Дороги судьбы

К рассвету третьего дня они подходили к городу со странным названием Краш. Там шел тяжелый бой. Защитники героически удерживали стены третий день. Они обрадовались инквизиции как родной, принесшие надежду на шанс отстоять город у темных магов. И все бы было хорошо, если бы не появление Повелителя Тьмы и Хаоса. Он шел, не прячась и не уклоняясь от стрел и заклинаний. Щит Хаоса надежно отражал все, что в него летело. Остановившись у ворот города, улыбнулся и одним заклинанием силы вынес ворота и часть стены. Удар был мощным, ближайшие дома к стенам осунулись и развалились. Оно движение руки, и войско нежити и монстров появившись, хлынуло в город. Темные увидели неожиданное подкрепление с криком: – Ура, Повелителю ворвались в город. Хаос заполнил улицы, мертвые собирались заново и продолжали бой. Храмовые войны не успевали их изгонять. На месте одного тут же появлялись двое и армия нежити росла. Каждый погибший защитник вставал и сражался уже на стороне захватчиков. Повелитель стоял на стене и наблюдал за происходящим сверху. Изредка посылая заклинания: блуждающей смерти, стрелы Хаоса, и облако Тьмы. Городу пришел конец. Защитников не осталось, но Повелитель на этом не остановился, он окутал город куполом сжигающей Тьмы. Попав под нее все живое, умирало, а мертвое получало силу и войска мертвецов увеличивались в размерах, и становилось сильней. Здания разрушались и превращались в руины. Мертвая зона, так ее назовут очевидцы. Повелитель стоял и смеялся. Его смех парализовал, ужас селился в души. Никого не осталось ни защитников, ни захватчиков. Все мертвы. – Останови это безумие, – закричал Ариэль, поднявшись на стену. – Выжил, я впечатлен. – Остановись. Мы должны дать этому миру шанс. – Шанс? Он у них был. Они призвали меня, что бы я им помог. Хотели видеть мою силу. Познать разрушителя. Посеять Хаос. Вон он я! – Дэн, одумайся! – Нет больше Дэна, есть Повелитель! – Вспомни это всего лишь игра! Останови ее! Ты в силах это сделать! – Да, игра и пора открыть счет. Ты будешь первым. Тело Ариэля парализовало. И он чувствовал, что с него уходит жизнь. "Больно, холодно". Она покидала его по крупицам медленно, очень медленно. – Ты, монстр. – Да, разрушитель. – Прислушайся, крики, стоны, они умирают, – почти шептал Ари. Повелитель тряхнул головой, словно прогоняя наваждение и пытаясь что-то вспомнить. На несколько мгновений Ариэлю показалось, что перед ним сейчас не Повелитель, а прежний Дэн, которого он знал семнадцать лет. Глаза стали вновь живыми и взгляд потеплел. – Знаешь, что нас отличает друг от друга, братишка? У меня нет души! Я не ощущаю чужую боль. Я ей наслаждаюсь. Сейчас я смакую твою жизнь, словно гурман наслаждаюсь ей, пью ее. Поглощая твою душу, становлюсь сильнее, могущественнее. А твоя боль лишь острая приправа она делает ее вкус незабываемым. – Хватит, я не позволю, тебе его убить! – закричал подбежавший Томайс. Он бросил в Повелителя стрелу света тем самым прервал поглощение души Ари. – Томи, и ты здесь. Ладно оставим счет пока два:два. Но мы еще встретимся. Я тут закончил. Поболтаем в другой раз, – сказал Повелитель и растворился в воздухе. – Ариэль... – Спасибо, ты спас мне жизнь. Я ведь во сне видел свою смерть. Она была точь-точь как сегодня. Что на меня так смотришь? Говори! – Ты, постарел. Выглядишь лет на сорок, седой. Ведь тебе нет и двадцати, – рассказал Том. – Не было. Теперь лет сорок. И сегодня мой новый день рождения. Отпразднуем? – Вдвоем, только я и ты. – Маришка, ты ее видел? – Она шла следом за мной на стену. Этот кусок стены единственное, что осталось от города, – сказал Томайс. – Давай спускаться, и поищем. Только щит света обнови. Купол Тьмы скоро развеется, тогда можно будет снять. – Они все мертвы! Он их убил! Тварь! Убью! – Ты не сможешь, он бессмертен. – Пока он тут его