Границы разумного

Исходя из информации о Кармайкле, агентам удалось быстренько выстроить геопрофиль, сузив поиск до двух приходов. Проблемы начались, когда Лэнс сообщил Хотчнеру, что в городе проходит очередная дурацкая акция протеста то ли против правительства, то ли в защиту животных, то ли секс-меньшинств… Короче, все силы полиции стянуты к протестующим, дабы пресечь беспорядки и упредить теракт. Никто не хотел повторения Бостонского марафона. К тому же, у федералов не было доказательств, зато имелись обвинения против священника, которые Лэнс, примерный прихожанин, счёл дикими и надуманными. Живо смекнув, что он и его люди остались без прикрытия, Аарон взвесил обстоятельства и решил отложить визиты до завтрашнего дня. Он сильно сомневался, что субъект откроет стрельбу, почуяв опасность. Эксперт подтвердил: до сего момента преступник использовал биту, а стало быть, вряд ли станет отстреливаться. С другой стороны, уверенности в обратном не было, и Аарон не брал на себя право рисковать людьми. Гидеон однажды рискнул, и шестеро агентов не вернулись домой. А ведь, кроме команды, на Хотче висела ответственность за двух британцев. Страшно представить, что произойдёт, если, не дай бог, пострадают иностранцы. Прозвучит эгоистично и шкурно, однако Аарон не желал подставляться. Случись что с британцами, его попросту уничтожат, а дома его ждёт маленький сын, который уж точно ни в чём не виноват. Не обращая внимания на бурное недовольство Шерлока, Хотч объявил, что нужно действовать наверняка и побольше выяснить о священниках, с которыми они собираются переговорить. - Да не будь ты таким формалистом! – возмущался Холмс. – У нас есть подозреваемые. Что ещё тебе надо? - Хочу быть уверен, что мы не ошиблись, - набирая номер, отрезал Аарон. - Я уж начала думать, что обо мне позабыли. Вся в нетерпении, мой капитан! – зазвенел в динамике голос Пенелопы. - Гарсия, нужна информация на двух священников. – Аарон продиктовал адреса церквей. – Всё, что сумеешь выяснить. - Секунду, - попросила аналитик и затараторила: - Первый – некто Джон Хосси. В Джэксонвилл перебрался из Чикаго пять лет назад. Родители умерли, братьев и сестёр нет. Один как перст. Платит налоги, устраивает благотворительные акции и вообще ведёт довольно активную социальную жизнь. Никогда не привлекался. Правда, в Чикаго он посещал группу Анонимных алкоголиков… - Должно быть, переехал, чтобы сменить обстановку и закрепить результат, - встрял Рид. – Обычная практика для тех, кто борется с зависимостью. - Можно подумать, это помогает, - презрительно фыркнул Шерлок, и Рид не стал комментировать его слова. Когда-то, раздираемый противоречивыми чувствами и наркозависимостью, он тоже подумывал всё бросить и уехать, пока в одно не самое лучшее утро не сообразил, что бегство его не спасёт, и остался. И он справился! - Ты прав, мой британский гений. – Голос Гарсии лучился улыбкой. – Спустя два года Хосси вновь вступил в АА, только на сей раз в Джэксонвилле. Он до сих пор в ней состоит. - Никогда не верил в эти группы, - заметил Джон. – Либо ты завязываешь, либо нет. - В коллективе проще расстаться с пагубными привычками, - не согласился Морган. - Только при условии, что чужое мнение имеет вес, - польщённый комплиментом аналитика, заступился за друга Шерлок. – Что со вторым? - Джек Арчер. Родился и вырос в Джэксонвилле. Его отец служил в полиции и погиб при исполнении. Старшая сестра не единожды платила штрафы за занятия проституцией. Сам Арчер не привлекался, однако проходил