Зеленокожий

      Как же я ненавижу ощипывать птиц! Кидаю в рот лишенную оперения цесарку, которую вытащил из своего силка, активно работая челюстями. Весьма приятный хруст костей и вкус свежей крови во рту, отменно так бодрит, особенно после недельной грибково-ягодной диеты. Проклятый курк урун! Сколько можно тащить из моих силков добычу, курхаш тебя подери? Если бы у меня получалось убивать кроликов, что водятся поблизости в избытке, то и претензий к чертовому дикому коту не было бы. Вернее, они были бы не столь значительны. Ни следов оленей, ни волков, ни ещё хоть какой-то живности, так и не было обнаружено, и приходится довольствоваться закусками, в виде белок, цесарок или какого залетного редкого кролика, которому не повезет попасться в мою ловушку. Хватаю ещё несколько грибов с камня поблизости и бросаю их себе в рот. Ладно, голод притупил, пора продолжать работать.       Беру костяную иголку, и начинаю медленно сшивать куски обработанной кожи воедино. Надо побыстрее доделать ремень, на который я планирую держать свою гордость — дубину, верхушку которой венчает три обработанный и скрепленных вместе лозой волчьих черепа. Копьё с каменным наконечником в руки, томагавк также на пояс, который, по-хорошему надо давно заменить, но более тянуть нельзя. Необходимо продолжить мой путь дальше, в глубь земель Лургира. Все же, прошлым днем, в ходе охоты и обхода знакомой мне территории в районе пещеры, до моих ушей донесся очень характерный звук, который был ничем иным, как грохотом падающих деревьев и людскими криками, последовавших за ними. Если я слышу людей, значит где-то обязательно должны быть Стражи и Дозорные, выполняющие роль разведчиков, встреча с которыми станет для меня фатальной. Моя рука так и не зажила. Все прикреплена к телу грубыми перевязками, которые часто приходится менять. Помниться, когда у кого-то в племени случались переломы, шаман несколько раз в три дня натирал места ранения мазью, которая сращивала рану за пару недель. Мне бы рецепт данного отвара ой как пригодился. Это не только увеличило бы мою работоспособность, но и увеличило бы шансы на выживание. Увы и ах, знаниями Зулраг такими не обладал, да и приготовить нужную мазь я не смог бы.       Так, отлично, ремень готов. Аккуратно надеваю его на тело, перекинув через плечо неработающей руки. Отлично сидит, значит с размером не прогадал. Быстро снимаю, ложу на камень и иду в другую сторону пещеры, где у меня лежит небольшая простейшая сумка и то невнятное убожество, на которое я потратил большую часть шкур. Немного повозившись, накидываю на тело грубое одеяние, которое планировалось как плащ, но в конечном итоге, у меня вышло просто некое подобие, неравномерно сшитого одеяла, состоящее из больших лоскутов кожи. Хоть какая-то защита и одежда, состоящая из плотных шкур. От веток, незначительных порезов это ещё может защитить, но вот насчет клинков и когтей меня гнетут сомнения! — АДАЛЛАХАР!       Твою мать, теперь слышу людские крики в пещере! Так, надо как можно скорее валить отсюда. Набрасываю поверх уродского плаща сумку, в которой буду нести мои незначительные запасы мяса и прочей еды, чуть медленнее натягиваю второй ремень, к которому креплю дубину. Хватаю копье и быстрым шагом валю из пещеры, идя вдоль горного хребта. Зараза, опасно идти по открытому пространству, но это всяко лучше, нежели пробираться сквозь растительность, где на тебя могут наброситься со всех сторон. С права меня хотя бы прикрывают скалы, что почти исключает возможность нападения с той стороны. Конечно, есть пара местных диких обитателей, что селятся в горах, плюс могу наткнуться на горных гоблинов, а с этими созданиями все не так однозначно. Пускай, по воспоминаниям прошлого хозяина тела, эти существа в данном регионе вообще не живут, а о существовании данных созданий, молодые орки знали из рассказов шамана и старых воинов, заставших то время, когда племя перемещалось по очень далеким землям. Но курхаш его знает, с кем я столкнусь по пути.       