Аромат крови

Проснувшись утром, Хината с трудом вспомнила, где находится. Просыпаться в совершено незнакомых стенах ей было в новинку. Они с мужем прибыли поздней ночью. Прислуга предложила им перекусить, но Саске велел проводить супругу в её покои. Она не возражала. Несколько девушек помогли новой хозяйке разоблачиться и принять ванну. Но Хината плохо помнила эти моменты – её глаза слипались и хотелось спать. Кажется, после этого Саске пытался поговорить с ней, но она уже не воспринимала его слова. В комнате было мрачно. Каменные стены украшали полотна и гобелены, пол застелен причудливыми восточными коврами с длинным ворсом, щекотавшим босые пятки. Единственное высокое окно было закрыто плотной непроницаемой шторой, которую Хината поспешила отдернуть. Свет хлынул внутрь, разгоняя сумрачное наваждение, на секунду ослепляя. Сразу стало тепло и уютно. Пейзаж открывался великолепный. При всем своем желании оценить красоты этих мест ночью девушка была не в состоянии, хотя она догадывалась, что даже во тьме от подобного вида захватывало дух. С расположившегося на холме замка просматривалась часть леса и долина. Вдалеке мерцали белые верхушки гор, но снег на деревьях и земле приобрёл молочно-серый оттенок, не слепивший глаза и позволяющий любоваться природой. Внизу, под самыми окнами комнаты, раскинулся сад. Голые ветки чуть обвисли под тяжестью, но даже так производили впечатление своими размерами и величием. Хината отвернулась. Смотреть на это было больно, защипало глаза. Замок теперь станет её новым домом. Она новая хозяйка этого места. Завернувшись в покрывало, она приоткрыла дверь, но никого не обнаружила. Подходящей одежды она не нашла, а слуг поблизости не было. В отличии от обставленной уютной комнаты, коридор смотрелся нагим – на стенах висели одинокие подсвечники и редкие картины в старинных рамках. Навстречу молодой госпоже топала удивленная служанка, услужливо поклонилась и предложила приодеть что-нибудь более… теплое, нежели расписное покрывало. - Вам необычайно пойдет вот это, - указывая на лавандовое бархатное платье, вымолвила молоденькая девушка, на вид не старше самой Хинаты. – Господин распорядился приготовить завтрак как только вы проснетесь. - Давно он… ушел? – память подкинула мутные воспоминания о том, что Саске точно был в комнате, когда она засыпала. - Господин покинул ваши покои перед самым рассветом, - девчушка зарделась, будто стала свидетельницей чего-то, не предназначающегося для ее глаз. – Велел не будить вас и не заходить внутрь. Заглянувшая в комнату-гардероб служанка сообщила, что завтрак подан. В отличие от иных помещений, которых Хинате довелось увидеть в новом жилище, столовая выглядела более живой и гармоничной. Великолепный резной стол на дюжину персон заставили разнообразными яствами. Прислуга сновала туда-сюда, стараясь угодить новой хозяйке. Но её положение не позволяло распробовать все кушанья, да и голодной она себя не чувствовала. С сомнением смотря на тарелку, она вздрогнула, услышав голос мужа. - Тебе надо лучше питаться. Выглядишь изможденной, - заметил Саске, присаживаясь напротив. - Да, возможно ты прав, - захватив вилкой кусочек сочной телятины, она глянула на юношу. Тот выглядел свежим, бодрым и всё таким же равнодушным. Трапеза проходила в молчании, совершено не давящем, но на удивление немного напрягающим девушку. Закончив есть, Саске неторопливо отложил приборы и взглянул на Хинату. - Если не возражаешь, я покажу тебе замок. Дни пролетали незаметно. Новая хозяйка слонялась по коридорам, изучая новые владения, развлекала себя чтением и музыкой. Изнутри замок, преподнесённый младшему из сыновей