Изнанка мира

Пересчитав наличность, я глянула на часы и поняла, что вполне себе еще успеваю заглянуть в аптеку. Переодевшись снова в мальчишку и попрощавшись с хозяином, рванула на Цветочную. Сразу после диагностики я купила лишь часть зелий, ибо была не уверена, что справлюсь с заказом. И, собственно говоря, была права. То, что с меня не потребовали некоторую часть деньгами, да еще и с компенсацией за срыв сроков, было приятной неожиданностью. Так что теперь я могла не только купить недостающие зелья, но мне хватало галлеонов и на приобретение шкатулки-аптечки. Я присмотрела ее еще в прошлое свое посещение. Очень миленькая вещица, мало того, что с чарами расширения пространства, так еще при ее закрытии замыкался контур и активировалась рунная цепочка стазиса. В результате зелья, находящиеся внутри, не портились. Чем чаще открывалась шкатулка, тем меньше в итоге хранились зелья. Я специально интересовалась у аптекаря: самое капризное зелье из моего обширного списка могло храниться там минимум полгода, если шкатулка будет открываться трижды в день на одну-две минуты. Помимо этого каждый флакон, в отличие от аналогичных с Косой аллеи, находился под чарами стазиса, которые спадали, как только флакон вскрывали первый раз. Существовал ряд зелий, которые нельзя было подвергать данным чарам, но таковых в моем списке, к счастью, не было. Зелья были противненькие: кто пил настои зверобоя или календулы, поймет меня. Но ничего откровенно рвотного я пока не пила и не нюхала. Главное не задумываться над тем, из чего они сварены. Благо я и не знала, из чего состоят те, что я пила и которые мне еще только предстояло выпить. На эту дивную последнюю летнюю ночь у меня были грандиозные планы. Вообще-то я хотела провернуть эту авантюру гораздо раньше, но буквально света белого не видела, стараясь вписаться в заявленные сроки, вечером буквально падая в кровать. Пришлось даже купить специальный крем для рук, а то через неделю непрерывной писанины они превратились у меня в курячьи лапки. Такие же скрюченные, еще и болели адски. Ну да прочь неприятные мысли. Я забежала в кондитерскую, закупилась вкусняшками и запивашками, в книжную лавку, где забрала список книг, которые готов был принять к реализации мистер Олфорд, потом метнулась в писчий и прикупила еще заготовок для фолиантов, перьев и чернил. Планы у меня были грандиозные. Вообще-то я была удивлена, что такой начинающий специалист вроде меня был востребован в этой сфере, и даже спросила мистера Олфорда. — Все очень просто, мисс Полак. Волшебники разленились, никто не хочет гнуть спину и портить зрение, просиживая часами над книгами. Одно дело что-то выписать для себя, и совершенно иное — создать приличную копию, а не список плюс-минус миля от оригинала. По совести сказать, дабы поощрить столь необычное для девиц вашего возраста рвение, я слегка переплачивал вам поначалу. Однако вы, к моему огромному удовольствию, не остановились на достигнутом и довольно заметно прогрессируете. Надеюсь, эта тенденция не прервется, — добродушно улыбнулся мужчина. Так что я была полна прожектов. Но вот конкретно сегодняшняя ночь была мною полностью распланирована к моему личному удовольствию. Единственный, кого мне не хватало, — это моего маленького хвостатого друга. Жаль, что мы с ним видимся лишь недалеко от пещеры. В моих планах значилось немножечко пошалить, а именно: я собиралась полетать над Лондоном, перекусить на Часовой башне Вестминстерского дворца и встретить рассвет на одной из башен Тауэрского моста. Жаль, что лондонский глаз еще не построили. Уже темнело, так что пока можно было просто погулять по городу или посидеть в каком-нибудь пабе. Что я и воплотила к полному своему удовольствию. И, наконец дождавшись ночи, отправилась к королевской резиденции, экипировавшись всеми возможными амулетами с чарами отвлечения внимания… Но… Где была моя голова, когда планировала сие безобразие, я вам сказать не