Самый молодой в истории: То, что увидит не каждый.

Самопожертвование - настоящее чудо, из которого произрастают другие, известные нам чудеса. Ральф Уолдо Эмерсон

Клинт медленно выдохнул, еще раз пробежался глазами по разбросанным по полигону мишеням и подвигал плечами, с наслаждением ощущая на спине знакомый вес колчана с дюжиной стрел. Сжав пальцами правой руки лук, левой он, привычным движением, подцепил тетиву и замер, выбирая цель. Двенадцать мишеней. Двенадцать стрел. Первая и последняя мишень были закреплены на таймере, который запускался и отключался в ту секунду, когда мишени касался кончик стрелы, высвечивая цифры на большом табло. Клинт снова сделал глубокий вдох и длинно выдохнул. Прошло три дня с тех пор, как ему официально разрешили вернуться на службу, и Фил вернул ему лук. После четырех месяцев неопределенности и волнения, сможет ли он когда-нибудь снова стрелять, Клинт хотел насладиться каждой секундой. Он хотел ощутить каждый удар сердца, почувствовать каждую капельку пота, скользящую по коже, каждый всплеск боли в мышцах, когда он намеренно перегружал их в попытке быстрее вернуться к той форме, в которой он был до поездки в Хорватию. До того, как сделал шаг и встал перед пулей, до того, как едва не потерял способность стрелять из лука. До того, как… спас Филу жизнь. Спас Фила. Сейчас это главное, что имело хоть какое-то значение, и плевать на лук. Клинт, не колеблясь, поступил бы так снова. Песня в наушниках закончилась, и Клинт чуть напряг левую руку, ожидая. Пару секунд айПод молчал, но с первыми гитарными аккордами "Thunderstruck" AC/DC, рука Клинта пришла в движение. Выдернула из колчана стрелу, наложила. Привычно натянулась тетива, и стрела сорвалась в полет. Отсчет начался. Еще до того, как отпустить тетиву, Клинт начал искать глазами вторую цель. Он продолжал стрелять со скоростью автомата, пока в колчане не осталась всего одна стрела. Перемещаясь по полигону, Бартон оказался сбоку от таймера и не мог видеть цифры. Его мозг работал четко, производя необходимые вычисления. Приняв решение за долю секунды, Клинт кувыркнулся вперед, занимая нужную ему позицию, и выстрелил. С неприятным металлическим звуком стрела чиркнула по столбу, изменила траекторию, и через секунду Бартон услышал сигнал отключения таймера. Клинт позволил себе улыбнуться. Он все еще хорош! Обежав полигон, он собрал стрелы, выдернув две последние из табло и, бросив взгляд на застывшие цифры, позволил себе еще раз улыбнуться. На этот раз горделиво. Он еще улучшил свое же время. Это давало надежду на то, что скоро, очень скоро, он обретет прежнюю форму. - Клинт. Бартон повернулся на голос Коулсона. Он прекрасно знал, что последние пятнадцать минут куратор наблюдает за ним. Скорее всего, Фил пришел сюда с какой-то целью, но отложил ее до окончания упражнения, чтобы посмотреть на подопечного. Коулсон стоял в дверях полигона, сжимая в одной руке телефон, а в другой пузырь со льдом. - Совещание в комнате два. У нас есть задание. Клинт не смог удержаться от широченной улыбки. Наконец! Он только-только получил добро на возвращение, и ему не терпелось вернуться в игру. Со всех ног он бросился к Филу, даже не потрудившись сложить лук. Он так долго скучал без своего оружия, что просто не мог заставить себя выпустить его из руки. - Какое задание? - спросил он, следом за куратором выскакивая в коридор. - Фьюри введет в курс дела, не я. Идем. Фил протянул ему пузырь и взглядом дал понять, что возражения не принимаются. Слишком взволнованный окончанием своего вынужденного безделья, Клинт и не подумал сопротивляться. Переложил лук в левую руку, и правой прижал лед к левому плечу. Фил придержал для Клинта дверь в комнату для совещаний, и агенты уселись на свои привычные