========== Глава 2. Поспешай не спеша ==========
1 апреля 2018 г., 14:33
Бесконечная небесная равнина простиралась, как могли видеть глаза. Ни тучки, ни даже маленького облачка. Мерное гудение мотора, полуприкрытые шторки иллюминаторов. Джоанна привычно положила голову на плечо Кристиана и прикрыла глаза. Она любила вот такие рейсы — на маленьких самолетах, когда пассажиров по пальцам пересчитать. Тихо, без суеты, без храпа впереди или без коленок, подпирающих твое сидение сзади.
Джоанна почувствовала, как Кристиан осторожно прикрыл ее коленки пледом, тихонько поцеловал волосы. Улыбнувшись ему в плечо, она устроилась поудобнее. Несмотря на дневной полет, она с удовольствием бы сейчас подремала, ночь выдалась жаркой во всех отношениях.
— Что-нибудь желаете? — прозвучал тихий, еле слышный голос стюардессы.
— Швепс со льдом, — так же тихо ответил Кристиан, Джоанна услышала, как он открыл ноутбук. На ранчо ей и отцу удавалось отвлекать его от ежедневной работы, но Кристиан считал, что должен каждый день быть в курсе происходящего. И сейчас перед возвращением проверял, нет ли вопросов, требующих срочного вмешательства.
Сквозь легкую дрему Джоанна слышала и тихое шипение пузырьков лимонада, и легкое постукивание пальцев Кристиана по клавишам, и ровное биение его сердца под ее рукой.
Открыв глаза, она какое-то время с улыбкой наблюдала за ним. Когда он, на мгновение прикрыв глаза, откинулся от ноутбука на спинку кресла, она придвинулась и коснулась губами его губ. Не открывая глаз, он улыбнулся и рукой, что все это время обнимал ее за талию, придвинул к себе.
— Интересно, где мы? — произнесла Джоанна, повернувшись к иллюминатору, как только смогла отпустить губы Кристиана.
— Примерно пять тысяч метров над океаном, — раздался голос стюардессы рядом. Джоанна повернулась:
— Два швепса со льдом, пожалуйста.
— Да, мадам.
Едва девушка отошла от них, как за спиной послышалось деликатное покашливание.
— Прошу прощения… — они с Кристианом одновременно обернулись. Облокотившись на кресло Кристиана, позади них стоял молодой мужчина лет тридцати. — Месье Кристиан Рокье, если не ошибаюсь?
— Мы знакомы? — Кристиан удивленно кивнул, протягивая руку.
— И да, и нет, — пожимая ее, улыбнулся мужчина. — Скажем так, у нас есть общий знакомый. Этьен Пру, — видимо, не желая далее озадачивать Кристиана, пояснил их новый знакомый и добавил: — Простите мою бестактность. Франк Лабутен, пресс-атташе центральной штаб-квартиры Интерпола.
— Как там наш месье новоявленный папаша? — улыбнувшись, спросил Кристиан.
— Мечется между домом и работой, засыпает в лифте и глушит кофе так, что опоздавшим на работу кофейный автомат лишь разочарованно мигает.
Едва всеобщий смех утих, как появилась стюардесса.
— Ваш «Швепс», — она поставила на столики высокие стаканы, в которых весело играли пузырьки, а по бокам стекали соблазнительные капельки. — Месье Лабутен, будьте добры, займите свое кресло. Мы сейчас будем обходить атмосферный фронт, может потряхивать.
— Что-то не так? — подняла голову на стюардессу Джоанна.
— Все в порядке, мадам, — улыбнулась та, — нам это грозит лишь задержкой прибытия в Дублин.
— Еще поговорим, — улыбнулся Франк и пошел к своему месту.
Стюардесса не ошиблась, буквально почти тут же их начало сначала еле ощутимо, а потом вполне прилично потряхивать. Но пилоты вели самолет так уверенно, умело выравнивая его, что пассажиры, казалось, даже не обратили внимания на временные неудобства полета.
— Так странно, да? — Джоанна посмотрела в иллюминатор. — Все такое же чистое небо, и не скажешь, что совсем рядом фронт.
— В это время над заливом почти каждый день так, — улыбнулась стюардесса, подойдя за опустевшими стаканами.
Проводив ее взглядом, Джоанна снова легла на плечо Кристиана, наблюдая, как на экране ноутбука то мигают цифры, то бегают строчки.
