Розовое вино

      Первое сентября. В одиннадцатый раз происходит одно и то же: нарядные первоклашки дарят цветы своим первым учителям, родители, как назойливые папарацци, расталкивая всех, пытаются запечатлить своё дитя, опадают осенние листья, в воздухе стоит атмосфера праздника (если этот траур можно назвать таким высоким словом). Все как обычно, если бы не одно НО: классный руководитель во время встречи с нами сообщила, что в нашу школу пришла новая англичанка.       Это было ужасное известие, ибо с прошлой учительницей мы ничего не делали, но имели одни пятёрки. Что же будет теперь? Неужели придётся тратить своё время, которое могло бы уйти на подготовку к экзаменам на «Hi, my name is Eliza»?! В общем все были расстроены, однако одновременно хотели поскорее познакомиться с новенькой. И это желание не заставило себя долго ждать.       Был самый обычный школьный день. Шла перемена, мы болтали, смеялись и не заметили, как прозвенел звонок на урок. Не знаю почему, но мы решили сидеть с Анастейшей, ведь мы и вправду неплохо подружились. Я сидела спиной к доске, так как разговаривала с подружками, которые находились позади меня. Тут среди общего шума мне показалось, что дверь отворилась и кто-то вошёл. Я обернулась и увидела новую англичанку. Она выглядела вполне обычно: чёрные шпильки, чёрные брюки, синяя кофта... На вид ей было лет 30, значит, скорее всего, замужем. На самом деле в тот момент я не испытала ничего, кроме любопытства. Это была такая же учительница, как и большинство в нашей школе.       Наш класс, ничего не делавший весь десятый класс, начал хором объяснять, что ничего не знает по-английски. Учительница только смотрела и улыбалась. Затем она встала и стала раздавать всем листочки с мини-анкетой, благодаря которой хотела узнать что-нибудь о каждом. Среди вопросов был такой: какой последний фильм вы смотрели? Я улыбнулась и посмотрела на Ану, улыбнувшуюся в ответ. Просто тогда мы смотрели только нестандартные фильмы и соответственно последние были тоже на тему взаимоотношений девушек. Анастейша сначала хотела выдумать что-нибудь, но я, убедив ее в том, что англичанка все равно не смотрит подобного, уговорила написать то, что было в реальности. С таким лицом, будто делаем страшную пакость, мы написали «Хлоя» и «Ниже ее губ». Только потом я поняла, что это была самая страшная ошибка всей моей жизни.       Кстати совсем забыла сказать о том, что звали англичанку Марта. Первое впечатление от урока превзошло все ожидания: мы поняли, что сможем филонить и в этом году, Марта была достаточно любопытная, так что с ней можно было поболтать. Да и вообще оказалась довольно приятной женщиной.       На следующий день у нас не было урока у неё, но в принципе мы и не нуждались в английском, хотя через какое-то с нетерпением ждали заветные 45 минут... Еще один скучный школьный день заканчивался, однако на последней перемене, когда мы с Анастейшей шли по коридору, мы встретили ее. Марта улыбнулась нам и поприветствовала по именам. Это было так странно, но в то же время приятно: она запомнила наши имена! Конечно, это было самым обычным жестом приличия. Однако мы с подругой восприняли все не так. Мы сразу вспомнили, как написали в анкете те «странные» фильмы и напридумывали себе, что будто бы англичанка обратила внимание среди 30-и анкет на наши. Будто бы она решила посмотреть трейлеры указанных фильмов и потому так странно повела себя, увидев нас.       В общем с того дня, мы стали проявлять явный интерес к Марте. На уроках были активными, каждую ее улыбку воспринимали, как следствие указания в анкете именно тех фильмов. Называла по именам она только нас (человек физически не мог запомнить сразу всю школу, но мы-то воспринимали все близко к сердцу). Сейчас я, безусловно, понимаю, как мы заблуждались, какими глупыми и наивными были, как вообще было тупо писать те фильмы, а потом все сваливать на них. Но в тот момент мы не могли так хладнокровно рассуждать. Нам вскружило голову. Это было так странно, ново, но прекрасно...