сила разделена на две половины и… – Да, но не забывай, что кроме силы Повелителя он еще и бракованный и без Древней силы может разрушить что угодно. Нужно выбираться отсюда и двигаться на север, – сказал Том. – Маришка, ее придавило обломками. Мы с ней... Она была..., я... – Не терзайся, ты не виноват. А что привел их сюда так другой дороги в храм ордена все равно нет. Витор, жаль... Мне он нравился. – Пять тысяч храмовников, горожане, защитники... Он их отправил к отцу за полчаса. Дал Смерти работы, и душ навек хватит! – сожалел Ариэль. – Он изменился, – сказал Том, пока они выходили из города. – Всегда был таким. Эгоистичным, нахальным одиночкой. Никогда не поделится, не поможет. С виду котенок, а в душе волчонок. – Яблоко от яблони не далеко падает. Сразу еще в детстве можно было понять, чей он сын. Тайна, покрытая мраком. Скрывали, что в эксперименте участвует младший сын Древнего Смерти. Они шли по дороге, которая вела из города в лес. Полдня пешего пути и должна быть деревня со странным названием "Козочка". – Говорят у него в том мире, где шла наша первая игра, была любовь не то к эльфу не то к дракону. И сын. Значит, он не всегда был подонком. Любовь – чувства! – просветил Ари Том. – Милый, а ты вечно все про всех знаешь. Вынюхиваешь, подслушиваешь. Жить надоело? – Просто так говорят. Что, мол, был женат на демоне, а любил совсем другого. Только он ему отказал вот он с горя и лишился всех положительных чувств. Затем инсценировал свою гибель у портала Бездны, что бы избавится от деймана. Завел с любовничком общего сына, вроде мелкий болел очень и жил почти три года как эльф с ним. В награду за победу в игре ему Древние позволили там пожить, как обычному эльфу забрав силу Древних. Ну, когда его призвали сюда, силу ему вернули и даже придали ускорения, – отчитался, о слухах Томайс. – Ты, меня совсем запутал. – В чем? – Он любил эльфа или дракона? И чей у него сын? Если слухи верны ребенок его слабая сторона. Уязвимость! И шанс отомстить за украденные двадцать лет жизни. – Никто точно не знает. Наверное, эльфа он принц второй очереди наследования Светлого леса. Я видел его рыжий очаровашка. Дракон так без роду и племени, бедная пещерка, отсутствие сокровищницы. Вряд ли наш монстр повелся бы на нищету. Ему роскошь и красоту подавай, власть и житье в замках. Дэна драконий камень черный алмаз. Самый дорогой и редкий камень. Ты, помнишь в ушах черные камни, в пупке большой бриллиант и сам такой красавчик сверкающий. – А я точно знаю что, будучи принцем нескольких королевств он больше двух дней не в одном замке не прожил. Жил в лесу как бомж, – не согласился Ариэль. – Ладно, верю, раз ты говоришь, значит, знаешь, что так оно и есть. Кем бы он ни был в прошлом сейчас он мало, чем похож на человека. – Зверь, бездушная тварь, – согласился владыка. – Ночь наступает, давай искать место для ночлега. Палатку одну поставим, лень возится с двумя. – О, ты разделишь со мной ложе? Я счастлив! – Нашел время шутить, столько людей потерял из-за одного... – Вот, именно тебе надо расслабиться, снять напряжение, отдохнуть. Я рядом. – Хм... – Ну, почти согласился, – не сдавался Томайс. – Смотри лесное озеро, чистое. А вон и полянка. Поставим палатку. – Ну не двадцать, а лет пятнадцать точно забрал, – сказал Ари, разглядывая свое отражение в воде озера. Значит, мне сегодня стукнуло, округлим тридцать пять. – Надо отметить твой день рождения и спасение. У меня есть фляжка отличного красного эльфийского вина, в том мире прихватил и ждал случая, что бы выпить. – Повод есть да помянём погибших… Волосы они стали совсем седые как у старца. – Брось, ты красавец и я все так же настаиваю на расслаблении. Пойми нам обоим это нужно, – не сдавался Том. – Демон тебя забери, уговорил. Только, чур, я сверху. – Вау! Иди тогда дров насобирай, палатку