A Forever Kind of Family / Семья это навсегда

Через шесть месяцев после смерти Это была изнурительная неделя. Процесс над «Розовыми пантерами» после нескольких месяцев юридических проволочек должен был вот-вот начаться. Питер давал показания и прокурор США по праву настаивал на интенсивной досудебной подготовке. И всё это открывало раны, которые едва начали заживать. Питера пригласили принять участие в совещаниях о стратегии по ведению процесса и было невыносимо трудно выслушивать, как адвокаты обсуждают насколько должно быть раскрыто участие Нила в делах Бюро. Наконец, ведущий адвокат посмотрел на Бёрка: - Вы знали Кэффри лучше всего. Будет ли его репутация бомбой замедленного действия? Питер стиснул зубы и заставил себя успокоиться: - Нил Кэффри был лучшим активом, который когда-либо имело Бюро. В случаях с его непосредственным участием мы имели рейтинг раскрытий девяносто семь процентов. - Мы это знаем, но Кэффри был преступником. Питер знал, что уклонится от правды, но он должен был защитить репутацию Нила: - Нет, он был исправившимся преступником, он отбыл свой срок и даже с лихвой. При том, что у него были возможности бежать. - Что он и сделал, не так ли? Питер нахмурился: - Он сделал это только чтобы помочь поймать одного из самых разыскиваемых ФБР преступников. Посмотрите сами - Нил Кэффри пришел к нам, когда ему была предоставлена ​​возможность присоединиться к «Пантерам». Он очень хотел помочь засадить их за решетку. Адвокат кивнул, но добавил: - И сделал это по своему, хотя от этого зависел успех вашей операции. Защита ходатайствовала о том, чтобы не было никаких записей о причастности Кэффри к Бюро. Нам пришлось потрудится, чтобы найти некоторые из них. Питер знал об этом и переживал, что пострадают невинные люди. - Нам ещё нужно знать, кто такой этот «конфиденциальный информатор номер 2». - Нет, - решительно возразил Питер. Он не мог бросить Моззи на растерзание волкам. - Он не имел прямого участия в операции и нет никаких оснований для его привлечения. - Почему бы вам не позволить нам самим выполнять свою работу, агент Бёрк? Питер сжал губы, давая понять, насколько он не согласен с подобным ведением дела. Адвокат вздохнул, понимая, что терпение Питера на исходе. - Можете ли вы по крайней мере сказать нам, какова была его роль? - Логистическая поддержка и планирование. Он помогал Кэффри время от времени, а это значит, что он помогал Бюро, но всегда неофициально. Я даже не знаю его настоящего имени. - Но вы точно знаете, что он не был в «Пантерах»? - Да, - коротко ответил Питер, желая закончить эту линию допроса так быстро и аккуратно, насколько это возможно. Адвокаты оставили участие Моззи в покое, но Питер был уверен, что они ещё вернутся к этому. Тем временем, они набросились на него с вопросами о Ниле, готовя его к перекрестному допросу, который непременно устроят адвокаты «Пантер» и особенно Вудфорда. Когда они заканчивали совещание, один из младших адвокатов вдруг сказал: - Знаете, это, наверное, хорошо, что Кэффри мертв. Питеру хотелось вырвать язык этому парню, он едва сдержался: - Почему, черт возьми, вы смеете так думать?! Парень, словно обороняясь, поднял руки: - Просто у «Пантер» плохая репутация. Одна из причин, почему их так трудно поймать это то, что любой, кто даже только подумает предать их, умирает. Вы знаете, что Вудфорда трижды арестовывали в Европе, прежде чем он стал главарем «Пантер»? Каждый раз он уходил, потому что свидетели оказывались мертвыми, так же как и их семьи. Питер застыл, внезапно испугавшись за Элизабет и за своего нерождённого сына. - Вудфорд знает, что я агент ФБР. - Я сомневаюсь, что Вудфорд придет за вами и вашей семьей. Кэффри прикрыл вас, пожертвовав собой. Как я уже сказал, хорошо, что он мертв. В противном случае, он провёл бы всю оставшуюся жизнь в программе по защите свидетелей. Возможно, он работал бы на автомойке или переворачивал бы гамбургеры в Нижнем Бумфаке, штат Айдахо. Ведущий адвокат по делу попытался успокоить Питера: - Послушайте, если это позволит вам чувствовать себя в безопасности, мы можем обеспечить охрану. - Для моей жены. Я могу справиться сам. Пока Вудфорду и его команде не вынесут приговор, я хочу, чтобы за моей женой присматривали двадцать четыре часа в сутки. Нужно наблюдение за домом и за ней, когда она будет выходить без меня. Она на девятом месяце беременности, черт возьми! - Ладно, хорошо, мы обеспечим. Питер посмотрел на часы: - Я закончил, мне нужно забрать жену с занятий для молодых родителей. Приходите завтра утром, в семь утра, я буду ждать машину наблюдения перед домом. Адвокат кивнул. Питер ушел в спешке и не потому, что опаздывал, а потому, что был зол на прокуратуру США и на себя. Почему, чёрт возьми, ему потребовалось шесть месяцев, чтобы понять, что Вудфорд и «Пантеры» были для него угрозой? По крайней мере, Нил отлично справился с тем, чтобы удержать в безопасности Моззи, Питер не смог бы защитить его. Паранойя Моззи и его презрение к бюрократии сделали бы это невозможным. Питер вспомнил, как в последний раз пытался прикрыть его и печально улыбнулся. Он хорошо помнил, словно это было вчера, как Нил стоял рядом с ним, когда Элизабет сфотографировала их и спросила смеясь: - И кто же Ньюман и кто Редфорд? Если бы Питеру пришлось выбрать один из лучших моментов его дружбы с Нилом - это был бы тот самый. Они были на одной волне и абсолютно уверены в друг друге. Питер доверял Нилу, и Нил доверился ему. И этот момент уже никогда не повторится.