Дорогой дневник

      «Вспомнит ли Киллиан меня когда-нибудь? Может, это вообще к лучшему? То, как он себя ведет, точнее то, что ему вбили в голову, не лезет ни в какие рамки. Зачем Реджина это сделала?       Стоит ли мне вообще говорить ему о ребенке? Он ведь пришелец. Вдруг завтра за ним прилетит долбаный звездолет и заберет его домой? А я, как всегда, останусь одна. Пусть хотя бы у одного из нас не будет разбито сердце.»       Дописав сегодняшние заметки, Эмма глубоко вздохнула, распрямившись в кресле. Она никогда не думала, зачем продолжает записывать все в дневник. Привычка ли это? Или по-прежнему лекарство? Только дневник продолжал открываться каждый день с завидной регулярностью.       Потянувшись, девушка дотронулась до заметного только ей живота. Он становился больше как будто с каждым днем. Такими темпами он будет виден недели через две. Эти мысли вызвали у девушки непроизвольную улыбку и одновременное чувство беспокойства. Старые раны давали о себе знать. Этого ребенка она просто не может потерять. Ведь она умрет вместе с ним.       Время близилось к девяти утра. Дэвид ждал ее к десяти для заполнения бумаг и вводного инструктажа. Так начиналась по-настоящему новая глава ее жизни. По крайней мере, Эмме так казалось. Спустившись на кухню, она плеснула себе горячего чая, обхватывая кружку обеими ладонями и вдыхая ягодный аромат…       Дорога стала совсем сухой, дождя не было уже третий день. Свон добралась до центра довольно быстро, остановившись только в библиотеке, чтобы взять парочку новых книг, и в кафе.       Эмма не обнаружила шерифа на месте, прибыв в участок немногим позже назначенного. На столе лежала записка от него, в которой говорилось, что он уехал на вызов и велел ей заполнить необходимые бумаги. Отодвинув пачку документов, девушка положила бумажный пакет на край стола. Внутри был ароматный сендвич с сыром и черный кофе, которые Эмме заботливо упаковала владелица кафе. Взглянув на пакет еще раз, Свон схватила его, смяв верхний край, и направилась к камерам.       – Киллиан, – она несмело обратилась к мужчине, который лежал в том же положении, в котором встретил ее вчера вечером. – Ты спишь? – полушепотом спросила Эмма.       – Доброе утро, Эмма, – будто пробуя на языке ее имя, мужчина поприветствовал вздрогнувшую девушку, открывая глаза.       – Я... принесла тебе завтрак, – девушка протянула руку с едой перед собой, не подходя ближе.       – Чем я заслужил такое чудесное отношение? – он приподнялся на локте, прищуренно глядя на Эмму. Его лицо было немного бледнее, чем вчера.       – Это просто завтрак, – ответила Эмма, отведя взгляд.       – Учитывая, что просто обеда и просто ужина у меня не было, я приму это, как знак примирения, – Киллиан поднялся с койки и подходил к решетке, сверля девушку глазами. – Или вы с шерифом играете в хорошего и плохого копа?       – Откуда ты это знаешь? – прямо задала вопрос Эмма.       – Что именно? – заключенный наклонил голову, продолжая подозрительно смотреть на помощника шерифа.       – Ты уже попадался копам, видел это по телевизору, читал в книгах? Откуда? – она сама не заметила, как подошла близко к прутьям. Мужчина прыснул.       – Я, – он сглотнул, не находя, что сказать и задумавшись на пару мгновений, – просто знаю, – он пожал плечами, упираясь взглядом в пол.       Эмме показалось, что он нервничает, потому что этот вопрос, как она и надеялась, заведет его в тупик. Это значит, что не все в его ложных воспоминаниях продумано на сто процентов. Она положила завтрак перед решеткой, пока мужчина оставался в ступоре, и быстро пошла назад, не сказав более ни слова.       До обеда Нолан не появлялся и не отвечал на звонки. Эмма давно заполнила документы и сидела на кожаном диване, знакомясь с инструкциями и уставом города. Токсикоз давал о себе знать уже два раза за это утро, поэтому привычная за последние дни бледность к девушке вернулась. Вложив закладку на странице с алгоритмом рассмотрения обращений граждан, Эмма собиралась налить себе очередной стакан воды, как вдруг услышала посторонний шум в отделении с камерами. Вскочив с места, она быстрым шагом направилась туда.       – Киллиан! – Она хотела приблизиться к нему, но их разделяла железная изгородь.       Эмма обнаружила задыхающегося пришельца на полу камеры. Он лежал на спине, пытаясь откашляться, но ему словно не хватало воздуха. Глаза Эммы распахнулись от ужаса: она вспомнила, как чувствовала себя здесь днем ранее, и то, что Киллиану нужно гораздо больше кислорода. В панике она полезла в карман, но, естественно, ключей там не было. Она сообразила, что если не оригинал, то дубликат точно должен быть в участке, и побежала обратно в кабинет.       