Импровизация лучше жизни

Холодное, морозное утро. Первые лучики солнца проникают в комнату через шторы. Два горячих сердца бьются в одном, размеренном ритме, согревая все вокруг своей безграничной любовью. Но противная трель будильника разбудила спящую сладким сном пару. — Доброе утро… — потирая глаза, сонным голосом поздоровался Антон, еле выключив будильник. На его лице засверкала улыбка, когда он увидел прячущую свое лицо Аню. — Ошибаешься. Утро не бывает добрым… — недовольно пробубнила девушка, продолжая  залезать под одеяло. Но, буквально через несколько секунд, она вынырнула из укрытия. — Но это утро исключение, — после этих слов она мило улыбнулась. — Я тебя не запинала? Ну так, случайно? — Нет… А что? — немного испуганно, но при этом очень весёлым и бодрым голосом спросил Антон. — Да так… Снилось, что я бегу от Паши, который заставляет меня играть в «Мышеловки»… — Аня непринужденно пожал плечами, все так же продолжая улыбаться. — Мне вот интересно… — Аня повернулась лицом к Шасту, подпирая ладонью голову. С ее лица не исчезала интригующая улыбка. — Что тебе такое снилось, что ты нажал мне на глаз? — Что?! — глаза Антона расширились до размера пятирублевой монеты, но через пару секунд он поджал губы и виновато посмотрел на девушку. — Мне приснилось, что я должен был спасти мир… И я нажимал на красную кнопку, которая должна была отразить атаку инопланетных существ… — Антон водил пальчиком по узору постельного белья. — Как я понимаю, честь быть красной кнопкой предоставилась моему правому глазу?.. — Анюта по-доброму усмехнулась и опять упала на подушку. — Анют, какие у тебя планы на день? — неожиданно поменял тему разговора Антон. — Нуу… В основном, никаких планов не было… А что? Ты хочешь спасти мир наяву? Или ты хочешь потренироваться в нажимании на глаз? Ой, ну то есть на кнопку… — Аня сделала невинное лицо, ожидающее ответа. — Ты мне будешь это вечно припоминать… Но вообще-то, я мир спасал, а не от Воли бегал… — Что ты… Это было что-то на подобии вводного… На самом деле, мне снилось, что ты бежишь за мной в ванну, после того, как я в ответ надавила тебе на глаз. Или это ты бежал в ванну от меня, после того, как надавил мне на глаз… Или… — Да понял я. Понял, — перебил девушку Антон. — Что мне сделать, чтобы ты больше не припоминала мне это? — Сегодня я не буду тебе больше этого припоминать, если ты дашь мне свою футболку и полотенце, — Аня коварно улыбнулась. — Хорошо! — Антон засиял, глаза заблестели. Он тут же встал с кровати и подошёл к шкафу. — Чтобы ты никогда больше не напоминала об этом, я даю тебе возможность выбрать любую футболку и любое полотенце! — Аня сделала лицо, изображающее удивление, встала с кровати и подошла к Антону. Девушка оглядела несколько полок с футболками. — Что же выбрать?.. Черную футболку? Или черную? А может, черную?! Ой смотри, или эту, черную?! — Да хорош врать! Есть там футболки и другого цвета. — Действительно — черного! — Аааня… — Шаст закатил глаза и, отодвинув девушку, начал доставать футболки других цветов. — Ммм… Розовая… Класс… — с неким презрением начала перечислять футболки Аня. — Болотного цвета… Блевотного цвета… — Так, Аня, хватит! Нормальные цвета… Какую хочешь футболку? — Аня показала на футболку, которая лежала на полке, в шкафу. — Она… Черная. — Я знаю. — Напомни, а зачем я доставал других цветов футболки? — Не знаю. Я тебя об этом не просила, — Нечаева пожала плечами и развела руки в стророны. На лице Антона отобразилось негодование, злость, непонимание, смех и любовь одновременно. — Не стоит злиться, дорогой, — сказала Аня, увидев лицо парня. — Просто дай мне полотенце, и ты будешь свободен и спокоен около двадцати минут. — Какое полотенце ты хочешь? — недовольно съязвил Шаст, резко открыв другую дверцу шкафа. — Желательно, чистое, — Аня улыбнулась. — Может, есть предпочтение цвету? — Нет, — Антон достал оранжевое большое мягкое полотенце и отдал футболку. — Чистое и глаженное. Все, как я люблю. Спасибо, — Аня поцеловала парня в щеку и вышла из спальни. Двадцать три минуты спокойствия и правда были. Антон за это время сам успел переодеться, заварить чай и приготовить что-то на подобии яичницы. — Почему мужские шампуни и гели пахнут лучше, чем женские?! — Аня вышла из ванны с полотенцем на голове, в большой футболке Антона и в своих джинсах. — Не скажи. Мятный запах твоих волос просто сногсшибателен! — Мятный? Ты, наверное, имеешь в виду кокосовое масло… — Аня сняла полотенце с головы. — Может быть, — Антон пожал плечами. — Садись, — Аня послушалась и села за стол, повесив мокрое полотенце на спинку стула. Ее влажные волосы мило обрамляли ее худое личико. Солнце уже во всю обманчиво играло со всеми людьми. Оно пекло, как будто жаркое лето, но на самом деле за окном минут двадцать четыре градуса. — Антон, — совершенно серьезно обратилась к парню Аня. — У тебя есть два варианта. Либо ты покупаешь мне пижаму, либо отвозишь меня домой, потому что в джинсах спать, капец, как неудобно! — Шастун не смог удержать смешка. — Я абсолютно серьезно! Это жутко некомфортно. — Я тебе верю, — Антон поставил чашку перед девушкой. Аня улыбнулась и вдохнула карамельный запах чая. От удовольствия девушка закрыла глаза. — Ты так и не сказала, какие у тебя планы на сегодня, — напомнил ей Антон, когда сел напротив нее. — Да никаких. Заставить Стаса не идти всем вместе в какой-то ресторан тридцать первого, а провести новый год так, как каждый сам хочет. Вот и все, — Аня пожала плечами и немного отпила ароматного напитка. — А ещё, закупиться на год вперёд этим шикарнейшим чаем! — Это элитный чай, только я знаю, где его купить… — Ой, не выёбывайся. Я его в «Магните» видела, — спокойно сказала Аня, отпивая  ещё горячего чая и передразнивая мимику Шастуна. Антон не смог сдержать смешка от вида девушки. — Ты сегодня останешься у меня? — немного умоляюще спросил Антон. Аня подняла на парня свои большие синие глаза и виновато посмотрела. — Нет. Сегодня мне надо к себе. Тем более, вчера из-за тебя, который забрал меня к себе, я оставила свою машину на парковке «Главкино». — Ты водишь машину? — Шастун, кажется, искренне удивился, раз широко открыл изумленные глаза и даже немного приоткрыл рот. — Нет, что ты?! Так, побаловаться решила. Без прав катаю по городу на угнанной тачке, — абсолютно спокойно, без каких-либо эмоций на лице сказала Аня, покачивая ножкой под столом и убирая некоторые пряди влажных волос за ухо. Скорее всего, сейчас перед глазами Антона были разноцветные полосы и противный писклявый звук в голове, будто сигнал потерян. — А если честно? — А чем тебя не устраивает эта версия? — Тем, что она не правдива. — Вот мне интересно, что ты ожидаешь услышать от людей, когда спрашиваешь их: «Ты что, водишь машину, при том, что она у тебя есть?!» — Я хочу услышать адекватный ответ, а не то, что они без прав гоняют на угнанной тачке. — Нашел, блин, человека, от которого хочешь услышать адекватный ответ. — Я нашел человека, с которым хочу жить. Потерплю неадекватные ответы, — Антон улыбнулся и посмотрел на лицо девушки. Такое светлое и счастливое. Нежная, милая, такая родная улыбка, яркие, живые глаза, ямочки на щечках от немного смущенной улыбки, влажные волосы, которые блестят золотом на солнце. — Не волнуйся. Скоро, желание жить со мной у тебя отпадет, — она чуть изогнула бровь, хитро улыбнулась и откинулась на спинку стула. — Очень смешно, — закатывая глаза, сказал Антон. — И вообще… Извини… Окс звонит, — на столе завибрировал телефон парня. Шаст вопросительно посмотрел на девушку. — Я тебя прощаю, — она закивала головой, широко открыв свои синие глаза и приподняв брови. Антон цокнул и закатил глаза, а Аня довольно и немного хитро улыбнулась.

