Белоснежка, блин...

***

Блэк-хаус.       Гарри, проснувшись на рассвете в день своего восемнадцатилетия и пытаясь вспомнить странный сон, повторяющийся уже второй месяц, понял, что как-то странно, непривычно себя ощущает. Магия была как будто бы не совсем стабильна, но больше всего его напугало желание открыть окно и шагнуть в него — его тянуло куда-то. Куда и зачем — он не знал, но душа просила полета, хотя при этом даже и мысли не мелькнуло о том, что надо бы взять метлу. Какая метла, зачем? Вот еще, глупости, ведь достаточно просто раскинуть руки и захотеть… Захотеть найти того, чьи глаза притягивали его с неимоверной силой — казалось, ветер сам подхватит и понесет его туда, где он сможет найти ответы на все вопросы.       Озадаченный и не понимающий, что это такое было, он позвал того, на чью преданность всегда мог рассчитывать:        — Кричер!       Кричер безмерно удивил, кинувшись в ноги и забившись в припадке восторга:        — Хозяин хороший, хозяин сильный! Хозяин принял Наследие! Такая радость! Как же обрадуется хозяюшка! Тёмная вейла, счастье-то какое! Теперь у Рода Блэк будут сильные тёмные наследники!       Поттер офигел от такой экспрессии — вот уж от кого, но от Кричера он такого не ожидал: более спокойного эльфа надо было ещё поискать — обычно. А тут… Но мозг уже успел обработать услышанное: «Наследие, вейла, наследники — что всё это значит?»       — Так, Кричер, успокойся. Встань и расскажи мне подробнее, о чем это ты сейчас говорил. Наследие, вейла — это всё обо мне?       — Да, хозяин! — Гарри стало слегка не по себе — глаза эльфа горели просто-таки фанатичным огнём. — Хозяин принял Наследие. О-о, тёмная вейла — это очень, очень редко бывает, даже в тёмных Родах. Такое случается при определённом совпадении многих факторов — но об этом хозяину лучше расскажут гоблины, всё же Кричер не в этом специализируется.       — М-м… Допустим, а что ты там про наследников говорил? — насторожился Гарри — он планировал закончить обучение, вернувшись в Хогвартс, а не всё бросать и срочно обзаводиться женой и детьми. — Я не собираюсь искать жену вот прям сейчас — я пойду доучиваться. Мне надо сначала Хогвартс закончить, да и потом я думал заняться делами, определиться с тем, чем буду заниматься. Но одно я решил для себя однозначно — в Аврорат я не пойду.       — Жену-то? — Кричер посмотрел на него очень странным взглядом. — Искать жену торопиться и впрямь не стоит. Пусть Хозяин сходит лучше в банк. Они письмо как раз прислали — приглашают.       — Приглашают, говоришь? — Поттер задумался — это посещение могло многое прояснить. Да и разобраться с наследством родителей не мешало бы, как и провести инспекцию сейфа — много там денег осталось-то? Не был он там… Ой как давно, в общем. И вопрос с драконом надо бы утрясти — вот и выяснит заодно, есть ли у зеленошкурых к нему претензии по этому поводу. Не может же он, проживая в магическом сообществе, не контактировать с хранителями золота?       — Ик! — осознав последнюю мысль, он не сдержался — откуда вообще взялось в его голове это определение?       — Хозяин? — тут же сделал стойку Кричер. — Все в порядке?       — Н-не уверен… — задумчиво пробормотал Поттер. — Но ладно — давай завтрак, а там видно будет.

