Эликсир жизни

Майкл и в самом деле оказался чрезвычайно ответственным. На бумажке, которую вручил Гарри Малфой, округлым четким почерком было написано три телефона: Майкла Адлера, Ирен Адлер и некоей миссис Коллинз. Покинув здание Министерства магии и выйдя на кишащую магглами улицу, Поттер включил свой сотовый, обзавестись которым ему несколько лет назад настоятельно посоветовали в Аврорате — изредка у них случались совместные, тщательно скрываемые от общественности, операции с полицией простецов. Набрав первый в списке номер, он выслушал равнодушное: «Абонент временно недоступен». По второму, принадлежавшему жене Майкла — Ирен, долго никто не отвечал, а затем в трубке раздался взволнованный женский голос: — Алло? — Миссис Майкл Ирен Адлер? — Ирен спит. А кто ее просит? — Я, собственно, хотел поговорить с ее мужем. Это его коллега по работе. Понимаете, Майкл не явился сегодня на службу и... — П-простите, — запинаясь, произнесла женщина, — с Майклом произошло несчастье. Инфаркт. Вчера вечером мне позвонила Ирен. У нее была истерика. Она сообщила, что Майкл умер, и я, конечно же, сразу поехала к ней в больницу. — Извините, — Гарри уцепился за последнюю фразу, — вы сказали «в больницу»? — Да, — пролепетала женщина. — Ирен уже около двух недель лежит в Больнице Королевского колледжа (1). Я постоянно твердила Майклу: ему необходим отдых! Нельзя ночью дежурить у постели жены, а днем как ни в чем не бывало ходить на службу. Но меня же никто не слушал, и видите, что вышло... — она заплакала и отключила сотовый телефон. Через полчаса, вкратце обрисовав начальнику Аврората картину происшедшего, Гарри получил официальный приказ начать расследование по делу невыразимца Майкла Адлера. — В этот раз будете работать в одиночку. Без группы. Она вам только помешает. Вашей задачей, помимо прочего, является транспортировка тела в Святого Мунго для установления причины смерти и обратно в маггловскую больницу. Я проинформирую главного целителя Сметвика, и в Мунго вас уже будут ждать. Так что полномочия у вас самые широкие. И методы воздействия на магглов — тоже. Конфундус, Обливиэйт и даже Империо я уже санкционировал. Если жена Адлера была хотя бы отдаленно в курсе деятельности своего супруга, придется подкорректировать память и ей. Разумеется, со всеми возможными предосторожностями. В любом случае постарайтесь как можно меньше «наследить», аврор Поттер. Я не хочу, чтобы в завтрашних газетах простецов всплыла эта история. Не знаю, как уж там Министру удастся замять скандал в «Ежедневном пророке» и удастся ли вообще, — начальник Аврората вздохнул, — но это уже — его проблемы. Задание ясно? — Ясно, — четко отрапортовал Гарри. Дело представлялось ему практически раскрытым. Умерший невыразимец, жена которого уже много дней лежала в больнице, скорее всего, позаимствовал зелье именно для нее. Осталось только переговорить с лечащим врачом миссис Адлер, чтобы окончательно расставить все точки над «i», и забрать тело из больничного морга для освидетельствования в Мунго. * * * Если бы Гарри Поттер не был аврором, ему грозил бы приличный срок в Азкабане за применение к «ни в чем не повинным магглам» заклинаний различной степени тяжести: от легкого Конфундуса к девушке, сидевшей в регистратуре и отказавшейся сообщить ему, в какой палате лежит миссис Майкл Адлер, до полновесного Империо к заведующему онкологическим отделением Больницы Королевского колледжа. После этого профессор Липман, ранее намеревавшийся вышвырнуть наглеца за дверь, стал гораздо более сговорчивым и любезно пригласил Гарри присесть. — Мне хотелось бы узнать диагноз миссис Ирен Адлер, — вежливо поинтересовался Поттер. — Рак мозга. Глиобластома четвертой степени (2) — если вы что-то понимаете в медицине, — с готовностью ответил профессор. — А каковы шансы на выживание при подобном