Монстр из китайского квартала

— Тебе нужно уходить, — слышит Ынха, когда выходит из душа. Она удивленно смотрит на Келси, не понимая, что та имеет в виду. — Я и не собиралась тут оставаться, — хмурится Ча. — Нет, ты не поняла, — мотает головой девушка. — Тебе нужно бежать из города, и как можно дальше. — Но ты ведь говорила... — недоуменно начинает школьница. — Я прекрасно знаю, что говорила, — раздраженно прерывает ее Келси. — Но теперь я поняла. — Что поняла? — переспрашивает Ынха. — Ты не такая как мы, — вздыхает Келси. — Не знаю, хорошо это или плохо, но это место однозначно не для тебя. — И что же мне делать? — теряется Ча. — Я помогу тебе сбежать, — борясь со страхом, как можно более уверенно заявляет Келси. — Но если он узнает... — шепчет в ужасе девушка. — Не узнает, — пытаясь убедить в этом скорее саму себя, нежели подругу, кивает брюнетка. — Я позабочусь об этом. А ты, — она смотрит на Ча, — позвони родителям и скажи, что тебе нужно уехать на время из Сеула. Постарайся убедить их не искать тебя и не подавать заявление в полицию. — Ты издеваешься? — скривившись, саркастично спрашивает Ча. — Я же несовершеннолетняя, конечно, они меня не отпустят. — Тогда напиши СМСку, придумай что-нибудь, в общем, — Келси нервно отмахивается от Ча. — Я сейчас приду, а ты разберись с родителями и уничтожь симку после, — направляясь к лифту, Келси раздает указания. Замерев на секунду, она строго добавляет. — И никуда отсюда не уходи! Ча с тяжелым сердцем садится и достает разбитый телефон. Открыв контакт "Мама", начинает строчить сообщение, время от времени все стирая и начиная заново. "Мам, — пишет она, — я знаю, как это прозвучит, но ты должна поверить мне. Мне нужно уехать из города на какое-то время, пока не знаю, сколько это продлится. Пожалуйста, не ищите меня и не обращайтесь в полицию — мне это только навредит. Передай папе, что я люблю его. Целую, твоя Ына". Она специально написала свое имя неправильно, потому что в детстве постоянно ошибалась и писала его как "Ына" — так мама поймет, что ее не похитили и сообщение она набрала сама. Закончив, Ча вынимает симку и раздавливает ее, наступив со всей силы ногой, а остатки выкидывает в приоткрытое окно. Келси возвращается с черной спортивной сумкой и кидает ее к ногам Ынхи. — Тут есть все необходимое, — объясняет Келси. — И вот еще, — она достает из-под подвязки для чулок несколько сложенных крупных купюр и отдает их Ча, — этого должно хватить на первое время. — Я не могу их взять, — отказывается Ынха. — Почему? Потому что я их своим телом заработала? — усмехается Келси. — Детка, речь идет о твоей жизни, не время привередничать. — Нет, ты не так поняла, — пытается оправдаться девушка, но, увидев укоризненный взгляд черноволосой, затихает. — Ладно, я возьму, — Ча протягивает руку и забирает деньги. — Так-то лучше, — кивает Келси. — А теперь пойдем, пока "Драконы" не вернулись. На улице снова темнеет, что на руку беглянке. Девушки быстро проскальзывают к черному ходу. Ынха, переодетая из школьной (теперь порванной) формы в футболку и джинсовые шорты Келси, достает серую кофту из сумки и застегивает ее прямо до горла, натягивая на голову капюшон. Остановившись, она поворачивается к Келси. На глаза наворачиваются слезы, и Ынха, следуя внутреннему порыву, резко обнимает брюнетку. — Спасибо, — шепчет Ча срывающимся голосом. — Правда, спасибо. — Ты не принадлежишь этому месту, — обнимая девушку в ответ, откликается Келси. — Ну все, тебе пора, а то пропустишь последний автобус, — придав голосу твердости, отстраняется она. — Пока, — машет Ча и, увидев взмах в ответ, уходит, заставляя себя не оборачиваться. Уходит из китайского квартала, как она думает, навсегда.

***

На вокзале Ынха задумчиво рассматривает электронное табло и решает взять билет на первый же автобус — она боится, что за ней следят, что ее преследуют, как добычу. Она нервно оглядывается вокруг, подходя к кассе. — Один билет в Пусан, пожалуйста, — торопливо выговаривает она, протягивая деньги. Миловидная женщина пожилого возраста делает все очень медленно, что страшно раздражает Ынху. Девушке хочется убежать, скрыться от мнимых преследователей, но она пытается выкинуть эти мысли из головы. Наконец, она хватает долгожданный билет и стремглав запрыгивает в автобус, который отправляется через пару минут. Сев у окна, Ча достает наушники и старенький плеер, который подсунула ей Келси. Музыка в нем довольно странная — какие-то инди-группы, немного рока и древней попсы, но Ынхе это не так важно. Когда она чувствует, что автобус тронулся с места, она, в конце концов, позволяет себе расслабиться и закрыть глаза. До Пусана ехать четыре с половиной часа, и приедет она туда уже ночью, поэтому непонятно, сможет ли она вообще найти место, чтобы переночевать.

***

Пусан встречает ее свежим ночным воздухом, который пахнет, как свобода. Ча, уже не торопясь, прогуливается по улицам, замечая то там, то здесь редкие огни. Она доходит до одинокого пляжа и садится на холодный песок. Размеренный шум волн, звезды и звуки ночи ощущаются, как умиротворение. Все ужасы китайского квартала, преследующие ее во снах, забываются, и Ча, незаметно для самой себя, погружается в полудрему, которая разрушается с наступлением рассвета. Отряхнув одежду, Ынха решает найти ночлег на завтра, и, бросив последний взгляд на бесконечное, как ей кажется, море, направляется обратно к городу.