Львиное сердце

Чимин сидел напротив Хосока и смотрел в окно, провожая взглядом пролетающие мимо пейзажи, за которыми наблюдать одно удовольствие. Помимо них в их купе сидел еще один парень, внешность которого можно было бы отнести к разряду модельной, потому то один его взгляд из-под опущенных ресниц чего стоил! Он о чём-то весело вещал Чону, смеясь каким-то заразительно икательным смехом, от чего Чимин сам начинал улыбаться, даже не слыша, о чём они ведут разговор. Пак то и дело косился на рюкзак с формой, не зная, когда её стоит переодевать, потому что половина ребят из поезда уже в открытую щеголяла в форме и мантиях, а половина лениво валялась в обычной одежде. — Первокурсник что ли? — спросил тот самый веселый сосед, отправляя в рот какую-то булочку. Чимин кинул на него взгляд, замечая, что верхняя губа парня заляпана каким-то вареньем, и хмыкнул. — А я с Пуффендуя. Третий курс. — А я пока что с никакого курса, — ответил Пак и подогнул ноги под себя. — Тебя тоже как студента взяли? — Ага, — кивнул парень и вновь откусил мягкую булочку, при этом издавая какие-то очень странные звуки. — Будешь? — Чимин отрицательно покачал головой. — Хоуп, он у тебя какой-то необщительный. — Да это в первое время так. Он же из мира маглов, как и я. — Да ну? Правда? Я невероятно тащусь от магловедения, — Джин поудобнее устроился на мягкой скамейке, начиная заинтересованным взглядом скользить по Чимину. — А правда, что у вас есть подземные поезда? Просто мы используем камины, а когда я услышал про… — Да, у нас есть поезда. Метро называется. А еще смартфоны, автобусы, самолёты, компьютеры, — пока Чимин перечислял чудеса техники, то не мог сдерживать улыбку, из-за того, что парень на него так восторженно смотрел, будто ребенок, который впервые попал в зоопарк. — Ва-а-а! Хосок, у тебя тоже есть смартфон? — Ага. Только ты не представляешь, сколько времени он отбирает. — С ума сойти! Я очень хочу побывать в мире людей, но отец говорит, что там опасно. А дальше Чимин не слушал, лишь снова впялился в окно, следя за тем, как медленно опускаются сумерки на лес, а над огромным озером плывет наверняка холодный туман, несмотря на то, что сегодня последний день лета. Интересно, что это за злобный блондин, который мало того, что нахамил, так еще и толкнул его, даже не собираясь извиняться. Ну естественно, куда уж вам, царским особам! — Кстати, — голос на этот раз подал Хосок, смотря за тем, как Чимин уплывает куда-то в свои мысли, и если его не вытащить из них, то потерять связь с этим омегой будет на раз два, — Чимин, ты чего там Юнги сказал, что он разозлился как собака? — Что?! — красивый парень сначала ошарашенно глянул на Хосока, а потом еще более испуганно посмотрел на Чимина, который еще больше, казалось, сжался в размерах. — Ты что-то Юнги ляпнул? Да ну не говорите, что это правда! — Он нахамил какой-то девочке, а я сказал, что так делать нехорошо. Но создалось такое ощущение, что я мать его убил, а не сделал замечание! Ну потому что кто так смотрит из-за обычной брошенной фразы? — теперь Чимин стал более разговорчивым. Он всегда становился разговорчивым, когда дело касалось того, что его совершенно не устраивало и раздражало, и эта особая черта характера — нетерпение несправедливости — ой какую шутку с ним играла, отчего парень постоянно вляпывался в какие-то проблемы из-за своего длинного языка. — Этот белобрысый говнюк нахамил мне, обидел омегу, а потом ушел с мордой гордого орла, будто бы он тут принцесса! — Понесло, — улыбнувшись, прошептал Хосок, замечая, как Чимин начинает злиться и заводиться с пол-оборота при одном только воспоминании об одном из студентов. — Чимин-и, с Юнги лучше не конфликтуй. У этого парня папашка в Министерстве сидит, и оба выпускники Слизерина, а оттуда… — Да мне глубоко срать с какого он факультета, если обычные правила приличия его не трогают. Пусть говнится, но не при мне, потому что эту морду видеть я не хочу. Я всё сказал. — Джин, скажи ему, а?! — Хосок стукнул по маленькому столику ладонью, из-за чего чуть стоявшая бутылка воды не упала. — Серьезно, Чимин. Ему или давать надо, или бояться, пресмыкаясь. — Чего? Этому… Этому… Этому кто-то даёт? Серьезно? — Хосок и Джин переглянулись, а потом оба посмотрели в стороны. — Вы серьезно… — Не злись, а иди переоденься лучше. Скоро приедем.

