Мечты...

- Как не заплатите? - Васька опешил, с недоверием уставившись на мужчину, надеясь, что он неудачно над ним пошутил. - Почему? - в ответ, Сережа лишь отвернулся от него, как от надоедливой мухи, и продолжил выяснить отношения с начальством. - Анжеле мы должны за него заплатить... - Заплати. - Я на него тоже время угробил, и кто мне заплатит? - Я спросил, почему?! - выкрикнул Матвейкин. - Переснимем фильм, получишь свои деньги, - даже не соизволив обернуться, бросил Сережа. - Он не будет больше сниматься, тема закрыта, - ответил за Василия Мэт, и Васька, обрадовавшись подоспевшей помощи с неожиданной стороны, поддакнул для веса. - Да, не буду. Мы только на один раз договаривались! И скажите своему режиссеру, чтобы он мне заплатил. - Это почему же он не будет? - не согласился с ними Сергей, обращаясь к Матвею и по-прежнему игнорируя Ваську. - Еще как будет. Мэт, не дури, на мальчишке можно кучу бабла заработать. - Забудь об этом. - Но почему?! – завопил Сергей. - Он безнадежно бесполезен, - прозвучал сухой исчерпывающий ответ. Васька аж задохнулся от возмущения: "Мало того, что унизили, втоптали в грязь, платить отказываются, так они еще меня и оскорбляют!" - ему хотелось ответить им обоим, их же монетой, но ничего путного в голову Матвейкину не приходило. *** Мэт, взглянув на парня, усмехнулся и спросил, нарочито нараспев: - Ты же не проститутка и не продаешься, нормальный мальчик. Раз так, то ни о каких деньгах речи быть не может. - Вы меня поимели! – разозлился Васька. – Вы обещали! - Разве? И что именно я тебе обещал? - удивился мужчина и, уже обращаясь к своему режиссеру, перешел на деловой, не допускающий возражений тон: - На сегодня все свободны. Всех, кто остался, перенесите на завтра. Придут - хорошо, не придут - значит не наши люди, будут другие. Достав из заднего кармана брюк телефон, Матвей набрал номер, поглядывая на Ваську: - Ниночка, сейчас к тебе спустится один человек... да, парень. Как зовут? Вася Матвейкин. Посади его в приемной... Да, можешь кофе угостить. Я за ним попозже вернусь. Никуда его не отпускай... Что говоришь? Паспорт его у нас? Прекрасно... нет, не нужно. Он сейчас будет. Закончив разговаривать, Мэт вновь посмотрел на Ваську, более внимательно, и сказал: - Как хороший мальчик, ты сейчас спустишься на шестой этаж и будешь меня ждать в приемной на диванчике. - Зачем? – резонно поинтересовался Василий, вновь почуяв опасность. - Я с тобой еще не закончил, - ответил Мэт, на что Сережа как-то подленько рассмеялся себе в кулак, а Васька сглотнул, вспомнив о причине их знакомства, и попятился на выход. Медленно, все так же пятясь назад, открыл дверь, шагнул за порог и осторожно прикрыл ее за собой. Потеряв зрительный контакт с мужчиной, опомнился и рванул вниз по пожарному выходу, соединяющему этажи крутой буро-коричневой старой лестницей, перепрыгивая через две-три пообломанные по краям за долгую службу ступеньки. *** Лишь выбежав на улицу и осмотревшись по сторонам, нет ли за ним погони, Васька почувствовал себя в относительной безопасности. Вздохнув с облегчением, он наткнулся взглядом на теперь уже хорошо знакомый ему Мерс, и его тут же сковали липкие струи страха, а в голове пронеслась одна единственная ясная мысль: "Бежать!" *** И он рванул к метро – в обход, домами, дворами, кустами, лишь бы подальше от шоссе, лишь бы не попасться. Заскочив в вагон, он только и смог перевести дыхание, как его тут же накрыло новым приступом паники и полным осознанием того, что с ним произошло за каких-то несчастных пару часов, перевернувших его жизнь. Куда он попал, с кем связался и во что он, собственно, вляпался. Фантазия забурлила в Васькиной голове, расцвечиваясь буйством красок. "Паспорт остался у бандитов, - Васька уже не сомневался, что он попал именно к ним и ничем хорошим для него потеря документа не обернется. - Охтыжблядь, - мысленно