Рецепт нашей любви

Гости потихоньку начинали собираться в Норе. Джинни с Флёр помогали маме. Прибыл Перси со своей девушкой Одри, которая также стала помогать миссис Уизли на кухне. Рон и Джордж пришли вместе и сразу же получили с самого порога парочку заданий. Мистер Уизли как всегда задерживался на работе, хотя сегодняшний день был для него выходным. Даже Кингсли, явившийся одним из первых, выразил своё крайнее возмущение этим фактом и отправился на поиски Артура в Министерство. Луна, пришедшая с отцом одной из первых, принялась помогать остальным девушкам, а сам мистер Лавгуд разговорился с Биллом. Как только в Гарри прибыл в Нору, он сразу же пошел на помощь Рону и Джорджу. Задерживались только Андромеда с Тедди и Невилл с бабушкой. Когда Рон оставил ненадолго Гарри и Джорджа одних, последний намекнул Гарри, что хочет поговорить с ним наедине и обсудить кое-что. Чуть позже им удалось избежать общества Рона на длительный период, хоть последний пытался все время держаться рядом. Закрывая за собой дверь в кабинет мистера Уизли, Джордж начал разговор: — Гарри, нужно поговорить о… — Джордж замялся. — В общем, ты знаешь, как обстоят дела у Рона и Гермионы? Гарри непонимающее смотрел на Джорджа. — Понимаешь, вчера я зашёл домой и увидел Рона в недвусмысленной позе с девушкой. — Джордж сделал паузу и посмотрел на Гарри, тот стал бледным. — Сначала я решил, что это Гермиона, ну кто ж ещё это мог быть. И чтобы им не мешать, я отправился в Нору. А здесь уже узнал, что Джинни ночует у Гермионы, и они вместе готовятся к экзаменам. Теперь не знаю, что и делать? Неужели Рон изменяет Гермионе? Думаешь, стоит ей все рассказать? — Джордж смотрел Гарри прямо в глаза. В голове Гарри крутились разные мысли, если он признается, что это была Гермиона, значит станет ясно, что Джинни была у него, и что в этом случае с ним сделает Джордж? А если соврать Джорджу, тогда бы он рассказал все Гермионе, Гермиона, конечно же, поняла бы в чем дело и… — А может, лучше рассказать все маме? — предложил Джордж. — Она прочистить ему мозги. Да, теперь и соврать не вариант, в любом случае влетит одному из младших Уизли: или Рону, или Джинни. Как только Гарри принял решение во всем сознаться, в комнату вошёл Рон. — А я вас везде ищу. Что обсуждаете? — Рон посмотрел на Джорджа, потом на Гарри и по лицу последнего догадался, о чем речь. — Джордж, я просил тебя не трогать ни Гарри, ни Джинни с Гермионой. Что ты ему наговорил? — Рон, ты обломал мне всю шутку, — и Джордж похлопал Гарри по плечу. — Ладно, проехали, — и развернувшись к Рону, сказал, — ну раз так, то прошу тебя сегодня не ночевать дома. — Что?! — удивились Рон и Гарри. — Что слышали. Домой сегодня ни ногой. — Джордж вышел из комнаты. — Не знал, что у Джорджа кто-то есть, — начал Гарри. — Я тоже, теперь и ночевать негде. Сегодня, по-видимому, моя очередь «болеть». Когда Рон с Гарри вышли из кабинета, они увидели Гермиону, которая только что прибыла и искала Рона. Как только гости собрались, девушки с миссис Уизли накрыли на стол. Ужин прошел достаточно весело, никто не вспоминал прошлый год и события почти годовой давности. У каждого гостя нашлось, что рассказать нового о своей мирной жизни. Рон и Джордж рассказывали об успехах магазина, Гермиона, Джинни и Луна об экзаменах, Невилл о повышении квалификации у профессора Стебль. Внимательнее всего все слушали Андромеду, ей как никому другому было, что рассказать об успехах внука, о том, чему он научился в последнее время, как он ходит по дому, как играет, как начинает говорить. После ужина Андромеда с Тедди первыми покинули Нору — пора укладывать внука спать. Вскоре следом стала собираться Гермиона, и на все вопросы, почему так рано, ответ был один: она обещала родителям. — Проводишь меня? — обратилась Гермиона к Рону. — Конечно, что