У нас есть вечность.

— Что? — Нам так жаль, простите меня. Мы боролись за его жизнь, но дело было не в аллергии, как мы думали, а в его легких. Мы обнаружили у него эмфизему легких. Вы знали, что господин Мин курил? — я просто не могу поверить в сказанное врачом, поэтому мотаю головой. —Нет-нет-нет. Юнги жив, я знаю. Я видела его вчера, он выступал на сцене. Он улыбался мне! Вчера! Это всё было вчера! — я начала кричать и постоянно мотать головой в разные стороны. Мне не хотелось верить. И я не верила. — Где он? Где Юнги? Где он? Прошу, скажите, - я опустилась на колени и закрыла лицо руками. — Юнги никогда не курил, этого просто не может быть. Вы мне лжете, но зачем? — заглядываю полными слёз глазами в глаза доктора и вижу столько печали, сколько и сожаления. — Мы нашли это у него на столе. Думаю, оно предназначено для вас, — произносит врач и протягивает мне белый лист. Я дрожащими руками принимаю его и разворачиваю. — Мне так жаль, — вновь произносит врач и встает со своего места, чтобы оставить меня одну. Я перевожу взгляд на буквы поверх листа и узнаю твой почерк, пытаясь прочитать хоть слово, но выходит не очень хорошо: «Сколько нужно людям времени, чтобы узнать, что такое любовь? Мне понадобилось десять лет, чтобы узнать, что такое любовь. Любовь — это снежинки на руках. Любовь — это встречи по вечерам за просмотром фильмов. Любовь — это проигрывать в карты на мороженое. Любовь - это бояться причинить боль. Любовь — это всегда быть рядом. Любовь — это ничего не скрывать. Любовь — это доверие. Я никогда ничего не скрывал и не врал тебе. Но моей единственной ложью было то, что я сказал тебе, что люблю Ан СоРи. Но я не люблю её и никогда не любил. Всю жизнь я любил лишь тебя. И мне не жаль вот так умирать, если ты узнаешь это». Моё сердце сжималось сильнее и сильнее, скуля от боли; глаза наполнялись слезами, что ручьями текли по щекам; руки дрожали, а разум перестал думать. Я больше ничего не чувствовала. Я просто хотела умереть от боли, но ничего не чувствовала. Ни о чем не думая, я перебирала ватными ногами по коридору, случайно заходя в одну из палат и узнавая в ней операционную. «Здесь он погиб. Здесь он любил меня» — произносится в голове. Обхожу комнату кругами, пытаясь прийти в себя, и беспомощно рву волосы на голове. — Верните его! — крик вырывается из легких и глушит мой разум, принося жгучую боль вместе с разочарованием. — Вы что здесь делаете?— слышится позади голос медсестры, но мне уже всё равно. Я беру скальпель со стола в свои руки и вонзаю в себя. Тело пронзает болью, и я не могу удержать равновесие, падая на колени. — Девушка! — медсестра подбегает ко мне, пытаясь заглянуть в мои глаза. — Не закрывайте их! Врача! Кто-нибудь, позовите врача! — У нас есть вечность. У нас есть время, — напеваю под нос, смотря в потолок. Я всё ещё вижу перед собой глаза той медсестры. Её лицо наполовину скрывает больничная маска, но я вижу беспокойство. Она шевелит губами, наверное, даёт назначения, но я почему-то ничего не слышу. Резко чувствую боль в правом боку, что заставляет лицо сморщиться в неприятной гримасе. Вижу, как кто-то надевает на меня маску, подключая к аппарату искусственного дыхания, и долго всматривается в мои глаза, которые я пытаюсь не закрывать. Я чувствую, как тело теряет силы, и холод, словно я нахожусь в морге. До меня доносятся обрывки разговоров, но все они еле разборчивые. — Скальпель задел желудочную артерию, что вызвало сильное кровотечение, зажимай сильнее! — Пульс слабый, вколите больше адреналина! — Она теряет сознание, — проговорил кто-то, но я услышала это. И прежде чем провалиться в пропасть, до меня дошло: — Давление падает, мы её теряем! «Сколько нужно людям времени, чтобы узнать, что такое любовь? Мне понадобилось всего лишь пять лет, чтобы узнать. Любовь — это волнение перед встречей. Любовь — это слёзы на щеках от радости. Любовь — это красные шары на день рождения. Любовь — это учиться чему-то новому. Любовь — это две души». ○ ○ ○ Резко вскакиваю с кровати и осматриваюсь по сторонам, натыкаясь на твой испуганный взгляд. — Ты совсем, что ли? Чего так пугаешь? - я учащенно дышу и не могу поверить своим глазам, когда вижу тебя перед собой. Ты сидишь на краю моей кровати, как в старые времена, когда ты приходил ко мне ради просмотра фильма. Из моих глаз текут слёзы, когда я, не выдержав, притягиваю тебя к себе и со всей силы обнимаю. — Юнги! — всхлипываю, чем озадачиваю тебя, и ты, не ожидая моих слёз, не знаешь, что делать. Я чувствую твои пальцы на своих щеках, что аккуратными движениями вытирают слёзы. — Я люблю тебя, — тихо шепчу. Твои глаза расширяются, и ты не понимаешь, что со мной происходит, ведь я никогда так не вела себя, даже в любви никогда не признавалась тебе, пусть и дружеской. — Ты чего это? — слегка улыбаешься ты. — Я люблю тебя не как друга. Хочу, чтобы ты знал, — всхлипы до сих пор вырывались из меня, а ты обомлел, не зная, что сказать. — Ты... Ты это серьезно? — Да. — А я... А я ведь тоже, — улыбаешься ты, а я поднимаю на тебя свои глаза и хочу что-то сказать, но ты резко подаешься вперед, даря мне мой первый и нежный поцелуй. Я чувствую вкус табака на кончике языка и отстраняюсь. — Ты куришь? — Да, как-то не решился признаться тебе, — слегка замялся ты, отводя взгляд. — Больше не кури, ради меня, — ты замер, глядя на меня, а затем кивнул. — У нас не так много времени, чем займемся? — укладываясь рядом со мной, спрашиваешь ты. — У нас есть вечность, Юнги, можем делать всё, что угодно.