Монстр из китайского квартала

Ынха смеется, по-настоящему, впервые за долгое время. Шутка дурацкая, но сегодня она чувствует себя так легко, что смех сам рвется наружу. Она оттирает слезы, которые проступили (вот сюрприз!) не от боли или страха, и благодарно смотрит на нового друга. Вот уже где-то неделю Ынха тесно общается с Джусоком, бывшим парнем Юны. Да, звучит не очень, но все не так плохо. Джусок и Юна встречались еще в средней школе. Это была их первая влюбленность — Джусок подарил Юне шоколад на день святого Валентина, и они начали встречаться. Продлилось это недолго, не больше трех месяцев — и все это время их отношения были больше похожи на дружбу, нежели на что-то большее. Они держались за руки, иногда гуляли, а один раз Джусок даже поцеловал Юну в щеку. На летнем фестивале, перед началом последнего семестра средней школы, они расстались. Юна почувствовала, что больше не нравится Джусоку — это было логично, ведь они были детьми и вряд ли были способны на сильные чувства — и порвала с ним. Они остались хорошими знакомыми и время от времени болтали в коридоре. Поэтому, когда Джусок заговорил с Ынхой несколько дней назад, она не сильно удивилась. Юна, наверняка, переживала из-за того, что ее подруга отдаляется, но, с другой стороны, Ча хотела хотя бы рядом с друзьями не думать о другой стороне своей жизни. Она не могла рассказать ничего Юне, поэтому беспокойный взгляд той или мутные вопросы Ынха воспринимала очень тяжело. С Джусоком было куда проще. Он не требует сиюминутных объяснений, часто шутит и болтает о ерунде. Ынха, наконец, снова почувствовала себя живой, и ей это нравится. Однако ее улыбка еще не успела исчезнуть с губ, когда она поймала напряженный взгляд Ханя. Нахмурившись, девушка ощутила, как страх снова незаметно подкрадывается к ней. — Пойдем отсюда, — заметив перемену в настроении подруги, Джусок легонько дотронулся до плеча девушки, чем вызвал еще более озлобленный взгляд Лухана, направленный теперь уже в его сторону. Ынха кивнула, боязливо обернувшись на Лу, и последовала за Джусоком. Она не знала, что в тот момент Хань был не единственным, кто наблюдал за ними. В углу сидела Юна, тревожно посматривая то на парочку друзей, то на взбешенного Лухана.

***

— Какого черта ты с ним делала?! — взбешенный Лу со всей силы ударяет кулаком о стену прямо рядом с лицом Ынхи, отчего та испуганно дергается. Они стоят во дворе школы, у старого сарая, который сейчас служит складом — Лухан, не слушая ее, силой вытащил Ча на улицу. — О чем ты? — отчаянно храбрится девушка, силясь придать голосу уверенности. — С кем хочу, с тем и общаюсь. — Не беси меня, — угрожающе шепчет Хань. — А то что? — Ча задирает подбородок, усилием воли заставляя себя заглянуть в глаза парня. Сейчас перед ней стоит не запугавший округу убийца, а просто ревнивый подросток. Лу улавливает перемену в настроении Ынхи. — Я убью его, — рычит Лухан, а Ча вздрагивает. Она знает, что парень и правда способен на это — она видела это своими глазами. — Он просто друг, — потупив взгляд, Ынха отталкивает Ханя, чтобы уйти. Как ни странно, на этот раз Лу не пытается задержать ее. — Не общайся с ним больше, — уходя, слышит Ча. Что ж, Ынха и правда не общалась больше с Джусоком — по крайней мере, в школе. Они постоянно переписывались и, наверное, так стали даже ближе.

***

Лежа вечером на кровати, Ынха прокручивает события сегодняшнего дня в голове. Как она могла позволить себе забыть, кто такой Лухан на самом деле? Он мафиози, преступник, убийца. Убийца. Он отнимает жизни, даже не задумываясь об этом. Он режет, бьет, стреляет. Он убивает. Ынху передернуло. Что творится с ее инстинктом самосохранения? Просто подросток? Да это смешно! Девушка перевернулась на другой бок и закрыла глаза, пытаясь уснуть, но тут же четко увидела картинку — Лухан бьет кулаком о стену. Он злится, губы немного подрагивают от напряжения, на лице и руках проступают вены, глаза горят яростью. Ынха резко садится на кровати и вдыхает, будто проснувшись от кошмара. — Что за..? — негромко произносит она. — Я мазохистка или самоубийца? Он не может ей нравится. Только не он. А то, что она думает о нем в таком ключе — настоящая катастрофа.