диагнозе? — Если не начать немедленного лечения, что практически неосуществимо в ее состоянии, — три, от силы четыре месяца. — Ясно, — сквозь зубы процедил Гарри. — А миссис Адлер в курсе насчет своего заболевания? — Нет. Муж просил пока ничего не сообщать ей. И это оказалось очень верным решением с его стороны. Во-первых, неизвестно, как бы отреагировала пациентка на восьмом месяце беременности на столь ужасную новость, а во-вторых... — Липман набрал в грудь побольше воздуха. — Я даже не представляю, как это могло случиться... Диагноз, скорее всего, был поставлен ошибочно. — Что? — опешил Гарри. — Разве такое возможно? — Все возможно, молодой человек! — немного запальчиво произнес врач. — И самая отлаженная техника может дать сбой. Конечно, несколько странно, что одинаковый результат зафиксировали и приборы УЗИ, и компьютерный томограф... Данное совпадение крайне маловероятно. — Погодите, профессор, вы хотите сказать, что миссис Адлер не больна раком? — Это немыслимо, но — нет. Ночью ей сделали повторное сканирование, и оно показало... отсутствие злокачественной опухоли. Более того... Когда пациентку привезла «скорая», она полностью оглохла на левое ухо. За прошедшие десять дней слух не восстановился, а сегодня... она внезапно перестала жаловаться на глухоту. Правда, не исключено, что это происходит из-за шока, в котором она пребывает со вчерашнего вечера. Вы в курсе, что ее муж умер вчера от обширного инфаркта? Но одно мне совершенно ясно — никакого рака у нее нет! Я не люблю пользоваться подобными формулировками, но, кажется, произошло чудо. — Отлично, спасибо, профессор, — Гарри поднялся со стула и протянул доктору руку для прощания. — И, пожалуйста, забудьте, что я здесь был. * * * До морга, располагавшегося в подвальном этаже здания, Гарри добирался, окружив себя чарами Отвлечения внимания. По счастью, там в это время находился лишь один патологоанатом, к которому пришлось также применить Империо. Снять заклятие и с этого маггла, и с профессора Липмана Поттер решил после возвращения, а пока он приказал врачу показать ему, где лежит тело Адлера, и покинуть помещение. В Мунго, как и обещал начальник Аврората, его уже поджидал главный целитель Сметвик, снявший ради такого экстренного случая антиаппарационный барьер с собственного кабинета. Мертвого Майкла Адлера положили прямо на стол, освобожденный от всех документов. Сметвик несколько раз провел вдоль его тела волшебной палочкой и вынес уже и без того понятный Гарри вердикт: — Магический откат чудовищной силы. — Пожалуйста, отправьте отчет об этом в Аврорат, — устало попросил Гарри. — Я должен вернуть этого беднягу назад и проверить, как там его жена. Магглы диагностировали у него инфаркт, а она, как мне сообщили, беременна. — Хорошо, мистер Поттер. Делайте свое дело. Я пошлю отчет. * * * Возвратив тело Майкла Адлера в морг и аккуратно сняв Империо с патологоанатома и профессора Липмана, Гарри наведался в лабораторию и в последний раз воспользовался Непростительным, приказав лаборанту «поделиться» с ним образцом крови миссис Адлер, взятым сегодня утром. Только после этого он вздохнул с облегчением. С технической точки зрения, у него была вся база доказательств. Умерший от отката невыразимец, чудесное излечение за одну ночь смертельно больной пациентки и кровь, в которой почти наверняка обнаружатся следы «Эликсира жизни». Оставалось еще побеседовать с женой, точнее, вдовой Майкла. Дверь в палату оказалась открытой. Медсестра как раз измеряла Ирен давление. Поттер подождал, пока она выкатит свое оборудование, и переступил порог. — Вы кто? — резко обратилась к нему еще довольно моложавая дама, сидевшая в кресле около постели. — Миссис... Коллинз, — Гарри вспомнил фамилию, стоявшую рядом с третьим телефонным номером, — я звонил вам сегодня днем. Я сослуживец