Жизнь после дебюта не легка.

Утро. Омега пожмурился и уткнулся головой во что-то очень тёплое и мягкое. Чужая рука на его талии… «Стоп, с кем это я? А одежда?» Чонгук провёл рукой по своему телу. Нагой абсолютно. «Кто здесь? Кто рядом… и что произошло вчера? «О, нет, я не мог!» — лишь одно вертелось в голове младшего. Он открыл глаза, приподнял голову. Рядом Тэхен, такой растрёпанный, домашний, красивый… Он протянул руку к волосам Тэ, поправил их, и тут пришло осознание. Омега резко отдёрнул руку, полностью закрылся одеялом. — Ким Тэхен, немедленно скажи, что между нами ничего не было! — из-за того, что младший резко дёрнулся, у него заломило все тело, как напоминание о вчерашней ночи, — Нет, ты не мог так поступить со мной! — он уже довольно сильно плакал, потому что осознал ВСЕ. Альфа вздрогнул от громкого звука и сразу проснулся. — Ась? Чего? Ты о чем, малыш? — он обнял Гука. — Руки убрал! — омега скинул с себя грабли старшего и вскочил, прикрываясь одним лишь одеялом, — Я о том, что ты занялся со мной сексом, как ты, вообще, мог себе такое позволить?! Мне и восемнадцати нет! — Крольчонок, ты сам попросил… я понимаю, течка, но ты пойми, я же альфа, это физиология. Я нуждаюсь в такой связи с тобой. И ты нуждаешься. — Тэ взял полотенце с тумбочки около кровати и повязав себе на бёдра, приблизился к младшему, насильно крепко обняв, чтоб тот не вырвался. — Прошу, просто послушай меня. — Да ты дурак! Я не хочу тебя слушать! Немедленно отпусти! И больше никогда не подходи ко мне! Ты понял?! — омега смекнул, что его крики и надрывный плач не особо помогают ситуации, и пришлось действовать не по правилам. — Намджун-хен! Насилуют! Спаси меня! Джин-хен! Хосок, кто-нибудь!!! — Ты дурной, что ли? — Тэ быстро заткнул рот омеги ладошкой. — Я прошу тебя. Выслушай. Мне надо все объяснить. Теперь слезы омеги скатывались не с щёк и подбородка, а останавливались на руке альфы. Множество солёных дорожек обжигали кожу и впитывались в нее. Чонгук совершенно не хотел слушать альфу, так что укусил его за руку и когда старший ослабил хватку выбежал из комнаты. — Помогите, кто-нибудь! На шум прибежал Джун. — Что с тобой? Боже, ты голый? Чонгук, что случилось? Младший сразу спрятался за лидера. Будто Тэ его так не заметит. Наивный. Сразу выбежал Ви и словил на себе непонимающий взгляд Намджуна. — Он изнасиловал меня!!! Нет, он заставил меня выкинуть таблетки против течки и потом изнасиловал! Старший на это лиш прорычал: — Все было не так. — Хорошо. По порядку. Давайте сядем, и вы все объясните. Версию Чонгука я понял. Успокаивайся. — альфа посмотрел на Гука и потрепал по волосам. Ребята сели за стол, а младший все жался и прятался за Намджуном. — Это правда, что я заставил выкинуть его таблетки. Правда, что была течка, но я не насиловал, ты сам согласился. Ты просил меня и умолял. Я говорил, что ты потом, наверное, будешь жалеть об этом… но… прости меня пожалуйста. Мы долго даже поцеловаться по-взрослому не могли, потому что ты не видишь во мне никого, кроме друга. Это тяжело. Я не могу без тебя. И хочу тебя. Прости. Это, наверное, неправильно. — С каких пор ты, вообще, распоряжаешься моей девственностью? — Ты спрашиваешь с каких пор? Но… Мы истинные? — Так, если вы истинные, то… что такого? Истинным свойственно заниматься любовью. Тем, что ваши ароматы идеально сочетаются, тем, что вас тянет друг к другу, судьба разрешает, и даже подталкивает вас на близость… Гукки, прости, что я это объясняю, а не Тэ. Так, наверное, было бы проще и тебе, и мне, и, вообще, всем, но кажется, он не справляется. Знаешь, нет ничего позорного в том, что ты не являешься девственником до совершеннолетия, если ты сделал это с истинным. Это