Дим, помоги

      Ларин почти всю дорогу поглядывал на измученного парня. Лицо, которого из-за слёз опухло, было бледным.       Критик шумно выдохнул, стараясь следить за дорогой. Когда он заехал во дворы, остановился, паркуя машину.       — Коль, просыпайся, — прошептал Ларин.       Соболев дёрнулся, открывая глаза и начиная испуганно хлопать ресницами.       — Тише, тише. Это я, — незамысловато произнёс Дима       Коля пришёл в себя и уткнулся носом в чужое пальто. Критик вышел из машины и достал пранкера. Он повёл его в квартиру, где помог ему снять верхнюю одежду. Дмитрий сел на колено и снял с блогера обувь.       — Не думал, что ты такой, — тихим голосом сообщил Коля.       — Какой? — мужчина нахмурил брови.       — Заботливый…       Щеки Соболева покрылись багряным румянцем, из-за чего Дмитрий не сдержал улыбки.       — Давай так. Ты сейчас пойдешь в душ, а я поищу аптечку, м?       Парень кивнул. Дмитрий поднялся с колен.       — Сам дойдёшь или тебя нести?       — А тебе не тяжело?       Брюнет отрицательно мотнул головой и взял пранкера на руки, неся в ванную комнату. Коля прижался, обнимая «своего любимого блоггера» за шею. Дмитрий поставил его на ноги и вышел прочь. Коля скинул с себя порванную рубашку и залез под горячие струйки. В это время комик нашёл аптечку и выбрал для парня одежду. Он постучал.       — Да? — послышалось за дверью.       — Коль, я одежду принёс.       Не дождавшись ответа, он сам прошёл в душевую. Увиденное повергло его в шок. Синяки и порезы разных размеров расцветали на коже Николая. На ней не было живого места. Всюду были отметины.       — Пойдём обрабатывать, — безапелляционно изрек критик.       Молодой человек лишь кивнул и, натянув принесённые Димой боксеры, пошёл за ним.       Обрабатывал Дима раны весьма долго, поскольку хотел сделать всё менее болезненно, а в итоге убил на это уйму времени. Коля изредка всхлипывал, когда ватка, промоченная перекисью, касалась порезов, но Дима дул на них и шептал что-то успокаивающее.       — Всё, всё. Я закончил, — он облегченно вздохнул. — Хочешь чаю?       — Нет, я спать хочу.       Ларин подхватил Соболева и понес в спальню, где уложил в постель и бережно укрыл одеялом, стараясь не задеть увечий.       — Дим?       — Да, Николай? — он перевёл на него заинтересованный взгляд.       — Можешь лечь со мной? — робея, попросил ведущий.       Мужчина посмотрел в молящие глаза юноши и кивнул, падая на кровать и отодвигаясь. Николай неуверенно придвинулся и прижался к источнику тепла.       — Спокойной ночи, Дим.       — Спи уже, Соболев.