Запах кофе и мяты

Он очнулся в холодном, сыром и несущимся с бешеной скоростью вверх лифте. Несмотря на холод, лоб парня покрылся капельками пота. Покачивания лифта и запах паленой резины вызывали тошноту. Парень не мог сосредоточиться, он совершенно ничего не помнил. Ни кто он, ни откуда, ни кто его родители. Совсем ничего. «Меня зовут Томас», — внезапно промелькнула далекая мысль, но тут же растворилась в легком тумане. Лифт же продолжал подниматься. Казалось, прошло уже очень много времени, но сколько именно, Томас сказать не мог. Внезапно, издав глухой металлический звук, кабина резко остановилась. Томас замер от любопытства и страха одновременно, он хотел знать, куда он попал. Он взглянул вверх. Потолок лифта разрезала тонкая полоска света, становившаяся все шире. Низкий скрипучий звук наводил на мысль о том, что кто-то с трудом поднимает тяжелые двойные створки. Томас резко зажмурился: после темноты свет резал глаза. Внутри все похолодело, когда он услышал над собой чьи-то голоса. — Глянь на этого шанка. — Сколько ему лет? — Выглядит как кланк, только в майке. — Сам ты кланк, балда стебанутая. — Черт, у кого так ноги воняют?! — Надеюсь, путешествие в один конец тебе понравилось, Шнурок. — Точно, обратного билета уже не будет, брат! По разговору Томас не мог понять, кто говорил, к тому же некоторые слова ему были неизвестны. Он осторожно взглянул вверх. Томас увидел молодых парней, скорее даже подростков. Страх стал немного отступать, мальчики не выглядели кровожадными убийцами. И это радовало. Кто-то сбросил вниз веревку с большой петлей на конце. Томас поколебался, но всё же просунул в петлю правую ногу, крепко ухватился за веревку, и его немедленно потащили наверх. Томасу помогли перебраться через острый край темной кабины, а затем кто-то произнес: — С прибытием, шанк. Добро пожаловать в Глейд. Томасу было невероятно плохо. Он с трудом стоял на ногах, а галдеж окруживших его подростков отдавал в голову. Но парня распирало любопытство, и он начал осторожно осматривать всё вокруг. Около него стояло как минимум человек сорок, все разного возраста, роста, телосложения. Те лишь внимательно осматривали новичка и тихо переговаривались друг с другом. Слов Томас не слышал. Он оторвал взгляд от мальчишек и принялся рассматривать ландшафт необычного места, в котором очутился. Он находился в центре огромной площади, окруженной со всех сторон стенами, возвышающими на несколько футов вверх. Ровно посередине каждой из стен находился огромный проход, а от него шли длинные ходы и коридоры, как предполагал парень. — Гляньте на салагу! — раздался противный голос. Томас не видел, кому он принадлежал, но для себя решил, что ждать от хозяина голоса чего-то хорошего не стоит. — Ему так нравятся наши апартаменты, — насмешливо продолжил тот, — что он сейчас себе шею свернёт! Несколько парней рассмеялись. А из толпы кто-то громко рявкнул: — Захлопнись, Галли! Из толпы вышел темнокожий парень. Он скрещивал руки на груди, и на вид ему было лет восемнадцать. Он почему-то хмурился. — Как твоё имя, шанк? — Томас не мог понять значения слова, но по взгляду понял, что парень обращается к нему. — Томас, — хрипло ответил парень, и в уши отдало неприятным чувством, что звук собственного голоса он ранее не слышал. — Где я нахожусь? — В дрянном местечке, — заметил темнокожий, — но не мне это рассказывать! Пусть этим занимается твой куратор, — парень