Да, Окс?

Антон, Аня с тобой?

Нуу. Да…

Дай мне ее, пожалуйста, — Шастун ничего не ответил Оксане и протянул Ане телефон. — Тебе, скорее всего, сейчас попадет, — довольно сказал Антон, когда Аня уже приложила к уху телефон. Шастун поцеловал Аню в макушку и вышел.

Да, Окс?

Привет, никогда не отвечающий на мои звонки человек.

Уверена, что ты пыталась мне позвонить не ради того, чтобы это сказать.

Да. Нам надо встретиться. Можешь?

Окей. Когда?

Сегодня. Сейчас, — по голосу Оксаны было слышно, что она волнуется.

Ладно. А где?

В ближайшем торговом центре.

Ладно. Я попытаюсь побыстрее, — Аня встала из-за стола. — До встречи.

Пока. Постояв с секунду и обдумав только что прошедший диалог, Аня вышла из кухни. Как только Аня увидела Антона и улыбнулась, на телефон Шаста начали звонить. — Ира три сердечка? — удивлённо и недовольно спросила Аня, протягивая телефон парню. — Ещё не изменил. Это Кузнецова. Ответить? — Не знаю, — Нечаева пожала плечами и высоко подняла руки вверх. — Это твой телефон и твоя бывшая, я надеюсь… Так что решай сам, — девушка на пятках развернулась спиной к Антону и ушла в спальню. Антон, не долго думая, сбросил вызов и пошел следом за своей девушкой. — Что Оксана сказала? — Антон упал на кровать, наблюдая за действиями Ани. — Она попросила встретиться. Где моя футболка? Я относила ее в спальню? — Шастун посмотрел по сторонам и отрицательно замотал головой. — Ладно. Пойду в твоей, разницы — никакой, — Аня пожала плечами и улыбнулась парню. — Ты надолго? — Как получится. Оксана не сказала, зачем нам надо встретиться. — Знаешь, что?! — Антон встал и подошёл к девушке. — Ну? — она вызывающе смотрела на парня. — Я тебя с сырыми волосами не пущу! — Вот только тебя забыла спросить… Пустишь, куда денешься?! — на лице Нечаевой не проявилось ни одной эмоции, пока она не отвернулась от Шаста. После, на ее лице восторжествовала радость, счастье и даже победа. Что сказать про Антона… На его лице читалось лишь удивление. — Лааадно… — Антон сделал вид, что уходит обратно на кровать. Аня спокойно начала убирать волосы в пучок, посматриваясь в зеркало. Осталось нацепить резинку на волосы, но Антон не дал девушке закончить с прической. Он схватил Аню за талию, оттащил от зеркала и кинул на кровать, падая рядом и крепко держа девушку за талию. — Я тебе сказал, что ты не пойдешь с сырой головой! — Я не твоя собственность, чтобы ты мне так говорил! — Аня попыталась встать, но сильные руки Антона окольцевали талию девушки. — А если я скажу, что люблю тебя? Ты станешь моей собственностью? — он тихо спросил, утыкаясь в плечо Ани. Сердце Нечаевой пропустило удар. «Люблю… Он сказал… Люблю…» Поверить в это Ане было сложнее, чем выбраться из кольца рук Антона. Неужели всё-таки она кому-то может нравиться? Неужели ее кто-то любит? Неужели она нужна? — Что ж… Мне было бы приятно, — Аня еле могла ровно дышать, ведь сердце просто разрывалось от бешенного темпа. — Но раз это всего лишь условие, то я не стану твоей собственностью, — она бесшумно выдохнула. Казалось, кровать стала слишком мягкой, и Аня проваливалась все глубже и глубже. Мысли окружили ее со всех сторон, она осмысливала свои слова, слова Антона, она не могла поверить, она была счастлива, но старалась это скрыть, она была грустна от того, что его слова — это всего лишь условие. — Ладно, — Антон повис над девушкой. — Тогда я говорю, что… — он на секунду замер. — Да к чертям все! Я люблю тебя, Аня. Со мной такого ещё не было. Ты… Ты просто пришла в мою жизни и… и все изменилось. Начиная шоу, заканчивая мной. Я… Я не встречал девушки, которая могла бы одним только взглядом, взмахом пышных ресниц, свести меня с ума… Ты… Твои глаза… В них хочется тонуть вечно. Твои губы… Их хочется, не переставая, целовать. Твое тело… Его всегда хочется ощущать, ощущать твою мягкую кожу, вдыхать твое кокосовое масло для волос. Я хочу быть с тобой. Всегда. Я люблю тебя. И готов кричать об этом, чтобы узнал весь мир! Я люблю тебя, Аня, — последние слова Антон