места. Но сначала Бартон устроил свой лук так, чтобы тот не упал на пол и не помешал ему отодвинуть стул. - Бартон! Фьюри рявкнул его имя одновременно с тем, как ворвался через дверь, и швырнул на гладкую поверхность стола папку. Клинт успел подхватить ее до того, как она соскользнула ему на колени, насмешливо выгнул бровь и снял с плеча лед. Губы Фила тронула легкая, едва заметная улыбка, и Клинт вдруг понял, что и сам ухмыляется. - Миссия? - Защита. В Париже. Добро пожаловать обратно. Клинт приподнял и вторую бровь. Защита. Это что-то новенькое. - Я всегда считал, что моя работа диаметрально противоположна этому заданию. - Именно поэтому мне нужен именно ты! Фьюри кивнул на папку, и Бартон покорно открыл ее, чем донельзя удивил шефа, который ждал хоть символического, но бунта. Клинт просто не мог перечить. Не сейчас. Не после четырех месяцев простоя, когда он уже лез на стену и с радостью взялся бы за любое, самое возмутительное задание. Да, благодаря своим навыкам, он умел сохранять неподвижность помногу часов, но Клинту Бартону необходимо было действие. Он должен был делать хоть что-то. - Анри Моро. Был довольно откровенен и несдержан в своих оценках о действующем военном положении между Ливаном и Израилем. Будучи членом Совета безопасности ООН, он своим мнением привлек некоторое внимание. Источники ЩИТа утверждают, что Ливанская война, которая началась три дня назад, является активной темой для обсуждений. Этим утром мы получили подтверждение, что контракт на Моро взят. Мы считаем, таким образом кое-кто хочет надавить на Совет Безопасности. - Почему вы так считаете? - Наши источники утверждают, что ноги у контракта растут с израильской стороны. Клинт кивнул и уставился на фотографию Анри Моро. Чуть за пятьдесят, седые волосы, лоб прорезан морщинами, складочки помельче разбегались от уголков глаз к вискам. - Какова моя роль? Телохранитель? Надолго? - Пока не станет ясно, когда контракт должен быть исполнен. У нас нет никаких сведений. Клинт перелистнул страницу и остановился на копии расписания передвижений Моро. - 21-го он будет на благотворительном вечере. Фьюри молчал. - Если бы контракт брал я, я бы сделал это именно там. На вечере будет много важных персон, ему придется общаться, следовательно, он будет доступен. Даже если убивать не с расстояния, можно легко смешаться с толпой. Коулсон кивнул, он давно понял, что Клинт придет к такому заключению. - Значит, ты тоже будешь там, - распорядился Фьюри. - Возьмешь на себя организацию по защите Моро. Клинт поморщился. - Официальный прием? - Да, агент Бартон, официальный прием. Бартон вымученно вздохнул, и захлопнул папку, чтобы изучить все детали позже. Он ненавидел официальные приемы. - Задача? - спросил он, снова устраивая на плече пакет со льдом. - В идеальном варианте - выяснить, когда убийца нападет и перехватить. В прочих - сохранить Моро жизнь, пока Совет Безопасности не урегулирует вопрос в Ливане. Клинт кивнул, он начал понимать, почему выбрали именно его. - У тебя, как ни у одного агента в ЩИТе, есть навыки, чтобы вычислить убийц до того, как они нанесут удар, - заметил Фил. Губы Клинта скривились в усмешке. - И, кроме того, меня только спустили с поводка и вы, парни, не хотите, чтобы я перенапрягался. Выражение лица Фьюри не изменилось, но губы Фила чуть дрогнули. Коулсон не был удивлен догадкой подопечного, в конце концов, это была абсолютная правда. Клинт вздохнул. За все время службы в ЩИТе он лишь один раз играл роль телохранителя, и то, это было прикрытием для убийства. - Получи добро медиков и утром в самолет! Клинт снова вздохнул. Правила ЩИТа, касающиеся пулевых ранений бесили его больше всего. Он слишком хорошо был знаком с этим чертовым протоколом - любой агент, получивший