Why you did it?

— Ну, и кто он? — Ньют посмотрел на Терезу, вопросительно изогнув бровь, и уселся на старую деревянную лавочку, которая, похоже, скоро уже развалится. Они часто сидели здесь, попивая латте, за уютными и искренними разговорами. Когда Ньюту было одиннадцать, а Терезе — десять, эту лавочку впервые соорудили соседи, дабы бурчащим бабушкам, которые вечно ходили друг к другу домой, а зачастую они жили вместе с другими родственниками, было где сидеть. Но их место быстро заняли дети, которым было мало даже детской площадки, установленной у каждого на заднем дворе. В их число вошли и Ньют с Терезой. И даже сейчас, спустя столько лет, они до сих пор по вечерам отдыхают на этой скамье после долгого учебного дня. Но, похоже, этой лавочке скоро наступит конец — она так скрипит, когда на неё садишься, что начинает болеть голова, и так шатается, что боишься пошевелиться. Но все равно друзья не перестают на ней сидеть вечерами. — Кто? — Тереза присела рядом с Ньютом, закидывая ногу на ногу, и внимательно посмотрела на парня. Тот лишь кивнул головой в направлении парня напротив, который разгружал свои вещи, помогая матери, и изредка поглядывал на парочку друзей. — С чего ты взял, что я знаю, кто это? — спросила Тереза, разводя руки в стороны. — А разве нет? — уточнил парень, делая такой же жест руками. — Да, брось, Тереза. Ну, ты же знаешь. Я вижу. В ответ Тереза закатила глаза и скрестила руки на груди. — Его зовут Томас. Ну, как ты и сам понял, он только переехал в наш городок. Это все, что я знаю, — еле слышно пробормотала она, заправляя прядь волос за ухо. — А откуда ты знаешь его имя? — спросил Ньют, выпив залпом оставшееся горячее кофе в стакане. — Мне рассказала мама — она вчера разговаривала с его отцом. Ты же знаешь, как она любит приходить к соседям, а тем более — к новым. — Да, это я отлично знаю, — улыбнулся Ньют, почесав затылок и выкинув в мусорное ведро стакан из-под кофе. Мать Терезы и вправду очень часто наведывалась к соседям, и к ним в особенности. Ньют никогда не имел ничего против этого, ведь женщина была чрезвычайно весёлой и доброй. Именно так они и познакомились с Терезой: Ньют переехал в новый город, а её мать решила познакомиться с новыми соседями и взяла с собой девчонку. С тех пор они не разлей вода. Практически всегда вместе — как брат и сестра. Томас, закончив заносить вещи в дом из грузовика, остановился рядом с мужчиной, видимо, водителем, и начал о чем-то увлечённо разговаривать. Но, чёрт бы тебя побрал, он продолжал поглядывать на друзей. Ньюту иногда казалось, что тот смотрит только на него. И это чертовски смущало. Настолько смущало, что он делал вид, будто смотрит совсем в другую сторону. От этих мыслей его отвлёк ветер, который взъерошил волосы парня. Ньют, по привычке, быстро убрал их назад, чтобы они не лезли в глаза, и повернулся к Терезе. — Какой-то он странный, этот Томас, — буркнул Ньют, уставившись на девушку и сощурив глаза. — Почему? Вполне обычный парень, — хмыкнула Тереза, сильнее укутавшись в свою лёгкую курточку. — Ну, не знаю, не знаю, — покачал головой парень и устало вздохнул, будто только что разгружал вещи вместо Томаса. Чем-то он его зацепил. Томас заставил Ньюта испытывать некий дискомфорт. Хотя, это был даже не дискомфорт. Что-то будто сжало Ньюта и не хотело отпускать. Он уже испытывал такое. С… Девушками? От этих мыслей Ньют пощурился. Нет, он ни какой не гей. Просто Томас странно на него смотрел, вот Ньют и переволновался. И всё. — Ладно, по домам? — теперь его мысли прервала Тереза, которая поднялась с лавочки и уверенно посмотрела на Ньюта, будто это был не вопрос, а