***

      Грохнув неожиданным для себя магическим выбросом в процессе завтрака пару сервизов в гостиной, причем Репаро не сработало — абсолютно, словно он вдруг разучился колдовать, Поттер категорически решил отправиться к гоблинам. Он уже понял, что сила его ощутимо возросла и пока колеблется, он не всегда может её верно соразмерить. Должен же он выяснить, что это такое странное вообще с ним происходит и что с этим делать? Для надежности Гарри решил переместиться камином — за завтраком Кричер успел немного запугать хозяина историями о неудачных аппарациях и их последствиях: расщеплениях, оторванных конечностях и пропавших бесследно магах. Поэтому для начала Гарри написал поверенному Поттеров письмо, в котором просил о встрече и просил открыть для него каминную сеть. Ответ был положительным и пришел через четверть часа после того, как Поттер закрыл чернильницу, закончив свою писанину.       Встреча прошла теплее, чем он мог предполагать: в банке его встретили широкими улыбками, больше смахивающими на оскалы — то ли рады видеть, то ли сожрать хотят? Кто их разберет, этих гоблинов. В кабинете оказался не только уже знакомый Гарри гоблин, что когда-то давно прокатил его на тележке вместе с Хагридом, но и еще один, оказавшийся поверенным Блэков — у него тоже был свой интерес к молодому магу. Все вопросы урегулировали быстро, подписали пару бумаг, что никто ни к кому претензий не имеет, и в проверке, конечно же, не отказали.       По результатам проверки крови оказалось, что женитьба его отца на его матери повлияла на первенца Поттеров самым что ни на есть лучшим образом — полное очищение крови и раскрытие всех родовых даров по максимуму. Пахать, короче, Гарри придётся очень и очень много, но лишь после свадьбы — соединение с избранниц… простите, с избранником (чего?) нельзя долго откладывать — это чревато срывом и магическим выбросом, выжигающим вейлу дотла. Избранником его вейлы (вот почему так тянуло полететь!) может быть лишь мужчина и темный маг — в этом гоблины были совершенно непоколебимы: ведьм такой силы и направленности здесь не рождалось после Морганы, так что мужчина и только мужчина! И намекнули замороченному Герою, что и пара его, скорее всего, окажется не простым магом, а принявшим наследие магика. Впрочем, сейчас он не стал вникать в подобные детали, решив отложить их на «потом» — переварить бы собственное превращение для начала, что ли.       Из сейфов двух родов зеленые коротышки подобрали ему несколько амулетов и артефактов, впитывающих в себя излишки магии и сдерживающих тоже — на время, пока молодой маг не освоится с новым уровнем силы. Амулет, нивелирующий воздействие на окружающих магии вейл, его обязали носить до свадьбы — если он не хочет, чтобы его на улице пытался схватить и присвоить первый встречный.       Гарри отказывался верить в свою предполагаемую судьбу — да он и мысли не допускал до сего дня, что ему могут быть интересны однополые отношения! — и планировал сопротивляться до последнего, подыскивая себе все-таки невесту. Однако уже через месяц, первого сентября, он понял, что противиться магии он не может: стоило ему только, зайдя в Большой Зал и устроившись за столом, найти глазами знакомый черный силуэт — его как волной накрыло. Желание одновременно укрыть Его от всего мира, защитить ценой собственной жизни, уничтожить все потенциальные опасности и врагов, подчинить себе — и упасть на колени, покоряясь Ему… Так много всего сразу, порой противоречащего одно другому, смутило Гарри. Он встал из-за стола, пока все остальные смотрели, как в Зал заходят малыши-первокурсники, отошел за колонну, вынул мантию-невидимку, с которой не расставался теперь даже дома, накинул ее и был таков: он не мог рисковать и оставаться в многолюдном месте в таком состоянии. Выждав на Астрономической Башне некоторое время, Гарри, все так же под мантией, проник в свою комнату в башне факультета, которую он получил, как и все остальные, кто решил пройти седьмой курс повторно. Проведя бессонную ночь, он принял решение перейти на домашнее обучение и сдавать экзамены экстерном, но ни в коем случае не находиться в школе вместе со всеми — он не может рисковать жизнями детей, ведь неизвестно, что этой пташке может стрельнуть в голову. Вызвал Кричера, чтобы тот принес ему самое сильное успокоительное, которое только можно найти в аптеках — рекомендованный гоблинами амулет не может справиться с буйством его гормонов и эмоций, нужно дополнительное воздействие. Так же он написал и подал заявление о переводе на домашнее обучение, которое директор Хогвартса с радостью подписал. То, с каким энтузиазмом его избранник пожелал увидеть его не раньше, чем наступит время экзаменов, сильно задело Гарри, пусть он и не подал вида — спасибо зелью! Но лицо он смог сохранить и не подал вида, что его сегодня особенно ранят злые слова: ведь не впервые он слышит подобное от Снейпа — а значит, должен и реагировать как прежде. То, что он в хлам разгромил в Блэк-хаусе тренировочный зал, спуская пар, и вовсе никого не касается — это его и только его дело. Ну, ещё немного и Кричера — это ведь он наводил там порядок. А больше никому и знать не надо — знаем мы этих жуков с их самопишущими перьями!

***

      В канун Нового Года Поттер всё же явился в Хогвартс для объяснения с избранником, специально выбрав момент, когда в школе остался минимум людей — каникулы ведь. Мало ли как у них там сложится?       Снейп же ни видеть не пожелал Поттера, ни слышать — особенно бредни о вейлах. Какие вейлы, откуда? Не может быть у поттеровского щенка никакого наследия — его мать была магглорожденной, а это однозначно исключает возможность подобного чуда. Он отказал Гарри в грубой форме и сам запихнул его в камин, отправляя домой. И ещё долго звучали эхом в ушах его собственные злые слова, выплюнутые напоследок: «Выметайтесь к чертовой матери, надоедливый никчемный мальчишка, посланный мне в наказание неизвестно за что. Не желаю ни видеть, ни слышать ни вас, ни о вас более ни слова — никогда!»       Больно! Как же больно, когда над самой заветной твоей мечтой издевается тот, по чьей вине она никогда не сбудется. И вот он, предмет твоих мечтаний, говорит тебе то, во что ты и хотел бы, но не можешь себе позволить поверить. Потому что героям — слава и почет, а тем, кто когда-то оступился, сделав неверный выбор, снисхождения не видать — это ты неоднократно успел проверить на собственной шкуре. И лучше не пытаться взять своё, чем потом потерять — тогда будет не так мучительно терзать сожаление. Да, ты всё сделал правильно, но отчего же тебе так плохо, почему так болит в груди, словно сердце вот-вот лопнет? Почему?!

***

      Поттер же вернулся на Гриммо (точнее, выпал из камина — силы Снейп не пожалел, его заклинание буквально внесло парня в огонь), отдал запечатанное письмо и условный сигнал Кричеру: «Все по плану, действуй, как было условлено», а сам… Сам он прихватил из кабинета саквояж и надел что-то на шею. Сжав это что-то, он исчез с негромким хлопком.       Больше его никто не видел. Через неделю-другую перестал появляться и Блэк-хаус, сколько бы раз не называли адрес и какие бы чары не накладывали визитеры. Магический Мир всполошился — пропал Герой! Как так? Что же случилось? Где его искать? Кто виноват?       Департамент Магического Правопорядка начал расследование. С подобным они не сталкивались давно, некоторые из сотрудников — так и вовсе никогда (после войны было много новичков), поэтому оказались в затруднении — что делать, с чего начать? Начали с опросов всех и вся — кто и когда последним видел национального героя? О чем разговаривали? Добрались они и до Хогвартса, точнее, его директора.

***