Не суди, и сам судим не будешь...

- Хоппс, к доске! Я резво вскакиваю с места. Тема совсем простая, я ее знаю на зубок. Поправляю очки на мордочке. От природы у меня плохое зрение, и приходится носить очки, чтоб видеть наравне со всеми. Отвечаю все так, что от зубов отскакивает. Одноклассники смотрят с неприязнью. Я лучшая в классе, и всех это бесит. Мне кажется, что если я начну получать плохие оценки, меня зауважают гораздо больше... - Молодец, Хоппс, как всегда, твердая пятерка. Мелиссу Нюхлертон за второй партой перекашивает от отвращения. - Вот как надо учиться. Берите с нее пример, - говорит миссис Шерстяузер. Когда я прохожу мимо Мелиссы, слышу вслед: - Выскочка косая. Мне в общем-то плевать на ее слова. Я учусь для себя, а не для какой-то там псины. Нюхлертон элита. Ну по крайней мере она себя таковой считает. Она собачка породы колли и очень гордится этим. У нее длинные шелковистые волосы на голове, аккуратно постриженная шерстка на всем остальном теле, выглядит она действительно шикарно, но... умнее ее это не делает. Ведь мозгов у нее как у страусихи Линдси Хэндкопф из параллельного класса. Мелисса учится на четверки только по той причине, что ее папаша отстегивает классной руководительнице нехилые бабки... Когда я приехала в Зверополис в школу поступать, я думала, тут будет круто. Ведь это же город, где сбываются мечты! Где можно стать кем захочешь! Нет, может, я действительно когда-нибудь стану кем захочу, образование в Зверополисе на высшем уровне, но... счастья мне это не прибавляет. Ведь я очень одинока. В этом году я заканчиваю школу и осенью поступлю в полицейское училище. Мне семнадцать, и у меня еще вся жизнь впереди. Следующим уроком у нас должно быть "окно" - предыдущий учитель истории уволился, а нового еще не нашли. Однако к нам приходит директриса миссис Клыкадо, жена полицейского, и говорит, что "окна" не будет. - Интересно, что за свина они нашли на этот раз, - бурчит Мелисса. Учитель химии у нас действительно свинья, но он хороший, понятно объясняет и оценки не занижает... но Нюхлертон всегда все не устраивает. Она считает, что детей должны вообще учить только бабочки, чтоб не портить детскую психику неэстетичным видом других животных. Короткая перемена быстро заканчивается, и мы заходим в класс истории. Рассаживаемся по местам. Моя единственная подруга Лиззи Пушкинсон, белка со смешными кисточками, на ушах, шепчет мне на ухо: - На что поспорим, что это будет старичок вроде мистера Варангиса? - А может, наоборот, молодой и красивый? - усмехаюсь я. - Как мистер Хвостлэнд? Джулиан Варангис - учитель физики, здоровенная такая ящерица с дряблой чешуей и очками на резинке на морде, а Кевину Хвостлэнду двадцать два, он песец и преподает нам музыку. - Давай на сто баксов! - азартно бормочет Лиззи. - А давай, - я пожимаю ей лапу и не успеваю разбить, когда в кабинет входит директриса вместе с НИМ. Я сразу узнаю этого рыжего типа. Я никогда его не забуду. - Знакомьтесь, дети, это Николас Уайлд, ваш новый учитель истории, - говорит миссис Клыкадо. В классе гробовая тишина. Все же лис в школе это что-то новое. Лисов в Зверополисе раз-два и обчелся. - Ты выиграла, Хоппс! - толкает меня в бок подруга. Я рассеянно киваю, неотрывно глядя на мистера Уайлда. Мне было семь, когда он сшиб меня на своем джипе. Это было десять лет назад... Как же он изменился! На тот момент он уже казался мне безумно крутым. Высокий, с пронзительно зелеными глазами, он галантно отвез меня до школы и засел мне, семилетнему ребенку, в память на долгое время... А теперь я смотрю на него и тупо неприлично отклячила челюсть. Потому что он изменился! Ник Уайлд стал шире в плечах, рыжий мех блестит и лоснится, а зеленые глаза... они теперь никак не вяжутся с образом сногсшибательного самца. Во взгляде сквозит такая тоска, что я невольно закусываю губу. - Эй, Джуди, ты чего? - Элизабет машет рукой перед моим лицом. Я встряхиваюсь и отвожу взгляд. - Я знаю его, - говорю я тихо. - Это он меня сшиб тогда, десять лет назад, когда я пропустила первую химию... - Да ладно?! - ахает белка. - Интересно, а он тебя узнал? Ник ведь только на секунду задержался на мне, когда осматривал класс. - Не знаю, - шепчу я. - Начнем урок, пожалуй, - громко говорит мистер Уайлд, привлекая внимание, и все выжидающе глядят на него. - Программу я вашу относительно знаю, но кто расскажет мне, что вы проходили на прошлом уроке, чтобы я начал со следующей темы? В классе напряженное молчание, и я понимаю, что все взгляды прикованы ко мне. - Мисс Хоппс, - узнал!!! - может быть, вы? "Откуда