Учиха как свадебный подарок, оказался намного больше, чем казался снаружи. Возможно, всё дело было в обстановке комнат. Или же во архитектурном замысле. По традиции у неё были отдельные от мужа покои, но Саске каждую ночь проводил у неё, уходя лишь под утро. Несколько раз она краем уха слышала разговоры-перешептывания служанок о красоте новой хозяйки и о том, что они с младшим Учихой прекрасно смотрятся вместе. Про себя она только подумала, что для породистого коня требуется не менее родовитый всадник. Но о чем бы не сплетничали служанки, ничего близкого в их отношении с супругом не было. Иногда они занимали друг друга разговорами, или же Саске попросту читал или просматривал документы. Они делили постель лишь для сна и ни разу юноша не посягнул на тело супруги. Несколько раз новую семью навещали родственники. Вместе с кузеном Нейджи молодая хозяйка гуляла по зимнему саду, наслаждаясь красотами природы. Итачи, осведомившись о здоровье Хинаты, долго обсуждал с братом какие-то вопросы, касающиеся семьи. Но ни единожды за три недели к девушке не приехал глава семейства Хьюго. Будто и забыл о существовании дочери. Поначалу, где-то в глубине сердца это задело Хинату, но осознав и приняв такое положение вещей, она успокоилась. Только покинув родной дом, в котором выросла, она поняла, как сильно тяготило её равнодушие со стороны отца. И в один из вечеров, решив написать письмо родне, она была спокойна и рука её не дрогнула. Не раз молодая хозяйка замечала, как по бесстрастному лицу мужа пробегает тень беспокойства и молчаливого нервного трепета. Достаточно изучив Саске, она могла сказать, что это не свойственно для юноши. В один из снежных долгих вечеров во время ужина один из слуг торопливо подошел к столу, сообщая что-то на ухо младшего Учихи. Тот кивнул и тихо ответил ему, после чего потянул супругу за собой. Вслед за слугой, Саске вел жену по коридору. Не понимая, что к чему, девушка безропотно шла следом, стараясь не отстать от широкого шага юноши. - Ваш друг ждет здесь, - сообщил слуга, указывая на дверь дальней внутренней комнаты. – Изволите подать согревающие напитки? - Нет, ничего не надо. Проследи, чтобы нам не мешали, - отрезал молодой Учиха открывая дверь и практически впихивая супругу внутрь. У окна, наблюдая за неторопливым танцем снежинок, стоял светловолосый юноша. Дорожный плащ сушился перед недавно растопленным камином. Сапоги и штаны промокли от растаявшего снега. Хината стояла, не в состоянии двинуться. Молодой человек обернулся и на губах его расцвела нежная добрая улыбка. С золотистых волос срывались вниз капли. Девушка бросилась к нему и Наруто поймал её в объятия на полпути. Осторожно прижал к себе и гладил по голове, успокаивая. - Прости, Хината, что оставил тебя одну. Всхлипнув, девушка уткнулась в его плечо, стараясь сдержать рвущиеся наружу стоны и слезы. И лишь спустя мгновение поняла, что Саске тоже здесь. С трудом, ей удалось оторваться от блондина и, вытирая глаза рукавами, словно маленькая девочка, отступила на шаг. - Что… что ты здесь… делаешь? – горло внезапно свело спазмом и голос хрипел, будто она была больна. - Пришел поздравить тебя со свадьбой, - на его губах играла добрая, подбадривающая улыбка. Присев на подлокотник, он взъерошил волосы на затылке и виновато взглянул на девушку. Но у той задрожали колени. Саске поспешил подхватить её под локоток и усадил на соседнюю софу. - Нам придется о многом поговорить с тобой. Кое-что произошло накануне, - начал Наруто и взгляд его наполнился скорбью. Оттолкнувшись ногами, он скользнул в кресло, устраиваясь в нем поудобнее. В его позе читалось напряжение и застарелая