Мой милый Доктор

      Забежав в отделение, я не знал, жива она или нет, да и, вообще, что с ней. Я сразу увидел блондинку на посту, которая уставши перебирала бумаги. Эх, Амбарита, дежурство? А я этой чертовой ночью тоже не выспался.       — Привет, как она? — выпалил я, подойдя к блондинке. Но, увидев меня, как всегда, она была не рада. Она может хоть раз притвориться, что относится ко мне нормально, а не ненавидит, как какого-то черта. Ох, Маттео, Маттео, какой нафиг черт? Ты наоборот, богу должен молиться, чтобы с ней было все в порядке, но в порядке ли? — Что? Неужели...       — Отвечу на вопрос вопросом, — сказала она, а затем достала историю болезни... Луны. — Ты знал? Ты, ты хоть читал историю?       — Последний раз, когда я её открывал, я узнал что она смертельно больна, — признался я. Но только что с ней я должен был знать прямо сейчас. — Не томи... Прошу.       — Читай. Читай, я сказала! — приказала она, открыв на нужной странице и тыкнув пальцем в надпись. Противопоказания: * Избегать нервных срывов. * Избегать какие-либо эмоциональные выводы. * Исключается половая деятельность полностью. * Не заводить какие-либо привязанности, включая любовные, которые могут повлиять на психо-соматическое восприятие. * Исключить сильные физические нагрузки.       — «Исключается половая деятельность полностью», — повторила мне Амбар, тыкая пальцем в строку, — Ты с ней спал, Бальсано, и не раз. Тут разве написано, что это можно делать?! Нет! Не в коем случае! Ты думал головой, когда трахался с кардиобольной? Правильно, Бальсано! Ты думал только своим членом! — на крик сорвалась Амбар. А я стоял. Вникал. Я не знал. Я ведь вообще не знал. Она ничего не сказала, не говорила. Твою мать... — «Не заводить какие-либо привязанности, включая любовные, которые могут повлиять на психо-соматическое восприятие». И опять Маттео попал в точку! Ты с ней встречаешься, придурок. Она к тебе что-то чувствует. Ты опять сделал так, что она наплевала на противопоказания. Ты полный урод.       После девушка махнула своими волосами около моего лица и скрылась из виду. А знаете, она права во всем. Я полный урод и так же дермовый врач, который наплевательски отнёсся к своей работе и не прочитал историю болезни. В итоге, приступ у неё произошел из-за меня. Она знала это, но ничего мне не сказала, она просто начала со мной встречаться, просто переспала со мной несколько раз, просто кричала на меня в наш первый поцелуй. Мазохистка. Делает себе же больно и хуже моим присутствием и участием в её жизни. В последних днях её жизни.       Я мигом отправился в её палату с целью узнать правду. Почему она мне не сказала и так нарушала правила. Зайдя, я увидел полураздетую Валенте, которая смотрелась в зеркало, стоя в одних джинсах и бюстгальтере.       — Привет, — ласково произнесла шатенка, повернувшись в мою сторону и не стесняясь своего вида. Да и чего стесняться, я там уже все видел. — Я скучала. Думала, ты уже не зайдёшь сегодня, ведь ты всегда заходишь раньше.       — Не стоит, — оторвался я от её поцелуя и мешая её рукам расстегнуть мои пуговицы на рубашке. — Ты лучше объясни мне, зачем пользуешься мной, чтобы быстрее умереть?!       — Я вовсе и не пользуюсь, — пролепетала она, отходя от меня на пару шагов.       — Тогда почему я не знаю, что тебе нельзя заводить отношения и жить половой жизнью?! — мой тон повысился, немного пугая девушку. — Ты должна была мне объяснить, что тебе нельзя с кем-то встречаться. Должна была!       — Я объясняла. Когда ты примчался в возмущениях, что я от тебя отказалась. Ты не помнишь? — тоже на крик сорвалась она, махая руками и заметно покраснев от злости.       — Но зачем ты вчера меня соблазняла? Делала все эти вещи? Если тебе это противопоказано! — взбесился я.       — Ну извините. Твоя жгучая блондинка Амбар сказала, что я тебе быстро надоем. Что тебе будет со мной скучно. Но я не хотела, чтобы это произошло. — призналась зеленоглазая.       — Зачем ты рисковала собой ради меня?! — не понимал я её логику.       — Да потому что я влюбилась в тебя, придурок! — пала в отчаяние она. — Я не хочу тебя терять. Ты стал для меня единственной причиной, чтобы остаться. Пожалуйста, скажи, что любишь меня, скажи, Маттео...       — Я не тот, кто тебе нужен. И я не могу ответить на твою просьбу, ведь... Это были отношения без обязательств; я считал, что ты не против. Ты симпатичная, да. Но я не влюблён в тебя... Ты просто обычная девушка на время. Прости. POV Author       Парень, вымолвив эти слова, сожалеюще посмотрел в глаза девушки и отправился прочь, желая, чтобы она забыла его раз и навсегда. Он просто не достоин её и не должен привязывать к себе, ведь из-за него у неё появилась причина, чтобы бояться смерти, которая предначертана ей через 46 часов. Она стояла и смотрела на дверь, которая немного пошатывалась после ухода парня. Хотелось зарыдать во все горло, но ведь это её вина. Её предупреждали, она сама ведь знала, что это за человек: он ненавидел её с первых дней, затем воспользовался и бросил, узнав, что он может быть причастен к её приступу, который в последствии может оказаться летальным. Но только умирать уже не хотелось. Хотелось подойти и крепко обнять его, и попросить, чтобы он не отпускал её, чтобы он сделал что-нибудь, чтобы она осталась с ним. Но все мечты разрушились в один миг. Шатенка села на кровать и зарыдала, понимая, что её последней любовью в жизни оказался этот подонок.       Но, к несчастью, через некоторое время истерики, на которую никто не обращал внимание, как будто все вымерли, появилась новая проблема. Под названием отец, который, как не кстати, заявился в палату к дочери.       — Привет, принцесса. Как ты? — поинтересовался мужчина, удостоверившись, что она не спит, и не обратив на её опухшее заплаканное лицо.       — Не делай вид, что тебе есть дело до меня, — отрезала она охрипшим голосом, смотря в потолок. — Я помню, что ты сделал с мамой.       — Слушай, малявка! — подскочил Мигель, сжимая тонкую шею девушки своими руками. — Лучше доживай свой срок... Сколько тебе осталось? Ах, двое суток. Сорок шесть часов тебя ещё выдержит земля.       — Поверь, твои угрозы мне не важны. Сорок шесть часов, Папочка. — наигранно ласково произнесла она последне слово. — Иначе, твой авторитет... Ох, боже мой, скатится к черту.       — Дрянь. — выкрикнул мужчина перед тем, как испариться из палаты, оставляя свою дочку одну со своими мыслями.