он ее знает?!" - тут же шепот по классу. Мне очень неуютно, но я поднимаюсь с места. - История Тундратауна, сэр, - говорю я дрожащим голосом. - Шестой параграф, обитатели... - Спасибо, мисс Хоппс, - Николас улыбается краешками губ. - Сегодняшняя тема - работа в Тундратауне. Откройте седьмой параграф на странице... - Шлюха. Я вскидываю брови и непонимающе смотрю на Мелиссу и ее прихлебал-болонок Сьюзи и Джесси. - Что? - Подстилка этого как его... Уайлда. Я фыркаю. Ну конечно. О чем еще эти дуры говорить могут? - Вам завидно, что ли? - ехидно уточняю я. Нюхлертон меняется в лице. - Ты обалдела? Она делает шаг вперед, сокращая расстояние между нами, и больно хватает меня за ухо. - Слышь, косоглазая, если я захочу, он будет мой, - шипит она мне в ухо не хуже Асоли Кобрейто. Я больно наступаю колли на ногу, но та не отпускает меня, сжимая ухо еще сильнее. - Ты поняла меня, ушастая? - Лапы убрала от нее, бесполезный кусок меха! - слышу я за спиной, и по спине бежит неприятный холодок. Это Стью Блэйк, безумно приставучий енот из параллельного класса. И хотя сейчас я ему благодарна, что он заступился за меня, сейчас псинки свалят, и от него я так просто не отделаюсь. Мелисса отшатывается от меня назад. - Ну точно шлюха. Еще и с двумя... - рычит она и, развернувшись на пятках, устремляется "в закат". Ее "свита" семенит вслед за ней. - Она ничего тебе не сделала? Я закатываю глаза. - Нет, Блэйк, все нормально. - Уверена? Вот же, блин, прилип! - Да, я уверена. Спасибо, что помог. - Какой у вас сейчас урок? Давай провожу тебя... - Спасибо, Стью, я сама дойду. Иди, а то опоздаешь, - я молю Святую Капусту избавить меня от этого парня, и Капуста, видимо, слышит меня - из-за угла выскакивает Лиззи. - Вот ты где! - орет она. - А я тебя везде ищу! - А ты сама-то где болталась? - как же я рада ее видеть! - Все, Блэйк, извини, мне некогда, - бросаю я через плечо, и мы с Пушкинсон быстро покидаем третий этаж. По дороге до кабинета биологии я быстро пересказываю подруге о том, что произошло. Подруга ахает, охает и поясняет, что ходила к завучу искать потерявшийся журнал. - Представляешь, нигде его нет. В канцелярии мне сказали, что Клювтвуд его не приносила! Ребекка Клювтвуд - гусыня. Тупая как бревно! Надо же ей было быть вчера дежурной! - Они задолбали со своей макулатурой, - ворчу я. - В математической школе в западной части уже давно все электронное! - Ну это же математи-ическая школа, - тянет Лиззи. - А мы всего лишь центральная школа всего Зверополиса. - Вот именно, что всего лишь. Биология проходит как всегда скучно. У нас в этом году экзамен по ботанике, и мне это вообще неинтересно, я о растениях знала все лучше всех еще в третьем классе, все же как-никак дочь хозяина Морковной Фермы. Миссис Полоскин, статная крупная зебра, рассказывает о количестве клетчатки в клевере, и я зеваю во весь рот. Когда мне было три года, наши соседи, мистер и миссис Корнтон, лоси, купили на рынке семена. Им их продали, как тот самый несчастный клевер, а выросла... конопля. Проблем у них было уйма тогда, их чуть в тюрьму не посадили за распространение наркотиков... хорошо, что им попался хороший адвокат, который докопался до истины, и за решеткой оказались совсем другие животные, наркоманы-барсуки из Тропиков. *** Наконец, длиннющий учебный день подходит к концу, и я, счастливая, что не сдохла со скуки, топаю на выход со школы. Лиззи усвистала уже давно, они в гости едут, а потому с уроками ей опять никто не поможет. Ладно хоть покушать есть... Когда все домашнее задание сделано, мне приходит в голову сходить в клуб на Лесной улице (это самая окраина центрального района). Пятница все-таки, можно и расслабиться... наверное. А потому ловлю такси и качусь туда. В клубе меня знают, я однажды была в нем с тетей Рози, и тот день для заведения запомнился надолго, поскольку тетушка упилась "в ноль", буянила, а потом подцепила какого-то суриката и свинтила с ним в неизвестном направлении. И тем более мне уже семнадцать, я совершеннолетняя... В клубе играет громкая музыка, слышны нетрезвые разговоры, чьи-то громкие вопли, смех... - Твоя тетя только что уехала, - сообщает мне охранник, двухметровый тигр. - С каким-то котом. - Это ее право, - устало говорю я, - взрослая самка. Сама разберется. Прохожу в клуб. Внутри очень жарко и душно, и сразу захотелось пить. А потому я иду сразу к барной стойке. На руках сотка, выигранная у Лиззи, надеюсь, что мне на сегодня хватит... Не дойдя до стойки несколько метров, застываю, увидев знакомую спину. Рыжий мех, зеленая рубашка... А он-то что тут