Псих

      Иногда Рику казалось, что он парадоксальным образом родился тупее своего собственного мозга. Конечно, спастись было не так трудно. Решетка в потолке, замороженная лучом из специального прибора, две санчез-пружинки в подошвах ботинок — и вот они уже вылетели из камеры, как два камня из пращи, превратив решетку одним касанием в снежную пыль. Вверху оказался вовсе не внешний мир — просто еще один, более освещенный ход! Увидев, что опасность миновала, Морти с недовольным шипением толкнул его в грудь и спрыгнул на землю, почему-то покраснев. А внизу шумела и шумела прибывающая вода. — Портальная пушка там осталась… Может, стоит ее забрать? — мальчик склонился над люком, вглядываясь вниз, но Рик покачал головой: — Слишком опасно, Мо-морти, да и потом, у нас же еще осталась тарелка на поверхности… О том, как бы еще добраться до этой поверхности, мужчина благоразумно промолчал. Это был его просчет — как можно было так сглупить и не подобрать пушку?! Хотя, с другой стороны, толку от нее все равно не было… — Это определенно было не просто так, Морти, — мокрые брюки неприятно липли к ногам. — Кто-то устроил здесь ловушку… — Но зачем? — Я не знаю, — пожал он плечами. — Должно быть, здесь спрятано что-то, чего не должны видеть посторонние глаза, и вполне возможно, что дальше нас ждут другие ло… ловушки!!!       Он еле успел оттащить внука назад за шиворот, ведь пол внезапно начал разъезжаться. В открывшейся яме хищно сверкнули заостренные железные пики. Морти побледнел, как смерть, и неудивительно, ведь кому будет приятно осознавать, что только одна секунда отделяла тебя от превращения в свежий шашлык? Впрочем, такая примитивная ловушка не могла остановить Рика. Одно нажатие на кнопку часов простелило перед ними дорожку из едва заметных электроблоков, и он легко провел по ним смотрящего вниз с ужасом Морти, крепко держа его за руку. Но если бы на этом все закончилось! Извилистые коридоры уводили их все дальше и дальше…

