Жизнь по-новому

Бильбо Бэггинс — самый обыкновенный хоббит, который до недавних событий спокойно жил в Шире, в своей удобной норке. И всё бы ничего, если бы не отряд гномов, возглавляемый Торином Дубощитом. Они решили освободить Одинокую Гору от дракона, который облюбовал сокровища Трора много лет назад. Эребор был потерян для гномов на многие годы, но, наконец, наследник трона решил отвоевать свою собственность. Однако, сейчас мы говорим не о них, а о хоббите, случайно… Ну, почти случайно… Попавшем в это длинное путешествие. Разные приключения пришлось пережить отряду, добираясь до Горы, где обитал Смауг! Нападения орков, тролли, каменные великаны и медведь-оборотень… Да, чего только не было! На перечисление всех их приключений даже бумаги не хватит, не то чтобы жизни.

***

Битва Пяти Воинств была в самом разгаре, когда увесистый камень упал прямо на голову Бильбо, и тот потерял сознание. Ему повезло, что никакой орк не захотел проверить — жив он или это уже труп. Поэтому, Мистер Бэггинс так и пролежал на земле до конца Битвы. Когда он очнулся, голова нещадно болела. Наверное, камень тонну весил. Хорошо ещё, что голову не расплющил, иначе, вместо хоббита Взломщика — был бы труп Взломщика. Бэггинс немного помотал головой и поморщился от ноющей боли в висках. Похоже, что у него сотрясение. Он начал перебирать в голове последние события и с ужасом вспомнил, что Торина ударили по голове палицей, а Кили и Фили были окружены огромным отрядом орков. Бильбо было стыдно признавать, но Торин Дубощит, являющийся королём Под-Горой, был тем, за кого маленький хоббит готов был стоять насмерть. С самого начала похода Бильбо ни с кем не делился своими переживаниями и потихоньку вздыхал, посматривая в сторону короля гномов, пока никто не видел. Признаться Торину он боялся, к тому же — Дубощит проявлял откровенную агрессию по отношению к нему. До скалы Каррок, по крайней мере… Вот так и получилось, что бедный хоббит страдал, даже не зная, что сам Торин испытывает чувства ничем от его не отличающиеся. Впрочем, у короля был хотя бы Балин, с которым он иногда делился своими мыслями, а вот у Бильбо не было никого. Глупо было бы полагаться на Фили с Кили, учитывая, что хранить секреты они совершенно не умеют, и уже дня через два о его любви знал бы весь отряд, включая Торина. Дубощит как раз был бы первым и узнал бы об этом от племянников. Хорошо, когда у тебя такие родственники. Посидев ещё немного, и убедившись, что голова в порядке, Бильбо встал. Ноги держали относительно крепко, а это не могло не радовать. Хоббит выдохнул и поковылял вниз с горы, не забывая оглядываться по сторонам. Он боялся увидеть на поле битвы изуродованные тела своих друзей, но пока вокруг валялись только орки. Да, вид с высоты был просто ужасающим: огромная долина покрыта мёртвыми телами; на земле лужи алой и чёрной крови, которая даже в землю не впитывается; над полем парят гигантские орлы, а вдалеке видны сооружения, похожие на шатры. Впереди, недалеко от себя, хоббит заметил знакомую высокую фигуру в длинном сером плаще и остроконечной шляпе. Видно, Гендальф всё ещё здесь, что, как казалось Бильбо — удивительно. За весь поход маг несколько раз показал, что не отвечает за отряд. Торин Дубощит затеял это — Торин Дубощит закончит это. Гендальф тут, как бы, ненароком. Мимо проходил. Бильбо ускорил шаг и уже через минуту стоял напротив него. — Кого я вижу! — воскликнул маг. — Это же Бильбо Бэггинс! Наш дорогой хоббит. Честно говоря, Бильбо, я уже и не надеялся найти тебя живым. Но, как я погляжу, ты опять вышел сухим из воды! Бильбо что-то невнятно пробормотал. Скорее всего, это было «Да, бывает…». Сейчас его больше беспокоило здоровье трёх гномов, которые стали очень дороги ему за эти месяцы. — Гендальф, что там с… — С Торином, Кили и Фили? — догадался волшебник. — Кили и Фили живы, но