разбери я чуть позже подойду. – Хочешь искупаться? – Холодновато, нет подготовится. Ну, ты понимаешь. – Ах, нуда забыл, что ты не девка. – Иди уже. Ари собрал дрова, разжег костер и начал разбирать палатку. Том подошел и помог установить. – Ты, дрожишь? Замёрз? – Нет, – смутившись, ответил Ариэль. – Выпей! Станет легче. – Зря я на это согласился . – Ты обещал, я готовился, ждал, – сказал Том и нежно поцеловал владыку. Затем они снова целовались: чувственно, осторожно, боясь спугнуть близость. Руки Томайса скользнули под рубаху и стали поглаживать спину, живот Ари. Его губы были мягкими и податливыми. Он не отстранился и потихоньку включился в игру. Целовались долго, словно тянули время, отодвигая самый главный момент. – Пойдем в палатку, не дрожи. Ведь ты будешь вести, а я лишь следовать. Глотни еще для храбрости. Целуясь, они стали раздевать друг друга, смущались, краснели, словно это их в жизни первый раз. Легли; руки и губы пошли в исследовательский поход. Трогали, гладили, целовали все, до чего можно дотянуться, достать. Ласки, прелюдии лились щедро и обильно. Пока рот одного был занят, второй нежно гладил его по голове, задавая нужный ритм. – Упс, я слишком быстрый, – сказал Ари. – Слишком много на тебя навалилось. У нас вся ночь впереди. А ты вкусный. – Только сегодня, похоже, бесполезный. – Что ты милый, смотри: вверх-вниз, вверх-вниз и ты снова готов в бой. – Ты, мастер! – Нет, просто давно тебя хочу. Из всех шестерых выживших образцов мне хотелось только Дэна (прости) и тебя. – Он одиночка и никогда не пошел бы на близость. А я ввязался во все это с тобой, что бы заглушить боль, горечь утрат. Прости, я не могу! – Расслабься, я сделаю тебе массаж. Ляг на живот. Томайс начал массаж тот расслабился и заснул. – Ну, вот приплыли. Помоги себе сам – называется. Ладно, не привыкать. Поспи, милый утром не отвертишься. Устрою тебе веселую побудку. Проснувшись утром раньше Ариэля, Том приступил к задуманному плану. "Глубокий сон, вода, грелка. Пора! Все спрятать. Пробуждение!" – Вот, демон! – крикнул Ариэль и упер в ближайшие кусты. Затем на озеро мыться. – Чем, ты меня вчера отравил? – спросил, вернувшись Ари. – Чуть до кустов добежал, хорошо хоть успел. – Ты вчера перенервничал, вот и получил очищение кишечника. Ложись, хватит голым задом лес освещать. Я тебе массаж эротический сейчас сделаю. Расслабься. Ляг на животик. Его руки заскользили по спине, разглаживая, разминая. Следом за ними двинулись поцелуи, покусования. Одна рука ласкала спину, вторая ягодицы. Вскоре ласки перемешались и стали более наглыми, откровенными. Возбуждение Ари набирало обороты, и он уже смутно чувствовал что происходит. Хорошо, как же хорошо. Руки, пальцы губы они были везде, и лишь резкая боль немного подтолкнуло разум к осознанию происходящего. – Тишшш, – все хорошо, успокоил его Том. И спустя несколько мгновений он задвигался ритмично. – Ари..., – его дыхание сбилось. – Ари... – Ты..., ты... Том остановился, спросил: – Мне остановиться? – Неееет. Извращенец. – Если все так плохо, то я все... – Томмм, не останавливайся. Мне это сейчас нужно. Все равно с кем. Продолжай. – Тебе нравится? – Ммм. – Нравится? – Я тебя убью! – Тогда я пошел. – Да. – Не слышу? – Да! Да! – закричал владыка. – То-то. А то мне девок подавай, девок, – обрадовался Томайс. – Теперь, ты мой! – Ох, сильнее! Твой. Крышу сорвало у обоих. Такого не ожидал ни кто. Они еще долго лежали обнаженные и часто дышали, пытаясь прийти в себя, и вернуть крушу на место. – Это, ты все устроил! И утренний пробег и массаж. Ты меня использовал, изнасиловал и... – Не бросил! Готов повторить и не раз. – Ах ты, извращенец! – Ты далек от идеала, но я тебя не брошу до конца игры. Там найду себе молодого, не седого! – Ты еще и издеваешься? – Да, милый. – Идеала он найдет. Все образцы знают, что