взвыл Матвейкин. - Нужно заявить ментам. И что я им скажу? У них наверняка все схвачено, тогда я точно в жопе... А может… обойдется и ничего не будет? Выкинут его и все. Я же сбежал, и паспорт им не нужен, раз меня нет, и никакие они не бандиты. Скажу ментам, что я его потерял и все. Они новый мне сделают, - Васька почти успокоился, как в голове возник новый вопрос. - Тогда зачем этому Мэту мой паспорт? Почему сказал не отдавать? Неужели он за свою долбаную фару мне мстить собирается? И как собирается… Как, как… как?!... А что если они мошенники, и хотят на меня кредит оформить? Кто им помешает? И у них есть мой адрес, я сам его написал и в паспорте он стоит! Они меня теперь везде найдут. А если они черные риэлторы? - Ваське сразу вспомнилась программа, которую он не так давно смотрел по ТВ. Черные риэлторы, втираясь в доверие, отбирали у граждан паспорта и путем обмана присваивали себе их квартиры. И это в лучшем случае, - как помнил Матвейкин, в худшем можно было попрощаться с жизнью. – Вот же ж я попал…". А затем ему вспомнилась другая программа, где рассказывали, как людей продают в рабство. Васька когда-то не верил в последнее, все же в современном обществе живем, но вот сегодня, столкнувшись с угрозами поначалу показавшегося добрым и мировым дядькой - дядей Сережей, теперь не сомневался, что все это правда. "Вот поэтому они мне не заплатили. Поиздевались вдоволь и кинули, - в голове ярко возник образ режиссера, Ваську аж передернуло от мерзких воспоминаний. - Правильно, зачем рабам платить? А этот Мэт даже добреньким прикинулся, а сам?! Мудак, вот он кто, самый настоящий мудак, причем главный. А ведь я ему почти поверил, думал, что он не такой", - чем больше Васька размышлял, тем больше верил в вероятность того, что с ним произойдет все и сразу и спрятаться ему от них негде. "Комната моя им не достанется, пусть даже не мечтают! И меня они не получат. Я смогу за себя постоять. Сам! И никто мне не нужен, потому что все врут. Никому нельзя верить, только себе". К своему дому Матвейкин подходил ни живой, ни мертвый. *** Открыв своим ключом дверь квартиры, Васька, не разуваясь, словно ослепнув, направился в свою комнату. - Кыш отсюда, оглоед! - закричала на него злая как собака тетя Нюра. Матвейкин остановился и посмотрел на нее пустым взглядом. Нюра, разогнувшись в спине, бросила тряпку, которой минуту назад намывала пол, ползая на коленях, и заголосила на парня, матеря со всех сторон, да так громко, что соседи повыскакивали из своих комнат. - ... вот я щас тебя заставлю пол намывать на карачках... - Васька смотрел на нее и молчал. - ... Деньги когда заплатишь, бандит! Шатается круглыми днями, лохмы во все стороны торчат! Чует мое сердце свяжешься не с теми... по роже твоей детдомовской вижу, пропащий ты! Сдохнешь в подворотне, и на нас беду накличешь! - переведя дыхание для новой порции обвинений, Нюра замолчала, вглядевшись в Васькино белое как мел лицо. - Васьк, а Васьк, ты чего? Тебе плохо, что ль? - вопросила она с беспокойством, вглядываясь в его бледное лицо с болезненно красным румянцем на щеках. - Да что с тобой случилось-то, а? – схватив за плечи, затрясла Ваську как грушу, приводя в сознание. - Не молчи! Ты во что влез? *** - Извините, - прошептал Васька, глядя как будто со стороны на тормошащую его женщину. Внезапно закружилась голова и он, с трудом высвободившись, развернулся, прошагал к порогу, снял ботинки и, обойдя стоящую на его пути Нюру, пошел к себе, сопровождаемый любопытными взглядами соседей со всех сторон. Остановившись у двери своей комнаты, обернулся к соседке. - Анна Сергевна, если за мной кто придет, я тут не живу. Скажете? - Скажу, - согласилась женщина, все больше начиная беспокоиться. - А что случилось-то? - Спасибо. Если со мной что-нибудь произойдет, я комнату на Вас перепишу, не волнуйтесь, - пообещал Нюре Матвейкин и, захлопнув