Атур начал скрываться за горизонтом, а я все продолжаю идти вперед. Натыкался на следы живности, но не останавливался и продолжал быстро идти вперед, всецело сосредоточившись на дороге. Небольшие возвышенности, холмы, преодолевать не составляет труда, и на скорости моего пути это никак не сказывалось. Только вот ни одной пещеры на моем пути так и не встретилось, а до заката, по-хорошему стоит отыскать место, где можно укрыться. Так, следы копытного создания судя по размеру, небольшой лесной лани. Их тут полно и нередко соседствуют с отпечатками волчьих лап. Пройдя ещё немного вперед, я таки вышел к крупному бурлящему ручью, на обратной стороне которого, увидел весьма крупного, два метра в холке, массивного медведя, сплошь покрытого рыжей шерстью. Он заметил меня, но лишь кинул мимолетный взгляд, продолжив поедать свою добычу, которая привлекла меня куда больше. Косолапый ел огромного мускулистого зверя, длиной в четыре метра. Длинные, мускулистые лапы заканчивались парными копытами, все тело покрыто короткой черной шерстью, верхушку плоской морды с широкими ноздрями и глубоко посаженными глазами, венчала два длинных рога. Машук, местный, одомашненный орками бык. Эти стадные травоядные животные весьма ценны в племенах, так-как на их могучих плечах перевозят груз, их запрягают в огромные повозки. Также их разводят в огромном количестве, из-за молока, мяса, сала и шкур. Вроде по словам стариков, есть даже племена, что выводят специальные боевые породы данных зверей, отличающиеся большей выносливостью, размерами и силой, за счет чего, их используют в качестве невероятно могучих ездовых зверей.       Так, если рядом есть этот зверь, то велика вероятность наткнуться на стоянку сородичей. Вполне возможно, это отбивавшаяся от племени особь, которую убил медведь. Но велика вероятность того, что медведь просто убил старого, умирающего зверя, которого оставило стадо. Ладно, посмотрим. Лучше сейчас найти убежище, а не предаваться размышлениям. Пойду вверх вдоль течения реки, пока не найду брод. С моей рукой в столь бурную журчащую воду, лезть себе дороже. Что за… Запах крови! Обхватываю крепче копьё, и медленно, скрываясь в тени деревьев, отхожу в сторону, обходя по кругу то место, где я его учуял. Лучше такие места сейчас обходить стороной, безопасности ради, а то стычка с кем-либо будет для меня фатальной. Медленно переставляю ноги, прислушиваясь к окружению…резко отпрыгиваю назад, стоило расслышать мимолетный свист сверху, и справа от меня что-то ударилось об землю. Посмотрев туда, я лишь увидел измазанный в черной крови надкусанный кусок мяса. Сверху раздался шипящий звук, и я немедля развернулся в ту сторону копье и сам посмотрел на верх. Цепляясь за широкую ветку когтями, скалясь и шипя, на меня смотрела мальфарская кошка. Не знаю, та ли это особь, с которой мне довелось встретиться неделю назад, но если и так, то ей очень не повезло. На лапе и теле, отчетливо видны покрывшиеся запекшейся кровью раны, правый глаз слегка подбит и едва открывается, а на правой части морды не хватает клочка шерсти и отчетливо различим след от удара.       