Чудесная амнезия

Слоняясь по городу, уже даже не получая удовольствия и прилива адреналина в крови от прыжков с одной крыши вышки на другой, и это при том, что он гулял на головокружительной высоте, Майки умудрился заскучать. До тёмного, какое всегда и бывает в мегаполисах, беззвёздного неба, казалось, можно дотянуться рукой, стоя на одном из сорокаэтажных зданий, что будто полностью состояли из стекла и даже пол и потолки прозрачные. Свет в окнах, фонарей, рекламных щитов, высоко расставленных на своих тонких длинных ножках, свет исходил буквально отовсюду, и только спальные районы не были окутаны этим волнующим ярким светом ночной жизни. Майки не впервые гулял в одиночестве, хотя для его натуры — он и сам это признавал — странно, он скорее душа компании, нежели вся компания из одного… черепаха. Наверное, взрослел? Да нет, этого он делать в ближайшую сотню лет не планирует, тогда команда станет совершенно другой, а это и сказаться может на их… боях? Да, а будут ли у них враги спустя век? Вот от такой путаницы мыслей он и пытался убежать. Стало легче, когда появилась т/и. Изначально они достаточно мило общались и виделись часто, около трёх раз в неделю, так его брат, которому она ни разу не нравилась, задавался вопросом о том, изволит учиться ли т/ф, или она просто гоняет балду, что ей делать откровенно нельзя, между прочим. Майки отвечал честно (и то, что она ему говорила): т/и знает, что она ученица по обмену, что это важно и её стипендия — самый большой заработок, не считая небольшой суммы денег, что отправляют родители раз в месяц, и зарплата с библиотеки и раздачи листовок, но там тоже ловить нечего, ведь т/и работает на неполном дне. Так что да, дорогой мой друг (тут черепаха слово в слово цитировал девушку), я хожу на учёбу. В общем-то, всё шло волшебно, пока один преферанс не произошёл между его братом и т/и, потом она вдруг пропала и, когда её наконец нашли, она… Бросилась с моста. Микеланджело, не раздумывая и не скидывая толстовку, с трудом раздобытую под его нечеловеческую фигуру, прыгнул за ней, только это были ещё цветочки. Подруга, открывши глаза и уставившись на парней, будто впервые их видит, чем вызвала облегчение и смешок из-за забавной растерянности у ниндзя, спросила, кто они такие. Вот и всё, думал Микеланджело, перемещая взгляд от фонарика Дона на таких же потерянных Рафа и Лео, обиделась на него настолько сильно, что теперь играет в амнезию. Наверное, его брат был прав, когда говорил, что всё это совершенно неправильно, его чувства должны оставаться исключительно его проблемой, а т/ф пусть найдёт того, кто не заставит её плакать… Ну, это он сейчас так думал, смотря на частички вируса в её крови под микроскопом вместе с Донни, правда, мало чего понимая, но всё равно считая свои размышления верными. Знал бы он, что т/и говорила о нём, когда они с Майки оставались наедине и (что бывало крайне редко — девушка сильно смущалась) болтали об этом. — Ага-а? — Лениво отозвался черепашка, развалившийся на крыше и наблюдавший за голубем, которого любезно угостил куском купленной булочки с корицей. Телефон прижал к голове плечом, потому что, услышав голос Донателло, вспомнил, что так и не поправил пояс. — Ты где? — Торопливо спросил он, кажется, тоже держа мобильник не рукой — под конец фразы голос стал тише, будто телефон съехал куда-то от лица, на живот, и это смешно, учитывая наличие пластрона. — Гуляю. — Беззаботно ответил Майки, улыбаясь лёгкости тёплого осеннего вечера-ночи. — А что? — Скоро выдвигаемся… Будь дома через полчаса, ладно? — И потом шёпотом добавил: — Он вряд ли захочет ждать. — Достаточно весомый аргумент для того, чтобы уже телепортироваться домой. — Уже бегу! — Микеланджело отключился, сунул телефон в крепление на поясе, сделанное специально для Его Высочества Криворучки, как называет его Рафаэль, раздавая подзатыльники за сломанные или разбитые вещи. Может, это по поводу неожиданно пропавшей памяти т/и? Их подруга что-то вспомнила?