Перешерстив все на столе Нолана, Эмма переключилась на шкафчики. Она прикрыла глаза от облегчения, когда обнаружила связку ключей во втором ящике стола, и ринулась обратно. Судорожно пытаясь открыть замок, не переставая смотреть на бледнеющего все больше Джонса, девушка успела один раз выронить ключи из рук, прежде чем распахнуть дверь. Упав перед ним на колени, она подняла его голову, пытаясь взглянуть в помутневшие и полуприкрытые глаза, одновременно нащупывая слабеющий пульс.       – Идем, Киллиан! Пожалуйста, вставай, – с трудом, но она помогла ему подняться и на шатающихся ногах вывела на свет.       Уложив мужчину на диван, Эмма распахнула окна настежь, впуская в помещение прохладный свежий воздух. Оглянувшись на Киллиана, она увидела, как его грудь начала вздыматься чуть чаще, и улыбнулась сквозь подступившие слезы.       Однако его глаза были закрыты, и он никак не реагировал на ее слова. Поэтому, подбежав к нему, она прильнула к его губам, зажав ему нос двумя пальцами и выдыхая весь воздух, что у нее был.       – Если бы я знал, как… ты целуешься, то… отключился бы гораздо раньше, – выдохнул Киллиан после третьей попытки Эммы вдохнуть в него жизнь. У нее не было сил противостоять ему, она лишь подавила появившуюся улыбку и расплакалась, отвернувшись.       – Идиот, – всхлипнула она, – ты меня напугал, – вытерев слезы рукавом, она оперлась спиной о диван, сидя на полу.       – Извини, я… не хотел, – он приподнялся и держал свою ладонь над ее плечом, не решаясь сделать последний шаг. – Я не специально, – он сжал руку в кулак и убрал ее до того, как Эмма повернулась к нему.       Она сглотнула, смотря ему в глаза и поджав губы. Будто опомнившись, она встала с пола, отряхивая несуществующие пылинки с одежды.       – Прошу прощения, мистер Джонс, я вызову Вам скорую, – проговорила она, приходя в себя.       – Мы можем перейти на «ты» после моего волшебного спасения? И нет, мне не нужна скорая, когда ты рядом, – он улыбнулся, но это была не та нахальная усмешка, как пару дней назад, это была искренняя улыбка, предназначенная его «спасительнице».       – Да, ты…       – Эмма, прости, не мог ответить на звонки, сложный… вызов, – в участок ворвался взъерошенный и запыхавшийся Нолан. Он наткнулся на зеркально непонимающий взгляд Киллиана, лежащего на диване, заметил покрасневшие глаза Эммы и припухшие губы обоих. – Что здесь… происходит?       – Дэвид, заключенному стало плохо, и… я оказала ему первую медицинскую помощь, – выдала Эмма. – Поговорим наедине, – она развернулась в сторону шерифа, но вспомнила про цель посещения участка Киллианом и обратилась к нему. – Киллиан, ты… можешь оставаться здесь, я вернусь через минуту, – это был не приказ, а, скорее, просьба. Мужчина кивнул, принимая сидячее положение.       Выйдя в коридор вслед за Дэвидом, Эмма отдышалась и рассказала о случившемся.       – Мы не можем его здесь держать, ему нужен воздух, – констатировала она.       – Он должен быть под присмотром, Эмма. К себе я его взять не могу, остается только помощник шерифа, – Нолан задумчиво почесал подбородок.       – Домашний арест? То есть… что? Он будет у меня? Почему ты не можешь приютить его на несколько дней? – недоумевала Эмма.       – Дело в том, что… я и Мэри, – он смутился, опустив взгляд, – у нас свидание. – Эмма закатила глаза.       – Я тебя поняла. Грэму я его не доверю, – она рассуждала вслух. – Хорошо. Но мне нужна машина. На случай, если придется догонять его.       – У тебя будет служебный автомобиль.       Они договорились и вернулись в офис, который… был пуст. Окна были так же открыты нараспашку, шторы развевались на ветру, словно паруса брига. Очевидно, Киллиан воспользовался окном для побега. Выглянув на улицу, ни шериф, ни его помощник никого не обнаружили. Только в подоконник был воткнут большой железный крюк.       – Крюк?! Серьезно? – блондинка уже обращалась к Нолану. – Откуда у тебя корабельный крюк в участке? – она повертела сталь в руках, соображая, как она могла быть причастна к исчезновению заключенного.       – Не успел сдать в хранилище улик, – извинился Нолан, пожав плечами.       – Боже! – негодовала девушка, взмахнув руками. – Да у тебя за окном пожарная лестница, будто специально для таких вот дурацких случаев! – Эмма завелась с полуоборота, учитывая бурлящие в крови гормоны.       – Мы найдем его, Эмма, – безуспешная попытка успокоить разъяренную беременную женщину прозвучала из уст шерифа.       За это или просто так он получил крюком в грудь, точнее ему было приказано немедленно убрать его, куда подальше, иначе он будет воткнут… куда подальше.       – Мы только и делаем в последнее время, что ищем этого засранца! Свалился же он мне на голову! Буквально! – почти покраснев от ярости, Эмма потребовала у Дэвида ключи от машины и удалилась.       Кроме вечных поисков Свон нужно было заехать на ферму, чтобы накормить животных, что она и решила сделать прежде всего. Внимательно осматривая окрестности по дороге, девушка добралась до дома на полицейском «Форде», направившись прямиком в конюшню. Только после умиротворяющего поглаживания Мальты блондинка успокоилась. Накормив остальных обитателей фермы, она решила, что перекусит что-нибудь в кафе, потому что Киллиана необходимо найти до темноты. Только Томаса не было ни дома, ни в округе.       Исколесив весь город вдоль и поперек, Свон позвонила шерифу, попытки поисков у которого также не увенчались успехом. Ударив по рулю обеими руками, Эмма размышляла над тем, куда Киллиан мог пойти. У нее было предчувствие, что он не покидал город, но и в лесу ему нечего было делать. За окном темнело, уличные фонари начинали загораться один за другим, как светлячки, открывая взору живописную картину вечернего Сторибрука.       Неожиданно Эмму посетила мысль, что она не была только в одном месте города – на пристани. Но там были только складские помещения и небольшой яхт-клуб. Решив, что лишней проверка все же не будет, девушка повернула руль.       Припарковав машину неподалеку, Эмма вдохнула морской воздух полной грудью. Залив был небольшой, но позволял местным любителям плавания вдоволь насладиться морскими прогулками. Дойдя до деревянной скамьи на самом берегу, Эмма присела на нее. Рядом не было ни души, солнце наполовину опустилось за горизонт, открывая права луне.       – Ты бы знал, как мама любит тебя, – спустя несколько минут ласково проговорила девушка, невесомо касаясь живота. Уголки ее губ приподнялись, когда она подумала, что скоро ребенок услышит ее. – Я уверена, что папа тоже любил бы, если помнил.       Она не заметила, в какой момент за спиной оказался знакомый брюнет, но он отчетливо слышал ее слова. Мужчина молча обошел скамью, показавшись Эмме и не отрывая от нее беспокойного взгляда. Свон не говорила ни слова, смотря на него. Она почувствовала его только за секунду до появления, поэтому внутри бурлил поток мыслей и отговорок, а не ругательств по поводу его побега.       – Это, – Киллиан указал пальцем на ее живот, – мой ребенок?       – С чего ты взял? – как можно равнодушнее спросила она, сглатывая комок гордости. – Мы же едва знакомы, забыл? – Эмма даже попыталась улыбнуться, наклонив голову.       – Да, я просто… думал, что… – его воспоминания о жизни в Бостоне казались настолько ложными, что он бы сейчас поверил во все, что угодно, лишь бы они не были правдой.       – Судя по всему, думать тебе очень тяжело, приятель, – выдохнула она, вставая и собираясь закончить этот разговор, но пришелец остановил ее, ухватив за локоть.       – Слушай, – он отпустил локоть под ее тяжелым взглядом, – не хочу показаться тебе психом, но похоже, ты знала меня. Точнее, – он опустил глаза, играя желваками, – я не помню, как точно оказался в этом городе, не помню детального описания жизни и даже не знаю, зачем просыпаюсь каждое утро в этом чертовом отеле! Как будто у меня нет своего дома! – вздохнув, он запустил руку в волосы, отводя взгляд.       – Думаешь, мне не все равно? – Эмма пыталась выровнять дыхание, но сердце выдавало ее с потрохами. – Делай, что хочешь, ты свободен.       – Да, я так думаю, лапочка, – он наклонился к ней, отчего она инстинктивно облизнула нижнюю губу, – потому что или ты сейчас родишь, или у тебя проблемы с дыханием, потому что я слышу, как отчаянно колотится твое сердце.       – Киллиан… – прошептала она, касаясь рукой правой стороны его груди.       – Эмма, вот ты где! – Дэвид окликнул ее. В этот раз она была благодарна ему, как никогда. Отойдя от Джонса и не удостоив его даже взглядом, Свон направилась к шерифу.       – Мы не договорили, Эмма! – крикнул брюнет ей вслед, заметив, что его собственное сердце будто оживает только в ее присутствии. А еще она точно знает, что оно находится справа.