немного помолчал и крикнул в толпу. — Кто будет мальчишке смотрителем? — Я возьму шанка себе! — послышалось из толпы, и навстречу Томасу вышел светловолосый парень. На вид ему было лет шестнадцать-семнадцать, а лицо озаряла добродушная улыбка. Томасу стало спокойно на душе. Парень имел приятную внешность. Но толпа отозвалась громкими перешептываниями, а прежний скрипучий голос сказал: — Видимо, сопляк представляет собой огромную ценность, раз его берет себе Ньют. — Заткнулись, я сказал! — прикрикнул темнокожий, и толпа постепенно затихла, а сам парень обратился к Ньюту. — Приближается ночь, а, значит, с минуты на минуту вернутся бегуны. Сегодня ящик припозднился. Основное расскажи своему шнурку завтра. — Лады, — ответил Ньют, а парень пристально посмотрел на Томаса. — Спустя несколько недель ты освоишься, шанк! Будешь наслаждаться жизнью и нам помогать. Каждому было тяжело в первый день, ты не исключение. С завтрашнего дня у тебя начнется новая жизнь. Он повернулся и сквозь расступившуюся толпу зашагал к деревянной постройке. Остальные начали расходиться, напоследок бросая на новичка долгие взгляды. — Пойдем, шнурок, прогуляемся. Я покажу тебе тут все, — Ньют похлопал Томаса по плечу и направился в сторону густого леса. Новичок последовал за ним. — Это место называется Глейд, — начал Ньют, обводя рукой все пространство. — Он разделен на четыре части: Плантация, Живодерня, Хомстед и Могильник. Плантация находится на северо-востоке, — отметил Ньют, указывая рукой на огороды, — там мы выращиваем еду, — Ньют пристально посмотрел в глаза Томаса и продолжил. — На юго-востоке Живодерня. Там мы выращиваем и убиваем скотину… А в другой стороне Хомстед. Это наше жилье. У каждого более опытного из нас есть отдельная комната. Выглядят они, конечно, стрёмно, но жить в них можно. К каждому новоприбывшему присоединяется куратор. У тебя это я. И делить комнату ты будешь со мной… — на несколько секунд Ньют замолчал, а потом продолжил, тыкая пальцем в юго-западный угол Глейда. — А это местечко мы называем Могильником. Кроме кладбища там ни черта нет. Ты можешь ходить туда от нечего делать, отдохнуть от чужой болтовни и просто пошляться. — А это Восточные Ворота, — сказал Ньют, подходя к проходу в стене. — Что там внутри? — спросил Томас, заглядывая вглубь. — Там лабиринт, — чуть поколебавшись, ответил Ньют. — А это наши бегуны! Как денёк, Минхо? — поинтересовался он, а Томас отшатнулся, потому что из лабиринта выскочил рослый парень и прокричал что-то вроде: — Как всегда паршиво, Ньют! — он побежал к железной будке, около которой уже столпились другие бегуны. Дождавшись Минхо, парни открыли тяжелую дверь и скрылись в помещении. — Кто они? Что они делали в лабиринте? Отсюда есть выход в другой мир? Они были там? — Слишком много информации на сегодня! — отрезал Ньют. — Больше я тебе пока не расскажу, а то мозги задымятся. Тебе следует сначала хорошенько выспаться. Завтра, — внезапно Ньют замолчал и приложил руку к уху. — Кажется, начинается, — заметил он. — Что начинается? — уточнил Томас, косясь на Ньюта. Тот только показал рукой в сторону дверей лабиринта, которые со скрежетом начали закрываться. К горлу Томаса подступила паника. Им овладело жгучее желание убежать в лабиринт, скрыться из этого ужасного места. Поддавшись мимолетному желанию, Том кинулся в сторону дверей, но тут же был резко отшвырнут назад. Не удержавшись на ногах, Томас упал на