Чует моя душа, это точно моя знакомая! Только вот, кто же её так отделал? Судя виду, раны её точно нанесли не когтями и клыками, да ещё и это лысое место на морде, выглядит так, словно его срезали клинком. Ладно, о состоянии кошки могу размышлять долго, но для начала, необходимо как-то его спровадить. Медленно, перевожу острие копья вниз — зверь слегка поддался вперед, сильнее зарычав, продемонстрировав мне рот, в котором не хватало одного клыка, словно его вырвали с корнем. Медленно, обхватываю копье чуть выше, быстро обхватив его за древко, направив привязанный к концу камень точно в землю. Также медленно вонзил его в землю, а курк урун не сдвинулся с места, продолжая рычать. Слегка нагнулся, не прерывая со зверем зрительного контакта, нащупал кусок мяса и медленно начал поднимать. Хищная кошка дернула ушами, зашипев ещё сильнее, немного поддавшись вперед. Просто слегка отбрасываю кусок мяса немного вверх и хищник его хватает пастью в полете, но смотреть на меня не перестал. Вытаскиваю из земли копье, и приставным шагом, отхожу в сторону. Стоило сделать три шага, как курк урун резво отвернулся от меня и полез вверх на дерево. Да у него задняя лапа, чуть ли не в мясо разодрана и он ею почти не работает.       Да чтоб тебя курхаш пожрал! Я и не заметил, как темень стал ещё сильнее. Ладно, мне-то это не вредит особо, но вот место на ночлег найти не помешало бы. Так, вроде что-то нашел-таки… Да, это оно! Корни многовекового дерева врываются из земли, создавая нечто, вроде пещеры. Так, снимаю плащ, ремни, сумку и протискиваюсь между корней, наплевав на большое количество всевозможных личинок и прочих насекомых, что разбегались от моего приближения. О, точно, забираю копье, которое оставил у входа, чтобы снять все с себя. Тут довольно просторно, есть место, где развалится, да и к тому же, только один вход, расположенный достаточно далеко, чтобы я мог среагировать на незваного гостя. Ложусь в самом конце, обмотав плащом сумку с едой и готовлюсь спать. Мальфарский кот — ел мясо орка, в этом не было никаких сомнений. Обычно, они убивают лишь детей, но по словам стариков, порой встречаются настолько сильные и матерые особи, что могут сразить группу тренированных воинов. Только вот встреченный мной был слишком сильно ранен, а потому, вероятнее всего, не решался на меня нападать, ибо был не уверен в своей победе. Только вот кто мог его так ранить? Для орочьей руки, раны были слишком слабыми. Нанеси по нему удар сородич клинком, тварь бы если не распотрошило бы, то точно нанесло бы серьезную рану, несовместимую с жизнью. Да ещё и этот выдернутый с корнем клык, и разодранная лапа… Да тут даже думать нечего, его ранили люди! Курк урун мог угодить в капкан и разорвать себе ногу, или же его могли схватить, зафиксировать и начать постепенно разделывать живем.       Если верить словам старого шамана, некоторые охотники людей верят, что если извлечь клыки у данного зверя, когда он ещё жив, то из него можно будет сделать весьма полезный амулет, одаривающий носящего большой силой. По словам того же шамана, это не так уж далеко от истины, так-как люди, носящие подобные украшения и вправду хорошо стреляют, отменно выслеживают добычу и хорошо себя чувствуют в дикой природе. А вот по словам старых воинов, такие амулеты, нередко изготавливают какие-то элитные разведчики Стражей Лургира, но они почему-то оказывают на них особо сильный эффект, делающий их «подобных зверям». Без понятия, что именно они имели ввиду, да и как изготавливать подобные побрякушки, никто из племени не знал, ибо секрет принадлежал людям, а потому, сами орки мальфарских котов для этой цели никогда не отлавливали. Правда вот, сам факт нашей встречи говорит о том, что встреченная мне особь пострадала от рук охотников, сковавших его и пытающихся сделать себе такие побрякушки. Велика вероятность, что зверь попросту сбежал от них, попутно навредив себе, но я очень сомневаюсь, что с раненой лапой, он был в состоянии далеко от них уйти. Черт, вроде бежал как можно дальше от людей, а вышло так, что они могут оказаться даже ближе, чем до этого. Ладно, лучше для начала пережду ночь и продолжу свой путь с первыми лучами солнца.       