серьезно ранены. Особенно всё плохо с Фили. — А…А Торин? — тихо спросил Бильбо, готовясь к худшему. — Он тоже жив, — спокойно ответил Гендальф, но мрачно добавил. — Правда, его состояние крайне тяжёлое. Мы не можем гарантировать, что он выживет. С его-то страшными ранами…Магия в этом случае бессильна. Целители сделали всё, что могли. Остальное зависит от самого Торина. — Можно мне его увидеть? — выпалил Бильбо. Сейчас он мечтал только о том, как бы увидеть любимого гнома. Тут Гендальф нахмурился ещё сильнее, и хоббит сразу понял причину. За несколько часов до начала Битвы Торин чуть не сбросил его со стены Эребора, и только вмешательство Гендальфа предотвратило это. Дубощит был в гневе, когда узнал, что Бильбо не только утаил от него Аркенстон, но и отдал его людям, которые захотели обменять камень на некоторые драгоценности Эребора. Высока вероятность, что если Торин очнётся, то будет совершенно не рад видеть у своей постели хоббита, которого приказал убить, если тот ещё раз попадётся ему на глаза. Бильбо и Гендальф направились в сторону «Лагеря быстрой помощи», куда пока поместили сильно раненых. По дороге они лишь изредка перекидывались словами, и ни один не решался начать разговор. Они подошли к большому шатру, откуда, к удивлению обоих, вышла рыжеволосая эльфийка. — Ещё раз здравствуй, Тауриэль, — поздоровался с ней Гендальф, — Я думал, что ты сейчас хлопочешь над Кили. Не ожидал увидеть тебя у Торина. — Понимаю ваше удивление, — кивнула эльфийка, почтительно кланяясь, — Но я подумала, что если буду ухаживать и за узбадом Торином, то получу его благословение. Сейчас он без сознания, но думаю, что его можно навестить. — Тауриэль! Из-за шатра выглянул эльфийский принц и недовольно уставился на неё. — Вот ты где! Тауриэль, нам пора ехать обратно. Все уже собрались. — Я останусь здесь, Леголас, — фыркнула рыжая девушка, — Тут я нужна больше, чем дома. Удивительно, конечно, но принц не стал спорить и быстро удалился. Тауриэль тоже ещё раз поклонилась, а потом направилась к своему возлюбленному, чтобы продолжить ухаживать за ним. Сама она во время боя почти не пострадала, и сейчас могла уделить всё время ему. Бильбо собирался зайти к Торину, но Гендальф остановил его, предупредив. — Мне нужно уйти на некоторое время. Ты должен присмотреть за ним. — Я не могу… — грустно сказал хоббит, — Торин меня ненавидит, и я не могу сесть ему на шею. — Кто кому ещё на шею сядет… — еле слышно прошептал маг, но потом встряхнулся и похлопал Бильбо по плечу, — Не унывай, Бильбо Бэггинс. Я уверен, что ты справишься. К тому же, сейчас не то время, чтобы обижаться друг на друга. Я вернусь через пару дней, не более. Гендальф ушёл, а хоббит мышкой юркнул в шатер, где на койке лежал Торин, с ног до головы замотанный бинтами. Тяжело ему далась битва с Азогом — шрамы до конца дней останутся. Раненый тяжело дышал, а его лоб был горячим. «Плохо, — подумал хоббит, — у него лихорадка. Надо дать ему воды, что ли.» Кувшин с чистой водой стоял на столике возле койки. Здесь же был стакан, бинты и лечебные мази, неизвестные Бильбо. Бывший Взломщик налил в стакан воды и с трудом влил её в рот Торину, стараясь ничего не пролить. После этого он взял его за руку, тайно наслаждаясь этим моментом. — Я уверен, что ты выживешь, — прошептал Бильбо, — Уж я об позабочусь. Вдруг Торин резко распахнул глаза, озираясь по сторонам. Когда он посмотрел на хоббита, тот замер… Синие глаза гнома стали светло-голубыми, поддёрнутыми белой пеленой. — Кто это? — резко спросил он. — Бильбо? Где я? Что здесь делаешь ты и почему я ничего не вижу, Балрог подери?! И отпусти мою руку! Бильбо отпрыгнул от него, удивляясь, что в этом теле ещё осталась какая-то сила. Он вздохнул, собравшись с силами, чтобы сказать. — Торин, я… Ты… — он ещё раз выдохнул и сообщил эту, поистине, ужасную новость, — Торин, ты ослеп.