прошептал совсем тихо, в губы девушки. Глаза Нечаевой бегали по лицу парня, а голова разрывалась от огромного количества мыслей. Антон хотел прикоснуться к желанным губам своей девушки, но Аня остановила его. Шастун немного отодвинулся от нее, разглядывая ее испуганное лицо. Его сердце сильно стучало, казалось, его было слышно во всех уголках комнаты. — Ан… Антон… Я… Мне… — Аня никак не могла подобрать таких слов, чтобы не обидеть парня и все сказать так, чтобы он понял. — Мне… Извини. Я не… — Аня встала с кровати и начала судорожно искать свои вещи. — Антон, я… Прости. Но… — она остановилась, посмотрела на парня, который в растерянности сидел на кровати. Она набрала воздуха в лёгкие и продолжила. — Тебе не кажется, что все происходит слишком быстро. Слишком. Я не говорю, что ты мне не нравишься или что ты мне противен. Нет. Напротив. Но… Я… Я боюсь ошибиться. Вновь. Прости. Я не… Мне пора. Извини, — Аня почти что выбежала из спальни. Антон несколько секунд посидел на кровати, а потом резко встал и пошел за девушкой. — Аня, постой! — Нечаева уже обулась и стремилась как можно быстрее надеть свою куртку. — Постой. — Мне пора, извини, — не застегнувшись и не надев шапку, Аня резко открыла дверь и вышла. Лифт. Она нажала на кнопку, но не стала дожидаться, пока кабина приползет наверх — боялась, что Антон выйдет на площадку. Она быстро спускалась по лестнице. Остановившись на втором этаже, она прислушалась. Все было тихо. Никто не пытался ее догнать. Выбежав на улицу, ее, разгоряченную, обдало холодным ветром и колючими снежинками. В голове всё ещё звучал голос Антона, просящий ее остановиться. Аня закрыла рот рукой, оперлась на холодную стену возле двери и заплакала. Из глаз лились горячие слезы, обжигающие ее лицо на холоде. Она скатилась по стене и тихо плакала. Несколько раз Аня заставляла себя встать, взять себя в руки, перестать рыдать на улице, в конце концов пойти к Оксане. Но все было безуспешно. Ее ноги отказывались работать, тело ослабело, голова гудела. Она сидела на снегу и плакала. От чего? Она не смогла сказать те же, простые слова: «Я люблю тебя». Она побоялась сказать это. После того, как Аня резко вышла из квартиры Антона, он хотел кинуться за ней, но его отвлек звонок телефона. Антон не ответил. Он подошёл к окну, которое выходило во двор. Его голова была заполнена и пуста одновременно. Перед глазами стояли испуганные глаза Анюты. Он вновь и вновь проворачивал в голове все то, что он сказал. Он стоял, опершись о подоконник, и смотрел в окно, но ничего не видел, кроме синих глаз. Он закурил. Внезапно, в его голове возникла мысль пойти туда же, где собираются встретиться Аня и Оксана, но он и понятия не имел, где это. Антон посмотрел вниз и увидел девушку. Это была Аня. Она выходила из двора, вытирая лицо руками. «Она плакала?!» Аня все так же была без шапки на голове, не застегнута, без шарфа и без варежек на руках. Шастун смотрел Ане вслед, до тех пор, пока она не скрылась за поворотом. Потушив сигарету, Антон отправился в свою спальню. У него была куча вопросов, и лишь на малую часть из них он мог дать или найти ответ. Мягкая, но пустая кровать, теплая, но пустая комната. После ухода Анюты стало как-то пусто. Будто сама квартира Антона влюбилась в Аню, и когда девушка уходит, каждый раз, квартира скучает, грустнеет, вместе с девушкой из квартиры уходит и уют. Жужжание. Точнее вибрация. Вибрация телефона. Антон поднял голову с подушки, посмотрел на тумбочку и увидел, что вибрирует не его телефон. Он заглянул за тумбочку и увидел рюкзак Нечаевой. Антон прекрасно знал, что рыться в чужих вещах нельзя, но желание найти Аню превосходствовало. Шастун нашел телефон Нечаевой, увидел, что звонит Оксана, и быстро ответил на вызов. Анют, ты скоро? Я уже жду тебя в «Семье», — на лице Антона появилась улыбка. — Ань? Угу, — промычал Антон и сбросил вызов. Куртка, обувь, ключи, телефон, телефон, и счастливый Антон уже спускается на лифте, будто на встречу своей любви. Хотя… Так оно и есть.

