Зеленый без сахара

Тягучая томная сладость сливочной карамели и мягкий теплый аромат шоколада пробуждают новые оттенки в глубоком, чуть пряном вкусе превосходного цейлонского чая.

С самого утра Оксфорд-стрит наполнялась спешащими работниками, любопытными туристами и сонными экскурсоводами - рассказы до полуночи о страшных призраках Лондона уж слишком утомляли, если не самих рассказчиков, так их слушателей. Белка Бьюкейтер третьего числа седьмого месяца была как никогда бодра - первое в её жизни собеседование, да на какую должность! Четыре дня назад в свежем "Таймс" она прочла, что "Шоколад" ищет нового сотрудника. - Господи! "Шоколад"?! Это просто сногсшибательно! Да даже побывать на одном собеседовании там - уже огромнейший успех! - заявлял ей Уголёк, когда Белка скромно поделилась своей новостью. Но ограничиваться одним собеседованием она не хотела - работа ей была крайне нужна. Во-первых, чтобы не разочаровать отца. Во-вторых, чтобы колоссально не разочаровать отца. Удачно поскользнувшись на первой ступеньке и еле удержавшись на ногах, она вошла в идеально вычищенный холл - здесь пахло чистотой, немного лавандой и самое главное - чаем. Белке сразу же вспомнились старые американские фильмы, где главная героиня попадает в хайтековскую сказку, а потом встречает своего принца на белом внедорожнике - но Белка не любила сказки и принца себе не искала, разве что работу. В холле её встретила приятная, хорошо и дорого одетая девушка лет двадцати пяти - она представилась Медуницей и каждый раз поправляла Бел, когда та ставила ударение на У. В итоге Медуница просто раздражительно закатила глаза и вздохнула. Именно тогда Белка поняла, что им будет весело. А весело будет непременно, ведь её возьмут, потому что в спортивном рюкзаке за её спиной - диплом с отличием из Оксфорда, идеальное резюме и ни капли опыта. - Первые три девушки перед тобой не продержались и недели, - деловито замечает Медуница, заворачивая в коридор направо - это огромнейшая, светлая, просторная редакция. - Не думаю, что ты продержишься дольше, - улыбается она и пропускает её в свой кабинет. Не успевают они опуститься в мягкие кресла, как в кабинет врывается темноволосый парень - на его лице лихорадочный румянец, в глазах - испуг: - Мед, черт возьми, Мед! Он решил приехать на полчаса раньше - завтрак отменили! - и с чуть ли не воплем кинулся к другому кабинету, оставив дверь открытой нараспашку. Медуница резко встала с кресла - её действия отзеркалила Белка, а потом оглянулась - там, в основном офисе, началась жуткая суматоха - кто-то переобувался из удобных домашних тапочек в классические лодочки, кто-то судорожно скидывал ненужную документацию в мусорную корзину, кто-то смахивал пылинки с дверей, кто-то и вовсе вытаскивал из кружки пакетик с чаем; вся ситуация просто заставляла непонимающе улыбаться и разводить руками - Медуница достала огромную тяжелую папку со множеством бумаг, поправила причёску и выдохнула; выдохнуть ей пришлось раз десять, потому что спешка и беспокойство всё ещё стояли за её спиной. И тут вошел он - высокий, статный, темноволосый мужчина лет тридцати. Классический синий костюм сидел на нём идеально, лакированные ботинки, казалось, слегка поблёскивали в свете электрических лампочек, а волосы, наверняка мягкие на ощупь, были уложены слишком продуманно и аккуратно. Белка скептически приподняла бровь. Ежевика Котли - молодой и эксцентричный главный редактор, и по совместительству владелец одного из самых популярных журналов в Англии - "Шоколад". В "Шоколаде" было всё - от статей о чае до ярких заметок про знаменитостей, но конечный продукт получался очень даже неплохим; хотя Белка никогда и не читала его. Котли отдал кожаный дипломат одному из работников перед ним, придирчиво осмотрел Медуницу и, кажется, даже не заметил Бел. От него пахло яблоками и дождём - с погодой сегодня в Лондоне не повезло. - Медуница, готова заметка о китайских плантациях? Обязательно позвоните Эндрюсу сегодня - он задерживает свой материал на два часа. Мне нужны исходники со вчерашней фотосессии - отдайте их Урагану, - он быстро проходит в свой кабинет - Медуница идёт за ним, что-то записывая в блокнот. - Августовский номер должен быть фееричным - наши рейтинги упали на один пункт в прошлом месяце, - Ежевика садится за стол и слегка улыбается - чай уже здесь. - Проследите за оригинальностью - все наработанные материалы ко мне на стол до восьми утра завтра. О, - он делает паузу, размешивая изящной ложечкой горячий чай у него на столе. - Мне нужны