свидетелем по делу одной радикальной секты. - В принципе, оба подходят, - с досадой вздохнула Прентисс. - Да неужели? Опять вы за свои теории цепляетесь! – буркнул Шерлок. – Всё гораздо проще. Эм, мисс, - он наклонился к смартфону. – Кармайкл когда-нибудь посещал эти церкви? Проверьте локации его телефона. - Нет, прелесть, - отозвалась Гарсия. – Его телефон находился в одной соте с приходами, но он не искал их в сети и никогда в них не был. - Радость моя, поколдуй районы, в которых Кармайкл часто бывал незадолго до смерти. Скажем, за последние полгода, - с ласковой нежностью попросил Морган. – Нет ли там церквей? - Есть одна! – после недолгого молчания воскликнула Гарсия. – Священника зовут Шон Карлц. Родился в пригороде Джэксонвилла. Приводов нет, но семья была проблемной, и в школе на него не раз жаловались за жестокость к младшим. Карлц даже посещал психотерапевта. Служил в армии, после притих, а затем внезапно поступил в семинарию, был рукоположен и получил приход. Смартфон Кармайкла регулярно "светился" около церкви Карлца четыре месяца подряд до смерти владельца и каждый раз отключался на час-полтора. - Спасибо, малышка, - сказал Морган и сбросил звонок. - Вот и пригодилась теория, - догадываясь, чем заняты мысли коллег, проронил Росси. – Биография Карлца как по учебнику. Все признаки классического психопата: неблагополучная семья, жестокость, неспособность усидеть на одном месте… Своими исповедями Кармайкл подпитывал его агрессию. Часами рассказывал о людях, за которыми следил, и, возможно, каялся в желании самому разобраться с ними. Ты, кажется, спрашивал, почему субъект начал убивать? – Он повернулся к Шерлоку. – Смерть Кармайкла стала стресс-фактором! Детектив не сумел призвать виновных к ответу, зато почти наверняка говорил, как легко убить человека в большом городе. Карлц потерял рассказчика, а с ним и удовлетворение. Зато агрессия никуда не исчезла. - Едем, - подытожил Хотчнер. - Мы с вами, - немедленно сказал Шерлок, и Аарон не стал возражать. Неказистое обшарпанное здание церкви оказалось настолько серым и неприметным, что они едва не пропустили его. Расположенное в не самом благополучном районе, оно почти сливалось со столь же унылыми многоэтажными домами, где ютились и прозябали те, кому не повезло в этой жизни. Сомнительно, чтобы эту церковь вообще хоть кто-то посещал. Беспросветный быт обитателей дешёвых квартир лишал людей всякой веры, а окружающая действительность, вечная борьба за выживание делали бога и райские кущи чем-то бесконечно далёким и бессмысленным. Припарковав машины недалеко от церквушки, агенты надели бронежилеты и, следуя указаниям Хотчнера, рассыпались по периметру. - Джон, ты вооружён? – спросил Аарон. Получил отрицательный ответ, опустился на колено, вынул из кобуры на щиколотке пистолет и протянул Джону. – Знакомая модель? - Глок двадцать шесть. Хорошая игрушка. - А мне пистолет не дашь? – спросил у Хотча Холмс. - Джон солдат и умеет обращаться с оружием. Ты – нет. Рид, - позвал Аарон. – С нами. Шерлок обиженно засопел, однако Джон погладил друга по плечу, попросил держаться за ним, и Шерлок перестал дуться. Он не шибко доверял американцам, но рядом с Джоном чувствовал себя в безопасности, хоть и был почти на голову выше своего верного друга и любовника. Как велел ему Хотч, Джон следовал за Ридом, ощущая, как медленно вскипает в крови адреналин. Он всегда любил это ощущение – предчувствие опасности, когда учащается пульс, сердце гулко бухает в груди, инстинкты обостряются… Примерно