усталость. Будто блондин давно уже не помнил, когда отдыхал. Он перевел взгляд на молодого Учиху и девушка могла поклясться, что они безмолвно разговаривают друг с другом. – Но это не отменит наших планов. Для начала, я бы хотел удостовериться. Хината, этот ребенок, что ты носишь под сердцем – он мой? Получив кивок, он продолжил. Девушка сидела, напряжённая, словно натянутая струна. Она ничего не понимала. Но видела, что в отличие от своих родственников, эти двое собираются раскрыть ей свои планы. Быть может – не все. Но она готова слушать. - Быть может – это судьба так распорядилась, что ты вышла замуж именно за младшего из братьев Учиха. Как ты видишь, мы с твоим мужем знакомы, - Наруто явно медлил, подбирал слова. - Более того, наши отношения не ограничиваются… дружбой. Саске резко поднялся, подходя к камину. На лице его было раздражение. - У нас нет времени, чтобы тянуть с этим, - хмуро произнес брюнет. – Мы с Наруто любовники. Изумление? То, что отразилось в лавандовых глазах, было скорее потрясением. Но брюнет продолжил. - Раз уж ты стала моей женой и носишь его ребенка, то имеешь право знать. Более того – мы не намерены расставаться. - Саске, ты слишком резкий. Ты привлекаешь женщин, но совершено не умеешь с ними общаться, - упрекнул аристократа Наруто. Он подошел к девушке, встал перед ней на колени и у Хинаты перехватило дыхание. Но юноша не посмел дотронуться до неё. - Чувства, что ты испытываешь ко мне… я не могу на них ответить. Наверное, это нужно было прекратить ещё в начале… Не в силах сдержать себя, Хината потянулась вперед, сжимая ладонь юноши своими хрупкими пальчиками. Из глаз брызнули слезы, горло еще болело, но она смогла произнести. - Я не жалею. Ни о том, что встретила тебя, ни о том, что всё так вышло. Поймав взглядом понимающую улыбку Наруто, девушка согнулась, прижимая его ладони ко лбу. Несколько минут ей понадобилось, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. - Будучи аристократкой, я с детства знала, что вряд ли моё замужество будет по любви. Таков наш удел – следовать устоявшимся традициям. Но я встретила тебя и моя жизнь изменилась. Просто видеть тебя изредка, знать, что с тобой всё в порядке мне достаточно. Они проговорили весь вечер и лишь когда глаза Хинаты начали невольно закрываться от усталости, Саске проводил супругу в спальню. Нити сна опутали тело девушки, как только её голова коснулась подушки. Молоденькая служанка, совсем еще девчонка, нагнала господина на обратном пути и сообщила, что гость перебрался в подготовленную для него комнату. - Хорошо, Тамаки. На сегодня можешь быть свободна. И передай остальным, чтобы не беспокоили нас, - уходя, негромко добавил. - Нужно ещё кое-что обсудить с Наруто. Первым делом, зайдя в комнату, Саске припечатал любовника к стене, затыкая только открывшийся рот поцелуем. Блондин не успел ничего сказать, но горячо ответил, не желая уступать. Он тоже скучал. Кожа будто горела от прикосновений жадных пальцев Учихи, нетерпеливо раздевающих его. Стянув рубашку, Саске припал губами к оголившимся плечам и груди, оставляя яркие метки. Он знал, что время для разговоров будет позже, сейчас же они могли насладиться горячительной волной страсти, накрывающей с головой. Явно не ожидая такого напора от Учихи, блондин несколько опешил, позволяя тому творить с его телом всё, что вздумается. Нежить ладонями упругие мышцы, ласкать кожу, целовать, кусать, пить. Сила сверкающими искрами переливалась на дне антрацитовых глаз. Светлые волосы на руках встали дыбом, но Наруто получал удовольствие, ощущая легкие покалывания на кончиках пальцев. Между ними разве что не искрило. Должно