Что за? Шум и гам, людская возня и крики, перемешавшиеся со знакомым завыванием и шипением, нарушили мой сон. Звук раздается совсем близко, кажется, с другой стороны дерева и постепенно перемещается ближе ко входу. Вскакиваю, хватаю копье и прячусь у входа так, чтобы можно было одним глазом наблюдать за происходящим. Так, появилась та самая раненая кошка, которую я видел с утра, только вот сейчас она как-то вяло убегает. Вижу, как вздымается её грудная клетка. Тяжело дыша, она просто завалилась на бок, рухнув без сил. — Зея, шая лукшан? Их тукэна!       Снова множество голосов, только совсем близко. Четыре фигуры, начали постепенно появляться в моем поле зрения. Все одеты в маскировочные плащи, вооружены луками, с колчанами, полными стрел, короткими меча и топорами. Жаль, что больше мне не видно… Стоп, один из них выхватил с пояса какой-то светящийся кинжал и подошел вплотную к ослабленному зверю. Он подошел совсем близко к зверю и мне отчетливо была различима половина его лица, просто полыхающая садизмом и жестокостью. Он вонзил странный клинок в открытый бок зверя, и курк урун тут же издал такой длинный, протяжный скулёж, что у меня что-то в сердце быстро заскреблось и меня начало мутить. Только вот твари, что окружили зверя, неистово хохотали от реакции хищника их действия, чем вызвали у меня в душе неподдельный гнев, который требовал выхода. Благо, я ограничился лишь простым сильным сжатием кулаков и не зарычал, едва удерживая себя от такой глупости. Ненавижу тварей, что наслаждаться страданиями и пытками других! Имеете вескую причину чтобы желать человеку смерти и желаете убить его — да пожалуйста. Если считаете, что простая смерть — это слишком слабое наказание для вашей жертвы, особенно если это беспринципный маргинальный выродок — пытайте и мучайте его на здоровье! Но ни в коем случаи, ни при каких обстоятельствах и никогда — нельзя получать удовольствие от пыток и истязаний других. А вот если ты испытываешь удовольствие просто от того, что причиняешь боль и страдания тем, кто гораздо слабее тебя или не может дать серьезный отпор — права на жизнь у тебя нет!       Тварь с ножом, вытащил свое оружие, и уже хотела обойти зверя, достав откуда-то с пояса крупные щипцы. Я хочу их убить, помочь кошке выжить… Но, если это сделаю, охотников точно спохватятся и будут искать. Конечно, люди могут подумать, что их просто убили хищники, что в их среде не новость и не будут посылать отряд на поиски. Только вот для меня даже такие риски не желательны, если я хочу выжить. Сука, но я и не хочу, чтобы зверя выпотрошили. Животные, каким бы оно не было, не заслуживает садистского отношения и мучительной смерти. Что за нах? Курк урун резко дернулся всем телом, широко открыв пасть, слегка подняв свое тело над землёй. Гнида с щипцами этого не ожидала, и зверь легко завалил его на землю, пока сам, мордой уткнулся в его живот, в который тут же впустил зубы с клыками. — АААААААА!       Человек закричал, чем вызвал у меня на душе ликование, но я должен был действовать, если хочу убить людей. Вскидываю копье острием вперед, как раз в сторону одного из охотников, когда тот отпрыгнул достаточно близко к моему логову. Древко быстро слегка вошло в тело, быстро оборвав жизнь моей первой жертвы. Одни из людей тут же взглянул на раненного товарища… Курхаш, он заметил меня! Отпускаю копьё, пока мой неприятель, схватился за лук и достает стрелу, крича во всё горло. Слишком быстро. Отпускаю древко копья, уйдя в сторону, как вовремя перед тем, как в проходе между корнями пролетела стрела. Опытный стрелок попался, зараза! Выхватываю с пояса нож, обхватываю его за острие и резво выскакиваю перед входом. отправляя свой снаряд в полет. Стрела уже покоилась в