пулю, должен был проходить медобследование перед заданиями в течение шести месяцев с момента ранения. - Агент Коулсон будет обеспечивать техническую поддержку и руководство на месте. Клинт кивнул, Фьюри кивнул в ответ и, как всегда стремительно, вышел из комнаты. Фил повернулся к подопечному, который выжидающе уставился на него, приподняв бровь. - Не то, чтобы мы считали, что ты не справишься… Бровь приподнялась еще выше. - Честно… Клинт бросил на куратора скептический взгляд и поднялся. Операции по защите не были легкими прогулками, но, положа руку на сердце, не были и такими, которые нуждались в дополнительном руководстве на месте. Как бы Фил не хотел, он не мог отрицать, что беспокоиться. И Клинт, который за три года прекрасно изучил своего друга, не мог этого не заметить. Но разве он мог винить Коулсона? После всего, что случилось за последние четыре месяца, невозможно было упрекать Фила за это беспокойство. И, на самом деле, было странно приятно ощущать, что и Фил, и даже Фьюри, заботятся о нем настолько, чтобы волноваться. - Тебе нужно найти для чтения новую сагу. Сколько раз ты эту читал? - Фил покрутил в руках потрепанный том Властелина колец: Две башни. - Перечитываю в пятый, - Клинт бросил в сумку еще и Возвращение короля. - А что? - Ничего. Но ты уже пять раз прочитал Властелина колец и два Гарри Поттера. Может быть, нужно начать читать что-то новое? - Ну так найди мне что-то новое, - вредно ухмыльнулся подопечный. Фил возвел глаза к потолку и принялся перебирать в уме известные литературные саги. Он уже пытался, правда, безуспешно, понять, какой же жанр нравится Бартону, и уже хотел было предложить тому почитать что-то не столько эпическое, но тут раздался стук в дверь. - Ну что? - не слишком вежливо рявкнул Клинт и заработал недовольный взгляд куратора, который отправился открывать. На пороге стоял Тодд Брайн, с выражением крайнего удивления на лице. - Тодд! - поприветствовал приятеля Фил, пропуская тренера в комнату. - Ты всегда так орешь на тех, кто стучится в твою дверь? - с усмешкой спросил Брайн, наблюдая, как Бартон запихивает одежду в сумку. - Только на тебя. - Горжусь, что я особенный. Я слушал, у вас нарисовалось задание. Я хотел попросить тебя кое о чем, пока вы не улетели. - О чем? - Клинт лихорадочно перерывал ворох вещей на кровати, пока не выудил из недр свой айПод. - Показать моим сопливым новичкам, что ты умеешь на полосе паркура. У меня есть парочка разгильдяев, которые считают, что они звезды. Раз уж ты выздоровел, я думал, тебе хочется повторить собственный рекорд. Тем более, что они несли что-то о бескрылых птицах… и я решил, какого черта! Ну так как? Клинт взглянул на Фила, но не для того, чтобы получить разрешение, а чтобы узнать, что тот думает. Им предстояла еще куча работы, Клинту нужно было навестить Дэна, отдохнуть, а время перевалило далеко за полдень. Но, увидев в глазах подопечного надежду, Фил решил, что сказать "нет", будет плохой идеей. Поэтому он кивнул. Бартон расплылся в улыбке. - Без проблем, - заявил он, разворачиваясь к Тодду и бросая свой айПод в сумку. - Обожаю учить детишек чему-нибудь новому! Тодд расхохотался, и даже Фил с улыбкой покачал головой. И пусть Клинт моложе или одного возраста с этими новичками. По сравнению с ним они и в самом деле "детишки", Клинт уже три года в ЩИТе, а ему всего двадцать один. - Что за парень? - шепотом спросил Шейн Коннорс у своего друга Джареда Мэтьюса, когда они с другими новичками смотрели на Брайна, приближающегося к нем в сопровождении двух других агентов. Одного они узнали сразу - правая рука Фьюри, Фил Коулсон. Другой был моложе многих из их группы. Коннорсу показалось, что он видел парня пару месяцев назад на полигоне, но он не был уверен. - Плевать, - пожал