быть на Саске сказалось длительное воздержания из-за разлуки. Наруто прекрасно знал, что брюнет не притронется к жене. Тем более беременной. Так что теперь в полной мере ощущал желание любовника, которое тот нисколько не скрывал, выливая на юношу. Стремясь хоть как-то повлиять на процесс, он обнял Саске, опрокидывая того на спину. Благо, каменный пол был щедро застелен шкурами и их падение было более чем мягким. Длинная шерсть щекотала ладони, но Наруто отметил, что до кровати они попросту не доберутся. Оседлав бедра Учихи, блондин медленно, дразня разгоряченное тело под собой, принялся расстегивать застёжки чужого дублета. Саске нетерпеливо елозил, но вскоре понял и принял игру. Его ладони опустились на колени любовника, медленно поднимались выше и выше, словно невзначай перемещаясь на внутреннюю сторону бедра, отчего пальцы Наруто невольно задрожали. Неторопливо развязав пояс штанов, брюнет захватил в плен упругую плоть и вампир не выдержал, утыкаясь носом в белую шею. - Сильнее, - просит блондин, и Саске сжимает ладонь, вырывая из чужого горла громкий стон. Дыхание и мимолетные касания губ нежат чувствительную шею, возбуждая Учиху еще сильнее. Его собственная плоть упирается в ягодицы Наруто. Тот и не думает слезать с него – наоборот, усаживается поудобнее, чуть раздвигая ноги, чтобы тому было удобнее. Последней каплей в чашу терпения становится легкий, но ощутимый укус в шею. Брюнет перехватывает любовника свободной рукой и переворачивается, отчего теперь Наруто оказывается снизу – на бурой щекочущей голую кожу шкуре. Призывно прикусывая губу, он смотрит на Саске, одними глазами твердя: «Давай!». «Уверен?» - вопрошают в ответ. Но юноша лишь кивает. Одним движением Учиха стаскивает с него штаны, припадая к шее. Ловкие пальцы нежат чужое тело, проникают внутрь и Наруто морщится, но не позволяет отступить. Боль для него не преграда, а лишь одна из многочисленных граней, приносящих удовольствие. Юноша дышит резко, отрывисто, и Саске, не в силах более себя сдерживать, приподнимает любовника, а его пальцы заменяет плоть, горячая, пульсирующая и неимоверно желанная. Блондин вскрикивает и расслабляется, понимая, что партнер сейчас вряд ли соображает, что делает, отдаваясь желанию тела без остатка. Его движения порывистые и жесткие. Возможно потом, он попросит прощения за свою импульсивность и несдержанность, но это будет позже, намного позже. Наруто чувствует, как чужая энергия проникает в его тело, заполняя собой каждую клеточку, и невозможно противиться ей. Он принимает любовника в себя, глубоко и до конца, раскрываясь перед ним настолько, насколько может. Обхватывает Саске за шею, притягивая к себе теснее, и припадает к губам, ловя порывистый вздох. Теперь он точно не отпустит его. Никогда. Темные пряди теряются, будто растворяясь, в бурой шерсти шкуры. Сил почти не осталось, и Наруто лениво вырисовывает руны на белой коже любовника. Нужно встать и привести себя в порядок, но слишком ленно в этот момент подниматься и куда-то идти. Лёжа на животе, блондин подпирает голову рукой и с затаенной нежностью глядит на Саске. Тот, нисколько не стесняясь своей наготы, лежит перед ним, раскинув руки и подставляя оголенную грудь для ласк. Приятно, интимно, даже возбуждающе. Но сил у них не осталось. Они выпили друг друга до дна, и если продолжат, то после просто вырубятся. А они ещё многое не обсудили. - Теперь не о чем волноваться. Здесь нас никто не побеспокоит, и ты можешь оставаться в замке столько, сколько захочешь. - Твой отец… или брат не будут против? - Это ведь мой замок. А ты МОЙ гость, - Наруто оценил намек, придвигаясь ближе и припадая