за вопросы, схожу за куртками. Рон и Гермиона попрощались со всеми и вышли из Норы. — Как «Золушка», — вдруг сказал Рон. — Успеть к установленному сроку. — Рон неожиданно вспомнил сказку, которую ему как-то рассказала Гермиона. — Это что, болезнь такая? — сказала Гермиона и они вдвоем засмеялись. На улице было темно, воздух был прохладным и влажным, им так приятно было дышать, и Рон с Гермионой какое-то время шли молча, просто наслаждаясь погодой и дыша свежим воздухом. Трансгрессировали молодые люди в нескольких кварталах от дома, где жила Гермиона. И тут Рон резко вспомнил: — Забыл предупредить маму, что сегодня ночую дома, в Норе. — Почему? И Рон пересказал ей все с самого начала, включая вчерашний вечер, и закончил просьбой Джорджа не появляться сегодня дома. Когда они пришли к дому Гермионы, Рон как раз закончил свой рассказ. В доме не горел свет, и Гермиона решила, что родители ещё не приехали. — Заходи, выпьем чаю, — предложила Гермиона. — Может, и на ночь останусь, — в свою очередь добавил Рон. — Мне некуда идти сегодня. — Посмотрим на твое поведение, — усмехнулась Гермиона. Рон и Гермиона прошли на кухню, Гермиона поставила чайник, достала заварник и чашки, а сама направилась в комнату переодеваться. Рон остался на кухне. В доме Грейнджеров всегда было очень жарко, и Рон сразу же снял свой свитер, оставшись в одной белой майке. Рон подошёл к доске, на которой висели открытки, фотографии и записки. Одна фотография привлекла его внимание. На ней были они с Гермионой. Этот снимок сделал отец Гермионы летом, когда Рон был у них в гостях. Он тогда боялся дотронуться до Гермионы в присутствии ее родителей, не говоря о том, чтобы поцеловать или обнять ее. В тот вечер он впервые понял Гарри. От воспоминаний Рона отвлёк свист, который издавал чайник. Он выключил его и заварил чай. Гермиона всё ещё не спустилась, и Рон позвал её, но она не ответила, тогда он решил подняться на верх и поискать её. Когда Рон подошёл к лестнице, он услышал как Гермиона разговаривала по телефону с кем-то, наверное, поэтому она и не отзывалась. Через мгновение Гермиона вышла из комнаты. На ней был надет розовый халат длиной до середины бедра, и почему-то она была босиком. Рон быстро преодолел все ступеньки и, заключив Гермиону в крепкие объятия, поцеловал её. Поцелуй был страстным и горячим, Гермиона отвечала ему с таким же пылом. Рон не хотел останавливаться, хотя понимал, что уже пора, иначе он уже не сможет сдерживаться. Он отстранился от Гермионы. — Пошли пить чай, а то приедут твои родители, а мы тут целуемся, и я уже не могу себя сдерживать. — Рон опустил глаза вниз, как бы указывая на то самое место, которое не поддавалось контролю. Гермиона обхватила Рона за шею обеими руками и неожиданно низким для себя голосом сказала: — Родители остаются ночевать у тётушки, они только что звонили. Рон крепче прижал к себе Гермиону и снова начал целовать ее с ещё большей страстью, чем прежде. Сейчас больше всего на свете Рону не хотелось отпускать Гермиону от себя ни на секунду, но больше этого он хотел только одного: как можно быстрее снять с нее этот халатик. Гермиона медленными, но уверенными шагами, не отрываясь от поцелуев с Роном и увлекая его за собой, стала двигаться к своей комнате. Из комнаты стали доноситься звуки поцелуев, затем шёпот — сначала парня, потом девушки — шорох одежды, снова поцелуи, скрип кровати, как будто на нее упали двое людей, поцелуи, тихие стоны, поцелуи, тихий крик девушки, приглушенный шёпотом парня и снова поцелуи вперемешку с ритмичным скрипом кровати, тихими стонами и поцелуями, и наконец громкий стон больше похожий на рёв, поцелуи и тихие еле слышные признания в любви. И двое влюбленных заснули в объятиях друг друга крепким сном. Чай так и остался стоять на столе до самого утра.