плечами в ответ Мэтьюз, нетерпеливо разглядывая полосу для паркура. У него было лучший результат по прохождению из всех потоков. Лучше него был только какой-то Бартон, но Мэтьюз был уверен, что это подстава. Никто не мог пройти полосу за такое время. - Салаги! Внимание! - рявкнул, подойдя, Брайн, и все новички вытянулись по струнке. - Вы все видели эту надпись, - он ткнул пальцем в вырезанные на стартовой полосе буквы и цифры - Бартон 2:19. - И вы все стремились побить этот рекорд с той минуты, как ваши ноги встали на эту полосу. Молодой человек, стоящий рядом с Коулсоном, разглядывал надпись и ухмылялся. - Думаю, пришло время вам увидеть этого человека своими глазами. Это, - Брайн встал рядом с парнем, - агент Клинтон Бартон, - большая часть новобранцев и ухом не повела. - Вы могли слышать о нем, потому что еще его называют Ястребиным глазом. Вот тогда глаза новичков распахнулись, у многих даже отвисли челюсти. Имя Клинта Бартона был мало кому известно, но кличка Ястребиный глаз была на слуху у всех, особенно после случая с тяжелым ранением, едва не стоившим ему жизни и службы. Сейчас Клинт Бартон, он же Ястребиный глаз, не был похож на того, кто не так давно едва не отправился на тот свет. Он выглядел здоровым и… почему-то взволнованным. И тут Коннорс подумал, что их всех сделали, как щенков. Обманули. Бартон оказался всего лишь ребенком! Около него нахмурился Мэтьюз. И этого щенка он считал своим личным соперником? Неожиданно для него стало принципиальным показать всем, что этот Бартон - пустое место. Клинт подошел к стартовой линии и начал разминаться. Он осторожно вращал плечами, стараясь не обращать внимания на пятнадцать пар глаз, уставившихся на него, и не думать о том, что сейчас эти пятнадцать мужчин жаждут его поражения. Коулсон подошел в стал рядом. - Я знаю, - Клинт метнул на него быстрый взгляд. - Будь осторожен. - Я знаю, ты мечтал вернуться сюда. Просто не перегни палку. Клинт вздохнул, на миг прикрыл глаза и снова вернулся к разминке. - Я, - усмехнулся он, почти честно. - Перегнуть? Да я никогда… Фил вздохнул и отошел в сторону. Клинт напоследок покрутил головой, занял позицию и взглянул на Брайна, который замер с секундомером в руке. - Готов? Бартон коротко кивнул. - Пошел! Клинт сорвался с места к первому препятствию - полуразрушенной кирпичной стене. Голова прояснилась, все лишние мысли ушли, все чувства обострились. Уцепившись пальцами за край стены, Бартон подтянулся, перекинул через кирпичи ноги, оттолкнулся от самого края и сразу же перелетел на следующую стену. Снова зацепился кончиками пальцев и повис, дав себе пару секунд передышки, а потом уперся в стену ступнями и перемахнул через очередное препятствие. Дальше Клинт действовал на одном инстинкте. Он не проходил эту полосу четыре месяца, но тело не так легко забывало полученные навыки. Он продвигался вперед, повинуясь чутью и полагаясь на то, что видел в данный конкретный момент. Черт, как ему это нравилось! Клинт любил прыгать, взлетать в воздух, используя силу рук и ног, радуясь, что каждый раз, отрываясь от земли, он бросает вызов законам физики, которая управляла большей частью его жизни. Его лук мог стрелять только так, как в него заложили оружейники, его стрелы летели, подчиняясь физическим законам, даже если Клинт и мог немного управлять ими. Но паркур - свободное движение - было тем, где он мог нарушать эти незыблемые правила. А Клинт Бартон обожал нарушать правила. В какой-то момент краем глаза он заметил, что новички бегут параллельно полосе препятствий, не сводя с него глаз. Он знал, что Фил и Тодд тоже пристально наблюдают за ним, он чувствовал их беспокойство и знал, что так и должно быть. Ведь всего четыре месяца назад он едва не распрощался с