к опухшим от поцелуев губам. Саске с удовольствием ответил, но спустя минуту, отдышавшись, вновь стал серьезным. - Женитьба стала отличным поводом покинуть клановую резиденцию. Как ты успел заметить – штат слуг в замке минимальный. Поэтому о ребенке не узнают до тех пор, пока мы сами того не захотим. - Захотим, - по слогам повторил Наруто. - Знаешь, это так странно – осознавать, что скоро я стану отцом. И ты тоже. Какая-то странная у нас семья получается. Он рассмеялся, но Саске скорее почувствовал, чем увидел скрываемую боль в глубине чужого сердца. - Наруто, что случилось? Что там было, в деревне? – безошибочно аристократ определил причину немой грусти, дрейфующей в синих глазах напротив. Блондин вздрогнул, отвел взгляд и, стиснув белоснежную ладонь, тихо заговорил. - Старик погиб. Пейн убил его, перед тем, как пришел за мной. На секунду опешив, Саске притянул любовника к себе, заключая в тесные объятия. «Я с тобой! Я не оставлю тебя!». Он не говорил этого, но тело твердило за него. Наруто с благодарностью прижался в ответ, стискивая брюнета, утыкаясь в чужое плечо. Перед женитьбой, когда Саске приехал навестить любовника в хижине, тот сообщил о своем намерении съездить в деревню к старику Джирайе. Неуловимое чувство тревоги не давало покоя Наруто вот уже некоторое время. Единственное, о чем мог просить аристократ, чтобы тот был осторожен. Причин останавливать вампира у него не было. Да и неволить любовника желания не возникало. Возможно, Наруто привлекал его именно этим – мнимым чувством свободы, которое возникало у аристократа в его присутствии. Словно перекати-поле, блондин в любой момент мог сорваться с места и уйти, куда пожелает. Единственной точкой опоры, столбом, много лет поддерживающим хрупкий внутренний мир, был старик Джирайя – любовник сам об этом рассказывал. Он стал для юноши и учителем, и другом, и отцом. И Наруто не мог покинуть его, не предупредив. Старик и сам понимал, что не в силах удержать рвущееся на свободу молодое сердце. И в этот момент уединения, Саске понимал, какую потерю переживает Наруто, скрывая её за маской напускного веселья и безалаберности. Потеряв Джирайю, блондин лишился последнего родного человека. - Значит, я стану твоей семьей, - юноша вздрогнул в его руках, отодвинулся, заглядывая в глаза. - Что? – переспросил он, будто боялся, что ослышался. Саске повторил. И подтвердил. Непонятно откуда взявшиеся силы позволили доказать, что аристократ настроен серьезно. И, открывая наконец ворота своего сердца, Наруто позволил аристократу войти, отдавая ключ. Почти всю ночь он рассказывал Саске о себе. О прошлом, которое преследовало его во снах многие годы. О семье и знатной фамилии Удзумаки, которую он теперь не в праве носить, если хочет выжить. О запахе гари и дыма, которые иногда мерещатся ему. Детские шрамы души, заживающие годами. И лишь сейчас Наруто понял, что приобрел то, что старик Джирайя не мог ему дать, как бы ни старался - надежду. Воспоминания прошлого отступили. И теперь у него есть возможность вступить в будущее. Но по этой дороге он будет идти не один. - Как ты здесь, Хината? Ты выглядишь более счастливой, нежели когда уезжала, - Нейджи приехал в середине зимы, еле добравшись до замка по занесенным дорожным колеям. Сестра значительно изменилась. В лиловых глазах плескалась нежность и спокойствие, она оглаживала округлившийся животик, заметный даже через ткань платья, и кузен поздравил девушку. Появление первенца стает радостной новостью для обоих семейств. - Ты считаешь? – Хината улыбнулась и перевела взгляд на окно, смотря куда-то в даль. – Верно. У меня здесь есть всё, что нужно для счастья.