Чертов ангелочек!

5 месяцев спустя Юль сидел в кресле в гостиной и читал какую-то из своих любимых книг, поглаживая животик, большой, округлый, притягивающий взгляд. Такой милый, желанный. Но нельзя, нельзя о таком думать. Но в последнее время малыш стал таким чувствительным, стонами реагировал на почти любое прикосновение. Месяца три назад, когда пузико стало довольно большим и Юль начал жаловаться на усталость и боли в спине и пояснице, я начал считать своим священным долгом делать ангелу массаж по 3-4 раза в день, а еще не давать малышу напрягаться, а на прогулки всегда носил супруга на руках, хотя мальчик и просил меня прекратить такую, по его мнению, чрезмерную опеку. Но я был ласков и настойчив, и ангел наконец смирился со своей участью, и ему даже стала приятна такая забота. Я подошел к малышу сзади и обнял за плечи, скрестив руки на его груди. Юль запрокинул голову, глядя мне в глаза. Щечки малыша покраснели, а коралловые губки сложились в теплую полуулыбку. Коротко чмокаю мальчика в губы, обхожу кресло и сажусь перед усмехнувшимся Юлем на колени. Приподнимаю край его свободной домашней футболки, обнажая такое любимое мною пузико, поглаживаю его, мягко целую, пальцами рисуя нечто странное на бледной коже. В голове мелькнула безумно интересная мысль, я сорвался с места и рванул в другую комнату, сопровождаемый косыми взглядами Юля. Расставляю на полу у кресла баночки с пальчиковыми красками, а Юль отложил книгу, быстро сообразив, к каким последствиям это может привести. Радостно начинаю малевать пальцами на упругом животике ухмыльнувшегося ангела что-то вроде солнца в цветах. - Слушай, Юль, - проговорил я, любуясь на результаты своих трудов, - а у Вас, у ангелов, как измеряется срок жизни? - Как и везде, годами, - пожал плечами мальчик, с улыбкой глядя на свое раскрашенное пузико. - А когда у тебя День Рождения? – полюбопытствовал я, вытирая руки влажной салфеткой, и плюхнулся на диван. Юль сполз с кресла и оседлал мои бедра, задумавшись. - Ну… вообще-то сегодня, - пробормотал ангел, упираясь руками в мою грудь. - Что? – я сел, и солнце на животе Юля возмущенно покачнулось. – Почему ты раньше об этом не сказал? Я же даже не успел тебе подарка приготовить… - А мне и не надо ничего, - прошелестел ангел, - у меня есть ты, а скоро будет малыш, - и он погладил себя по животику. - И сколько же тебе стукнуло? - Девятнадцать, - пробормотал мальчик, опустив глаза. – В смысле, я уже девятнадцать лет ангел, а когда-то, говорят, я был человеком, но не помню этого. - А что я тебе могу подарить? - Подарить? Мне? – ангел задумался. – А подари… Нат, подари мне себя… - заметив мой офонаревший взгляд, Юль продолжил. – Пожалуйста… я тебя хочу, а ты отказываешься… У нас так давно ничего не было… - Нет, малыш, и не будет, я боюсь тебе или малышу навредить. Это может быть опасно, понимаешь, хороший мой? – привычно начал я, поглаживая его пшеничные пряди. – Юль, я… Ангел тряхнул головой, скидывая мою руку, и, спрятав лицо в ладони, затрясся всем телом. - Юль, Юль, солнышко мое, не надо, не плачь, радость моя, - попытался я прижать супруга к себе, но он с неожиданной ловкостью соскочил с дивана и подошел к окну. - Я… я понял тебя… Т-ты… Ты меня не любишь больше, ведь я стал таким некрасивым, - он провел рукой по животу, - и ты опять бросишь меня… - Ну что ты, что ты, мой хороший? – залепетал я, подбегая к нему. – Маленький мой, сладкий, как я могу тебя не любить?! И животик тебя только украшает, и я с ума схожу, когда тебя вижу. - Неправда! Раз ты уже не хочешь меня, то, наверно, я тебе надоел… - Мальчик мой, славный, любимый, - прижал я его к себе, - я хочу тебя, очень-очень, просто до безумия, но это же для малыша и для тебя плохо, мы можем навредить… - Если мы аккуратно, то можно, так Дира сказала. Я специально спрашивал. – стыдно покраснев, Юль спрятал лицо у меня на груди. – И это даже может быть полезным… Можно, можно… Эти слова взрывались фейерверком в моей голове. Медленно растущий животик Юля возбуждал меня безумно, вызывая страсть и пляски каких-то мотыльков в животе и теплое напряжение внизу живота, которое я уже привычно сбегал сбрасывать в ванную. А еще мне так нравится гладить, целовать пузико моего мальчика, чувствовать толчки в его утробе, бормотать обоим своим малышам какие-то глупые нежности. И я бесконечно боюсь, что с Юлем или с нашим малышом что-то случится, постоянно хочу быть рядом, любить, защищать, холить и лелеять. А еще я совершенно не могу отказывать Юлю, точнее, все мои "нет" мгновенно разбиваются о пару его ласковых слов. И сейчас он такой милый, такой желанный, с круглым