ты по Дэну сохнешь. Только он птица не твоего полета. Черствый, бездушный убийца. – Вот зачем, ты все испортил? – Что правда не нравится? – Себе настроение, мне. Рану мою душевную разворотил. – Ой-ой! А то, что меня обманом поимел не в счёт? – Девица, девственность потеряла, велика потеря! – Строишь тут из себя соблазнителя, а вот Повелителю на тебя чихать. – Не твое дело. Зад береги! А лучше замок повесь! Цаца! – Извращенец! – Было! – Придурок. – Раскис как девка. – Дибил! – Недотрога! – Неудачник! Оба подскочили и начали одеваться и поковать вещи. – Неженка! – Вот! – Что вот? Ариэль подскочил к Тому и поцеловал. – Что это было? Вот. – Заткнись, извращенец! – Сам заткнись! Броню в трусы засунь, попке спокойней будет. Собравшись, они пошли дальше, шли пока, не пришли в деревню со смешным названием "Козочка". И самое странное она была пуста. Дома целы, а из жителей никого. Ни одной живой души. Только белый пушистый котёнок жалобно мяукал, прося еды. – Малыш, хочет кушать? – спросил его Том. – Расскажи лучше, что здесь случилось? И где все козлы и козочки? – Мяяу. – Котенок, назови его Дэн и таскай с собой, извращенец. – Назову, возьму! Цаца. – Неудачник! – Сам просил продолжать. Недотрога. – Извращенец. – Повторяешься. Придумай что-то поновее. Или заткнись! – Сам заткнись! Осмотрев деревню еще раз, путники решили устроиться на ночлег тут, и на рассвете отправится в путь. Ради этого даже устроили временное перемирие и перестали ругаться. Котенка накормили и оставили возле себя. Тот убегать не собирался. Зачем? Его тут кормят, ласкают и не нужно ему не куда больше. Ариэль с Томайсом устроились на ночлег в доме, где были две кровати. Легли спать одетыми, сняли только броню, мало ли что может случиться. И Тому приснился странный сон. Во сне он увидел Повелителя. – Слышал, ты хочешь меня? – Да. – Не боишься? – Нет. – Смелый? А если обману? – Значит не судьба. – Тогда разденься для меня. Томайс послушно снимает одежду и выжидающе смотрит. – Поиграй с собой. Покажи себя. Тот послушно выполняет приказ. – Хорош! Обслужишь? У тебя аппетитные губы и мне будет приятно. Томайс подходит к Повелителю, становится перед ним на колени и начинает движение и продолжает играть с собой, ведь команды остановится, не было. Ему это нравится, возбуждение обоих растет, растет, накапливается и словно снежный ком готовый сдвинуться и сойти лавиной. Крик обоих сменяет прерывистое дыхание и расслабление. – А ты, мастер. Я готов как-нибудь повторить и сыграть по-настоящему. А ты? – Да, но ведь это сон? – Как посмотреть. Чтобы не осталось сомнений я оставлю след от поцелуя здесь, – он оставляет засос на шеи. – Но я чувствую ваши реальные ласки. – Это и есть реальность. За то, что не боишься и поиграл для меня, я помогу тебе. Недалеко от деревни, в которой ты сейчас есть лес. Вот ориентиры. Там засел один из игроков. Убей его и выиграешь одно очко. Вот кольцо, просто подойди к дому и нажми на камень, оно все сделает само. – Минус один игрок, это почти победа в одной из двух частей. Спасибо, но вам какой резон помогать ведь вы играете на их стороне? – поинтересовался Том. – Я не игрок я разрушитель. Сам по себе. И моя цель уничтожить все вокруг всех и даже игроков. Но тот, кто умудриться выжить, оставшись из вас последним, получит разрешение жить в этом мире, когда его восстановят и очистят, как обычный человек. Ты забавный, смелый и я дам тебе шанс стать этим выжившим. – Спасибо! – После использования кольцо станет артефактом. Захочешь поболтать со мной или обслужить просто сожми его рукой и жди! Томайс проснулся обнаженным. "Это был не сон?" В руке сжимал клочок бумаги с ориентиром, а на пальце кольцо с огромным рубином. Он вскочил и нашел маленькое зеркальце и увидел след от ласк Повелителя. – Это был не сон. У нас есть шанс открыть счет среди