утверждение. Из её рта уже начал исходить пар, хотя была не зима, а поздняя осень. — Да, пошли, уже прохладно, — сказал Ньют, поднимаясь вслед за Терезой и расправляя плечи. — Тогда встретимся в школе? — девушка утвердительно кивнула, и, развернувшись, зашагала в сторону своего дома. Ньюту нужно было в другую сторону, поэтому он направился к своему дому, последний раз вглянув на Томаса. И, чёрт, да, он встретился с ним взглядом. По спине пробежали мурашки от той неловкости, которая исходила от обоих парней. Будто мир остановился: ветер перестал дуть, звуков никаких не было. Ньюту хватило ума первому отвернуться и зашагать прочь. Благо, до дома идти максимум минуту. Знаете такое чувство, будто кто-то смотрит на тебя? Будто кто-то прожигает твой затылок взглядом? Будто кто-то заставляет съежиться от одной лишь мысли, что на тебя смотрят? Да, по-любому знаете. Как вы думаете, что испытал Ньют в тот момент, когда шёл домой, не оборачиваясь? Именно. Ньют знал — Томас смотрит на него. Он был уверен. Влетев домой, Ньют захлопнул за собой дверь и стал громко дышать, словно только что пробежал марафон. Он оперелся головой о дверь и закрыл глаза. Что за хрень? Он первый раз видит этого парня, а уже так остро реагирует. — Эй, Ньют, ты в порядке? Парень открыл глаза и увидел мать, вытиравшую руки полотенцем. Наверное, мыла посуду, или что-то вроде этого. Как всегда занята. Мать Ньюта очень любит чистоту, и поэтому, когда Ньют снял курточку и бросил ее на ближайшее кресло, она неодобрительно взглянула на него. Парень хорошо знал этот взгляд, — мол, убери. Он взял курточку в руки и повесил на вешалку, словно делая одолжение матери. Ньют, поправив волосы, взглянул на женщину. — Да, мам, всё нормально, — успокоил её Ньют и подошёл, целуя мать в щеку. — С чего ты взяла, что что-то случилось? Все отлично, — оо, врать у блондина получалось просто отменно. Если бы в школе преподавали урок вранья — он бы точно был отличником. — Ну, хорошо, — неуверенно сказала она и улыбнулась. — Кушать будешь? — Нет, я не голоден, спасибо, — на самом деле Ньют чертовски хотел есть, но сейчас в его глотку не лезло ничего. Даже если бы парню предложили его любимую курицу — он бы отказался. Словно прочитав его мысли, мать сказала: — Я приготовила твою любимую курицу. — Нет, мам, спасибо, — словно увиливая от разговора, Ньют прошёл в свою комнату, ударившись об угол мизинцем, и закрыл за собой дверь. Он и забыл, что в комнате полный беспорядок: незаправленная кровать, пустые пачки из-под чипсов и банки из-под газировки. Вещи валяются просто везде: на стуле, на столе, на кровати, на полу. И так у него каждую неделю после выходных. Хорошо, что все это ещё не увидела мама. Тогда бы точно непоздоровилось. — Завтра уберу, — буркнул Ньют, толкнув ногой пустую банку. Парень снял с себя футболку, кинув её в угол, устало потянулся, и подошёл к окну, дабы взглянуть на Томаса. Зачем ему это? Он и сам не знает. Тот повернул голову и посмотрел прямо в его окно именно в тот момент, когда парень решил выглянуть. — Чёрт бы тебя побрал выглянуть, Ньют, — психанул блондин и, опустив жалюзи, отошёл от окна. Щеки запылали, и он, громко выдохнув, упал на кровать. — Ну, почему это случается всегда именно со мной? Ньют взъерошил волосы и прикрыл глаза, желая быстрее уснуть. Вот свалился же он ему на голову. Зачем ему понадобилось выглянуть в окно? Теперь он будет думать об этом всю ночь, или даже всю жизнь. Думать о Томасе. Нет, он не будет думать о нем. Зачем он ему нужен? Просто парень, который приехал именно в этот город, именно на эту улицу. Парень открыл глаза и ухмыльнулся, закусив губу: — Томас значит?