***
— Что-то сегодня особенно сильный ветер, — пробормотал второй пилот, переводя взгляд с одного прибора на другой. — Наверное, встретились два вихревых потока, — ответил ему капитан. — Ничего, сейчас возьмем чуть левее. В Дублине у нас будет приличный запас времени, в Париж должны прилететь вовремя. Самолет вдруг тряхнуло так, что штурвал чуть не выпал из рук капитана, но тот быстро сориентировался и вернул самолет на курс. — Черт! — второй пилот бросил взгляд на капитана, тут же переведя его на приборы, пробормотал: — Что-то правый двигатель странно себя ведет. Не критично, но… — В Дублине попросим техников посмотреть, — ответил капитан. Вскоре самолет снова спокойно парил в чистом голубом небе, пассажиры кто дремал, кто смотрел кино. Франк вернулся к Кристиану и Джоанне и рассказывал им про рабоче-отцовские будни Этьена, на телефоне даже нашел фото с крестин юного месье Эдвина Пру. И только второй пилот обеспокоенно посматривал то на приборы, то на часы. До Дублина оставалось чуть больше двух часов.***
— Пора уже в графике учитывать эти чертовы ветра над Мексиканой… — пробурчал один из стоящих на взлетной полосе техников Дублинского аэропорта, наблюдая, как «Citation CJ3» заходит на посадку с опозданием почти в час. — И чего ты разворчался, — пожал плечами второй, — у них просто дозаправка. — И слава Богу, — первый поднял с земли тормозные колодки и направился к тормозящему самолету. — Через сорок минут садится арабский «Аэробус», там и дозаправка, и техосмотр. К самолету оба техника подошли как раз в тот момент, когда его двигатели затихли, дверь открылась, и наверху показался второй пилот. — Ребят, — спускаясь по трапу, обратился он как раз к первому из техников, пока второй ставил тормозные колодки под колеса, — посмотрите правый двигатель. После прохождения фронта он как-то странно себя вел. — Хорошо… — огорченно процедил сквозь зубы техник. Ну, вот тебе и «просто дозаправка»… — Что тут у тебя? — подошел к нему второй после того, как закрепил топливный шланг. — Давлением выбило болт. Ерунда, — ответил первый, доставая из технического чемоданчика ключ. — Сейчас закручу. Делов-то… — Ок, — кивнул второй и вернулся контролировать заливку топлива. На удивление и досаду техника болт никак не хотел закручиваться до конца. Часы недвусмысленно намекали, что, если он не поторопится, то получит нагоняй от диспетчеров, которым придется разруливать маленький «Citation CJ3» и гигантский «Аэробус». Не так-то просто развести слона и муравья. — Я все, — второй техник вернулся к нему. — Как у тебя дела? — Тоже готово. Болт закрутился не до конца, но стоял прочно. «Нормально», — решил первый. Тут лететь-то всего ничего. — Ну, что там? — спросил второй пилот, когда техники подошли к самолету. — Все нормально, слегка ослабло крепление, я затянул, — спокойно ответил первый, пока второй убирал тормозные колодки. — Отлично, — кивнул пилот. «Успели», — подумал техник, провождая взглядом взлетающий «Citation CJ3». Вдали уже показались очертания «Аэробуса».***
— Так! Всем мыть руки и переодеваться. Я пока поставлю мясо в духовку. Саша посмотрела на часы и обернулась на загоняющего в гараж машину Макса. Из-за большой аварии на трассе они, возвращаясь из Диснейленда, попали в гигантскую пробку, проторчав в ней в итоге четыре часа. Уже стемнело, почти десять, а ужин еще даже не начинал готовиться. — Может, бутербродами обойдемся? — спросил, свисая с перил лестницы, Рон. — Я тебе дам бутерброды… — погрозила пальцем Саша. — Мне отец с Джоанной велели нормально тебя кормить. А бутерброды — это не еда, а так… — Времянка, — закончил, смеясь, Рон и побежал в свою комнату. Когда он, Макс и няня с Вики на руках показались на кухне, из духовки уже доносились слюновыделяющие ароматы. — Саша, я пойду укладывать Вики, — няня подошла к ней, когда та проверяла, не готово ли мясо. — А Леа и Эдвард? — Уже спят. Звонил месье Дэймон, у него там кто-то заболел, он остался дежурить в ночь. — Вам помощь нужна? — Нет, Сашенька, справлюсь, — няня, улыбаясь, поправила лежащую на ее плече руку уже засыпающей Вики. — Вы кушайте, отдыхайте. — Хорошо, мадам Флор, спасибо. — Саша проводила няню взглядом, посмотрела на Рона. — На тебе хлеб, — перевела взгляд на Макса, — на тебе овощи и лимонад. — Ты просто