могу. Впрочем, невозможно объять необъятное, и эту версию, довольно часто, кстати говоря, муссирующуюся в фанфиках моего былого мира, я так и не удосужилась проверить на правдивость. За что и поплатилась, но обо всем по порядку. Освещенность Лондона в эти годы оставляла желать лучшего, но это безусловно играло мне на руку. Выбрав улочку потемнее, я достала из торбы свое творение и, оседлав его, поднялась над крышами, благо высотных строений еще не было, не то моя затея провалилась бы на самом раннем этапе. И почему люди не летают как птицы? И как все же нереально повезло волшебникам. Все же вид с высоты — это что-то совершенно особенное. Я неспешно летела над ночным Лондоном, наслаждаясь открывающимися видами. Город засыпал. Иногда откуда-то слышался гомон компаний, вываливающихся из пабов, но в целом было тихо, ибо большая часть жителей уже отправилась в объятия Морфея, и даже редкие машины практически не нарушали покой этого сонного царства. Долго ли, коротко ли, но я все же добралась до вожделенной цели. Но не успела я выбрать место приземления, мечтая уже выпить горячего кофе и отведать первую вкусняшку за эту ночь, как рядом нарисовались два мага на метлах и в аврорских мантиях. Сказать, что я была в шоке, это скромно промолчать. — Будьте добры сию минуту приземлиться, мисс, — раздался голос одного из стражей порядка. Естественно, мне пришлось подчиниться. — Имя, фамилия, возраст. Где ваши родители? — посыпались на меня вопросы, как только я твердо встала на ноги. "Лукреция Полак. Сирота. Утром отправляюсь в Хогвартс, на третий курс," — написала я в свете аврорского люмоса в надежде, что условное совершеннолетие позволит мне выпутаться из этой истории с минимальными потерями. — Значит, надо вызывать директора, — прокомментировал явно старший в этой паре. — Придется вам, мисс Полак, переночевать в аврорате, ибо директор вряд ли явится сюда сию секунду. «Милтон, я отлучусь в аврорат. На нашем секторе остается только Фокс», — надиктовал своему лису-патронусу мужчина. — Фокс, если что, сразу зови Милтона, я пошел. "Зачем директора?" — не на шутку перепугалась я. — Раз вы сирота и учитесь в школе, то вашим опекуном является директор. Насколько я понимаю, вы маглорожденная и живете в приюте в обычном мире? — без тени сомнения озвучил свои выводы так и не представившийся мужчина. «Принято, Смитсон», — проговорила мужским голосом патронус-кошечка. "У меня есть опекун, я не маглорожденная, сэр,"— вынуждена была признаться я, ибо никакого желания встречаться досрочно с достопочтенным директором. — "Это мистер Крукс из Лютного," — тяжело вздохнув, добавила я, надеясь, что с этим персонажем мне будет проще договориться и он хотя бы публично не будет опускать меня ниже плинтуса. — Надеюсь, вы не придумываете на ходу, мисс Полак. В противном случае помимо штрафа за нарушение порядка, вы будете также оштрафованы за дачу заведомо ложных показаний. И директор в конечном итоге все равно будет вызван в аврорат. "Я не вру, сэр," — посмотрев прямо в глаза аврору, кратко написала я. «Крукс, жду тебя в аврорате сейчас или с утра пораньше. Мисс Лукреция Полак утверждает, что ты ее опекун», — снова я имела удовольствие полюбоваться на патронуса. Любопытно, это обязательный навык всех авроров? И меня затянуло в воронку парной аппарации. Ну что же, молва не врет, удовольствие это сомнительное. Вход в аврорат был не через будку и не через туалет, несмотря на то, что этот отдел располагался, как и все прочие структуры магического мира, в здании Министерства магии. Мы попросту прошли через участок стены, который на мой взгляд абсолютно ничем не отличался от любого другого справа или слева от него, при этом меня крепко держали за руку. Мы оказались в небольшом холле, из которого на первый взгляд, да и на все последующие не было ни единого выхода. Однако мужчина, ни на секунду не придержав своего широкого шага, снова ломанулся прямо в стену чуть левее от того места, откуда