Предательство

      Слава Богу, Цунаде не успела далеко уйти, она спокойно шла по одному из немногочисленных участков земли, где не было железяк и камней. Снова услышав позади шаги, девушка не остановилась, лишь замедлила скорость. - Цуна, уходи из Портовой Мафии - Дазай был взволнован и напряжён, но сказал он это так обыденно, будто рассуждая о погоде. Девушка же ожидала чего угодно: издевательств, упреков, насмешек, сочувствия на худой конец, но точно не этого. - Ты ничего не попутал? - Я серьёзно, пошли со мной в ВДА, если ты прямо скажешь Мори, что хочешь уйти, он тебя отпустит. - Он скорее прирежет меня на месте скальпелем, чем отпустит. И я уходить не желаю, как ты вообще додумался до такого? - казалось, они оба уже забыли, что пару минут назад почти состоялось великое признание. Но Осаму проигнорировал вопрос, к нему вернулись самообладание и фирменная улыбочка. - Тогда чего ты добиваешься? Что ждёшь от работы в Мафии? Или за четыре года ничего не изменилось? - Как же ты меня достал - О, а может ты хочешь убить своего обожаемого наставника и занять его место? - на лице парня отразилась ядовитая ухмылка. - Я жизнь за него отдам, если будет нужно - она не прокричала это, а произнесла спокойно и без злобы, давая понять, что истина не нуждается в спецэффектах. - Я так и знал, ты связана по рукам и ногам. И я хочу помочь, спасти тебя из этой тьмы. - Я не Кёка, чтобы принимать подачки от детективов и не ты, чтобы бежать поджав хвост! Мафия мой дом и я не покину это место, если надо будет, и жизнь отдам. - Ох, ну конечно, только не веди себя, как старшая сестра, а то вы, мне кажется, любите возводить вокруг себя невидимые стены. - Ты думаешь, мы с Коё-сан похожи? - недоверие и сомнения были слышны в её вопросе. - Ну а что? Очень даже, разве что сестрица более красивая и женственная, нежели ты. - он издевался над Цунаде и даже не пытался этого скрыть. - Глаза б мои тебя не видели! - девушка так резко свернула за угол, что ухмыляющийся Дазай чуть не пропустил поворот, за которым шёл проход к набережной. - Я вспомнил! - Ну что ещё? - блондинка устало села прямо на землю. - Я вспомнил одно задание, мы тогда вдвоём должны были устранить неугодных Мафии чиновников на одном вечере. - Ну и что?! К чему это вообще? - В ту ночь ты была очень женственна и элегантна. - Не напоминай. - Да ладно, я же знаю, что тебе нравится это слушать, все мафиози - эгоисты. - Мне не нужна твоя лесть. - Это чистая правда. - он помолчал с минуту, вспоминая подробности того вечера. - Шикарный ресторан, лучшие блюда и алкоголь, гости - высокопоставленные лица Японии, и ты - прекраснее всех. - Я плохо помню тот день. - Я напомню. На тебе было маленькое черное платье и высокая укладка, как у Одри Хепбёрн, и в этом образе ты подарила мне первый и единственный танец, наш танец смерти. - Слишком пафосно, если бы не приказ, то в жизни бы я не оделась столь вульгарно. - Неа, не вульгарно, а обворожительно, это единственное, за что я благодарен Мори. - Чёртов извращенец. - Это ещё цветочки, дальше ещё интереснее. - улыбка, как у кота, объевшегося сметаной. - Ты о чём? - Ты что даже этого не помнишь? - на самом деле девушка вспомнила, но хотела оттянуть момент, как перед казнью. - Увы, но нет, и вспоминать не желаю. - После удачной зачистки мы напились, и ты позволила себя поцеловать, не знаю правда, что тогда на меня нашло? - Какой же ты невыносимый. - О, так ты не против, чтобы я продолжил? - и не дождавшись ответа, Дазай углубился в воспоминания. - Знаю, я просто не устоял перед твоим ароматом! Что же это были за духи? Стой, не говори, кажется, это были "Opium", да точно, Мори сам их утвердил. Как сейчас помню это наваждение, снизошедшее на меня. - Да как ты умудрился всё это запомнить? - Дилетант. Главное не это. Но я плохо помню, что было дальше. - Отлично, тогда можешь заткнуться. - но Осаму продолжил из принципа. - Холодный пол с разлитым вином и кровью, запахи которых дурманили голову. Резкие и быстрые прикосновения, последующие за ними горячие пьянящие поцелуи. Но более всего запомнились твои стоны, сдержанные, но такие сладкие. Прерасная ночь. - глаза брюнета были печальные, но в то же время счастливые, как будто бы за игру в той сцене ему дали Оскар. - Ты закончил? - Пожалуй, да. А что? - Ничего особенного, просто в очередной раз убедилась, какой ты бессердечный. - Ты жалеешь, что избавилась от ребёнка? - Нет, ни капельки. И я не из тех людей, для которых душевные муки больнее физических. - Вот за это я тебя и люблю. - Я не отвечу взаимностью. - И из Мафии ты тоже не уйдёшь? - Снова за своё? Я никогда не уйду из организации добровольно. И в отличии от тебя, я не задумываюсь о будущем, а живу настоящим. Но если и задуматься, то умру я, как пёс Портовой Мафии. - Я преклоняюсь перед твоей преданностью, как египтяне перед Солнцем. - Я и без этого обойдусь. - Вредина. Я может хочу быть рядом с тобой, а ты сжигаешь все мосты. - Неужели я выбиваюсь из массовки? - Более того, я готов отдать тебе главную роль в своей жизни. - Цунаде усмехнулась, её тоже забавляла вся эта ситуация. - Тогда возвращайся, возвращайся в Мафию. - Но вот об этом, не может быть и речи. - Да какая тебе разница, на чьей стороне быть? Мне конечно всё равно, но играть с жизнями людей ты сможешь и там. - "Весь мир театр. В нём женщины, мужчины - все актёры." Как говорил Шекспир. Ладно! Но при одном условии. - в глазах его плясали черти. - Ты мне ещё и условия будешь ставить!? - Сыграй для меня роль Одри Хепбёрн, ещё раз, и тогда я покорюсь вашим с Мори мольбам. - Тогда ты - Квазимодо! - Ну а что? Неплохой дуэт получится, похлеще, чем Двойной чёрный. Эх, была не была, привет, Портовая Мафия!