***

— Аня! Ну наконец-то! — Оксана крепко обняла Аню. Фролова, казалось, сияла от счастья, а Аня — наоборот. — Что случилось? Ань… Ты, что, плакала? — Неважно, Оксан. Лучше расскажи, как дела у тебя? Что за повод встречи? — Аня натянула на себя улыбку. — Ань, я серьезно. Что-то случилось? У тебя что-то с Антоном? — Аня выдохнула весь воздух из лёгких и кивнула головой. — Я не собираюсь из тебя тянуть каждое слово! Идём на фуд-корт, там ты мне все расскажешь! — Фролова схватила подругу за руку и повела к столикам. Аня лениво передвигала ногами, от чего создавалось впечатление, что Оксана и вовсе тащит Нечаеву. — Я слушаю! — Оксана села напротив Анюты и пристально смотрела ей в глаза. Нечаева недовольно вздохнула. — Антон… Он… Сказал, что любит меня… — лицо Оксаны расплылось в улыбке от услышанного. — Ооуу, это так мило. А ты? Ты… Ты не ответила ему взаимностью? — теперь же лицо Оксаны искажало недовольство, неуверенность, брезгливость и страх. — Я не смогла ему сказать этого же! — Аня с психом встала из-за стола и пошла по направлению к магазину одежды. — Это не повод так нервничать, — Фролова еле поспевала за подругой. В конце концов она остановилась Аню. — И все же… Почему ты не сказала ему, что любишь его? — Аня прикусила внутреннюю сторону щеки. Она смотрела куда-то в даль, кого-то рассматривая. — Я испугалась, — Нечаева опустила синие глаза на лицо Оксаны. — Все слишком быстро. Я так не могу. Опыт меня научил, что не надо признаваться в любви в первые же дни знакомства, — Аня вновь продолжила свой путь. — Я… Я просто испугалась. Что вдруг он испугается взаимности? Или он так проверяет меня? — Аня, ты не в себе. Антон первый признался тебе в любви. Глупо говорить, что он мог бы испугаться взаимности. А насчёт проверки… Ну это просто бред! Ты совсем не умеешь доверять людям. Антон он… Он всегда искренний, если он что-то делает, то вкладывает в это дело всю душу. Если он сказал, что любит тебя, то так оно и есть, — девушки зашли в в один из отделов женской одежды. — Но… Я понимаю тебя. Я бы тоже испугалась, если бы мне признались в любви через несколько дней после нашей встречи. — Я убежала. — Что? — Оксана уронила блузку, которая только что была у нее в руках. — Ты что сделала? — Я убежала. А что, по-твоему, я должна была делать?! Рассказывать о том, что я боюсь высокой скорости в наших отношениях?! Или, может, остаться и говорить, что: «Ну прости, Антош, я пока не могу сказать тебе того же…» Так?! — Можно было не убегать… — Ага, а просто, пританцовывая и припевая какую-нибудь песенку, попрощаться с ним и укатить на лифте в закат, — недовольно пробормотала Аня и плюхнулась на диванчик. — Оокс, а зачем ты меня позвала? По телефону у тебя был очень грустный голос… — Фролова поджала губы. — Мы с Арсением… Ну как бы… Расстались. — В смысле? А сколько вы встречались? Неделю?! — Оксана недовольно вздохнула и села рядом с Аней на диванчик. — Мы не совсем чтобы встречались… Это… Это был роман по договору, — Фролова заглянула в лицо подруги, которое выражало лишь непонимание. — Нас с Арсом попросили сыграть пару, чтобы привлечь больше внимания. Мы поиграли, поиграли и не смогли больше. У меня есть парень, у него — бывшая жена и ребенок. Ну… Глупо это. Мы не смогли. Аня сидела с чуть приоткрытым потом, переваривая только что полученную информацию. Посидев так с минуту, она всё-таки решилась что-нибудь сказать. — Ага, — Аня встала с диванчика и вышла из магазина. — Любовь по договору, значит… — Аня бездумно шагала по торговому центру, а Оксана все следовала за ней и внимательно слушала, волнуясь за мнение подруги. — Не смогли… Нет, ну… Вы разумно поступили. Какой смысл играть пару, если у тебя есть другой парень?! Все бы посчитали тебя потаскухой… — Оксана недовольно посмотрела на Нечаеву, но та продолжила идти по своему маршруту. — Ахуительно! — Аня! — возмущённо обратилась к ней Оксана. — Что? — Ну ты же девушка! — Это не значит, что я не имею права ругаться такими словами, какими хочу. Я уже большая, мамочка, — сказала Аня Фроловой и зашла в продуктовый магазин. — И твоя история меня поражает так, что я не могу подобрать другого слова. Как?! Как вообще можно было согласиться на такое, если у тебя есть парень?! М, Окс? — Аня! — громкий голос раздался, как гром. Нечаева обернулась на свое имя и увидела Шастуна. Ее глаза итак были большими от природы, а сейчас они стали просто огромными. Антон улыбнулся, когда достиг нужного ему результата и пошел по направлению к девушкам. — Знаешь, Окс, мне тут срочно захотелось хлеба, ты не знаешь, где он? — Фролова удивлённо посмотрела на Нечаеву. Аня схватила Оксану за руку и быстрым шагом отправилась в магазин, теряться среди стеллажей. Конечно же, Антон не глупый мальчик, понял, что Аня хочет спрятаться от него и его разговоров, поэтому прибавил скорости. Оксана же не понимала ничего, она не слышала того, как Антон позвал Аню, она не видела самого