билеты в Нью-Йорк на послезавтра самым ранним рейсом. Хорошо, если раньше шести утра. И организуйте мне встречу с Невидимкой, - Котли откидывается на спинку удобного кресла и делает ещё один глоток. А потом и вовсе отворачивается к окну - там дремлет серый Лондон. Медуница замирает. Белка практически смеётся над ее покорностью; слышно, как в кабинете считают время секундные стрелки. - Это все? - хриплым голосом спрашивает Мед. - А кто это сидит в приёмной? Бьюкейтер оборачивается и встречается с его взглядом - там нет заинтересованности, только холодная отстранённость. И все же Бел вздрагивает, замечая как его губы дергаюется в усмешке. - Это потенциальная ассистентка. Я сейчас проведу собеседование... - Нет, - лаконично обрывает её Котли, - собеседование проведу я. Те три девушки, которых вы отобрали, никуда не годились. Мед досадно кивает и быстрым шагом возвращается в приёмную - её каблучки причудливо цокают в тишине. - Бьюкейтер! Давай сюда, быстрее, - шикает она на Бел, с ужасом глядя на её рюкзак: - Это что? - Белка пожимает плечами, мол, что тут такого. Мед возносит руки к потолку, с возгласом "за что мне это". - Я умоляю тебя, давай быстрее! Он не любит ждать. Сквозь стеклянную дверь за происходящим наблюдает Котли. Поэтому, когда Белка входит в его кабинет, опять чуть не запнувшись, он практически стирает улыбку с лица - остаются только весёлые искорки в глазах. - Доброе утро. Меня зовут Белка Бьюкейтер и... - Что вы здесь делаете? - спрашивает Котли, слегка подавшись вперёд. - Я ищу работу, мистер Котли, - мягко отвечает она, стараясь понять, что же он хотел. Ежевика разворачивает свежую газету перед собой. - А вы читаете "Шоколад", мисс Бьюкейтер? - спрашивает он, оценивающе поглядывая то на статьи в газете, то на неё - ответ-то уже знает заранее. - Нет, - смело отвечает Белка, складывая руки на груди - Ежевика так и не предложил ей присесть. - А мечтали об этой работе? - Котли слегка наклоняет голову набок; из огромного окна за его спиной начинает выглядывать солнышко. - Нет, - так же отвечает она, вот только с едва заметным волнением в голосе. Старается не смотреть ему в глаза - иначе сорвётся. Бьюкейтер напоминает ему пылающий огонёк. - Об этой работе мечтают миллионы девушек... - мельком бросает он, слегка отворачиваясь - теряет интерес. Белка раздражённо сжимает кулачки. - По вашему мнению? - По общепринятому, - Котли совсем не удивлен её вспыльчивости; с каждой секундой всё интереснее - он откладывает скучную газету. - А журнал мод вы когда в последний раз листали?.. Это было последней каплей в лужице её спокойствия, потому что Белка не видела ничего страшного в том, чтобы прийти сюда в кедах и с удобным рюкзаком. Конечно, её же не возят в дорогих Ауди и не смахивают каждую пылинку с дорогого пиджака!.. Она уже развернулась, потянулась к дверной ручке, но что-то вдруг щёлкнуло - она не могла позволить этому Ежевике-самодовольному-Котли выиграть её. - Ох, знаете, - он вопросительно вскинул брови, смотря на неё снизу вверх. - Да, я в жизни не читала ваш журнал, не листала глянцевые журналы мод, не тратила внимание на одежду и причёски, потому что я совершенно не вижу в этом смысла! - Белка зло сдувает с лица рыжую непослушную прядку. - Но я умная, схватываю на лету и готова действительно работать, - последнее слово она особенно выделяет. - Так что если вам важны внешний вид и безумный фанатизм, то почему бы не поискать нужную кандидатуру в ваших фан-группах? Котли молча сделал ещё один глоток. Увидев его такое же дурацкое безразличие, Белка отвесила лёгкий поклон и вышла, аккуратно, крайне аккуратно закрыв дверь, в дверях столкнувшись с невысоким молодым человеком - тот презрительно посмотрел на нее, а после прокомментировал: - Господи, что это за лесное чудо? Но Белка, к ее ( и его) счастью, этого не услышала. Медуница проводила её взглядом и продолжила читать бумаги - их шелест всё же не мог успокоить Белку. Успокоить Бел сейчас могла только кружка горячего шоколада и огромная слойка с вишней из ближайшей кондитерской. Но её планам не суждено было сбыться - в наполненном людьми холле её окликает раздражённая Медуница: - Бьюкейтер! - ещё бы, бежать по скользкой плитке было крайне неудобно. - Бьюкейтер, чёрт возьми! Постой! Белка останавливается и медленно разворачивается - не хочет показывать, как расстроилась. Медуница, увидев её грустное лицо, облегчённо выдыхает: - О господи, ты чего так расстроилась? Впереди целый рабочий день, а она уже разочарована! От удивления Белка выронила телефон.