участников игры. Спасибо, пусть могущество всегда будет с тобой, Повелитель. – Извращенец, что ты там бормочешь? И почему ты полностью голый? Да и откуда у тебя засос? Ты, нашел любовника в пустой деревне? Или ты взялся за старое? Оденься. – Ой, испугался? Меня что ли голым не видел? – Это не твое дело. – Может и мое. Одевайся, собирайся у нас мало времени, – сказал Томайс и стал торопливо одеваться. – Что ты командуешь? И куда такая спешка? – Быстрее, по дороге расскажу. – Что, ты задумал? – Хочешь выиграть среди участников? Тогда бегом за мной. И они побежали. В лесу был действительно домик. И там кто-то был. Из печной трубы шел дым. Недолго думая Том направил кольцо в сторону дома, благо они подошли достаточно близко увлеклись поиском и нажал на рубин. Из него вырвался шар и через мгновение от дома остались лишь развалины и обломки. Среди них валялся обгоревший труп. – Это образец номер девять. Рамиро. Кажется, так его звали. Темный и участник игры, – тихо сказал Ариэль. – Да. Мы открыли счет два:один. – Ты его убил, даже не поговорив. – Ага, может его, еще поругать нужно было? Заставить перед смертью помолится светлым Древним. – Но так тоже нельзя! – не согласился Ариэль. Тут по мысли связи их поздравили с первой победой и пообещали одноразовую помощь. – Видишь, все чудесно! Цаца! – Извращенец. И откуда ты об этом узнал? – поинтересовался владыка. – Нужно выбирать правильных покровителей! И молится нужным Древним. – Я сделал свой выбор. Моя вера мне поможет, Дар поддержит. – Спасибо, Повелитель! – прошептал Том. – Опять что-то бормочешь, неудачник. – Девка, а невинность то тю-тю! – Заткнись! – крикнул Ари. – Сам заткнись. Котенок всю дорогу сидел в сумке и спал, проснулся от взрыва, выбрался и громко сказал: – Мяяуу. – Твой Дэня кушать хочет. Покорми мальчика. – Да, маленький? Иди мяска вяленого дам. Котенок выхватил кусок из рук парня и стал, есть и мурчать. Прожевав, жалобно посмотрел сначала на одного, затем на другого путника снова сказал: – Мяу! – Мелкий, а прожорливый. – Владыка, тебе жалко котику моего мяса? Кушай малыш, кушай. Этот гадкий дядька всего жалеет, тебе мяса, мне приятных минут. – Заткнись! Сади кота на плечо пора в путь. Второго участника тут точно нет. Видно они разделились и действуют по одному. – Девятый, так глупо попасться. Давай котик садись на плечо и не скользи по броне. Пора в путь. Минус один! – Второго бы найти и все в дамки. А мир? Его уже не спасти, – с сожаленьем сказал Ариэль. – Еще недавно ты так не думал. Вера поможет, дадим шанс. – После встречи с Повелителем я на многое пересмотрел свои взгляды. – И я! Теперь я счастлив, он меня заметил! – Кто? Ты, головой не ударялся? Странный какой-то стал. Бормочет что-то целое утро. И откуда у тебя кольцо? От него разит темной магией. – Это подарок. А об остальном тебе знать не обязательно! – Эта победа досталась как-то просто. Тут что-то не так. Он был не таким глупцом, что бы так нелепо умереть, – сказал Ариэль. – Но победа наша. У нас есть теперь дополнительная помощь. Пусть одноразовая, но есть. Идем чуть к западу есть храм, там остановимся, отдохнем и возьмем воинов для борьбы. – Есть ли он там еще этот храм? – засомневался владыка. – Будем надеяться, что есть, – подбодрил всех Томайс. Месяц они провели в пути. И везде где бы они, не проходили, были лишь трупы и полностью уничтоженные деревни, города. От домов оставались лишь развалины и кучи обломков. Питались, чем придется, но в основном медитировали и восстанавливали силы. – Это ужасно! Не земли, а пустыня усеянная трупами. – Да, Повелитель разошёлся на славу. Такими темпами через полгода от этого мира останется лишь воспоминание, – констатировал факты Ариэль. – Чем раньше все закончится, тем мы быстрее вернемся домой. – Как, ты, можешь так говорить? – А, ты видишь выход? Свет в