Песок

В этот раз Инквизиция как-то слишком расщедрилась и выставила на продажу несколько редких артефактов. Антон украдкой наблюдал за Завулоном, надеясь понять, что же могло заинтересовать темного. Но время шло, старинные амулеты неохотно приобретались частными лицами, а ни Гесер, ни его противник не спешили ввязываться в торги. Тут к Антону подошел Эдгар, завел разговор о погоде, потом о здоровье членов семьи, а когда поинтересовался успехами дочери в учебе, Городецкий не выдержал: - Намекни по-приятельски, что здесь назревает? - Ты мне льстишь, светлый. Приятелями мы никогда не были. Но в долгу я не остаюсь, поэтому готов помочь в меру моих сил. Что тебя интересует? - Вот, - кивком головы он указал на Завулона. – Его сюда явно привело не праздное любопытство. - Я не совсем тебя понимаю, Антон. Откуда мне знать, каковы планы Великого? - Как мне стало известно, на данный момент именно ты приставлен курировать деятельность Дневного дозора. И должен часто пересекаться с Завулоном, обсуждать в укромном уголке интересы сил Тьмы и всячески способствовать налаживанию контактов темных с Инквизицией. - Городецкий, ты меня обижаешь… - Всё именно так, не сомневаюсь. Расслабься, я не заставляю тебе выдавать великие тайны Серых балахонов. Скажи хотя бы, чем именно интересовался Завулон в последнее время. - Цербером. - Кем? - Ты же знаешь про его добермана? Вот он хочет для своего адского песика сучку приобрести. Интересовался расценками. Но тут я, к сожалению, ничем помочь не смог, слишком редкая порода. Не в ад же за ним спускаться? - выражение лица инквизитора было совершенно спокойным, лишь чуть приподнялся уголок рта. - Хорош издеваться! Я тебя серьезно спрашиваю. - Шуток вы, светлые, не понимаете. А я – недомолвок. Поясни в чем дело, может и владею информацией. Дозорный мысленно чертыхнулся, сообразив, что Эдгар его специально провоцирует, чтобы потом при случае сказать, мол, просто кивал и улыбался, когда светлый провокационные вопросы задавал. - Завулон обмолвился, что заинтересован в каком-то особом артефакте, который выставят сегодня на торги. Что это может быть? - О! Так ты об этом? В самом деле, планируется один сюрприз. Но раньше времени разглашать не могу, сам понимаешь. - Хоть намекни! - М-м… Ну, хорошо. Ты ведь тоже не частый гость на таких раутах? Вот и сопоставь. Городецкий честно попытался понять к чему приведет их совместное нахождение в одном зале, но в голову ничего стоящего не приходило. - Не торопи события, светлый. Настанет время, вот и будешь действовать, - успокоил инквизитор. - И как быстро оно настанет? – насторожился Антон. - Откуда же я могу это знать? – притворно печально отозвался инквизитор. Сообразив, что ему советуют быть настороже, Антон благодарно кивнул. - Так всё же на счет Завулона… - Тебя интересует, на побегушках ли я всё еще у него? Нет, Городецкий. Мое нынешнее положение позволяет открыто демонстрировать нейтралитет и отказывать в тех просьбах, которые покажутся неудобными. - У всех есть слабости, – пожал дозорный плечами, - а Завулон мастер этим пользоваться. Инквизитор нахмурился, переступил с ноги на ногу, отвлекся на проходящего мимо официанта предложил светлому бокал с чем-то слишком непонятным, чтобы позволить себе угоститься, в общем, попытался отвлечь собеседника от опасной темы. - А ты слышал, какие сейчас сплетни ходят о главе белорусского Дневного дозора? - Ну так, всем известно, что его суккубская натура падка на новичков. Разве лицензиями его снабжает не Хена? - Так теперь Завулон там частный гость. - Ищет острых ощущений? После смазливых ведьмочек переключился на мальчиков? - Для тебя этот вопрос так актуален? - Не-ет, - растерялся Городецкий. Он уже был не рад, что затеял этот разговор. Просто из головы не шла недавняя беседа с Хеной, где тот изволил шутить относительно сменившихся в последнее время пристрастий Завулона. - Так ты сам спроси у него, - ухмыльнулся Эдгар, - уверен, ты его этим сильно позабавишь. - Извини, - спохватился Антон. – Это не мое дело. Наслышан о вашей темной ранимой натуре – пристрастия не обсуждаются, и вообще никто не сует нос в такие вещи. Эдгар рассмеялся. - Вот уж действительно. У нас за такие вопросы не жалуют. Интерпретируют это как наглость или же личную заинтересованность. Чего в тебе больше, светлый? - Осторожности во мне больше, – буркнул Антон, - чем больше знаешь о вашем брате, тем спокойнее спишь. - Тогда поясню, в чем ты заблуждаешься. Ты всерьез считаешь, что начальству есть время определиться в пристрастиях? Для примера, твой шеф когда последний раз покидал кабинет? А выходные у него бывают? - Сравнил! У темных что не квартал – так гулянка в «Сохо» или в цыганском ресторанчике у набережной. Неужто Завулон отказывает себе в удовольствии расслабиться? - Положение обязывает, знаешь ли. Любого Великого должно окружать только лучшее. Гесер, поди, принимая делегацию из соседних государств тоже при себе ведьмочек, тьфу, волшебниц держит посмазливее? Антон хотел возразить, но припомнил Верочку, секретаршу шефа, и осекся. Вместо этого спросил: - Что-то у меня создается впечатление, будто твоя словоохотливость продиктована чем-то малоприятным для меня. Обычно ты больше отмалчиваешься, да сентенциями сыплешь. - Сентенции? Что же, от тебе еще одна: будь я на твоем месте – просто расслабился и получал бы удовольствие. - О чем ты? - Я к тому, что проще извлечь выгоду, когда противник думает, будто сражение выиграно. Ты ведь у нас после случая с Тигром знаменитостью стал. Инквизиция всех континентов тобой интересуется. Ты представь, какие ставки делаются на предмет того, кто первый о тебя зубы сломает. И вообще, Городецкий, завидная тебе роль достанется, я полагаю. - В смысле? - А сам подумай: после слухов о том, что тайно владеешь Фуараном, после истории с Зеркалом, ты умудрился заинтриговать всех тем случаем с пророком. Ты не только остался жив, светлый, ты еще и с Сумраком пообщался. Непосредственно, так сказать, в глаза заглянул. К чему бы такая честь да лишь тебе одному? - Не я был инициатором. - Только потому что все это понимают, возле тебя и вьется столько заинтересованных лиц. - А ты из числа этих самых заинтересованных? Не часто ты что-то советы мне давал раньше, откровенничал по душам. Я просто делал сою работу. И на моем месте любой попытался бы обойтись без жертв! - А на твоем месте уже были некоторые, но им так не посчастливилось. Завулон, кстати, тоже вставал между Тигром и пророком. И где сейчас тот пророк? И почему столько столетий спустя Артур не может похвастать, что держит Тигра на коротком поводке? Ты, Антон, феномен. И Гесер это знает. Поэтому так и приблизил тебя. Дозорный тряхнул головой, отказываясь верить. Он не был так наивен, чтобы не заметить, как закопошились все вокруг, но до сегодняшнего дня считал, что это лишь обычное любопытство. Теперь же предстояло выяснить до какой степени готова рисковать конкурирующая сторона. Представив возможные последствия, Антон поежился. Впрочем, решать такие «сомнительные» проблемы ему не привыкать.