те же ощущения он испытывал, целуя Шерлока и занимаясь с ним любовью. Ощущение жизни, понимания, что он жив и что жизнь, чёрт её дери, прекрасна!.. Миновав заброшенный палисадник с чахлыми кустами и засохшими клумбами, они поднялись по растрескавшимся ступеням. Наскоро убедившись, что его люди на позициях и Карлцу не уйти, Аарон дал знак Риду встать рядом с входом и дёрнул дверь. Та оказалась заперта. Однако, не успел он скомандовать Моргану, чтобы тот проверил пожарный выход, как за дверью что-то глухо треснуло. Звякнул засов. Створки резко распахнулись, саданув Рида с такой силой, что юный агент отлетел в сторону. Хотч шарахнулся и отпихнул Шерлока. Как оказалось, вовремя. Выскочивший на крыльцо Карлц размахивал битой, как заправский бейсболист, отбивающий подачу. Крепкий тяжёлый бочонок биты разбил вдребезги воздух, просвистев в дюйме от головы Хотчнера. Не давая агенту опомниться, Карлц вновь замахнулся, выбил из его рук пистолет и бросился наутёк. Ни на секунду не задумавшись, Шерлок рванул за ним. - Стой! – рявкнул Хотч и обернулся к Джону. Инстинкт врачебного долга пересилил боевой настрой. Склонившись над Ридом, Джон старался привести его в чувство, а заодно проверял, всё ли в порядке. - Я им займусь, - пообещал он Аарону. – Давай за ними!.. Шерлок нёсся за Карлцем, стараясь не упускать его из виду. В отличие от Лондона, который Холмс прекрасно знал, Джэксонвилл был абсолютно ему незнаком, и он прекрасно понимал – упусти он ублюдка хоть на миг, и всё пропало. И в пылу погони он даже не задумывался, что станет делать, когда гонка завершится. В руках Карлц по-прежнему сжимал биту, а Шерлок был безоружен. Однако это волновало детектива в последнюю очередь. Горячий, волнующий и упоительный азарт гнал его вперёд, а последствия сейчас не имели ровным счётом никакого значения. Они стремительно пробежали пару кварталов и свернули в сумрачную тишину проулков. Карлц скрылся за поворотом. Шерлок прыгнул следом и получил битой в правое плечо. Зазвенело в ушах. В руке полыхнуло острой болью. Не удержавшись на ногах, Шерлок упал на четвереньки. Резкая нагрузка на ушибленную конечность стрельнула новой волной боли. Вскинув голову, Шерлок увидел замахивающегося для финального удара разъярённого Карлца, когда по тупику гулко раскатился выстрел. Карлц нелепо застыл, точно кто-то нажал на паузу. В его лбу появилась аккуратная чёрная точка, из которой сочилась струйка крови. Ещё доля секунды, и бита с грохотком упала на асфальт. За ней рухнул и сам Карлц. Одним движением усевшись на пятки, Шерлок увидел Хотчнера. Агент стоял, чуть расставив ноги, а из дула пистолета, который он крепко сжимал в пальцах, вилась едва заметная струйка дыма. "Я был прав, - рассеянно подумал Шерлок. – Как и Джон, в правой руке". - Ты цел? – встревоженно спросил Аарон. - Да. Кажется, да, - поднимаясь и морщась от боли в плече, процедил Шерлок. - Чем ты только думал?! А вот этого Шерлок не ожидал. Никак не ожидал. Он столько раз пытался расшевелить бесконечно спокойного Хотчнера и уже начал подумывать, не создали ли американцы киборга, наподобие знаменитого Терминатора. И лишь сейчас запоздало припомнил свою теорию, будто невозмутимость агента лишь маска и не стоит даже пробовать её срывать. Специальный агент Хотчнер, такой выдержанный и дипломатичный, что Майкрофт с удовольствием взял бы его на службу, был вне себя от ярости. Тёмные глаза его полыхали таким гневом, что Шерлок невольно попятился. - Я спрашиваю: чем ты думал?! – Аарон не кричал, но Шерлоку