конце тоннеля? Нет? Тогда воспринимай как должное, – сказал Томайс. – Но мы же все умрем! – Вот это очень может быть, – согласился парень. – Смотрите, впереди свет! Наш свет, – сказал Ари когда их дорога круто повернула. Они поспешили к городу. Он был разрушен, но храм, окруженный ярким щитом света, стоял и был целым. Подойдя к нему, они увидели храмовников. – Вдадыка! Вы, живы! Мы держались, как и приказано до вашего прихода, – сказал настоятель храма. – Молодцы. И много вас? – Всего пятьсот. Все что выжили после осады города. Теперь можно и уходить. Отдохните и завтра на рассвете двинемся на север в наш главный храм. – Да, так и сделаем. Соберите с собой все необходимое, и будьте готовы. Если потеряем и его, мир будет уничтожен. Кто если не мы встанет на защиту света и добра? – спросил Ариэль. – Это все так, только... Что мы можем? Нас всего кучка, а их много. На стороне зла сам Повелитель Тьмы и Хаоса! Мы обречены! – разволновался настоятель. – Мы еще повоюем! Наша кучка стоит немало и может громить темных пачками. Да Повелитель это угроза, но и у него есть слабые места! – Милый, как заговорил то. Почувствовал что не один? – подколол Ари Томайс. – Да шансы у нас нулевые, но мы будем сражаться! – И умрем! – не согласился Том. – Правильно говорит владыка. Если умрем то за правое дело, за веру и свет в сердцах верующих в добро! – согласился настоятель с Ариэлем. – Пустые слова! – Заткнись, неудачник! – крикнул владыка. На рассвете небольшое войско святых воинов двинулось путь. Что бы удержать последний действующий храм Света. Если они его не удержат... Эти мысли гнали от себя все участники похода. Этого боялись, шептались между собой, но вслух не произносили. Запретка. Эта тема сама стала запретной. Но каждое утро просыпались с мыслью о ней. Двигались, вперед собирая по дороге части разрозненных армий, сражались с разбойниками и мародерами на дорогах, разрушенных городах и деревнях. Пряча страх глубоко внутри себя, шли навстречу неизбежности, понимая, что это конец. Конец всему живому, миру и их жизням. Время переводило стрелки, двигалось и подводило путешественников к последнему и решающему бою. В походе летели дни, менялись недели, сменялись месяца. Впереди их шел Повелитель Тьмы и Хаоса, оставляя после себя смерть и разрушения, сеял Хаос в душах путников и мертвые земли. Но святые воины упорно продолжали свой путь, идя по костям мёртвых которыми были вымощены все дороги. Тьма встречала их вязкой и навязчивой дымкой, ласкала и звала за собой. Что бы ни сойти с ума они молились Свету и просили даровать им сил на борьбу и победу. Очищали осквернённые земли и благодарили Светлых за каждый новый прожитый день… Путь на север продолжался год. Они собирали беженцев, ополченцев, воинов. Теперь их армия насчитывала три тысячи воинов. Все они были разные, преследовали разные цели, но вместе их объединяло стремление выжить. Выжить любой ценой. Все они цеплялись за призрачную надежду, что где-то там далеко на севере есть место, где они будут просто жить. Кровь будет течь лишь по их венам, в последний путь будут провожать только тех, кто умер от старости или продолжительной болезни. Взрывы и фейерверки будут по праздникам, а земля будет делиться лишь как удел для фермера или крестьянина. И тишина будет прерываться пеньями птиц и криками: "Горько" – на свадьбах. А стоны будут доноситься лишь по ночам от наслаждения. Мечта о мире без воин и боли все, что они хотели, чем жили, за что умирали. Смертельно раненными шептали: – Ты, только дойди! И проживи эту жизнь за меня! Вера сплотила, звала и вела туда, где мечта. Грязные, оборванные, голодные они шли. Преодолевая трудности и невзгоды цепляясь за шанс. Для кого-то мечта – жизнь, а для кого-то игра. Тотализатор, на который делали ставки и переживали лишь за ценности, поставленные на