естественно. — Намджун, как отец, пытался успокоить младшего, и, кажется, у него это получалось. Он легко улыбнулся. — Я считал тебя надежным другом… а ты поступил вот так! — он перестал плакать, но эмоции все ещё шкалики. — Прости, я не прикоснусь к тебе больше без разрешения, если тебе так угодно. Спасибо, Джун, что помог разобраться! — Тэхен грустно улыбнулся, поправляя волосы. — Всегда пожалуйста, потом, если хочешь, можешь поговорить о первом разе с Джином, он лучше поймёт, омега как-никак, — лидер удалился в свою комнату. — Хорошо. Но… если честно, я все вспомнил и мне, кажется, понравилось. — А что за концерт ты тогда устроил только что?! — Не, я вспомнил это уже когда выбежал из комнаты… а потом надо было уже доиграть. Не показывать же всем, что я глупенький. Прости. Можешь трогать меня, когда хочешь, правда! Все как прежде. И. Можно поцелуйчик? — Омеги, вы с самого детства такие или как??? То орете, как резаные, то поцелуйчики им подавай?! — Но я же извинился! — он виновато отпустил голову. — Ладно. Хорошо. — альфа чмокнул его в щечку, и взяв за руку, повёл обратно в комнату. — Давай оденемся. Чонгук кивнул и послушно последовал за альфой, все ещё чувствуя себя виноватым перед Тэхеном. **** Омега пожмурился и уткнулся головой во что-то очень тёплое и мягкое, тяжесть руки на талии, что нежно обнимает его. Не сон. Все было на яву. Сердце бьется в уннисон. Это чувствуется. Чимин приложил свою маленькую ладошку к груди альфы, сердце. Оно бьётся, как родное. Его стук слышен сквозь одежду и посторонние звуки. Он выбрался из-под гор пледов, которыми был укрыт и нашёл под ними своего альфу. Такой красивый и беззащитный, когда спит. Так хочется дотронуться… поцеловать и… вот Чимин нависает над старшим и наклонятся ближе к альфе. Пара сантиметров до его губ. 3… 2… 1… легкое касание губами, а потом Чимин начинает углублять поцелуй, языком проникает в рот альфы, боязливо, словно исследуя его, касается своим языком чужого. Юнги неожиданно и широко раскрыл глаза, он был немного напуган, но и безмерно счастлив. За пару секунд он понял, что происходит и поддержал поцелуй, играя с языком омеги, переняв инициативу на себя, а руку положив на его затылок. Юнги был нежен, опытен, а вот Чимин, не осознавая иногда покусывал губы Юнги. После поцелуя Юнги ухмыльнулся. — Сладенький… — Юнги провёл худыми пальцами по своим покусаным губам, после облизывая их. Демон похоти во плоти. — Ты тоже. — Чимин смущённо улыбнулся, щёчки его снова порозовели, как вчерашний, пропущенный парой закат. — Доброе утро. Если бы ты всегда меня так будил, наверное, каждое утро было бы добрым. Чимин сидел на бёдрах альфы и дико смущался, пытаясь выдавиться из себя хоть слово. Он просто хотел продолжения. Хотя бы сейчас, когда его не отшивают, вдруг он снова быстро надоест? Он хочет связи с истинным и все тут. — Что с тобой, Минни? — поза, в которой он был под омегой, Юнги ничуть не смущала. Чимин молча наклонился к шее альфы и лизнул ее, расстегнул несколько пуговиц на рубашке старшего. Альфа перехватил руки истинного. — Ты точно этого хочешь? Я тебя ни в коем случае не заставляю. — Ты не хочешь? Я-я так и понял… — омега засуетился. Неловко вышло. — Неправда. Очень хочу. — альфа перекатился так, что теперь Чимин был под ним. Руки омеги он прижал к матрасу своими ладошками, а на шее, всасывая нежную кожу, оставил несколько багровых засосов. Все впервые. Взгляд растерян, ни на чем не фокусируется. Юнги так близко. Наверное, вчерашний сон продолжается. Прикосновения горячие, возбуждающие. Всего несколько засосов, а омега уже чувствует, как тянет внизу живота. Приятное медовое чувство. Первый стон, сдержанный, смазанный, с почти закрытым