жизнью. Едва не потерял руку и способность стрелять. Теперь у него были друзья, которые волновались за него. И он знал, это не потому, что они бояться, что он не выполнит свою работу. Это было оскорбительно и обидно! Зная, что они наблюдают за его прыжками и кульбитами, он понимал, что друзей волнует не работа. А он сам. Даже если он считал, что эти волнения напрасны, но это было не в его власти, заставить их измениться. И он смирился. Теперь все было иначе. Последние события заставили его взглянуть на все с другой точки зрения. Кстати, о точках зрения. После нескольких последних неудач, Клинт принял тот факт, что до восстановления былой формы пройдет довольно много времени. Но это не означало, что сейчас он не попытается побить свой рекорд. Клинт был по натуре спортсменом, даже если приходилось соревноваться с самим собой. Но, увы, добравшись до последнего препятствия, он понял, что не только не улучшил время, но даже не повторил рекорд. Спрыгнув с края крыши, Клинт кувырком ушел вбок и приземлился на очередную разрушенную стену. Оставались только строительные леса. Подпрыгнув, Бартон ухватился за перила и начал раскачиваться. Он собрался проскользнуть в узкий лаз в самом центре стены - самый сложный, но и самый короткий путь. Подтянулся, зацепился ногами, раскачался и, выбрав момент, собрался было ухватиться за следующее перекрестье перил руками, но… В этот момент его плечо решило напомнить о себе. Клинт не знал, был ли виной угол, под которым он повернул сустав, сделал ли он это слишком быстро или просто иначе, чем обычно, но руку прострелила дикая боль. Честно говоря, за последние четыре месяца он привык жить с постоянным чувством дискомфорта. Дэн и его физиотерапевт, Рэйчел, уверяли, что плечо заживает прекрасно, но в какие-то моменты, когда он будет перенапрягать сустав, боль будет возвращаться. Это может пройти со временем или может не пройти никогда. "Исход невозможно предсказать". Клинт уже возненавидел эту фразу. Она стала лейтмотивом его восстановления. Для себя Бартон решил, что вернет былую форму, во что бы ты ни стало. И те, кто "не может предсказать", могут катиться к черту. Но реальность не желала соответствовать намерениям. И сейчас хватило секундной перегрузки, чтобы плечо "заклинило", и Клинт застрял на лесах. Рука болела так, что он едва не разжал пальцы. Вместо того, чтобы ловко и изящно проскользнуть в пролом, а потом спрыгнуть на землю, Клинт не довел движение до конца. В результате он не спрыгнул, а, скорее сорвался на покрытие, ударившись о него боком, перекатился через горящее болью плечо и тяжело поднялся, стараясь не шататься. - Сукин сын! - Ты в порядке? - стараясь не выдать своей тревоги, спросил Фил, когда они с Тоддом подбежали к натянуто улыбающемуся парню. - Время? - 2:48. Быстрее, чем любой из этих, - Брайн кивнул на группу новичков, не сводящих с Бартона восхищенных взглядов. Клинт кивнул. Он знал, что не уложится, но все равно неудача злила. Вздрагивая от боли, осторожно пошевелил плечом. Болело сильнее, чем когда он перетруждал сустав в тренажерке, но постепенно боль начала отступать. - Понятно, как надо проходить эту полосу, крысы канцелярские? - спросил у новобранцев Брайн. Мэтьюс нахмурился. Его рекорд составлял 3 минуты 2 сотых секунды, лучшее время из всего курса, но хуже, чем у этого Бартона. Неожиданно ему захотелось доказать, что он может быть не хуже знаменитого Ястребиного глаза. - Я хочу пройти! Пойдем вместе! - громко сказал он, перекрывая общий гомон. - Держу пари, я обставлю его. Коннорс широко распахнутыми глазами уставился на приятеля. Брайн ухмыльнулся, словно ожидал подобного. - Уверен? - спросил он больше для проформы. - Уверен! - заявил новобранец и бросил на Клинта многообещающий взгляд. Бартон