делает? Однако знакомая фигура выглядит непривычно. Ник Уайлд сгорбился, а подойдя ближе, я вижу перед ним несколько пустых стопок. Втягиваю носом воздух - медвежий самогон. Дорогая и довольно крепкая штука. Заказываю содовую и замираю рядом с учителем. - Николас? - говорю я настолько громко, чтоб меня услышали. Лис залпом выпивает очередную стопку и переводит на меня мутные глаза. Пару мгновений фокусирует взгляд, потом машет мне лапой: - Привет, Джуди Хоппс. И я понимаю, что он мертвецки пьян. Считаю стопки - восемь. Даже для взрослого некрупного самца это много. - Что вы тут делаете? - бормочу я. - Да еще в таком виде... - Сегодня пятница, имею право, - Ник широко улыбается, - и я вроде как не обязан отчитываться перед тобой. - Не обязаны, - я повышаю голос, - но особь идет на Лесную только в двух случаях - когда ей весело и когда ей грустно. А на весельчака вы ну никак не похожи. Уайлд фыркает и машет ежу-бармену: - Повтори, шеф! - Может быть, хватит? - Может быть, я сам разберусь, когда мне хватит? Вы все женщины такие. Лишь бы контролировать. Отстань от меня, Хоппс. Дай отдохнуть спокойно. Дааа... а я вот, пожалуй, отдохнула. Двадцать раз. Слезы полились из глаз, и я отхожу от стойки, направляясь на выход. Не хочу знать причин, почему этот лис здесь. Не хочу с ним общаться. Ничего не хочу. Сны меня мучают тяжелые, я периодически вскрикиваю во сне, но на утро ничего не помню. Утром, когда я готовлю завтрак, у меня звякает телефон. Социальная сеть ВКогтях-и-Копытах прислала оповещение. Одна новая заявка "в друзья". Николас Уайлд. И сообщение от него. "Прости, Джуди, был не прав и пьян. Больше ты меня таким не увидишь". Лезу в его профиль. Семейное положение - холост. Ну естественно. Я в Зверополисе видела всего четырех лисиц - и все замужем за известными личностями. А межвидовые отношения... не запрещены, но как-то не практикуются. "Ничего страшного, - отвечаю, - надеюсь, что с вами все хорошо". Кролики от природы неконфликтные. "Голова болит, а так все в порядке", - и смеющийся смайлик. "Таблетку примите". "Лучше самогонки". "Зачем?" Я - наивная отличница. Алкоголь в жизни только нюхала. Что такое похмелье, понятия не имею. "А, ну да, ты же еще совсем ребенок..." "Я не ребенок!!!" Три смеющихся смайлика. Издевается. "Вот когда налакаешься как я, станешь не ребенком". "Чет не мечтаю как-то". "И правильно делаешь". Не то, что бы мне обидно. Но он меня всерьез не воспринимает. А сам-то... насколько он меня старше? На пять-семь лет? Снова смотрю его профайл. Двадцать пять лет. Не такой уж он и старый! У меня сгорел капустный пирог. Матерясь, выключаю духовку и открываю окно. Зябко ежусь - для осени в центральном районе на улице прохладно. "Увидимся в понедельник на занятиях", - отправляю и ставлю смартфон на режим "не беспокоить. А то еще один пирог сожгу. Когда мне исполнилось четырнадцать, я на каникулах стала ездить домой, на Морковную Ферму. Я была самой старшей в семье и единственной при своем рождении - два брата и сестра почему-то не выжили. Остальные братья и сестры были в большом количестве одного возраста. Так вот, когда мне было четырнадцать, тринадцатилетние ублюдки - трое - решили начать выпивать. И пили они... с камышовыми котами с соседнего мясокомбината. Мясокомбинат в Зверополисе это вообще отдельная вещь. Естественно ни одна корова или баран в здравом уме не пойдут в пищу хищникам. Но Зверополис далеко не безоблачный город. Есть и самоубийцы, есть те, кто получил травмы, не совместимые с жизнью. А высокие технологии позволяют делать котлеты из любого мяса, и на вкус не отличишь, кто это - баран, тигр или жираф. Я это говорю, потому что сама видела. Я дружила с одним из котят, и он несколько раз водил меня к себе на экскурсию. В Зверополисе есть целая программа поддержки малого бизнеса - кто хочет покончить жизнь самоубийством, помогите населению; у кого есть родственники под аппаратами искусственной жизни - пусть станут частью пищевой цепочки... На деле это все конечно же скрывается, но с крыши прыгать перестали, а с больниц резко пропали пациенты, лежавшие до этого в коме долгие годы... В общем, пили котята с крольчатами медвежий самогон (тот самый, которым налакался Ник), и закончилось это все плачевно: все четверо котят и двое из троих моих братьев оказались на том самом мясокомбинате - у них отказала печень. Третьего мелкого гаденыша успели спасти, и он поставил крест на алкоголе, а я, насмотревшись на их непотребства, поняла, что никогда к огненной воде не прикоснусь... Но сейчас мне, Джуди Хоппс, очень хочется нажраться.