***

      Утомительный путь продолжался, наверное, уже часы. Морти страшно устал, хотел пить и есть, а вид однообразных ходов уже вызывал у него трясучку. Очередная развилка — и здесь Рик предложил ненадолго разделиться. — Если что случится, кричи, и не заходи слишком далеко, — таким было его последнее напутствие, и Морти, ругаясь себе под нос, шел и шел, пока не уперся в, как ему показалось сперва, тупик, заваленный камнями. Но за огромными булыжниками едва виднелась старинная деревянная дверь. Сердце парня затопила радость — а может, это и есть выход?! Но огонек надежды быстро угас, ведь они с Риком даже вдвоем не сдвинули бы эти камни с места. Или?.. Прикусив нижнюю губу до боли, он крепко задумался: сейчас рядом никого нет, и дед подумает, что так и было… Но с другой стороны — он отлично понимал, что будет, если выпустить слишком много силы! — Если ничего не сделать, мы в любом случае сдохнем, — таким был его окончательный вердикт, и, закрыв глаза, Морти попытался сосредоточиться. В кончиках пальцев появилось уже забытое покалывание, а по вискам потекли ручейки пота. Приоткрыв один глаз, мальчик увидел голубое сияние, исходящее от рук, но камень пока не двигался — нужно было постараться сильнее. Кряхтя, он собрал все свои силы, посылая чертовы мысленные импульсы без счета, и когда, казалось, пора уже было сдаться — самый большой проклятый валун сдвинулся. Не настолько, чтобы открыть свободный путь к двери, но достаточный, чтобы хотя бы попытаться к ней пролезть. Услышав звук быстрых шагов, Морти поспешно вытер пот с лица и попытался унять тяжелое дыхание. — Морти! — Рик выглядел не на шутку обеспокоенным. — Я слышал какой-то шум, ты в порядке?! — Конечно, в порядке, — криво улыбнулся он и показал большим пальцем на дверь. — Лучше смотри, что я нашел, папаша!       Заржавевшая дверная ручка, как ни странно, поддалась легко. Перед ними открылась небольшая комната со скругленным потолком, тьму в которой разгоняли только пляшущие огоньки свечей. — Кто зашел с черного хода? — недовольно спросил тягучим голосом мужчина в красном бархатном одеянии с капюшоном, сидящий в центре зала на огромном деревянном троне. В руке он сжимал посох, в набалдашнике которого сверкал огромный прозрачный кристалл — тот самый, который так неудачно посеял Рик. Морти сильно сомневался, что они получат его обратно. Все это место не внушало доверия, ведь по углам, пища, шебуршались гигантские прямоходящие крысы в неуместно ярких камзольчиках — смотрелись они, как клоунские носы на разлагающихся зомби. Когда человек на троне снял капюшон, случилось непредвиденное. Юноша узнал эти черты — и фиолетово-сиреневую кожу, и белую козлиную бородку, огромный шрам от ожога на лысой голове и полностью черные, без радужки и белков глаза с розовыми прожилками… Чуть не вскрикнув от ужаса, он вовремя зажал рот рукой, но он тоже узнал — только уже не его. — ТЫ! Вскочив, пришелец ударил посохом о землю, показывая пальцем на Рика, и крысы, как одна, обернулись на этот жест. — Неужели мы снова встретились, ты, презренное существо, уничтожившее мой народ и похитившее самое ценное, что было у нас?! Неужели ты хотел добить меня даже в моем изгнании?! Широкие рукава мантии соскользнули, обнажив причудливые татуировки на запястьях, и Морти машинально поправил рукава у себя, пытаясь пошевелить занемевшим языком. — Я… я н-не… — залепетал Рик, вполне логично опешивший от таких обвинений, но для последнего представителя своего вида это не значило ничего. — Довольно! — прорычал он, направив посох в грудь старика. — Я, Амах лллорон Амерун, верховный маг Карратара, отправлю тебя прямо в бездну, где тебе и место!!! У мальчика не было никаких колебаний. В конце концов, он прекрасно знал, кто тут виноват на самом деле, и это точно был не Рик. По крайней мере, не этот. Белая вспышка ударила ему по глазам, ослепляя. Он успел. Он успел загородить старика собой, и разряд из кристалла угодил ему прямо в лоб. Больно почти не было. Все, что запомнил Морти — так это темноту и нарастающий шум в ушах…

***

      Случилось нечто непоправимое. Когда Морти упал ему на руки без чувств, в ученом что-то перемкнулось, заставив его вести себя ровно так же, как и все другие Рики. Он палил в крыс без жалости и сожалений. Он раскурочил гранатой половину подземных ходов как минимум, отступая. И ему было все равно, что будет дальше с верховным магом как-его-там, обвинившем его в геноциде своей расы. Что ж, в чем его можно было обвинить — так в том, что он эту расу окончательно добил. Рика пугала такая жестокость в самом себе, но думать об этом было некогда. Морти не реагировал ни на что, не собираясь приходить в сознание даже спустя несколько часов. В тарелке Рик постоянно прикладывал ухо к его груди, слушая сердце, и держал палец у носа, проверяя дыхание — и то, и другое было в норме. Более детальный осмотр дома тоже ничего не дал. Кроме того, что мальчик начал похрапывать и недовольно мычать, когда его трогали. Что же такое с ним сделал Амах — неужто погрузил в вечный сон?! Пришлось срочно изобретать детектор проклятий. Который зашумел, как ненормальный, стоило только коснуться им головы Морти. Выхода особо не было. Рик притащил вторую подушку и лег в постель рядом с Морти. — Держись, дружок, я иду, — прошептал он, накрыв его руку своей, и опустил в ухо парня устройство для путешествия по сознанию. А потом и себе… Приземление оказалось жестким. Потирая ушибленный зад, Санчез встал и оглянулся. Первым, что он увидел, были огромные трещины в асфальте. Он находился рядом с заброшенной, щерящейся разбитыми окнами школой, на крыльце которой, зажав в зубах сигарету и болтая остатками пива в бутылке, кое-кто сидел…