***

Ынха полулежит на диване в номере Лухана, смеясь от очередной шутки Джусока и быстро строча сообщение ему в ответ. Она немного потеряла бдительность, потому что Хань занят чем-то важным в другой комнате — кажется, заключает какую-то сделку по телефону. Нельзя сказать, чтобы Лу больше ее не пугал, но Ынха примиралась с текущим положением дел и немного успокоилась. Коробка под ее кроватью доверху набита деньгами, которые она не знает, куда девать (и вообще — законно ли их тратить?), Хань только запугивает ее иногда, но никогда не причиняет вреда, в его дела она не лезет, чтобы не узнать то, что потом захочется забыть. Лухан выходит из комнаты, но Ча не обращает на это внимание, потому что вновь смеется из-за сообщения друга. Лухан, нахмурившись, подходит ближе и выхватывает телефон девушки. — Эй! — тут же вскрикивает Ча. — А ну отдай! Кожа девушки покрывается мелкой испариной, когда она видит, как мрачнеет Хань. — Я же говорил тебе с ним не общаться! — кричит он и швыряет телефон на пол, так, что экран устройства разлетается вдребезги. — Мы не разговаривали, — неумело оправдывается Ынха, — только переписывались. Лухан одним движением прижимает Ынху к поверхности дивана, наваливаясь всем телом. Он грубо срывает с нее блузку, так, что пуговицы отлетают, и задирает лифчик наверх, обнажая трепещущую от сбитого дыхания грудь Ынхи. Ча в ужасе пытается оттолкнуть парня, но он пресекает все ее усилия, зажав руки над ее головой. Он больно сдавливает запястья, так больно, что на глазах у Ынхи проступают слезы. Она извивается всем телом, стремясь ногами скинуть с себя мучителя, но ничего не выходит, и Лу второй рукой хватает бедро девушки. Она чувствует, как его пальцы оставляют следы на ее коже. Она кричит, отбивается, но все равно чувствует, как его ладонь поднимается выше. Он касается ее трусов и резко спускает кусок ткани вниз. Страх сковывает все тело Ча, она отчаянно сводит колени, но Хань, выпустив ее запястья, двумя руками раздвигает ее ноги и притягивает к себе, чтобы оказаться как раз между ее ног. Ынха ревет, изо всех сил колотит по груди Лухана кулаками. — Пожалуйста, не надо, — умоляет девушка. — Зачем ты это делаешь? — рыдая, ослабевшим голосом спрашивает она. — Чтобы ты поняла, что ты моя, — растегивая ширинку, отвечает ей Лу. — Ты монстр! — вопит Ынха, из-за слез уже не видя ничего перед собой. Лухан замирает на секунду от этих слов. Очнувшись, он отбрасывет девушку в сторону, как надоевшую игрушку. Не сказать, что его задела эта фраза, но он больше не может видеть перед собой Ынху. — Ты пожалеешь об этих словах, — угрожающе предупреждает он и уходит. Ча медленно дышит, пытаясь прийти в себя. — Ты в порядке? — Ынха слышит, как открываются двери лифта и к ней кто-то подбегает. Еле подняв руку, чтобы протереть глаза, Ча видит обеспокоенную Келси, которая помогает ей сесть. Келси обнимает Ынху за плечи и целует в лоб. Поглаживая растрепавшиеся волосы Ча, она шепчет, — все хорошо. Все позади. Ынха, не в силах произнести ни слова, ощущает, как из глаз льются слезы. Тело подрагивает от беззвучного плача в объятиях черноволосой девушки. — Ну-ну, — Келси покачивает Ынху. — Не плачь. Тебе надо сходить в душ, Лухан ушел куда-то с бандой, так что вернется не раньше, чем через пару часов. Позволив на себя опереться, Келси доводит Ынху до ванной комнаты, и регулирует воду, пробуя ее рукой. Когда, наконец, вода обретает нужную температуру, Келси обращается к Ча, — я буду за дверью. Зови, если понадоблюсь. Ынха все еще не может унять дрожь в теле. Встав под струю теплой воды, она яростно растирает кожу, пытаясь смыть мерзкие прикосновения. Она чувствует себя грязной, ей противно трогать свое тело. «Ты моя», — вспоминает Ынха слова Ханя, и снова плачет. Она чувствует себя вещью, чужой вещью.