Антона, она что-то невнятное мямлила, когда Нечаева, буквально, запнула ее в какой-то отдел. — Ой, нет, я передумала! Идём за чаем! — Аня снова увидела приближающегося Антона и решила изменить маршрут. Оксана своими маленькими ножками еле поспевала за длинными ногами подруги. — Хотя вино мне сейчас подойдёт больше! — Аня снова резко повернулась, не забыв развернуть Оксану. Антон все никак не отставал, только набирал скорость. Аня была загнана в угол из стеллажей еды, поэтому ей оставалось только бежать от Антона и настигающего ее разговора. Глупо бежать от того, что в конечном итоге все равно настигнет тебя. Но разве мы когда-нибудь поступаем так, как правильно, а не так, как мы хотим?! Нет. Именно поэтому Аня сейчас бежит по всему магазину от Антона, а он за ней. Погоня, как обычно это бывает в фильмах? Эпично, красиво, много людей, которые с шоком кидаются в разные стороны, летящая в замедленной съёмке еда, ничего не мешает. А в жизни все иначе: это очень стремно, люди никуда не отодвигаются, потому что не видят, либо же они снимают: Антон Шастун, как никак, еда никуда не летит, потому что если ее просто взять и раскидать, то придется платить за порчу продуктов, и да, все мешает: шапка, шарф, расстегнутая куртка, волосы, люди, корзинки, тележки, стеллажи. Поэтому никогда не устраивайте погонь в супермаркетах. Да и когда вы выбежите из магазина, лучше не станет: скользкий пол, ещё больше людей. Но есть и плюс: возможность затеряться в каком-нибудь другом отделе. Именно так Аня и сделала. Она забежала в первый попавшийся магазин одежды и сразу же пригнулась, сняла куртку и намотала свой широкий шарф на голову. К сожалению, незаметно взять какую-нибудь джинсовую куртку и очки не получилось, потому что охрана, видеокамеры… Зато притвориться покупателем — пожалуйста. Куртка в руке, шапка в рукаве, шарф на голове и крайне заинтересованный вид. Но стоило только Ане выйти из магазина, как ее тут же схватили за локоть, забрали куртку и повели в неизвестном направлении. Конечно, Аня пыталась вырваться, но все попытки были тщетны, ведь пальцы крепко сжали ее локоть. Когда пара скрылась за поворотом и людей вокруг совсем не было, Аню наконец освободили. Девушка стояла спиной к парню, опустив голову и закрыв глаза. Он осторожно коснулся ее плеч и развернул к себе лицом, но Аня все так же не открывала глаза и не поднимала голову. — Анют, посмотри на меня, — нежно сказал Антон, приподнимая ее голову за подбородок. Аня послушно открыла свои глаза, полные слез. — Ну вот, — Антон мягко улыбнулся и вытер соленые дорожки с лица девушки. — Все же хорошо. Ты чего? — Аня не ответила, лишь прижалась к Антону всем телом. Она обняла его так сильно, будто боялась, что он сейчас уйдет. Уткнувшись в плечо Антона, она вдохнула уже так сильно полюбившийся запах. Антон тоже обнял Аню. Его нос нашел его запах: запах его шампуня. — Я тоже тебя люблю, Антон, — тихо сказала Аня, продолжая прятаться в его плече. — Я побоялась сказать сразу… Прости… Но я правда… — Антон выпрямил девушку, ее глаза были полны страха и надежды. — Анют, все хорошо, — его нежная улыбка успокаивала и защищала. — Спасибо, — одними губами проговорила Аня, а затем ее губы накрыли другие губы, мягкие и сладкие, любимые и родные. Вибрация телефона. — Ну конечно… — Аня улыбнулась. — Это… Это твой, — Антон похлопал себя по карманам и нашел телефон. Аня все это время смотрела на Антона широко открытыми глазами. — Мой? — Антон утвердительно кивнул и отдал девушке телефон. — Что он делал у тебя? — Я хотел его отдать тебе. — Ага. Мой. И на него звонит «Ира три сердечка»… — Аня подняла брови и посмотрела на лицо Шастуна. — Ну, значит, мой, — Антон улыбнулся и сбросил вызов. — Ммм. А мой где? — У меня, — Аня молча смотрела на Антона секунд десять. — Ага. Ну ясно, — Аня кивнула головой и начала выходить из места, в которое Антон ее завел. — Ты, если не надумаешь отдать мне мой телефон, вызовешь для меня такси до «Главкино»? — Конечно. Когда? — Можно даже и сейчас, — Антон грустно вздохнул, секунду помедлил и вызвал девушке такси. — Спасибо, — без энтузиазма поблагодарила Аня. — Будет через три минуты. Анют, а если я скажу, что люблю тебя, ты не уедешь? — с надеждой спросил парень. Нечаева улыбнулась. — Такой трюк не прокатит, Антон. Мне надо забрать машину. Телефон тоже было бы классно вернуть… — Но ты его получишь, если мы сегодня ещё встретимся! — закончил за Аню Антон. — Но… — Анют, такси ждёт! — парень начал двигать девушку к выходу из торгового центра, попутно натягивая на нее куртку. Аня сначала упиралась, но Шастун, как никак, сильнее девушки. — Антон… — Не заставляй людей ждать, — Шаст открыл дверь машины. — Все. Люблю тебя. Пока, — он поцеловал Аню и засунул ее в машину. Ну что сказать… Аня была, мягко говоря, в шоке. Ещё и путь долгий, а ни телефона с наушниками, ни радио в машине, ни приветливого таксиста, ни хорошей погоды за окном нет.