животиком, что я не могу отказать и ему, и себе. - Ладно, - шепчу в ухо малышу, расплывшемуся в счастливой улыбке. – С Днем Рождения, малыш! – и я, сев на диван, притянул ангела к себе и поцеловал. POV Юля Малыш толкнулся в моем животе, и я заулыбался. Это так приятно – внутри проявляет себя маленькая жизнь, а любимый муж, ласково терзая мои губы, поглаживает пузико, и я таю, тихо млея под касаниями его рук и губ, отдаюсь моему Нату. Он до боли нежен, томительно аккуратен, так боится причинить мне малейший дискомфорт. Наконец-то мы вместе, я так долго ждал эту минуту, ждал этих прикосновений, этой страстной нежности. И как я не взорвался от переполнявшего меня напряжения? Нат нежно поглаживает мою грудь, живот, попутно стаскивая с нас обоих одежду. Небритый, он такой смешной, мягко-колючий, и я тихо смеюсь, когда он меня целует, и томно выгибаюсь, хрипло постанываю, подставляя свое тело под его прикосновения, плавясь от охватывающего нас обоих жара, так хочется его обнять, прижаться, но живот не позволяет, резко ограничивая все мои движения. Выползаю из рук супруга и встаю, поскуливая от нетерпения, на колени, расставив бедра и пошло выставив попу. Скорее, Натанчик, милый мой, я не могу, я так соскучился по этим ощущениям! Но мой любимый демон все еще медлит, сомневается, а я стоном выдаю свое возбуждение, подстегивая его. Сзади в меня проник смазанный палец, я расслабился и тихо застонал, насаживаясь на него, требуя большего. Мне катастрофически мало. Второй, и третий осторожно растягивают изнемогающую дырочку, подготавливая к проникновению. По телу проходит электрический заряд, перья на крыльях встали дыбом, по спине пробежал табун мурашек. - На-а-ат, - прохрипел я, по-блядски насаживаясь на пальцы, - пожа-а-алуйста… - Иди ко мне, - прошептал осевшим голосом красный, взлохмаченный Натан, садясь на диван. Во второй раз меня просить не надо было, я подполз к Нату, тут же захватившего меня в плен своих губ, оставляя на коже алую дорожку засосов, лаская ладонью живот, импульсами собирая с меня краску. Огладив пузико, в котором лично я не видел ничего привлекательного или милого, он лизнул выпуклый пупок, опускаясь поцелуями ниже, к средоточию желания, облизнул головку. Я взвыл от нетерпения, а Нат наконец-то развернул меня спиной к себе и медленно, крепко держа под бедра, начал насаживать на себя. Я вздрогнул и тихо застонал, когда горячая, влажная головка проникла в меня. - Тебе больно, малыш? – прошептал Нат мне на ухо, покусывая шею. - Нат, мне... мне превосходно, - простонал я на выдохе и двинул бедрами, резко опускаясь на член. Первоначально резкая вспышка боли пронзила меня, и я вскрикнул, запрокинув голову назад. Нат охнул и погладил мой живот, второй рукой теребя отвердевшие соски. Плоть пульсирует внутри, дырочка сжимается, по телу пробегает судорога. Сводящие с ума руки и губы везде – пальцы бьют чечетку на животе, а малыш внутри как-то странно затих, наверно, убаюканный поцелуями. - Все хорошо? – спросил Нат, нежно вылизывая впадинку за моим левым ухом. - Ох, да-а-а-а… - простонал я. Муж кивнул, одной рукой подхватил меня под бедра, другой – ласкал легко колышущийся животик, шепча мне на ухо какие-то милости. Жар, стоны, переплетение тел и рук, рваное дыхание, влажные тела. Хочу еще, я бы закричал об этом, но из горла вырвался лишь слабый хрип. Движения, сначала медленные и плавные, постепенно становятся резче, порывистее, но неизменно ласковы. Дальше, дальше, умоляю тебя! Каждое движение внутри меня – сладостный удар по измученной простате, и я, не выдержав, кончаю, сжимаясь. Внутри расплескалась сперма, Нат тихо прошептал сзади мое имя, не убирая руки с живота. Откидываюсь назад, стараясь слегка отдышаться, губы Ната приникают к моим, и я осторожно отвечаю ему, стараясь запомнить вкус этого поцелуя. - Ну, как тебе подарок? – прошептал муж мне в губы. - Отлично… Спасибо, - выдохнул я. Конец POV Юля Ласково прижимая к себе ангела, я осторожно подхватил его на руки и понес в ванную, быстро ополоснул нас обоих. Из теплого душа и пошел в спальню, тихо что-то шепча своему драгоценному грузу. Уже 7 месяцев его беременности, надо же… Я и не заметил, как они пролетели. Когда каждый твой день наполнен любовью, жизнь превращается в добрую сказку. Укладываю мальчика под одеяло и ложусь рядом, он тут же утыкается носом мне в грудь. - Спокойной ночи, - тихо проговорил я, целуя его в лоб. Мальчик в ответ причмокнул губами и пробормотал во сне: «Спасибо…». Я улыбнулся и провел ладонью по светлым локонам. Спасибо тебе, малыш мой, за то, что ты есть. Ну-с, осталась еще одна глава и эпилог...