Осколки разбитого зеркала

Вражда прошедших лет На тяжкий грех ответ. Твоя заслуга — плач. Чужой судьбы палач. (…) Ты был всегда судья, Но приговор твой я. И палец на курок, Тебе придется впрок. Момент расплаты близок, Ты ждешь контрольный выстрел — Войны последний шаг. Прощай мой кровный враг! Химера «Кровный враг»

***

      Старые ворота с протяжным скрипом отворились. В Норе не было ворот, но были старые вещи, и каждая из них хранила в себе частичку тепла, добра, любви. Здесь же всё было наоборот. Ступив на землю де Мортов, Джинни почувствовала, как дрожь пробирает её тело до кончиков пальцев. Нет, она вовсе не боялась. Но она ощущала, как всё вокруг её ненавидит и жаждет, чтобы она поскорее убралась восвояси.       Прохладные пальцы сжали её руку.       — Не бойся, я тебя не брошу, — одними губами произнесла Гермиона, хмурым взглядом окидывая открывшееся вокруг них запустение.       — Вот ещё, не боюсь я! — фыркнула Джинни.       Но вырывать руку из крепкой хватки подруги не стала.       К ним подошли сопровождающие их фигуры в чёрных плащах и серебряных масках, не позволяющих рассмотреть лица. Всю дорогу Джинни гадала, кто из известных ей Пожирателей скрывается за этими масками, и, единственное, в чём она была точно уверена, что оба они мужчины, и ни один из них не является Люциусом Малфоем, которого легко было бы узнать по длинным светлым волосам. Были ли они теми Пожирателями, что забрали Гарри во время их встречи в «Кабаньей голове»? Знала ли она их имена?       — Поторапливайтесь! — нетерпеливо приказал один из их конвоиров, чуть подтолкнув в спину Гермиону. К ней самой, к счастью, никто прикоснуться не посмел. Неужто потому, что она была невестой Гарри?       Гермиона обожгла надменным взглядом Пожирателя, но ничего не сказала. Лишь вздёрнула подбородок и, решительно закинув на плечо сумку, кивнула подруге. Джинни кивнула ей в ответ, и они вместе, держась за руки, шагнули вперёд, навстречу жуткому логову самых отвратительных на свете людей. Единственное, что сейчас по-настоящему поддерживало Джинни, это мысль о том, что где-то там среди этого кошмара был Гарри, он нуждался в её помощи, и никто кроме неё не был в силах помочь ему, направить обратно к Свету, любви и дружбе.       Заросшая тропинка, некогда бывшая широкой вымощенной камнем дорогой — это было видно и по разбросанным тут и там камням, и по покрытым травой и мхом древним плитам под ногами — наконец вынырнула из леса, что был таким густым, что лишь изредка пропускал солнечные лучи, и из-за этого казалось, что день уже давно сменился поздним вечером. Порядком устав от блуждания по лесу в сопровождении Пожирателей смерти, Джинни оторопело остановилась, увидев прямо перед собой крепостную стену, за которой возвышался замок — оплот террористов и убийц. Солнечные лучи падали на высокие чёрные башни, которые, казалось, поглощали солнечный свет, и от этого мурашки поползли по коже Джинни.       Она украдкой оглянулась на приставленного к ней Пожирателя и увидела, как тот тоже смотрит на крепость. Интересно, он радуется возвращению? Или хочет вернуться назад и заняться какими-нибудь ужасными бесчинствами? В любом случае, Гарри уже совсем рядом, а эти жуткие люди пока не сотворили с ними, двумя беззащитными девушками, ничего ужасного. Должно быть, они действительно, боятся Гарри. Как такое вообще возможно? Зачем Гарри влез во всё это?       Миновав огромные ворота, толщиной и высотой в несколько человек, они по широкой дуге обошли старую пустынную часовню, простоявшую здесь без ремонта будто бы несколько веков. Увидь это отец, тут же принялся бы приводить здание в порядок, но здесь обосновались, насколько она поняла, только бесполезные аристократишки, привыкшие жить на всём готовеньком. Но тогда почему они не прикажут домовым эльфам привести здесь всё в порядок? Потому что вокруг решительно всё пребывало в ужасающем запустении.       Ворота замка оказались открыты, будто приветствуя гостей. Но разве подобное место могло кого-то приветствовать? Радоваться кому бы то ни было?       Поднимая по широким ступеням, Джинни чувствовала, как трепещет её сердце. Она так давно не видела Гарри, только бы с ним всё было в порядке! Хотя о каком порядке может быть разговор, когда он уже несколько лет живёт среди убийц и фанатиков?       Занятая своими мыслями, она не заметила, как чуть в кого-то не врезалась. Подняв глаза, Джинни увидела перед собой богато, но скромно одетую девушку, взгляд тёмных глаз которой не сулил ничего хорошего.       — Так вот ты какая, Джинни Уизли, — протянула незнакомка, отступая на шаг назад, чтобы окинуть пришедших оценивающим взглядом. — Невоспитанная грубиянка. Да ещё и воровка. А я всё думала, куда пропало моё платье…       — Что? — воскликнула Джинни, невольно сжимая кулаки. — Да ты кто такая? Я ничего тебе не сделала, но, чтобы ты знала — я могу за себя постоять!       — Лорелея Лестрейндж, — с неприятной улыбкой представилась девушкой. — Неужели тебе надо объяснять, почему ты невоспитанная грубиянка? Ты на меня налетела и даже не извинилась. Почему воровка? Да на тебе моё платье!       — Это моё платье! — отрезала Джинни. — Мне подарил его Гарри!       — Но от этого оно не перестало быть моим, — ледяным тоном проговорила Лестрейндж. — Но, знаешь, можешь мне его не возвращать. Если это твой единственный наряд… Я могу даже пожертвовать тебе ещё парочку старых платьев, раз ты любительница донашивать вещи за богатыми и знатными.       Лицо Джинни краснело от каждого произнесённого Лестрейндж слова. Палочка давно выскользнула из рукава прямо в ладонь, и от летучемышиного сглаза пожирательскую девчонку спасло только появление в холле ещё нескольких людей.       — Лорелея, не смей в подобном тоне разговаривать с невестой нашего Лорда! — говорившей оказалась женщина средних лет, одетая в чёрное роскошное платье. Она задумчиво накручивала на палец кудрявый чёрный локон, но глаза её метали молнии, от которых даже Лорелея поспешила ретироваться в сторону. Этой женщиной могла быть ни кто иная, как знаменитая Беллатрикс Лестрейндж, в прошлом одна из преданных фанатичек Того-Кого-Нельзя-Называть.       За спиной мадам Лестрейндж стояла чета Малфоев. Как она и предполагала, лорд Малфой не был одним из тех, кому было поручено их сопровождать; сейчас же он старательно делал вид, будто бы Джинни не существовало. Впрочем, как и Гермионы. Наверное, отправь его Гарри за ними, Люциус Малфой лопнул бы от презрения и предательски попранного чувства собственного величия.       Не сдержавшись, Джинни хихикнула.       — А ты храбра, — заметила Беллатрикс, продолжая накручивать локон на палец. — Но вот умна ли?       Замершая рядом с супругом Нарцисса выглядела не такой ледяной, её взгляд то и дело перебегал с одного участника диалога на другого, но сама она не предпринимала ни малейшей попытки что бы то ни было сделать.       Хорошо, что здесь нет Хорька, — запоздало обрадовалась Джинни. — Я уже и забыла, как метко он плюётся ядом. Похлеще этой язвы Лестрейндж-младшей.       — Ох, ну и намотался я! — тяжело вздохнул один из Пожирателей за её спиной.       Он вышел навстречу Малфоям и по-панибратски хлопнул лорда Малфоя ладонью по плечу, отчего тот презрительно скривился. Джинни опять тихонько хихикнула и тут же списала своё внезапно скачущее настроение нервами.       — И не говори, дружище, — протянул второй их конвоир, стягивая с лица маску. — Сейчас бы винца да бабу под бок… — при этих словах он бросил опасный взгляд на Гермиону.       От слов Пожирателя Джинни похолодела. Она заслонила собой подругу, и крепче сжала в руке волшебную палочку, готовая до последнего вздоха защищать их обеих.       — Не забывайтесь, мистер Долохов! — вперёд выступила Нарцисса Малфой, медленно подходя к замеревшим девушкам. — Я не потерплю подобные высказывания в своём присутствии ни от кого. Хотите выражаться подобным образом — пойдите отсюда прочь.       — Спасибо, — Джинни постаралась выжать из себя улыбку, но, как она догадывалась, у неё это плохо получилось. — Большое спасибо.       Нарцисса окинула её холодным взглядом, в котором будто бы застыло лёгкое пренебрежительное изумление. Потом она хлопнула в ладоши, и посередине холла возник маленький домовой эльф, должно быть, он был ещё подростком.       — Пинки. Проводи этих юных особ в их покои, — распорядилась леди Малфой. — Проследи, чтобы они хорошо устроились, а потом, когда придёт время, проводи их на ужин.       Эльф зашевелил длинными ушами и радостно принялся набивать поклоны. Джинни прямо чувствовала спиной, как недовольно хмурится Гермиона, должно быть уже забывшая о своих собственных проблемах.       — Где Гарри? Мне нужно с ним поговорить! С ним всё хорошо? — спросила она, игнорируя домовика, который вцепился ей в подол платья и попытался потащить по направлению к огромной лестнице.       — Тёмный Лорд занят, — это были первые слова, что она услышала от Люциуса. — Он просил его не беспокоить.       Почему Люциус Малфой вдруг ей ответил? Он же ненавидит всю её семью, всех её друзей, он всегда ненавидел Гарри! Должно быть, он лжёт! Сердце Джинни учащённо забилось.       — Что вы сделали с Гарри? — воскликнула она, отпихивая от себя настырного домовика. — Что с ним? Куда вы его дели?       — Не волнуйся, Джинни. С Гарри всё в порядке.       В холле появился ещё один человек. Когда он подошёл ближе, Джинни с изумлением узнала в нём Сириуса Блэка — крёстного Гарри. И хоть она знала из газет, что это именно Сириус Блэк украл Гарри и сбежал с ним в этот жуткий замок, она помнила, как друзья спасали его, как сияли глаза Гарри при виде этого человека, как Гарри доверял ему. В отличие от остальных здесь присутствующих, Сириус Блэк не был ни убийцей, ни террористом. Возможно, он просто запутался. Так же, как и Гарри.       — Сириус… — робко улыбнулась она.       — Сириус, — так же тихо поприветствовала его Гермиона.       Он подошёл к ним, и Джинни увидела, как он изменился. За эти годы из измождённого сбежавшего узника Сириус превратился в красивого элегантного мужчину, выглядящего чуть старше своих лет. Всё же годы в Азкабане никому не идут на пользу.       — Привет, Гермиона, — поздоровался он, и в уголках его глаз мелькнули морщинки. — Привет, Джинни.       Краем глаза Джинни заметила, что все остальные Пожиратели потихоньку расходятся, видимо, поняв, что представление закончилось и за девушек есть, кому заступиться.       — Можно мне увидеть Гарри? — с мольбой в голосе спросила Джинни. — Пожалуйста, Сириус! Я так давно его не видела!       — Да, — взгляд Сириуса будто похолодел. — Он сейчас на кладбище.