за собой дверь, заперся на ключ, чем лишь сильнее напугал женщину. *** Матвей задержался примерно на полчаса, решая скопившееся вопросы со своей командой, после чего спустился на шестой этаж, где его должен был ждать мальчишка. Какого же было его удивление, когда Васьки нигде поблизости не оказалось, и секретарша лично подтвердила, что парень не приходил и его паспорт все еще находится у нее. - Сбежал, вот идиот, - ругнулся по Васькину душу Матвей. - Отдай паспорт мне, сам верну. Девушка, ко многому привыкшая за время работы в компании, без вопросов отдала документ директору, и Мэт, попрощавшись с ней до завтра, покинул офис. *** Когда он вышел на улицу, мальчишки уже и след простыл, чему Мэт совсем не удивился. Сев в свою машину, задумался, вертя в руках документ парня, раздумывая, что же ему с ним делать. Глянув на место прописки, трижды грязно выругался. Жил Василий Матвейкин не в Москве, по мнению мужчины, а в самых настоящих ебенях - куда не ступала нога человека. Уж его-то нога точно не ступала. И с учетом пробок, дорога могла занять все четыре часа, а ведь ему еще обратно нужно будет до дома добираться. - И кто из нас мальчик? Он или я? Пусть сам его забирает, может, научится документами не разбрасываться, - с досадой проворчал мужчина. Достав из кармана сложенную вчетверо анкету Васьки, набрал его номер и стал ждать ответа. - Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети. Попробуйте позвонить позднее, или оста... - Завтра, все завтра, - проворчал Матвей себе под нос, сбросив вызов. Убрав анкету и паспорт в бардачок, завел двигатель и, с ревом газанув, поехал домой. *** - Васьк, а Васьк, открой дверь, - непривычно ласково попросила парня Нюра. - Я сплю, - с трудом ответил Матвейкин. Голова кружилась от поднявшейся температуры. Ваську бросало то в жар, то в холод, постель за пару часов пропиталась потом, но у него не было сил, чтобы подняться и перестелить ее, да и не водилось у него запасного комплекта. - Я тут блинов напекла, вот принесла немного, тебя угостить… с вареньем. Попьешь с чаем, поужинаешь. - Какое варенье? – превозмогая першение в горле, громко спросил он у Нюры, не вставая с дивана. - Клубничное, - донеслось в ответ. Против клубничного варенья Васька никогда устоять не мог. Преодолевая головокружение и боль в голове, он поднялся, по стеночке дополз до двери, чтобы открыть Нюре и забрать ее дары. - Вот держи, кушай, - заботливо сказала тетка, передавая тарелку с блинами и плошку с вареньем. - Спасибо, - поблагодарил Васька женщину и спросил: - Ко мне никто не приходил? - Никто, ни вчера, ни сегодня, - ласково ответила Нюра. - В смысле, вчера? – Матвейкин нахмурился. - Я пару часов назад вернулся. - Васьк, ты вчера пришел, уже сегодня. Ты сутки, что ли, проспал? - Наверное. Спасибо за угощенье, - просипел Васька, растрогавшись ее заботе, и попытался закрыть дверь, удивляясь тому, как же он умудрился так долго проспать. - Васьк, а Васьк? – поставив ногу в проем, остановила его женщина. - Чего, теть Нюр? - А ты когда комнату на нас перепишешь? - Не знаю еще, скоро, наверное. - Ага, ну ладно, скоро так скоро, - согласилась с ним Нюра, - ты кушай, кушай, поправляйся, а то заболел, кажись. Может тебе аспиринку принести? - Не надо, само пройдет, - просипел Васька, закашлявшись. - Тоже верно, - не стала спорить женщина, - ты молодой, завтра точно поправишься. - Обязательно, - согласился Василий и захлопнул дверь перед сердобольной женщиной. *** Поставив угощенье на подоконник, Васька макнул палец в варенье и облизал его, даже не почувствовав вкуса любимого лакомства, которое пробовал всего пару раз в жизни. Аппетит бесследно испарился. - Утром съем, - поглядев на блины, решил возникший вопрос Матвейкин и кулем завалился на диван. Укутавшись в давно ставшее влажным легкое одеяло, как в кокон, он сразу же уснул беспокойным тяжелым сном.