Горсть тумана

      В начале третьего года Пак Чимин пригласил Мин Юнги на свидание. Закончилось всё странно.       Они тогда были на ступенях Астрономической башни. Юнги и Чимин только вышли с урока и спускались по лестнице как можно быстрее. Это была гонка не на жизнь, а на смерть.       Пак засмеялся, когда Юнги чуть не поскользнулся. Мин схватил Чима за мантию, но тот перехватил его за запястье.       — Подожди чуть-чуть, — сказал Чимин. Они остановились у небольшого окна. Пак стоял к Юнги спиной, но Мин уловил на секунду этот пронзающий взгляд младшего в отражении. За окном ветер колыхал высокую траву и листья на деревьях. Было по-весеннему ярко и солнечно. У Юнги рядом с Чимином в душе расцветала весна, по-настоящему тёплая и радостная.       Тогда он боялся своих чувств, знал, что ничего не будет. Чимин не знал секрета Юнги. Не знал, что Мин — грязнокровка, нечистый, отброс.       Чимин отпустил запястье Юнги.       — Ты собрался меня вокруг пальца обвести, а затем убежать, не так ли? — спросил старший.       Чимин не сводил с него взгляда.       — Ты пугаешь меня, — старший нервно хмыкнул.       — Я один тут напуган до чёртиков, — отозвался Пак.       — Чё…       — Давай сходим куда-нибудь, — Чимину было страшно, но он смог это произнести.       — Чё, сейчас? Ну, у нас урок, но если хочешь, — Юнги не дали договорить.       — Нет, — Чимин помотал головой, — я имел в виду, — он глубоко вздохнул, — имел в виду…       У Юнги кончалось терпение. Он не читал мысли младшего, и это его раздражало.       — Просто скажи уже. Что там? — раздраженно произнес Мин.        Чимин резко встрепенулся.       — Не дави на меня. Это важно.       — У тебя всё важно, ага, — старший усмехнулся.       — Ты важен, — Чимин смотрел Юнги прямо в глаза. Казалось, что парня читают, словно он открытая книга.       — О чём ты вообще...       — Я хочу сходить с тобой куда-нибудь, не обязательно на улицу.       Юнги смутился поначалу, но взгляд Чимина становился всё более напряжённым, и все сомнения пропали. Пак Чимин только что пригласил Мин Юнги на свидание?       — Юнги? — в голосе парня звучали нотки страха.       — Нет, — Юнги не может встречаться с Чимином. Он — грязнокровка. Ему нужно всеми силами хранить этот секрет в тайне. Нужно отказать. Выхода нет.       Но он же может верить Чимину, да? Чимин его лучший друг, так? Они же вместе с самого начала. Каждую ночь перед сном Чимин просит подержать его за руку. Это же что-то значит? Разве Чимин не принимает Юнги таким, какой он есть?       Нет, нужно думать о семье. О том, что будет, если Чимин от него отвернётся.       Пак до сих пор стоял и ждал. Юнги не нравилось то, что он собирается сделать, но выбора не было.       — С чего бы мне желать с тобой встречаться? — спросил Юнги. Он выдавил жалкую усмешку, — ты ебанутый и вещи в нашей комнате вечно разбрасываешь, и не убираешься никогда, да ты… ты низкий и...       — Юнги, что ты…       — И ты скучный, такой занудный... Ты же знаешь, что все хотят с тобой встречаться чисто из-за денег, да? И из-за того, что ты чистокровен и...       — Юнги! — подал голос Чимин. Старший тут же заткнулся, увидев в глазах напротив слёзы. Чимин плакал?! Юнги никогда не видел, как младший рыдал или был хоть немного близок к такому состоянию. Юнги часто Чимина не понимал. Сейчас парня так хотелось успокоить, утешить, но Мин не мог.       — Не плачь, я просто не думаю, что нам стоит быть вместе, ты чистокровен, — сказал Юнги и отвернулся от шмыгающего Чимина.       — А ты нет? — Юнги еле расслышал тихий, приглушенный голос. — А ты не чистокровка, Юнги?       И тут Мин понял, что попался. Он так забылся, что даже выдал себя. Теперь Чимин знает…       Пак дал Юнги пощечину. Старший стоял не в силах двинуться. Осознание того, что Чимин знает, ввело его в ступор. Сердце ухнуло вниз, когда младший ударил его.       — Да как ты смеешь доводить меня до слёз? — Чимин скрестил руки и надулся.       Юнги ждал, пока его ударят снова, но ничего не происходило. Он ждал, пока Чимин назовёт его «жалким грязнокровкой», но тот, видимо, и не думал об этом. Парень ждал, когда же Чимин начнет драпать от его, но Чимин просто стоял насупившись.       Мин не смог не рассмеяться от облегчения. Мин Юнги смеялся, дрожа от избытка эмоций. Будто бы что-то, преследовавшее его всю жизнь, разом сгинуло.       — Почему ты… хватит смеяться, — сказал Чимин. Он был настроен серьёзно и разделять эмоции Юнги не желал.       — Ты дал мне пощёчину, — сказал Юнги и вновь рассмеялся.       — Да?       — Ну, я до конца своих дней ржать не перестану, — сказал Юнги и, как только смех угас, дотронулся до щеки, которой недавно касалась ладонь Чимина, — я аж в рай мельком заглянул, — продолжил он. Дразнить Чимина никогда не было так весело.       — Ты такой странный, — нахмурился младший.       — И поэтому ты меня на свиданку пригласил?       Чимин выпучил глаза от неожиданности: — Я официально отменяю своё приглашение!       — Я — грязнокровка, — шептал Юнги.       Чимин лишь шикнул:  — Я думал об этом, — сказал он, — но это тебе не прощает все грубые слова в мою сторону.       Юнги уже и забыл, что обидел юношу. Это казалось такой незначительной мелочью по сравнению с его признанием. А Чимину плевать?       — Ты ударил меня и этим задел моё эго, — сказал Юнги, — мы квиты.       Чимин развернулся и продолжил спускаться по лестнице.       Юнги улыбнулся своим мыслям и пошел вслед за ним на урок.