спину, глядя на нависшее над ним невероятно злое лицо Ньюта. — Никогда. Ни при каких условиях. Не приближайся к лабиринту, шанк! — прошипел Ньют прямо в лицо Тому. — Поднимайся! — Том осторожно встал на ноги и ошарашено посмотрел на куратора. Тот был невероятно серьезен. — И просто поверь, — добавил Ньют, — в лабиринте в сто раз опаснее, чем здесь. Там обитают гриверы. Это ужасные существа. Никто не выживал после встречи с ними! И если ты ещё раз попытаешься проскочить туда, мы с тобой поговорим по-другому. И поверь, шнурок, этот разговор тебе явно придется не по вкусу! — на несколько секунд в воздухе повисло молчание. Томас, опустив голову, обдумывал слова, сказанные парнем, а Ньют отрешенно разглядывал плющ. — Извини, — наконец нарушил молчание Томас и взглянул в глаза Ньюта. — Ничего, Томми. На то ты и шнурок, чтобы косячить, — улыбнулся Ньют, и Томас спокойно вздохнул, поняв, что куратор больше не злится. — А теперь, Томми, пойдём к костру. Раз сегодня ты у нас новенький, ты хозяин этого вечера! — воскликнул Ньют и потащил Томаса к толпе парней, которые явно что-то отмечали. «Всё-таки мне очень повезло с куратором, — думал Томас, еле поспевая за Ньютом. — Он хоть и может злиться, но быстро отходит и явно не злопамятный». Ньют подбежал к столу, пожал руку длинноволосому пареньку и, взяв со стола банку с мутной жидкостью, поманил Томаса отойти с ним в тихое место. — Насыщенный у тебя сегодня выдался денек? — спросил Ньют, усаживаясь на траву и смотря в небо. — Не переживай. У всех новичков так же, — Томас кивнул. — На, — Ньют протянул парню банку, — взбодрись слегка. Томас взял её и поднес ко рту. На запах содержимое было омерзительно, но, глотнув мутную жижу, Томас и вовсе зашелся кашлем. — Боже! Что это за дрянь? — спросил Томас, глядя на Ньюта. Тот весело смеялся. Видимо, реакция новичка была ожидаема. — Да я сам не знаю, — признался Ньют. — Это Галли делает. Секрет фирмы! Всё равно тут больше нихрена нет. Как ты думаешь, Томми, там, в том мире, есть такое? — спросил Ньют, а Томас пожал плечами. — Мы здесь надолго? — спросил парень, разглядывая землю. — Нет. Надеюсь, — ответил Ньют. — Но для этого ведь у нас и есть бегуны. — Что ты имеешь ввиду? — решил уточнить Томас. — Каждое утро чертовы ворота открываются, и они бегут в лабиринт, чтобы запомнить всё, записать. Пытаются найти выход. — Давно они его ищут? — Уже три года, — чуть помедлив, ответил Ньют. Томас задумался. Он чувствовал, что какая-то невидимая сила тянет его в лабиринт. Он должен туда попасть! — Я хочу стать бегуном, — вдруг выпалил Том, смотря в глаза Ньюта. — Даже не вздумай, салага! — ответил Ньют. — Никто не становится бегуном раньше, чем через пару месяцев. А ты в первый же день намылился? Я же сказал, бегуны самые выносливые, быстрые, ловкие. Они лучшие из нас. — Почему тогда ты не с ними? — спросил Томас, но тут же прикусил язык. Всё-таки это не его дело. — Я был бегуном, — неожиданно серьезно ответил Ньют, — пока не повредил эту чертову ногу. И вот прошло уже 4 месяца, а она никак не заживает, — для наглядности Ньют закатал штанину, и взгляду Томаса предстал длинный, чуть красноватый шрам. Парень поморщился. — Как это случилось? — только и смог спросить он. — Ты бежал от гривера? — О, ну конечно! — чуть замешкавшись, ответил Ньют. — Как же ещё! И вообще, — добавил он немного пьяным голосом, — хватит на сегодня расспросов! Пошли спать, — Ньют поднялся