил ситуацию: пара секунд и будет взрыв, надо срочно действовать. Быстро подскочив к задней двери он попытался открыть её — не вышло. Дверца сильно согнута и не поддается. В кабине слышался плачь детей и стоны женщины. Решение пришло само в голову: он подобрал валявшиеся кусок железа и использовал его как рычаг чтобы открыть дверцу. Получилось, она немного приоткрылась. Что есть силы, он ухватился за дверь и потянул на себя. Прозвучал скрип, и она рухнула на асфальт. Иккинг заполз внутрь, отстегнул детей от ремня безопасности и вытащил наружу. Передав наблюдающему мужчине детей, он поспешил обратно к машине. Времени оставалось мало, бензин весь вытек и пламя надвигалось все быстрее и быстрее. Еле отстегнув женщину и кое-как вытащив из кабины — он положил её на безопасное расстояние. Остался водитель.       «Сейчас будет взрыв, не лезь туда!», — крикнул ему мужчина, который держал детей. Иккинг ослушался его и побежал к машине. Открыть дверь водителя было проще, но он лежал без сознания, весь в крови и прижатый со всех сторон железом. «Ему уже не помочь», — подумал Иккинг и побежал. Однако, не пробежав и трех метров, машины окутались пламенем и произошел взрыв. Взрывная волна откинула парня на пару метров.       В ушах звенело, глаза помутнились, а рука отзывалась сильной и жгучей болью. Он повернул голову и заметил — его правая рука горит. Паника обрушила его сознание, Иккинг начал кататься по асфальту и пытался заглушить пламя. Но оно не потухло. Вскоре, его окатили белым и холодным дымом. Пожарники. Они затушили огонь, огнетушителем. — Ты в порядке, парень? — заботливо спросил один из них и помог встать Иккингу. — Да, я в порядке, - отряхиваясь пробурчал он. — Сейчас приедут медики, они тебя подлатают. — Нет не нужно, со мной все в порядке. — Парень, твоя рука обожжена! — Все нормально! — крикнул Иккинг и убежал в сторону переулка.       Однако его путь загородили корреспонденты с микрофонами и камерой.       «Как вы прокомментируете свой поступок? Как у вас получилось это сделать?», — задавали вопрос один за другим. Опустив низко голову, он ответил:

«Берегите близких себе людей»

      Затем, он скрылся за переулком, оставив удивленных людей позади.