***

— Ты ужаснейший человек, Шастун! — Я тоже люблю тебя, — Антон помог снять Ане куртку. — Сейчас я заварю горячий чай, и ты согреешься. — Я бы убила тебя, если бы мои руки не были замёрзшими, — Аня недовольно села на диван в гостиной, выражая свое недовольство. — Ничего страшного не случилось, завтра заберёшь свою машину, — он поцеловал Аню в макушку и ушел на кухню, но на кухне Антон не пробыл и пяти секунд, потому что ушел в спальню, а вернулся с теплой кофтой в руках. — Надень, — он протянул девушке теплую вязанную кофту. Аня сразу послушалась, но на Антона она не смотрела, игнорировала его взгляды и касания. — Анют… — Шастун сел рядом с девушкой на диван и взял ее ледяные руки в свои. — Анююют… — Нечаева не поднимала глаза, все сверлила столик взглядом. — Ань… — Антон, хватит. Все… Нормально. Я согреюсь и съезжу, ещё раз, за машиной, потом домой. — Ты на меня обижаешься. — Вовсе нет. Я сама виновата, что оставила рюкзак у тебя, в котором были и ключи от машины, и ключи от квартиры, и телефон. — Если бы я сразу отдал тебе телефон, ты бы не мёрзла на улице… — В следующий раз, которого не будет, я выучу номер твоей квартиры и буду звонить в домофон до тех пор, пока ты мне не откроешь, даже если тебя не будет дома. Кстати, какого номера твоя квартира? — Сорок восьмая. — Прекрасно, я почти запомнила. — Ань, не езди за машиной. Останься у меня. Пожалуйста, — Антон заглянул в синие глаза, которые сияли. Аня спокойно улыбнулась и нежно поцеловала Антона в щеку. — Ты говоришь мне оставаться, — прошептала Аня, — а пижама у меня есть? — Антон вздохнул. — Ты можешь спать и без пижамы… — Шаст улыбнулся во весь рот, пожимая плечами. — С таким же успехом я могу спать и не у тебя в квартире, — Аня повторила мимику и движения Антона. — Прости. Но мне правда надо домой. Билеты заказать, вещи собрать. — Ты улетаешь? — Да. Первого мне надо в Питер, к родным. Потом, в течение недели, то в Пермь, то в Воронеж… — Ясно. — Ты… Расстроился? — Да даже не знаю. С одной стороны, все хорошо, я тоже уезжаю. А с другой… Мы не встретимся десять дней. — Я, наверное, спрошу что-то запредельно сложное… Но ты знал, что существуют телефоны, интернет и сотовая связь?! — Ну ты же и сама понимаешь, что это не то же самое. Ни поцеловать, ни обнять… — Уж десять дней протянуть можно, Антон. — Я эту ночь-то не знаю как переживу без тебя, а ты говоришь про десять дней… — Аня молча смотрела на парня, изогув одну бровь. — Ещё один супер сложный вопрос… Ты знал, что ночью можно спать? — Шастун хотел что-то ответить, но Аня не дала. — Антоша, дорогой, не веди себя будто ты маленький. Ну правда. Ночь? Ты не сможешь поспать ночью один? Если тебе и правда так плохо одному, ты можешь сегодня переночевать у меня… — Мне не то, чтобы плохо… Мне не хватает тебя… — Нечаева хотела ответить, но промолчала. Она положила руку на его спину и нежно медленно погладила. — Я не знаю, что со мной происходит. Мы с тобой почти все время вместе, но мне не хватает. Я совершенно не знаю тебя, твоего прошлого: ты не говоришь, а спрашивать я боюсь, вдруг задену не ту тему. Мне… Я хочу больше обнимать тебя, больше целовать. И… И не слушать на любое свое предложение, слово гору сарказма и язвительности с твоей стороны, — Аня поджала губы и опустила глаза. Рука упала со спины Антона. — Я… Я правда люблю тебя. Да, возможно, все слишком быстро. Но разве самая настоящая и долгая любовь не проявляется в первые же дни встречи. Я не знаю, что было у тебя в прошлом, что ты и замкнутая, и раскрепощённая одновременно, но это что-то изрядно тебя потрепало. Ты… Просто позволь мне войти в твой мир. К тебе. Впусти и не отталкивай, не убегай, — Антон замолчал. Аня не знала, что сказать, что сделать. Она просто сидела и смотрела в пол. — Ты не боишься? — не поднимая глаз, задала вопрос девушка. — Чего? — Всего, что будет с нами, между нами. Не боишься нового? Люди обычно ведь не любят «новое»… — Новое — это отчасти неприятно. Но это необходимо, — Шастун взял руки девушки в свои. — Главное, чтобы ты не боялась, — Антон поцеловал девушку. — Пойду всё-таки сделаю чай, ты так и не согрелась. Он ушел, а Аня осталась в комнате одна. «Он не боится идти со мной… Но это слишком рано… Как я могу впустить в свою жизнь человека, которого… А разве не впустила уже? «Главное, чтобы ты не боялась…» Как я могу не бояться, Антон?! Я же тоже человек. И я тоже не люблю новое. Но я люблю тебя… И я потерплю…» — Есть предпочтения, какой чай пить? — поток мыслей прервал Антон, который выглянул из кухни, с чайником в руках. Аня улыбнулась, немного подумала и в итоге отрицательно помогала головой. — Черный с фруктами подойдёт? — Да, — Антон зашёл обратно на кухню. Нечаева тут же встала с дивана и отправилась на кухню. — Когда… поедем за машиной? — тихо спросила она, остановившись на пороге. — Сначала согрейся, — Антон нежно прикоснулся к руке девушки. Он отвёл ее от порога и усадил на стул. Это место будто стало уже ее законным, ведь, который раз, она садится именно на этот стул, напротив Антона. Шастун поставил чай перед девушкой. Такое уже было. И, кажется, не раз. — Знаешь. У меня есть предложение. Давай до завтра никуда не выходить. Просто… Отдохнем. Посмотрим какой-нибудь фильм… — Антон широко открыл окно и достал из заднего кармана джинс сигареты и зажигалку. — Потом ещё один. — Антон! — недовольно сказала Аня. — Не волнуйся. Пижаму я тебе найду… — Шастун! — Аня встала из-за стола и подошла к Антону, который стоял перед распахнутым окном. — Тебе не кажется, что ты слишком много куришь? — А ты много пьешь кофе, — Антон пожал плечами и сделал глубокую затяжку. — От кофе не заболевают раком лёгких! — Шастун выдохнул немного дыма в сторону Нечаевой. Та недовольно поморщилась и разогнала дым перед носом. — Давай так. Ммм… Когда в моей жизни наступит какой-нибудь переломный момент, я бросаю курить! — А что значит этот твой «переломный момент»? — Антон хитро улыбнулся. — Ну вот смотри, мы же любим друг друга, верно? — Да. И? — И