чуть выгнул бровь, коротко взглянул на Фила, который кивнул, и пожал плечами. - Черт, почему бы и нет. Увидев на лице новичка выражение преждевременного триумфа, Клинт про себя решил, что ему будет приятно сделать этого парня, и, может быть, сделать самого себя. Вся группа вернулась на старт. Мэтьюс и Бартон встали к линии. - Так, никто никому не мешает. Первый, кто добрался до препятствия, проходит его первым. Второй либо выбирает другой маршрут, либо ждет. Ясно? Оба кивнули. - Хорошо. На старт! Оба заняли позицию, Брайн взглянул на секундомер. - Пошли! Клинт сорвался с линии, чувствуя, как в крови закипает адреналин. Он любил соревнования. Полтора года назад, когда его перевели на индивидуальное обучение, у него не было достойных соперников, только Фил и Тодд. А теперь… это может быть забавно. Мозг сконцентрировался на цели, все, даже противник отошли на задний план. Но краем сознания Клинт продолжал контролировать все происходящее вокруг. В его профессии необходимо точно знать, кто, где, в какой момент времени находится, не отвлекаясь от выполнения задания. Ближе к концу дорожки, Клинт вынужден был признать, что Мэтьюс неплох. Он не шел с ним в ногу, проигрывая по доле секунды на каждом препятствии, но умудрялся держаться поблизости. Клинт пробежал по последней крыше и спрыгнул в нее как раз в ту секунду, когда на крышу приземлился Мэтьюс. Как только пальцы Бартона коснулись перил лесов, плечо немедленно полыхнуло острой болью. Не удержавшись, лучник коротко вскрикнул. Боль не уходила, и Клинту пришлось задержаться на целую секунду, выбирая другой путь. Цепляясь за перила руками, как обезьяна, и отталкиваясь коленями и подошвами ботинок, он начал карабкаться вверх. Мэтьюс как раз взобрался на вершину разрушенной стены. С ловкостью акробата, Клинт взбирался по лесам все выше и выше, полностью сосредоточившись на достижении своей цели. На самом верху он остановился и огляделся. Мэтьюс только начал подъем, но карабкался он медленно и осторожно, поэтому у Бартона была время подумать. Клинт обратил внимание на протянутые между лесами тонкие стальные тросы и ухмыльнулся. Не труднее, чем ходить по канату, а это он умел делать с двенадцать лет. Единственная проблема - прыгать придется не с десяти футов, как в прошлый раз, а с двадцати. В себе он не сомневался, но вот будет ли частливо его плечо такому удару - вопрос. Мэтьюс приближался, и времени на сомнения не осталось. Земля приближалась очень быстро. Клинт согнул колени и сгруппировался, чтобы смягчить удар. Приземление, кувырок через больное плечо… Встав на ноги, он по инерции качнулся вперед и вынужден был сделать шаг, чтобы удержать равновесие. Обернувшись, Бартон увидел, как Мэтьюс спрыгивает с последнего яруса, заканчивая полосу. Брайн подошел в стал рядом. - 2:51. - Плечо дернул на последнем препятствии и потерял время. - Ты в порядке? - забеспокоился Фил. Клинт кивнул, он чувствовал на себе хмурый взгляд тяжело дышащего Мэтьюса. - Хорошая попытка, - сказал ему Брайн, и взгляд новичка стал еще мрачнее. - Я хочу попробовать еще раз. - Одного пинка для твоей задница не достаточно? Уверен, Бартон не откажется надрать ее еще раз, но чуть позднее. Ему нужно готовиться к миссии, - Тодд хлопнул молодого снайпера по правому плечу, усмехнулся и понизил голос, чтобы услышал его только Клинт. - Я так ждал твоего возвращения, чтобы ты поставил этого щенка на место! - Рад, что смог помочь, - улыбнулся тот в ответ. - Будь осторожен с плечом и побереги себя во Франции, ладно? Клинт кивнул и повернулся к Филу. - Идем, нужно навестить Дэна перед отлетом. Бартон тяжело вздохнул. Дэн ему нравился, правда нравился, но больницами он был сыт по горло. Идя следом за куратором, он напряженно думал, говорить ли