Майкла. Вот пришел проведать Ирен. — Уходите немедленно, — зашептала женщина. Лицо ее моментально сделалось злым. — Что за бестактность?! Вы не видите, в каком она состоянии? Меньше суток назад умер ее муж... — Мама... — с кровати раздался тихий голос. — Не надо. Я сама разберусь. — Но милая... — начала было миссис Коллинз. — Не надо, — с нажимом повторила Ирен. — Я уже не маленькая девочка! Пожалуйста, побудь в коридоре, пока я поговорю с сослуживцем Майкла. — Как угодно! — обиженно поджала губы миссис Коллинз, развернулась и вышла из палаты, прикрыв за собой дверь. — Простите, мама иногда трясется надо мной, точно я — стеклянная, — печально улыбнулась Ирен. Только теперь Гарри впервые рассмотрел ее. Даже сейчас, невзирая на опухшие, покрасневшие от слез глаза и нос и смертельную бледность, Ирен Адлер можно было назвать очень симпатичной молодой женщиной. Правильный овал лица. Хорошо очерченные губы. Длинные ресницы. Очаровательные ямочки на щеках. Густые, темно-русые волосы, сколотые на затылке в тугой узел. Она полусидела на кровати и держала руку с входившей в вену иглой от капельницы поверх выдававшегося вперед живота. — Вы... волшебник? — спросила Ирен, не дожидаясь, когда Гарри представится. — Да. Меня зовут Гарри Поттер, — подтвердил Гарри. — Я — аврор, это что-то вроде полицейского. Веду следствие по делу вашего мужа. Не волнуйтесь, — быстро произнес он, глядя на вытянувшееся лицо Ирен, — это просто формальность. Когда с любым магом случается несчастье, в Аврорате обязаны проверить причины. — Да, в нашем мире происходит так же, — похоже, его слова успокоили Ирен. — Я слышала от мужа ваше имя. Вы, кажется, считаетесь национальным героем... — Считался... давно, — усмехнулся Гарри, вспоминая, как еще несколько лет назад ему буквально не давали прохода в Косом переулке. — Ирен, мне крайне неловко вас тревожить в такой момент, но... Майкл рассказывал вам, чем он занимается? — Нет. Он только говорил — это секретная служба. Я не расспрашивала... Я знаю, что Майкл был волшебником — и не более того. Вчера он вернулся с работы и принес мне микстуру... у вас это, по-моему, называется зельем... От головной боли. У меня мигрени уже два месяца, а пару недель назад я упала в обморок дома и с тех пор практически оглохла на одно ухо. Врачи пока так и не объяснили, что со мной. Вот Майкл и предложил мне попробовать лекарство для волшебников. Вы понимаете, у меня все время так болела голова, что я согласилась. Выпила зелье и почти сразу заснула, а когда меня разбудили, Майкл... — она закрыла лицо руками и всхлипнула. — Простите, — глухо донеслось до Гарри, — мне сообщили, что у него случился инфаркт... — А как вы себя сейчас чувствуете, миссис Адлер? — Голова совсем не болит, и ухо... оно снова слышит. Но я, разумеется, не призналась врачам, что пила... — Ирен понизила голос до шепота, — ...волшебное лекарство. Майкл предупреждал про Статут о Секретности, да и кто бы мне поверил? Так что теперь меня бесконечно таскают на проверки... Если бы Майкл был жив, он бы так обрадовался, что у меня все прошло... — ее глаза наполнились слезами. — Он уже никогда не увидит нашего сына... — Прошу вас, не плачьте, вам нельзя так волноваться, — Гарри ощущал, как у него неприятно першит в горле. Эта несчастная молодая беременная женщина вызывала у него столько сострадания, что он не представлял, как у него получится просто встать и уйти. Ирен прислушалась к чему-то внутри себя и опять всхлипнула. — Я буду стараться. Я должна родить здорового малыша, — произнесла она сквозь слезы. — Майкл бы очень этого хотел... — Спасибо, — Поттер взялся за ручку двери, — вы мне невероятно помогли. В ближайшее время с вами свяжется начальник вашего мужа и посодействует в организации... похорон. «А если он сам не вызовется это сделать, я его заставлю!» — подумал