расставаться не собираемся, верно? — Не собираемся… — Когда, вдруг, совершенно случайно, не дай Бог, так получится, что мы расстанемся, тогда я и брошу курить. — Обещаешь? — Ты же не собираешься прямо сейчас с криками расстаться? — Антон улыбнулся. — Не собираюсь. Но, если всё-таки случайно так получится в наших отношениях, пообещай мне, что ты бросишь курить. Какая никакая, а польза от нашего расставания будет, — Аня усмехнулась. — Обещаешь? — Обещаю, — Аня поцеловала Антона в небритую щеку и пошла обратно за стол. — А ты перестанешь пить кофе? — Нет, конечно, — Антон замер на месте, а потом всем телом и лицом показал негодование, непонимание и недовольство. — Но кофе тоже вреден. Он красит эмаль зубов. — В этом смысле, чай вреднее. Посмотри хоть на кружку, как выпьешь чай, — Аня пожала плечами и сделала глоток обжигающего чая, который Антон любезно ей предложил. — Вот скажи, вредина моя, у тебя вообще откуда это в голове?! Ты на все утверждения можешь ответить своим утверждением! — А ты? Ты, мой дорогой курильщик, откуда знаешь, что кофе вреден? М? — Аня улыбалась, чувствуя превосходство. Девушка подперла ладонями лицо, с интересом наблюдая за парнем. — Я был не прав. Ты ещё и на все вопросы можешь ответить своими вопросами, — Антон потушил сигарету, закрыл окно и, взяв свою горячую чашку чая, сел за стол, напротив Анюты. — У тебя есть апельсин? — резко сменила тему Аня. Лицо Шастуна вытянулось, он покосился на холодильник. — Зачем тебе апельсин? — он не отрывал глаз от лица девушки. — Я задала другой вопрос, не правда ли? — Нет. У меня нет апельсина, — Антон говорил медленно, будто перед ним была не Аня, а какой-то психически больной человек. Хотя, разница не большая. — Теперь можно спросить? — Зачем ты задаешь такой вопрос, на который я могу сказать «нет»? — Ты сейчас хочешь, чтобы я психанул и попросил тебя уехать сегодня? — А что так видно? — Антон открыл рот и немного нахмурила брови. Аня лишь улыбалась. В воздухе так и чувствовалось непонимание и сумасшествие. — Давай начнем сначала. Зачем тебе нужен был апельсин? — Для смены темы. — Ладно. Твое замечание, насчёт моего «неправильного вопроса», это был как совет? — Предположим. — Ты так сильно хочешь уехать сегодня к себе домой? — Не знаю, — Аня пожала плечами и широко открыла глаза. — Ладно. Я понял. Никотин на тебя плохо влияет, — Аня победно улыбнулась. Антон заметил улыбку девушки и добавил. — Но это не значит, что я буду меньше курить, — теперь победно улыбался Антон. Он отпил чая и откинулся на спинку стула. — Пожалуй, со временем, ты станешь нести такую херню, которая даже Арсу в голову не придет, — Аня спокойно пожала плечами. — Если ты сойдешь с ума, то будешь нести больший бред, чем мы с Арсением вместе взятые, — Антон улыбнулся. — Скажи, Антон, а Ира забирала свою кружку? — Что? — Ира забрала свою кружку? — Вроде, да. А что? — Ты уверен, что забрала? Как ты распределяешь кружки? Почему у меня именно эта? — Ань, все нормально? Ты меня пугаешь… — Страшно? А вроде говорил, что не будешь бояться… — Аня тут же погрустнела. — Будет очень сложно, Антон. Особенно сложно тебе будет смириться с моим прошлым, со мной, с тем, какой у меня дерьмовый характер, с моими родными ты вообще смириться никогда не сможешь, они тебя как начнут с ног до головы обсирать, так и не закончат, а еще… — Ань, я понял, — Антон остановил словесный поток, исходящий от Ани. Он нежно коснулся ее руки, которая спокойно лежала на столе. — Сложно будет. Я понял, — он улыбался, расчерчивая неизвестные линии на руке девушки. — Жизнь не без сложностей. Вместе-то мы сможем их пережить, — Антон поднял глаза и столкнулся с двумя синими агатами. — У тебя такие красивые глаза… ты линзы не носишь? — Аня недовольно зарычала и закрыла лицо рукой, которая была свободна, а Антон засмеялся. — Я учусь у лучших мастеров страны плавным переходам. — Сколько ты к ним уже ходишь? Если больше трёх минут, то они бездарности! — Ты бы обиделась, если бы тебя назвали бездарностью? — Плохая попытка намека и плавного перехода, Шастун. — Ань… — М? — девушка снова отпила чай. — Боже, этот чай ещё вкуснее утреннего, — Антон ярко улыбнулся. — Я так тебя люблю, — Шастун рассматривал лицо Анюты, которое от счастливого, из-за наслаждения чаем, превращалось в счастливое от слов Антона, а потом в ужасно искривленное из-за того, что Аня подавилась чаем. Чай, буквально, полился у девушки из носа. Она кашляла, почти рыдала, зажимала нос, ещё сильнее кашляла. Антон еле сдерживал улыбку, не то, что смех. Он встал, чтобы налить девушке воды и постучать ей по спине. — Сука, не мог выбрать другой момент, чтобы в очередной раз мне это сказать?! — с трудом сказала Аня, продолжая зажимать нос и переодически кашлять. — Я с первого раза поняла, что ты, сука, влюбленный долбоеб, любишь меня. Нахрена, блять, об этом сто раз в день говорить?! — Аня не переставала кашлять. Такого огромного количества разнообразных слов от милой девушки Антон не ожидал услышать, поэтому и смеялся, и стоял столбом, и пытался предложить Ане помощь. — Ага. А потом вы в претензии к нам, что мы вам редко говорим, что любим вас. — Давай, ты сейчас закрываешь рот, а я оставляю тебя одним единым человеком? М? — Антон улыбнулся и поцеловал Аню в макушку. Он открыл рот, чтобы сказать что-нибудь милое и приятное, но Аня схватила его за воротник футболки. — Если, сука, услышу сейчас от тебя хоть что-нибудь похожее на «я тебя люблю», я уеду к чертовой матери, — тихо и достаточно спокойно сказал Нечаева. Антон кивнул головой. — Может… Ты хочешь есть? — Нет. Я хочу не сдохнуть в этой квартире сегодня ночью. Есть какие-нибудь капли в нос? Щиплется. — Я посмотрю, — поджимая губы, чтобы не рассмеяться в голос, Антон вышел из кухни. — Ааань… Тебе звонят! — прокричал из другой комнаты Антон. — Мне стоит ревновать? — Смотря, кто, — Аня лениво встала, продолжая зажимать нос. — Стас. — Хоть заревнуйся, это же Стас. Женатый человек, с сыном. — Шеминов, что ли? — Что ли Шеминов.