кон. Развлечение, шоу. От скуки и нечего делать. Древние развлекались, наблюдая, как гибнет мир. Принято решение – уничтожить! Так сделаем это игрой. Можно устроить всемирный потоп, но это скучно, неинтересно и такое уже где-то было. Древние они тоже разные. Есть темные и светлые, плохие и хорошие. У каждого своя роль – предназначение. Темный Повелитель Тьмы и Хаоса сейчас рушит мир, отнимая надежду на лучшее будущие. Он делает свою работу его для нее и выбрали. Делает качественно и добросовестно. Его за это не осудят, наоборот похвалят, если шоу будет красочным и незабываемым. Это уничтожит его человечность! Пусть ведь на то он и темный зарабатывает себе славу среди миров как бессердечного и безжалостного, жестокого Повелителя. Кем он был раньше? Кого это волнует? Ты тот, кем должен быть! Его не забудут и будут бояться, трепетать только от имени, зная что, призвав, получат разрушение и гибель всего мира. Жизнь ничто – могущество все. На нее играют, ее теряют, отдают, дарят, даруют и отнимают! Но эта армия верит, пока еще верит, что Древние вмешаются и остановят Повелителя Тьмы и Хаоса. Подарят свет, и наступит мир. Поздно спохватились, сто лет прошло, а война не закончилась. Говорят, когда в мире рождаются одни мальчики – это к войне. Жизнь идет, рождаются дети даже в хаосе войны. Вырастают, оставляя потомство, становятся воинами и идут воевать. Как круговорот. В этом мире его уже не остановить. И вот у них впереди город. Единственный пока еще целый. Его охраняет сто тысячная армия, а осаждает миллионная армия магов, нежити, магических монстров. Расчищая себе путь Ариэль и его армия, подходят к воротам города. Вспышка яркого света дает возможность поднять ворота и пропустить их в город, пока враги ослеплены ярким светом. И пусть несколько темных магов успели проскочить, когда тяжелые ворота опустились – мелочь по сравнению с тем, что здесь твориться Город встречал их громкими криками. Осажденные радовались их крошечной армии как подарку на день рождения. Помощь! Выжившие со всего мира как их мало осталось, слишком мало. Но жизнь продолжается! С ними поделились едой и одеждой. Мирных распределили по домам, а воинам дали отдохнуть. С рассветом они взойдут на стены и займут оборонительные позиции. Город был большой и имел всего одни ворота. Задняя его часть упиралась в горы и в охране не нуждалась. Горы были высокими без выступов и возможности на них взобраться и перелезть. Их можно перелететь на драконах, но их в этом мире нет. Поэтому в этих местах святые воины не патрулировали стены. Там шла сравнительно спокойная жизнь. Мирное население сейчас там и размещалось. Эта часть города отгорожена от остальных частей прозрачной стеной света и обновлялась ежедневно. Создавая дополнительную защиту. Бои шли в основном у ворот и близ лежащих стен. Опаляющий свет храмовников не подпускал захватчикам подходить близко, поэтому они дистанционную атаку. А нежить и монстры штурмовали стены. Некоторые их виды могли проходить сквозь стены или перелетать их в местах, где патруль уже прошел. Воины и храмовники сражались с ними внутри города и не позволяли пройти дальше. Повелитель Тьмы и Хаоса пока не появлялся. Чего он ждал? Что планировал? Эти вопросы были у всех на устах. Осознание того что вся их защита мгновенно рухнет при его появлении заставляла всех ждать и вздрагивать от каждого шороха. Засыпая и просыпаясь, город, благодарил Древних, за то, что он так и не появился и дал возможность прожить еще один день… Как жаль что жизнь – не сказка где добро всегда побеждает зло. Только в сказках злые и темные повержены, а победители светлые живут долго и счастливо после войны. Здесь реальность, а она не всегда, такая как хотелось и мечталось, особенно в том случае если наступил Судный день. А Повелитель все не появлялся и не появлялся...