показалось, что лучше бы агент наорал на него. Выплеснул злость, так сказать. Но Хотч не кричал. Он говорил негромко, и голос его звенел от гнева. - Не хотел упустить. – Шерлок кивнул на мёртвого Карлца, чувствуя себя нашкодившим мальчишкой. Последний раз это чувство посещало его в далёком детстве. - Ты хоть понимаешь, что тебя могли убить? Ты едва не подставил всех. Но больше всего – человека, который тебя любит! О нём ты подумал?! Каково ему было бы, не подоспей я вовремя? Ты вообразить не способен, как страшно хоронить любимых! И жить с этим!.. Где же твой хвалёный интеллект?! – Аарон убрал оружие, посмотрел Шерлоку в глаза, и тот увидел в них… разочарование. Странно, но Холмсу стало неприятно и отчего-то стыдно. Меж тем, Аарон с силой потёр ладонями лицо и, откликнувшись на голос Рида в наушнике гарнитуры, ответил: - Всё в порядке. Передай Джону: Шерлок цел. С ним всё хорошо. Чего не скажешь о Карлце. Голос специального агента Хотчнера вновь звучал ровно и бесстрастно. Уже к концу дня никто не сомневался, что Шон Карлц и есть "Маска Смерти". В его квартире нашли одежду с застиранными следами крови последней жертвы. На бите эксперты обнаружили кровь и частицы мозгового вещества всех убитых Карлцем людей, а опрос продавцов наконец-то вывел на магазинчик, где преступник купил маску, которой накрыл лицо Розы Баркер. Простуженная девица за прилавком опознала Карлца. Поиск остальных лавочек стал вопросом времени. Не помнящий себя от счастья, детектив Лэнс созвал пресс-конференцию, на которой коротко объявил, что "полиция Джэксонвилла при содействии ФБР провела операцию по задержанию преступника; подозреваемый в серии убийств Шон Карлц был застрелен при попытке скрыться". С подачи Хотчнера, намекнувшего на возможность появления подражателя, Лэнс не стал углубляться в детали, ограничившись скупым заявлением, что горожане могут спать спокойно, и прочей ерундой, какую обычно говорят полицейские. Сначала в клинике, куда, невзирая на протесты, Джон его отправил, а затем в номере отеля под тихое сопение любовника Шерлок никак не мог перестать думать о том, что произошло в тупике, о той короткой, ослепительной и внезапной вспышке эмоций Хотчнера и его разочаровании в британском консультанте. По всему выходило, что, несмотря на временами безобразные выходки детектива, Хотчнер проникся симпатией и, наверное, даже уважением к "любителю", и вдруг такая странная реакция… После случившегося им не удалось толком поговорить. Хотчнер постоянно был чем-то занят, и всё время рядом с ним маячил кто-то посторонний либо агент общался с кем-то по телефону. На британцев он внимания не обращал, и Шерлок извёлся от невозможности разгадать причину эмоционального взрыва агента. В каком-то смысле Шерлок допускал, что, возможно, погорячился и в чём-то не прав. Однако какое Хотчнеру дело до его отношений с Джоном? Шерлок сел и уставился в стену невидящим взглядом. "Ты вообразить не способен, как страшно хоронить любимых! И жить с этим!.." - Она не просто умерла, - еле слышно, чтобы не разбудить Джона, сдавленно прошептал потрясённый догадкой Шерлок. – Её убили! И он не смог её спасти! Вот почему он сорвался. – Он медленно перевёл взгляд на мирно спящего любовника. Что бы случилось, если бы Хотчнер не успел? Карлц наверняка размозжил бы британцу голову, а ведь Джон любил своего кудрявого детектива. Прощая недостатки, сложности характера, порой откровенную грубость… Джон любил его. Как Шерлок мог забыть об этом? О том, что любовь – не только