***

Всё это было пиздецки странно, будто бы в идиотский фильм для подростков попал, и от этого ощущение у Чимина под кожей свербило. Он постоянно одергивал мантию, думая, что её подол запачкается, постоянно водил плечами, потому что казалось, будто бы пиджак не то не по размеру, не то какой-то не такой, что злило ещё больше. Чертыхаясь, Чимин следовал за Хосоком, который снова здоровался с каждым подряд, некоторых обнимал, некоторым просто давал пять ладонью, а потом через мгновение переключался уже на другого человека. Вот как им просто, людям с открытой душой, экстравертам, которые питались энергией других людей. Не то, чтобы Чимин был замкнутым, нет, просто он привык дарить свои положительные эмоции определённому кругу людей. Вот только положительных эмоций никак не может быть, если тупой камень оказывается у тебя в ногах, а твой нос вот-вот встречается с землёй, но каково же счастье, когда тебя спасают от прямого поцелуя с грязью. Чья-то широкая рука обхватила плечо Пака и дернула назад, вновь ставя парня на ноги. — Спасибо, — прошептал Чимин и, обернувшись, увидел высокого парня, прошагавшего мимо него без единой эмоции на лице. «О боги, что за странные люди обучаются в этой школе не со школьниками, а со студентами?!" , — Чимин вновь в излюбленной манере фыркнул и, пригладив штаны, побежал догонять Хосока, который в компании своих друзей рассказывал о том, как провёл лето. Чимин, не стесняясь никого, вцепился в его руку и шёл рядом, не обращая никакого внимания на косые взгляды друзей альфы. Хосок не делал замечаний, значит всё в порядке, а если всё в порядке и Хосок не делает замечаний, значит можно расслабиться и спокойно выдохнуть. У Чимина сердце в пятки ушло, когда он увидел место, в котором будет обучаться. Он, конечно, предполагал, что это будет что-то невероятное, но чтобы настолько невероятное, он не предполагал. Огромный каменный замок, возвышавшийся над длинной и широкой рекой, пугал своими размерами, а в небольших башенках горел свет, что привносило в общую картину действительно какую-то сказочность, от которой дух захватывало, а воздуха в лёгких не хватало. Чимин впервые видел настоящий замок. Чимин не мог до сих пор осознать, куда он попал, но что-то подсказывало, что этот учебный год будет ну очень весёлым и интересным, потому что не может в таком замке не происходить ничего интересного. Сбоку заржал Хосок.

***

Когда Чимин вошёл внутрь школы, то внезапно захотел заверещать, как маленькой сучке, которой подарили новую сумочку, потому что если снаружи замок выглядел пугающе, но внутри устрашающе роскошно. Повсюду висели картины, которые двигались. Серьёзно, изображения двигались, махали руками, разговаривали между собой, а Чимин просто шёл с открытым ртом и не мог поверить в происходящее. — Хосок, — шёпотом позвал Пак, дергая альфу за рукав мантии, — это реально картины двигаются? — Да. А ещё тут настоящие привидения есть. — Серьёзно?! — Чимин округлил глаза, неверящим взглядом глядя на друга, который тут же кивнул. — Офигеть… — Слышь, малой, дай пройти. Чимин обернулся, узнавая этот голос, который он слышал уже сегодня в поезде, и скривился, потому что видеть его обладателя совершенно не хотелось. Юнги посмотрел на какого-то парня с высоты своего роста таким взглядом, что тот тихонько извинился и как зашуганная псина отступил, боясь даже взгляд поднять на этого парня. Чимин не понимал как такой, с виду щуплый, парень может так влиять на человека, что убивать одним взглядом, кажется, входило в его вечерние тренировки. Чимина раздражали подобные люди, которые из себя никого не представляют, но зато самомнения у таких вагон и маленькая телега. Позади этого Юнги шёл как раз тот высокий парень, что не дал упасть Чимину пару минут назад. Он вылупился на него, следя за его передвижением, и не хотел верить, что он заодно с этим недомерком альфой, от которого мятой разит за километр. — О Господи, — вздохнул рядом Джин, цепляясь пальцами за манжеты мантии и начиная топтаться с ноги на ногу. — Он здесь. Хосок, он здесь. — Выдохни и выдохни, и не подавай виду, что заинтересован, — быстро ответил Хосок другу, а тот лишь сильнее напрягся, бегая взглядом по огромному залу и стараясь зацепиться хоть за что-то, чтобы выглядеть непринужденно. Выходило отвратно. Джин дрожал, дергался, а когда этот высокий парень прошёл мимо, то чуть в обморок не упал. — Что это с ним? — спросил Чимин, тыча в бок Чона. — Ему нравится староста Слизерина — Намджун. Тот высокий блондин, что прошёл мимо. — А-а… Теперь Чимин знал, что его спасителя зовут Намджун и что Намджун кирпич с каменным лицом. Юнги встал прямо перед Паком и его новоиспеченными друзьями и начал разговаривать со своей компанией, широко улыбаясь и пуская, видимо, какие-то смешные шуточки, раз женская половина задорно хихикала, прикрывая рты ладошками. «Как мерзко», — подумал Чимин, морщась и стараясь не обращать внимания на яркий запах Юнги. — Слышала, что ты в поезде с каким-то малым столкнулся, — начала одна омега, поправляя свои густые волосы и стреляя глазками в Юнги, который лишь довольно фыркнул и сощурился. — Что произошло? — Эй, мистер люблю-покушать-булки, — Юнги повернулся к Чимину, на что тот изогнул брови, не понимая, к кому обращается этот тип, и взглядом спрашивая: «Я что ли?». — Да, ты. Почему мы с тобой столкнулись в поезде? — Потому что ты вести себя не умеешь, — Чимин гордо задрал свой носик, показывая всем своим видом, что разговор продолжать не собирается, чем безумно позабавил Юнги. — Видели какой суровый? Компания загоготала, косясь в сторону Чимина. — И ты ему ничего не ответил? — не унималась девка. — А зачем мне тратить время на любителей пожрать? Боюсь, что он задавит меня своими ляхами! Так и напишите на моем надгробии. Снова идиотский смех, а Чимин кипит от злости, не обращая внимания на Хосока, который положил свою руку на плечо омеги слегка сжал его, советуя не обращать внимания. Ага, как же! Не обращать внимания, когда давят на больное! — Чимин, — предупредительный тон Хосока, а у Пака, кажется, от злости ногти скоро пропорят кожу ладоней, настолько ему обидно это слышать. — Забудь. — Я ему лицо разобью, — прошипел омега, кидая злобный взгляд в сторону Юнги, который тут же его поймал и хитро подмигнул, продолжая болтать со своими друзьями. Пошёл ты в жопу, Юнги.