A Forever Kind of Family / Семья это навсегда

Шесть месяцев после смерти. Птица в руке Было странно оставлять собак дома, но у него была встреча с попечителями в Лувре: Нил представлял первую итерацию новой системы безопасности. Обычно он часто брал Питера и Диану с собой на различные консультации, но сегодня был не тот день, когда стоило появиться с собаками. Он едва дождался, когда сможет вернуться домой и сказать им, что попечители подписали всё уже на этом первом этапе. Питер с глубоким удовлетворением смотрел на хозяина, как будто никогда и не сомневался, что Нил будет успешным. Диана, однако, была немного более сдержанной, но и она пришла после ужина. Тесно прижавшись, они втроём устроились на кушетке, и Нил ещё раз просмотрел всю документацию, дважды проверив производителей и софтверные компании, убедившись, что всё будет работать так, как он обещал. Несмотря на то, что Нилу потребовалось несколько месяцев, чтобы перестать называть Питера Пьетро, ​​он довольно быстро переименовал Артемиду на Диану, так как бедная собака, похоже, не имела хорошей жизни, когда её так называли. Ветеринар сказал, что есть все признаки того, что она была у заводчиков и несмотря на то, что борзой всего три года, у неё уже было по крайней мере три помета, и последний, судя по всему, был проблемным. Чудо, что владелец потрудился стерилизовать её. Ещё более удивительным было то, что её не усыпили. Возможно её продали кому-то, кто в конечном итоге решил, что не хочет такого питомца и её оставили на парижской улице. Она и Питер поладили с первой ночи. Сенбернар по-прежнему смотрел на хозяина с обожанием, но Диана выявила всего его защитные инстинкты. Пёс всегда ждал пока она поест и только потом подходил к своей миске, а когда они выходили на прогулку, никто не подходил к Диане без тщательной проверки Питера. Авторитет Нила - будущее его семьи - зависел от успешной реализации предлагаемой им системы безопасности. Он уже выиграл небольшой контракт с Картье, и другой с Шопар, а вскоре за ними подтянулись и другие - но всё это были небольшие рабочие места, на уровне розничной торговли. Они хорошо платили, но Нилу нужен был стабильный бизнес - масштабный контракт с Лувром. Однако сегодня вечером он собирался праздновать. Не только прекрасно приготовленным лобстером в сливочном соусе с артишоками и лисичками, но и бутылкой хорошего вина. Нил хотел шампанского: Вюв Кликвот или Таттингер или, может быть, даже Перье-Жуэ. А для его товарищей будет измельченное филе, они заслуживали того, чтобы отпраздновать вместе с ним. Нил вошел в свой любимый винный магазин и был шокирован: Роберт выглядел так, словно плакал, а из задней части магазина слышались проклятия. Кто-то ругался громко и с большим удовольствием. Затем проклятия прекратились и послышался глубокий голос, читающий на латыни, а потом снова начались проклятия. Это звучало как сцена из «Экзорциста». - Что происходит? - спросил Нил. - Мой дядя умер, - всхлипнул Роберт. - Мне очень жаль. - Он был священником, добрым и святым человеком, почитаемым его приходом. Не зная, что сказать, Нил просто кивнул. - Как священник, он дал обет бедности - всё, что ему принадлежало он завещал церкви. - Хорошо. - Всё, кроме Моцарта. - Моцарт? - повторил Нил. Эти два слога вызвали вихрь воспоминаний. Но Роберт ничего не заметил и сжал руки: - У моего дяди был попугай... Нил начал складывать кусочки этой истории. - .. и я его единственный живой родственник. - Значит, ты унаследовал попугая дяди. - Да, церковь не захотела его брать. - Ты мог бы продать его. Роберт вздохнул: - Он.. дорогой. За латынью в которой Нил узнал древний христианский богослужебный гимн, последовал поток довольно изобретательных проклятий. - Наверное, это попугай, но кто читает мессу? Пришел кто-то из прихода, что бы принести его? - предположил Нил. - Никого там нет, это просто попугай.. он настоящий шизофреник, то читает святое писание, то извергает полную грязь. Я не могу держать это существо рядом со своей семьей - мой сын и моя дочь услышат это. Моя жена клянется, что если я принесу птицу в дом, она сварит из него суп. Кто захочет купить такую ​​птицу? Никто кроме Ленни Брюса¹ не пришёл Нилу на ум. - Месье Виктор, вы не могли бы оказать мне услугу.. Нил покачал головой: - У меня уже есть два спутника. - Попугай старый, мой дядя купил его в 70-е годы, когда он был миссионером в Африке. Вероятно, он не проживет долго, - уговаривал Роберт. - Но я ничего не знаю о птицах. - Пожалуйста, месье Виктор, я не могу допустить, чтобы это существо умерло, а я не могу его здесь держать. Моцарт любил моего дядю, а мой дядя любил Моцарта. Вы должны понимать такое: ваш Пьер и ваша Артемида - они важны для вас и вы наверняка договорились о них, если что-то случится с вами, разве нет? На самом деле Нил ничего такого не делал. Проблема заключалась в том, что у него не было никого - по крайней мере, никого в Париже - кто был бы готов позаботиться о двух крупных собаках. Может быть, когда в Нью-Йорке всё будет улажено, тогда он договорится. - Пожалуйста, возьмите Моцарта - это хорошая птица, она просто скучает по моему дяде, а в магазине слишком много хаоса для птицы, поэтому Моцарту так сложно. Нил почувствовал, как его решимость ослабевает. - Я сделаю это достойным вашего времени, - Роберт открыл шкаф с регулируемой температурой, где он держал свои самые лучшие и самые дорогие вина и вытащил две бутылки Пессака-Леоньяна Haut-Brion 1982, каждая продавалась более чем за тысячу евро. - Роберт - нет. Это неправильно, - замотал головой Нил. - Нет, это правильно, вы можете продать эти красивые бутылки и использовать деньги, чтобы заботиться о Моцарте, - Роберт потянулся за другой бутылкой - Mouton-Rothschild 2002. - А это для вашего собственного удовольствия. Нил вздохнул, он не мог не оценить иронию: ему платили необыкновенными роскошными винами, чтобы он позаботился о грязной птице по имени Моцарт. Это было уместно. Поэтому он кивнул. - Друг мой, ты будешь вознагражден на небесах, - радостно воскликнул Роберт. - Пойдём, позволь мне представить тебя. Роберт отвел его в заднюю комнату, где развлекался Моцарт. Птица была намного меньше, чем ожидал Нил, размером с большую белку. Попугай был серым с большим черным клювом и ярко-желтыми глазами. И он с любопытством смотрел на Нила. - Вот, ему нравятся яблоки, - Роберт отрезал кусочек фрукта. Нил взял его и протянул птице. К его изумлению, попугай прыгнул ему на руку и аккуратно забрав яблоко из его пальцев, начал есть с большой деликатностью. Нил был очарован: - Привет, Моцарт. - Dominus vobiscum², ты задница.