Да?

Аня, привет. Смотришь на свое кривляние на сцене?

Нет. Я нос чаем промываю, — на конце другого провода послышался хохот.

Извини. Аня, я хотел сказать, что ты удивительно упорный человек. В нашем шоу ты инновация. Никто не будет ждать тебя с распростёртыми объятиями. Фанатки Шастуна так вообще загрызть могут…

Спасибо. Поддержал.

Я не об этом. Постарайся первое время сильно всех не чморить. Когда ты уже войдёшь во вкус, когда все поймут, что ты не глупая девочка, которая попала в шоу из-за того, что с нужным человеком переспала, тогда можешь потихоньку начинать чморить прическу Сережи. Зная тебя и твой бескостный язык, ты не можешь никого не обсирать…

Ты мне зачем звонишь, Стас?

— Я нашел капли от носа! — прокричал Антон из ванны. Стас, конечно же, услышал и издал смешок. Ты с Антоном? — интонация Шеминова сильнее начинала сильно раздражать девушку.

Если быть точнее… — Аня хотела как-нибудь обозвать Антона, но решила «сильно не чморить». — То да, я с Антоном.

Ладно. Не буду мешать. Закапывайте нос…

Слушай ты, Стас-сваха-Шеминов. Иди смотри, как твои любимые импровизаторы кривляются на сцене, и считай, сколько прекраснейших сцен ты вырезал! — Аня с недовольным видом сбросила звонок, а потом бросила телефон на диван.

— Поехали за твоей машиной? — предложил Антон, когда увидел Аню такой раздражённой и нервной. — Нет. Давай останемся дома. Спрячемся. Посмотрим несколько фильмов. Не хочу выходить, — было видно, как с этими словами Аня тает и становится все больше уставшей. Антон подошёл к девушке и обнял ее. Без слов. Без лишних прикосновений. Просто обнял. Аня сразу спрятала все свои колючки, как только руки Антона оказались на ее плечах. Она обхватила талию парня руками и положила голову на плечо. Запах. Вы когда-нибудь получали кайф от одного только запаха любимого человека? Аня и Антон регулярно получают свою порцию наркотика. — Пойдем лучше спать, — сказал Антон, не подозревая, что Аня уже начала посапывать на его плече. Слишком эмоциональный день. Столько всего произошло, что трудно поверить, что это все один день. Когда Антон положил Аню на постель и лег сам, девушка тихо-тихо сказала. — Антон, никогда не воспринимай мои слова всерьез. Особенно, если это шутки и по отношению к тебе. — Никогда не говори «никогда», — тихо ответил ей Антон, понимая, что она уже ничего не услышит, потому что далеко в царстве снов. Его кофта, которая была на ней пару минут назад, лежит на диване. Там же и их телефоны, его футболка, их странные и серьезные разговоры. Все осталось за стенами спальни. В кровати только они. Чистые, новые, сопящие, спокойные и молчаливые. Спальня, кровать — это как отдельный мир. Их мир, в котором никто не посмеет их потревожить.