натянутой до предела тетиве, но лучник не успел среагировать, как мой клинок прилетел ему в руку. Что-то прокричав на своем языке, он резко выронил свое оружие, так и не выпустил снаряд, а я протиснулся сквозь деревья, ринулся прямо на него. С ужасом в глазах, моя цель потянулась за мечом, а я, краем глаза успел разглядеть, как курк урун смог подняться и совершить один точный рывок в сторону почти развернувшегося в его сторону второго охотника. Почти у своей цели, сгибаю ладонь в кулак и наношу размашистый удар по горизонтали, целясь в голову мелкого человека. Он резко ушел вниз, вовремя присев и судя по звуку, успел вынуть меч из ножен. Приподнимаю ногу и наношу удар ней. Треск костей и мимолетное чувство теплого воздуха на ноге… Похоже я зарядил носком в челюсть! Точно, вот он, слегка отлетел от моего удара назад, слегка расплескав кровь, что обильно вытекает из его рта. Делаю небольшой рывок вперед, встав прямо у грудной клетки и со всей доступной мне силой замахиваюсь кулаком и опускаю его на грудную клетку человека. Синие глаза, наполненные страхом и короткое мычание от боли, вызванной моим ударом в челюсть, было всем, что я услышал, перед тем, как раздался хрустящий звук дробящихся рёбер, одновременно с которыми, раздался сильный выдох.       Так он более не жилец… А все, кончено. Мальфарский кот, вгрызся в горло своей первой жертве, кусок живота которой лежит совсем близко от урода, а вот третий, схватившись за обильно кровоточащее горло, слегка качается из стороны в сторону. Так, курк урун умертвил свою добычу и резко развернулся в мою сторону. Медленно, выставляю в его сторону руку, ладонью вперед. Зверь сильно втянул воздух носом, дернул ухом и медленно, сильно хромая, начал подходить ко мне. Сука, моя левая рука. Краем глаза, мне таки удалось взглянуть на неё и тут же на глаза попались крупные царапины и дышащие на ладан ошметки лианы, все ещё фиксирующая руку. Похоже, я её повредил, когда кинулся в бой, а сейчас орочий аналог адреналина перестал действовать. Потом разберусь с ней, а сейчас, нужно сосредоточиться на кошке. Зверь подошел ко мне вплотную, не спуская с меня взгляда. Курхаш, смотря в эти вертикальные зрачки, я могу поклясться, что зверь разумен. Так, приблизился к моей руке, понюхал её, провел шершавым языком. Хм, снова посмотрел мне в лицо, только теперь он резко перевел взгляд на сломанную руку. Подошел чуть в плотную, а что если я… Медленно, опускаю на колени, и зверь тут же принялся вылизывать мои свежие царапины. Ложу руку ему на голову, проводя по короткой черной шерсти, ощущая сквозь неё старые раны. — Что малыш? — Стоило мне начать говорить, как курк урун отошел от меня и продолжал смотреть на меня, пока я медленно гладил его по голове. — Нас обоих эта жизнь потрепал. Хочешь путешествовать со мной?       На мои слова, зверь принялся ластиться под руку и слегка подошел ближе. — Раз так, то тебе нужно имя. Рашук — «отчаянный». Нравится имя?       Одобрительное урчание и зажмуренные глаза, вот, что было мне ответом. Погладив его ещё немного, курк урун пошел от меня прочь и принялся трапезничать одним из трупов. Сам же тоже, решил попробовать. Вытащил клинок из руки своей жертвы, разорвал одежду, разрезал кожу и вырезал несколько кусков мяса. Кидаю в рот… Курхаш, а человечина весьма вкусная. Убираю нож на пояс и хватаю рукой за шею труп, впиваюсь клыками в живот, отрывая кусок за куском. Пока у меня есть столько мяса, надо как следует наесться. Бежать буду далеко и быстро, с моим новым товарищем на плече, ведь у него не выйдет поспевать за мной. Чем быстрее мы свалим отсюда, тем лучше. Лучше будет потом заготовить ещё немного мяса и положить его в сумку, чтобы кормить уже не меня, а кота. Моё путешествие, стало только интереснее.