удовольствие, но и гигантская ответственность. - Я обещаю, Джон, я буду осторожнее, - беззвучно проронил Шерлок, улёгся обратно и крепко обнял своего Джона. Следующим утром выспавшиеся британцы заглянули в участок, чтобы попрощаться. Вольные птицы, они, к зелёной зависти агентов, были избавлены от необходимости писать отчёты. Разве что Джон запостит в блог очередной рассказ об их приключении с участием агентов Федерального Бюро Расследований. Срок виз истекал, и счастливым любовникам очень хотелось вернуться в Лондон, на Бейкер-Стрит. Оставив Джона болтать с агентами, Шерлок присел на край стола и стал смотреть, как Хотчнер читает распечатку. - И часто вы расследуете такие дела? – спросил он, не выдержав тишины. - К сожалению, да. - Счастливчики. - И мой ответ – нет. – Аарон дочитал, поставил подпись и закрыл папку. – Понимаю, тебе бы этого хотелось, но нет. - Потому что я иностранец? – Шерлок догадался, что Хотчнер отследил ход его мыслей. - Не только. У Бюро есть филиалы во многих странах. И в Британии тоже. Дело в тебе. Какая-то женщина назвала тебя психопатом… - Читал блог Джона? Это, должно быть, милейшая сержант Донован, - прервал его Шерлок. - Так вот, ты не психопат. Нарциссизм вкупе с высоким интеллектом и отличной наблюдательностью делают тебя уникальным и абсолютно не приспособленным к работе в команде. А Бюро в первую очередь – коллектив. Тебя отсеяли бы уже при попытке поступить в Куантико. К тому же, - Аарон указал на небольшую стопку папок, – это лишь малая часть, а ты, как я понял, отчитываться вообще не любишь. - Бюрократы, - усмехнулся Шерлок. - Найти преступника – лишь часть работы агента. Нужно, чтобы этого преступника посадили. Иначе какой смысл? Но есть и хорошие новости: иногда Бюро прибегает к помощи сторонних консультантов… - Аарон сделал выразительную паузу и тепло, по-мальчишески искренне улыбнулся замешательству Холмса. - А говорят, чудес не бывает! – воскликнул Шерлок, которого поразил контраст: только что Хотчнер был мрачен и хмур и вдруг такая перемена! Словно некто в долю мгновения подменил Хотча и теперь перед Шерлоком сидел совсем другой человек – открытый, добродушный и солнечный. – Бессовестно лгут! Как думаешь, Хотчнер, я успею показать Джону океан? - У вас есть полгода, а потом принудительная депортация и запрет въезда в страну минимум на пять лет. Езжайте в Сарасоту. Это близко, - улыбаясь, порекомендовал Аарон. - Никогда бы не подумал, что скажу такое, но для агента ты очень даже ничего. Когда догадался? - Сочту твои слова за комплемент. В первый же день. Я всё-таки профайлер. Как видишь, теория работает. Не только ты умеешь делать выводы. – Аарон встал и протянул Шерлоку руку. – С тобой было сложно, но интересно. - Всегда пожалуйста, - Холмс с готовностью ответил на рукопожатие. – Не увлекайся теориями и больше опирайся на факты. И ещё… - Он запнулся, но закончил: – Мне искренне жаль, что ты её потерял. Прощай, Хотчнер. - Береги его, - Аарон кивнул в сторону Джона, терпеливо поджидавшего своего единственного в мире детектива. – И себя заодно. На прощание махнув агентам рукой, Шерлок и Джон покинули участок и неторопливо зашагали по залитой солнцем людной улице. Это было хорошее приключение. Одному из них оно дало лишний повод для гордости. Другого вынудило задуматься. - Знаешь что, Джон, - вдумчиво проговорил Шерлок. – А не махнуть ли нам в Сарасоту? Это близко. Я покажу тебе океан… "Иногда просто нет слов, никаких остроумных цитат, чтобы подытожить то, что случилось". Аарон Хотчнер