он. Гарри еще раз кивнул на прощание миссис Адлер и вышел в коридор. Статута о Секретности никто нарушать не собирался, поэтому он не стал подправлять Ирен память. Дело, в общем-то, было закрыто. Оставалось вернуться в Аврорат и составить подробный отчет. Да, и еще поговорить с Драко насчет поддержки молодой вдовы. Малфой хоть и сильно изменился, прожив семь лет практически в браке с таким гриффиндорцем до мозга костей, каковым являлся Поттер, но все же холодный слизеринский расчет иногда брал в нем верх. А кроме того, ему никогда не приходилось бедствовать. Хотя Малфой-старший и отказал беспутному наследнику в материальной помощи, жалования, которое Гарри и Драко получали в Министерстве, хватало на вполне достойную жизнь. Поттер спокойно покинул здание больницы, прошел пару кварталов, завернул в безлюдный проулок и аппарировал. * * * Гарри не знал, да и не мог знать, что лаборант, под заклятием Империо отдавший ему одну из пробирок с кровью Ирен, еще утром несколько раз перепроверил образец, сверился по компьютеру с медицинской картой миссис Адлер, запер дверь лаборатории и набрал номер из записной книжки своего сотового. — Слушаю, — раздался в трубке мужской голос. — Это Билл Маккой. Вы просили позвонить, если вдруг попадется нечто загадочное и необъяснимое, — сказал лаборант, мысленно с восторгом предвкушая, сколько денег отвалят ему за подобные сведения. — Слушаю, — в тоне говорившего послышалось нетерпение. — В нашу больницу две недели назад поступила пациентка с сильными головными болями. Позавчера компьютерный томограф диагностировал у нее рак мозга. А сегодня мне прислали ее анализы крови. В них какая-то чертовщина. Я вообще не могу определить некоторые показатели, а самое главное... и УЗИ, и повторное сканирование никакого рака у нее не выявили... — Интересно. Сколько вы хотите за эту информацию и образец? Билл на минуту задумался. Он до смерти боялся продешевить. С тех пор как с ним связалась таинственная фармацевтическая компания и через своего представителя, имени которого он не знал, предложила немалое вознаграждение просто за то, чтобы держать ухо востро, подмечать и вовремя докладывать о любых необычных случаях, происходивших в стенах больницы, финансовое состояние Маккоя значительно улучшилось. А вот теперь ему, кажется, выпал счастливый билет. — Сто тысяч... — запинаясь от собственной наглости, наконец проговорил Билл, — фунтов стерлингов. — Не вопрос! Компьютерную распечатку диагноза и пробирку с кровью привезете... Запишите адрес. — Сперва переведите деньги! — Маккой не собирался выглядеть в глазах таинственного «клиента» простачком, которого можно обвести вокруг пальца. — Пятьдесят процентов — сейчас. В течение пятнадцати минут. Вторую половину получите, когда мы проверим образец. _________________________________ 1. Больница Королевского колледжа, Англия (King's College Hospital) — это одна из самых больших и самых известных учебных больниц Лондона, которая обслуживает население районов Саутуарк, Льюишам и Ламбет. Больница снискала мировую славу благодаря достижениям в гепатологии и трансплантации печени, онкогематологии, медицине плода и нейронауках. http://medbe.ru/clinics/kliniki-i-gospitali-anglii/lechenie-v-anglii-bolnitsa-korolevskogo-kolledzha-london/ 2. Мультиформная глиобластóма (англ. Glioblastoma multiforme, GBM) — это наиболее частая и наиболее агрессивная форма опухоли мозга, которая составляет до 52 % первичных опухолей мозга и до 20 % всех внутричерепных опухолей. Несмотря на то, что глиобластома является наиболее частой первичной опухолью мозга, на 100000 жителей Европы и Северной Америки регистрируется всего 2-3 случая заболевания. Термин «глиобластома» подразумевает два варианта этой болезни: Гигантоклеточная глиобластома и Глиосаркома. https://ru.wikipedia.org/wiki/Глиобластома