ртом. — Минни, нас никто не услышит. Не сдерживайся, любимый, — альфа прошёлся горячим шёпотом по уху омежки, остановился там и начал посасывать мочку уха, возбуждая младшего сильней. «Любимый» — слово, которое способно заставить Чимина делать все, что угодно. Он стонет. В стонах можно услышать отдельные слова. Например «хен» или «продолжай». Старший упёрся коленкой в пах младшего. Он чувствовал возбуждение омеги. — Вау, так быстро? Только не запачкай трусишки, ладно? — ох как альфа сейчас ухмыльнулся. Сам увидел бы — кончил, что уж там взять с девственника Чиминки. После пары минут ласк, Чимин все-таки кончил прямо в штаны с громким стоном. — Хе-е-н, я… агх, — младший засмущался. Как ужасно. Так быстро. В жизни бы не подумал, что вот так вот от одних ласк любимого, сразу сдастся. Альфа затянул его в новый поцелуй, а рукой полез в штаны истинного. Расстегнул ширинку и приспустил его брюки. Задрал рубашку, оголив худенький впалый живот омеги. Губами прошёлся от пупка к члену. Юнги, посмотрев последний раз в глаза омеги и, увидев в них желание, облизал головку. Громкий стон сорвался с губ Чимина, отдаваясь приятными звуками в голове Мина. Юнги вбирает член младшего на половину, играет, чертеныш. Ещё один стон. Пак признает, что Юнги хорош во всем, но вот так позорно кончать не хочется. Чимин выгибается в спине и, не сдержавшись, хватает Юнги за волосы на затылке, но тому это не нравится. Какого черта омега доминирует? За это Юн прикусывает член младшего. Самый громкий и сладкий стон слышится теперь. Альфа продолжает издеваться над омегой, пока тот не впивается руками в плед. Всё-таки, Чимин позорно кончает. Незабываемые ощущения и звёзды перед глазами. После этого, альфа решил полностью раздеть омегу. Он снимал одну вещь за другой, параллельно лаская его тело. Также альфа разделся сам. — Когда ты похудел, стал выглядеть очень хрупким. — Х-хен, ты же худее! — омежка пытался говорить связно, но сознание утекало от него все дальше и дальше, оставляя за собой шлейф волнения и грандиозное возбуждение. — Мне неважно. Я альфа и мне можно. — в знак своей правоты, он чуть прикусил сосок младшего, чтоб не думал даже возмущаться. — Малыш, у меня не очень хорошие новости. У меня есть презервативы, но нет смазки. Придётся обойтись природной. Прости. Но я думаю с твоим возбуждением, и этого хватит. — альфа поглаживает внутреннюю сторону бёдра омеги, чтоб он раздвинул ноги. Омега же сразу подчиняется ему. Кивает в знак согласия и чуть жмурится, предвещая происходящее. — Оближи. — альфа поднёс два пальца к губам омеги. — З-зачем? — совершенно не понял Чимин — Если ты не будешь меня слушаться — тебя придётся наказать. Если я сказал, значит, будь добр, сделай. Младший обхватил обеими ручками руку Юнги и взял его пальцы в рот, обильно смачивая их слюной. — Умница. Сейчас может будет неприятно, — альфа поднёс указательный палец к уже влажной дырочке младшего. Поцеловал животик Чимина, чтоб отвлечь его немного и аккуратно ввёл первый палец. Сначала пару секунд дал привыкнуть, а потом начал делать им поступательные движения, не слишком быстрые, но и не затянутые. Одновременно с этим оставлял засосы на стройном из-за голодовок теле омеги. Чимин же в свою очередь ловил кайф. Ему было больше приятно от поцелуев, чем неприятно от того что творится ниже. *** После всего что произошло между этой парой, они лежали в обнимку, наверное, до обеда. Удовлетворённые и счастливые, от собственной жизни. — Чимин, я понял, я люблю тебя и хотел бы спросить. Ты будешь моим парнем. Будешь рядом со мной всегда? — через голос альфы сквозило волнения «пожалуйста… согласись…» — FOREVER. — омега был уверен. Это его альфа, его чувства и его счастье.