молодец, — улыбнулся Макс, открывая холодильник. Одри уехала на какую-то медицинскую конференцию, поэтому за кухню отвечали все понемногу. — Бабушка меня с детства приучала, — выключая духовку, сказала Саша, — я в семь лет спокойно дома оставалась одна. И приготовить себе могла, и даже что-то там к бабушкиному приходу с работы напечь умудрялась. Рон поставил на стол огромную плетеную корзинку с хлебом, схватил пульт. — Хочу узнать результаты сегодняшнего заезда на Венсенском ипподроме, я поставил сто евро на Адмирала, — пояснил он в ответ на удивленный взгляд Саши. — Не рановато ли для азартных игр, молодой человек? — улыбнулся Макс, ставя рядом с корзинкой огромную салатницу, уже заполненную нарезанными овощами, оставалось только заправить. — Папа разрешил. К тому же сто евро я сам заработал, на конюшнях все прошлые выходные работал. — Рон включил телевизор, как раз заканчивался выпуск новостей. — Ну, если папа разрешил… — усмехнулся Макс и снова направился к холодильнику за льдом для лимонада. Саша лишь покачала головой, раскладывая нарезанное мясо по тарелкам. — А сейчас традиционный обзор пробок, — раздался голос диктора в телевизоре. — Все еще стоит центр Парижа и выезды к районам Дефанс и Монмартр. Так же сложная обстановка на трассах, ведущих в Сюрен и Шеврёз. В остальном дорожную ситуацию для вечера воскресенья можно назвать относительно спокойной. Впереди спортивные новости и прогноз погоды. — Кто-нибудь достаньте стаканы, — попросил Макс, ногой захлопывая дверь холодильника. Одна рука его была занята графином с лимонадом, в другой он пытался удержать ведерко со льдом. — Ты бы может по отдельности все это нес… — засмеялась Саша, снимая стаканы с сушки. — Уважаемые телезрители, мы вынуждены задержать выпуск спортивных новостей в связи со срочным сообщением, — диктор, уже готовый передать эстафету стоящему в студии спортивному комментатору, посмотрел на переданный ему листок, пробежал его взглядом, поднял глаза на камеру. — Только что стало известно, что в районе северного хребта Французских Альп исчез с радаров самолет, следовавший рейсом из Далласа. — Как хорошо, что папа с Джоанной только сейчас будут вылетать… — прошептала Саша, останавливаясь рядом с Роном и смотря на экран. — На данный момент известно, что никаких сигналов бедствия экипаж не подавал. Учитывая сложный горный рельеф, спасатели пока не добрались до предполагаемого места крушения. Кроме непосредственно четырех членов экипажа на борту было шесть пассажиров, — диктор снова взял в руки листок, — управляющий центрального офиса «Credit Suisse» Йохар Росар, основатель и бессменный главный редактор журнала «ELSE» Миранда Шторр с секретаршей Ингрид Льюис, пресс-атташе центральной штаб-квартиры Интерпола Франк Лабутен… — Вот жеж блин… — замерев с содержимым в руках, пробормотал Макс, — одно имя громче другого. Все называемые диктором имена действительно были хорошо известны причастным к данным структурам людям. — А также, — продолжил диктор, — Директор Генерального Управления внешней безопасности Французской Республики Кристиан Рокье с женой. Кусочки льда катились по полу во все стороны, натыкаясь то на стулья, то на ножки стола, бурные реки лимонада настигали их, закручивая в свой водоворот, а три остолбеневших фигуры не сводили глаз с телевизора, на экране которого один за другим появлялись фотографии пассажиров пропавшего рейса. И когда на них, улыбаясь, с экрана посмотрели любимые глаза, раздался звон выпавших из рук Саши стаканов.***
Первое, что она почувствовала, придя в сознание, был холод. Откуда-то сверху дуло так, что правая рука буквально окоченела. Осторожно пошевелив руками и ногами, она поняла, что ничего не болит. Значит, слава Богу, переломов нет. Джоанна открыла глаза и осмотрелась. Тут же обнаружился источник холода — разбитый иллюминатор прямо над ней. Последнее, что она помнила, как, уже поняв, что они падают, Кристиан обхватил ее и крепко прижал к креслу, закрывая собой, чтобы уберечь от падающих сверху вещей и в случае жесткой посадки от травм. Но сейчас его не было рядом. Медленно приподнявшись, Джоанна осмотрелась и первое, что увидела — выглядывающую из-под груды обломков в переходе между креслами руку с так хорошо знакомыми ей часами и обручальным кольцом на пальце.