врачу правду или соврать о той боли, что терзала сейчас его руку. Когда агенты вошли в кабинет, Дэн оторвался от записей, которые делал в блокноте. - Опаздываете, - заметил он, тем не менее улыбаясь, широко и искренне. - Тодд пригласил на дорожку для паркура, поставить на место его новичков, - объяснил Коулсон. Улыбка Дэна превратилась в усмешку, хотя в его глазах появилось легкое беспокойство. - Держу пари, вы преподнесли им пару уроков. Бартон расплылся в улыбке и без возражений устроился на смотровом столе. - Я вас оставлю, - Фил заглянул в лицо подопечному. - Встретимся в три тридцать. Клинт кивнул, и Фил пошел в коридор, доставая из кармана уже во всю трезвонящий телефон. - Рекорд? - спросил Дэн, как коршун, наблюдая за тем, как Бартон стягивает рубашку. - Даже рядом не стоял. Дэн вздохнул, поднялся со стула и подошел, чтобы как следует осмотреть плечо лучника. "Даже рядом" Клинта все равно было быстрее любого другого агента. - "Рядом не стоял" для тебя или для прочего мира? Ваши с ним понятия в этом случае расходятся. Бартон горделиво усмехнулся, и Дэн не смог удержаться от улыбки - именно на это он и надеялся. После четырех месяцев тяжелейшей реабилитации, после всей борьбы, пота и крови, у малыша снова было чем похвастаться. - Пошевели. Клинт послушно начал двигать плечом. Дэн придерживал сустав ладонями, положив одну руку на толстый белый шрам, оставшийся от операции, а другой направляя движение. - Плечо теплее, чем нужно и более скованно, чем всегда. Ты его перенапряг? Клинт виновато кивнул. - Как всегда? Еще один кивок. Дэн вздохнул. - Болит? - Немного. Дэн знал, если Клинт отвечает, то правду. Если бы он вознамеривался скрыть свое состояние, он солгал бы во всем, но раз уж он заговорил, то говорил правду. Это парадокс Дэн никак не мог разгадать, но ценил, потому что он очень помогал в его работе. - Ты знаешь процедуру: холод и покой. Клинт, молча, кивнул. Дэн протянул ему снятую футболку. - Послушай, малыш… Дэн замолчал. Реакцию Клинта тяжело было предсказать. Иногда он относился к попыткам предостережения с пониманием и благодарностью, иногда - с раздражением, словно ему втолковывали прописные истины. Для Дэна это стало своего рода игрой в русскую рулетку. Пустое гнездо или с патроном. Осечка или пуля в висок. Избитое сравнение, но во взрыве характера Клинта он сейчас нуждался также, как в пуле в голову. Прекрасно обошел бы без нее. Дэн заглянул Бартону в глаза, парень выглядел достаточно спокойным. Но, черт побери, он всегда выглядел спокойным. А потом - бах - взрыв! - Я знаю, что дал тебе добро на возвращение в строй. Но ты еще выздоравливаешь. И этот процесс продлится еще какое-то время. Просто будь осторожен, ладно? - Расслабься, Док, я всегда осторожен. Дэн с сомнением покачал головой, и Клинт расплылся в улыбке. - Ладно, ладно. Обычно, я осторожен… Дэн тяжело вздохнул. Клинт сунул голову в ворот футболки, продел в рукав левую руку, затем правую. - Я серьезно, малыш. Позаботься о себе и позаботься о своем плече. Больше отдыха, больше холода. Если болит, не перенапрягай. Клинт кивнул, бросил на врача благодарный взгляд, спрыгнул со стола и направился к двери. Дэн улыбнулся. Похоже, на этот раз пронесло. Гнездо оказалось пустым. Можно расслабиться, но только до тех пор, пока не придет время снова давить на спусковой крючок. Конец 1 главы. Анонс: Снайпер дернулся, просыпаясь, коротко, рвано выдохнул и схватился за левую руку. Услышав его частое прерывистое дыхание, Фил бросился к подопечному. - Клинт! Тише, тише! Что случилось? Пальцы правой руки Бартона сомкнулись на запястье Коулсона с такой силой, что тот мог поклясться, останутся синяки. - Я не… - не открывая глаз, Бартон хватал воздух открытым ртом. - Я не чувствую левую руку.