То, что между ними

      Дуаньму Си спокойно лежал на своей кровати. Недавно прошел обед, и теперь его сильнее обычного клонило в сон, но в голову лезли странные мысли, и касались они одной небезызвестной личности. Ян Цзиньхуа был единственным в своем роде, удивительно, как с таким темпераментом и нахальством ему удалось более менее спокойно, хоть и очень бедно, прожить свои годы. Хотя, стоит признать, своей простотой он подкупал людей, вот смотришь ты на такого и понимаешь, что чтобы ни произошло, в спину он не ударит. Наорет в своей обычной манере, спрячется за твою спину или все проблемы взвалит на себя, терзаясь гнетущими мыслями в одиночку, но ударить в спину… это не в его характере. Дуаньму тяжко вздохнул. Он постоянно ловил себя на мыслях о своем отражении души, размышлял, анализировал свои поступки и все больше не хотел верить своим наблюдениям. Ян ему нравился. Заполошные крики, укоры, преданный взгляд щенячьих глаз, детское веселье по пустякам. Все это заставляло Дуаньму Си чувствовать в груди тепло, которое он стал забывать в этом полном интриг доме, где ему были рады, рады искренне столь немногие, что становилось грустно. Появилось желание во что бы то ни стало защищать этого непоседливого парня, прикасаться к нему, делать вид, что не понимает, как двусмысленно выглядит порой их разговор. Это было сродни играм в кошки-мышки, только кто здесь кот, а кто мышь, мастер янмин пока не мог сказать точно.       В комнате послышались шаги, но не было звука отпираемой двери, значит к нему пришло это любимое недоразумение. Ян Цзиньхуа подошел к кровати и нагнулся над лицом своего господина, при этом шумно дыша, будто он желал немедленно поделиться какой-то новостью, но слушатель, к которому он так спешил, бессовестно спит. Каких усилий Дуаньму стоило не схватить и не притянуть к себе свое отражение души, не мог догадаться никто в этом доме, кроме его невесты, которая находила все двусмысленности при общении двух связанных молодых людей, даже те, которые были нечаянны.       Напряжение росло, и мастеру янмин все труднее было делать вид беззаботно спящего человека. Сопение никуда не делось, Цзиньхуа все так же стоял, наклонившись над ним, а его дыхание все не приходило в норму. Уже прошло минимум 5 минут, казавшихся вечностью, когда Ян глубоко вздохнул каким-то своим мыслям и неожиданно опустил колено на кровать и принялся на нее забираться и устраиваться, но так, чтобы между ним и Дуаньму было расстояние длинной в локоть.       Мастер янмин очень старался, правда, но когда его губ невесомо коснулись пальцы парня, он не сдержался и резко распахнул глаза. Нужно было проверить, реальность или сон происходили сейчас с ним, и если сон, то все нормально. Но если реальность, тогда придется выкручиваться из неловкого положения, при этом не потеряв лица.       Под серьезным и настороженным взглядом Дуаньму Цзиньхуа резко отдернул руку и уже хотел заверещать в своей обычной манере, но Дуаньму успел первым. Накрыл пальцами правой руки рот своего отражения души, одновременно с этим перебравшись к нему ближе и даже поставив свою левую руку с другой стороны от головы Яна, чтобы у него не было возможности сбежать. -Ну и что это мы тут делаем?