с травы и направился к деревянной постройке. Томас поспешил следом, цепляя на штаны колючки репейника. Комната Ньюта находилась в самом конце коридора. Открыв дверь, хозяин апартаментов шагнул в темноту. Томас последовал за ним. В комнате было заметно теплее, чем на улице или в коридоре. — Обувь снимай здесь, у самого порога, — бросил Ньют, проходя вглубь комнаты. Томас послушно скинул ботинки, слушая, как его куратор что-то достает. — Ты извини, но я не ждал сегодня тебя, так что пока кровать одна. Ложись. Сейчас я достану одеяла. Томас наощупь нашел кровать и, скинув брюки, лег к стене. — Лови, шнурок, — услышал Том, и в ту же секунду в него прилетело одеяло. — Ночью в Глейде бывает холодно. Так что укройся, — заметил Ньют, стягивая одежду. — Учти, будешь пихаться или храпеть, выгоню вон, — Томас услышал голос куратора совсем рядом, и в ту же секунду матрас прогнулся, а Том почувствовал рядом тёплое тело. Парень облегченно вздохнул: Ньют взял свое одеяло, поэтому прикасаться голыми телами не пришлось. — Спокойной ночи, шнурок, — услышал Томас. — Спокойной ночи, Ньют, — ответил он и повернулся на бок. В голове, как рой мух, крутились множество мыслей. За день произошло много событий: его прибытие в Глейд, знакомство с Ньютом, реакция окружающих. — Ньют, — осторожно позвал Томас. — Ну чего тебе, Томми? — отозвался парень, поворачиваясь лицом к новичку. — Я не стану целовать тебя на ночь, не надейся, — Томас покраснел. Вся эта ситуация и шуточки Ньюта смущали его. На несколько секунд повисло молчание. — Томми, — скрипнул Ньют, нависая над Томасом, — не пугай меня. Чего ты замолчал? Неужели правда ждал поцелуй на ночь? — Вовсе нет, — у Томаса загорелись уши. — Я просто хотел спросить, как думаешь, сколько мне лет? — Ну, — протянул Ньют, ерзая рядом, — тебе лет шестнадцать, но явно не больше. Что касается внешности, ты высокий, у тебя темно-русые волосы, карие глаза и светлая кожа, — Томас удивленно вскинул брови. — Я думал, я гораздо старше, — ошарашено произнес он. — Хочешь сказать, я младше тебя? — Скорее всего, навскидку, — кивнул Ньют, — мне дают лет семнадцать. Все, Томми, спи. Томас примолк. Он послушно прикрыл глаза, пытаясь выкинуть из головы все тяжелые мысли. Отвлечься Томасу не удалось. В коридоре послышались голоса, кто-то ввалился в комнату напротив, и тут же послышались громкие голоса двух парней и звуки опустошения желудка. — Минхо! — крикнул Ньют, садясь на кровати. — Опять нажрался как сволочь? Не смей заблевать душевую. Заставлю мыть зубной щеткой! Сколько можно? — Ньют улегся обратно. — Постоянно одно и то же! — крикнул он напоследок и, обнимая подушку, шепнул. — Спи, Томми. Звуки в комнате напротив утихли, свет погас, парни направились по коридору, вскоре послышался хлопок двери. Томас вновь прикрыл глаза. Постепенно, слушая спокойное посапывание Ньюта, Томас начал проваливаться в сон. Но его планам не дано было сбыться, ибо в коридоре послышался приглушенный шепот. Томас слышал, как некто, перешептываясь, открыл дверь, и через несколько секунд прямо за стенкой послышались недвусмысленные стоны. Томас резко распахнул глаза. — А это наши медаки, Клинт и Джефф, — сонно пояснил Ньют в подушку. — Они частенько любят «развлечься», так что привыкай, салага, — Томас сильно зажмурил глаза и, уткнувшись носом в подушку, попытался отвлечься от звуков за стеной. Постепенно сон взял верх, и Томас заснул спокойным сном.