***

Камень, попавшийся на твоём пути, заставил тебя в силу потери равновесия почти протереть асфальт лицом, но, даже выбившись из сил и соображая медленно, ты среагировала моментально и замахала руками, продолжая бежать. Город будто терял краски по мере того, как глубоко ты забегала в этот район, становился темнее и давил кирпичными зданиями домов. Всё темнее и темнее, всё страшнее за свою жизнь и оттого, что сзади, насколько ты можешь слышать, бежит не один человек и явно за тобой, дыша так же тяжело и сбивчиво. Но парни ведь спасут тебя? Ты не знаешь. Что это за место, почему бежишь от них, и кто эти «они»? Это просто очередной кусок твоих воспоминаний? Похоже на то: ты просто поняла, что бежишь, проклинаешь свои покрытые странными оранжевыми пятнами джинсы и горло, что неистово болит и дерёт, а ты не можешь скрыться от преследующих. Но надежда всё же мелькала где-то внутри, возможно, ты уже позвонила в полицию? Ты свернула за угол, и, чёрт, снова отвратительно освещённые дворы, словно проклятие, преследовали тебя. На самом деле, ты не знала ни куда бежать, ни зачем, просто передвигала ногами, а страх каким-то ароматом исходил от тех, на кого ты не рискнула оглянуться. Они, казалось, имели ужасно мощную фигуру, подходящую к ней ухмылку на лице, и оружие, да-да, ты определённо припоминала испачканную алым биту. Просто всплыла в памяти, вспышкой возникла в разуме, но заставила поёжиться. Не хотелось бы украсить её собственной кровью… Ты перепрыгнула небольшой забор, отделяющий детскую площадку от дворов, даже сказать трудно, какого он цвета, ровно, как и качели: вроде что-то светлое, не разберёшь из-за перегоревших ламп фонарей. Ты бежишь по асфальтированной тропинке, но преследующие вряд ли уместятся на ней. Им ещё не надоело? Потому что тебе — да. А ещё ты уже не можешь нормально дышать, и эти хриплые вздохи пугают тебя, кажется, ещё немного, и смысла дышать уже не будет. — Стой, кому говорят?! — Они кричат это уже десятки раз, но ты так занята побегом, что едкие и вот такие нелепо глупые фразы доходят до твоих ушей редко. А стоило бы их послушать, возможно, чего полезное бы узнала. — Эта коза кому-то звонила по мобиле! — Вставляет своё слово другой мужчина, выдавливая через отдышку свои наблюдения. За собой бы так пристально следил, может, и не бегал бы за девчонками по нелицеприятным улицам по ночам!.. Погоди-ка, ты кому-то позвонила? Так вот она откуда, эта надежда! Кажется, известие придало тебе сил, и ты, легко перепрыгнув на карусель, крутанула её достаточно сильно, чтобы преследователи не вздумали к ней подойти, и, буквально отдыхая пару кругов, во время которых ни один из мужчин не додумался остановить карусель (сами, наверное, отдыхали), ты быстро спрыгнула с неё, удаляясь за поворотом. Бинго, поворот за поворотом! А тут ещё и строительный мусор у стены, родненький, миленький, как столь полезную кучу мешков, коробок и банок из-под краски можно было выбросить! То есть, кхе-кхе, спасибо за такой подарок! Восхитительное место: развилка дорог, спасительное укрытие, и лестница пожарная рядом! Ну, судьба же, оторваться от этих уродов не устающих! О, помяни чёрта… — Так… — Мужчина в белой майке, заляпанный той же краской, что и твои джинсы, согнулся, оперся руками о колени, и, прерывисто дыша, повернул голову к твоему мусору. Нет, нет, нет, лучше на небо посмотри, видишь, какая Луна симпатичная? — Разделимся. — Решил он. И сказал то же самое, когда ещё трое мужчин пришли (халявщики, а ты тут горло надрывала!), один из них прицепил к горлу футболки солнечные очки, другой пытался закрыть заевшую молнию небольшой сумки на ремне, а третий просто устал. — Зак, дуй на крышу, только осторожно, эта ещё и спрыгнет. — Отдал приказ мужчина в майке, указывая на поржавевшую металлическую лестницу. Что за бред, не собиралась ты прыгать с какого… Седьмого этажа! Н-да, план «Прогулка на крыше» провалился. — Джек, Пит, вы — по сторонам. — Ну, вот там ты скрыться думала в последнюю очередь, так что не так уж и обидно. — А я прямо побегу. Эх, вот сучка, столько хлопот…! — Смачно сплюнув на землю, безымянный побежал туда, куда и собирался, а затем разошлись и эти трое, не сказав ни слова. А ты знала, что говорить они умеют. Так странно сидеть тут, в тишине и компании в виде ещё и опилок, а не только высохшей на пластиковых банках краски. Ладно, эти собеседниками будут по-лучше, чем… Зак! Он ведь почти поднялся на крышу, чего сидишь?! Сейчас обнаружит, что мало того, оттуда прыгать никто не собирается, так ещё и некому, быстро спустится и голову твою оторвёт! Ты быстро удалилась с места происшествия, тебя даже показалось, что сейчас ты бежала быстрее, чем тогда, от этих недружелюбных мужчин. Ты скрылась в подъезде пятиэтажки, у которой даже домофона нет, и вдруг — о, чудо! — по вибрации, нашла в кармане джинсов телефон, который, вот так новость, звонил уже в двадцать третий раз. Аватарка мультяшная, наверняка ты даже над её поиском не парилась, а вот имя… Погоди, это же он! Как же так вышло, что вы разделились? Он же обещал защищать, он с тобой столько времени провёл, пока ты была без памяти… Ты почувствовала, что всё стало лучше. Он волнуется, как обычно, но старается не показывать этого (хотя и ежу по количеству пропущенных вызовов понятно, что тут к чему), и он тебе дорог. Да-да, прямо здесь, на третьем этаже дома, находящегося на окраине города, ты понимаешь, что чувствовала это всегда. С улыбкой принимаешь телефон к уху. — Т/и, ты где? Ты звонила, а потом трубку не брала, что за дела?! — Он затихает, когда слышит всхлип. Ты прямо сейчас готова расплакаться, но уже от счастья, от того, что та ужасная погоня в прошлом, а тут, в настоящем, на другом конце провода твоя любимая черепашка, и он скоро придёт, может, даже надерёт зад тем бегунам! — Парень, я так рада, что тебя слышу! Но… — Чёрт, что это, шаги? — Забери меня, пожалуйста, забери! — Т/и, где? Куда мне идти? — ...Алло, т/и, ответь сейчас же! — …Т/и? Мужчина усмехнулся, держа в руках девчачье тело. Да, она доставила много проблем, заставила кварталов десять за ней пробежать, и всё почему? Невестка какой-то черепахи, врага Шреддера, чуть ли не монополиста в плане тихой, но полной власти над городом. Хорошо, что девка сейчас не убежит — Зак хорошо её приложил. А ведь мог с крыши и не увидеть, как она дёру даёт! Он откинул телефон ногой, в глубь неосвещённой лестничной клетки. Пускай парень поволнуется, ему, да и всей его семейке полезно будет узнать, что лезть в дела Шреддера не стоит, если не хочешь лишиться головы. Своей или того, кто тебе дорог.