мы только что появились. На сей раз мы оказались в довольно длинном коридоре, в котором даже наличествовали пара дверей, явно в меньшем количестве, чем должно было бы быть. И я оказалась права в своих подозрениях, ибо мы снова прошли сквозь стену. Вот этот коридорчик мне не понравился от слова совсем… По обеим сторонам было много дверей, часть из них была открыта, некоторые — закрыты, и абсолютно все представляли из себя глухие железные двери с наружными засовами и глухими же окошками, ныне запертыми. Остановившись у ближайшей открытой двери, мне гостеприимно махнули рукой, предлагая воспользоваться этим пятизвездочным сервисом. Я поняла, что этот обалденный вечер я запомню надолго, пусть и совершенно не так как планировала. Ну не могло мне прийти в голову, что детей до выяснения обстоятельств отправляют в камеры для взрослых. Это просто не умещалось у меня в голове. А ка-акой штраф не-еобходи-имо бу-удет запла-атить, сэр?" — успела спросить я, перешагивая порог моего временного жилища, все же нашла в себе силы поинтересоваться я. — От пятидесяти до трехсот галлеонов, — захлопывая за мной дверь, равнодушно ответил мужчина. — Или месяц в Азкабане, — донеслось до меня сквозь дверь, проскрежетал засов, и больше я уже ничего не слышала. Хотя, по идее, должна была услышать звук удаляющихся шагов. И, честно сказать, эта звуковая изоляция вкупе с едва-едва светящимся шариком под потолком ударили по моим нервам изрядно. Дождавшись, пока глаза привыкнуть к полумраку, я разглядела в камере доску, которая притворялась местом для сна, и дырку в углу, благо что из нее хоть не воняло. Притулившись на единственное сидячее место, я достала из торбы термос и сэндвич и принялась за полуночную трапезу, ибо надежды на то, что Крукс все бросит и рванет немедленно в аврорат, у меня было мало. Однако, к моему немалому удивлению, сверившись с часами, пока меня выводили из камеры, я обнаружила, что с момента моего заключения прошел всего лишь час. Пришел за мной уже другой аврор, который тоже не посчитал нужным представиться. Вышли из этого сектора мы через очередную стену, совсем даже не ту через которую вошли сюда, а у меня в голове крутились мысли: «Это как же Гарри и Ко при такой-то системе защиты в аврорате умудрились проникнуть в отдел Тайн? Он-то должен охраняться еще круче». Едва ли не ослепнув, зайдя в кабинет, подталкиваемая со спины своим конвоиром, я, только проморгавшись, увидела Тибольда. Нельзя сказать, что его лицо светилось от счастья, но и каких-то очень уж негативных эмоций я не наблюдала. Впрочем, уметь держать лицо — это один из самых необходимых навыков в теневом мире, да и не только там. — Да, это действительно моя подопечная, — спокойно произнес Крукс, развернувшись к аврору, восседающему за столом. — Ну что ж, поскольку это первый привод мисс Полак, то ограничимся штрафом в пятьдесят галлеонов… — и, сделав эффектную, как ему казалось паузу, добавил: —…с нее, за нарушение границ частной собственности, и пятьдесят — с тебя, за то что не уследил за своей подопечной. — Да брось, Тук, девочке уже почти четырнадцать. Можно сказать, она сама за себя отвечает. Ну, попросилась прогуляться по городу одной в качестве подарка на грядущее малое совершеннолетие… — возразил отчим. — Значит, оформляем месяц Азкабана? — доставая какие-то бланки, равнодушно поинтересовался аврор. «Ничего не ответила золотая рыбка», — вздохнула я про себя. Крукс молча полез за пазуху и достал кошелек, помеченный ни много ни мало знаком Гринготса. А это однозначно говорило о том, что отчим имеет сейф в банке, украсть кошелек невозможно и даже, ну вдруг, если он его потеряет, то воспользоваться им никто не сможет. Ну, а если он купил самую навороченную модель, то, обнаружив пропажу, он его попросту призовет, и его собственность тут же появится у него в руке. Спустя десять минут, парочку заполненных бумаг и оставленных нами обоими почеркушек мы оказались на улице, вроде бы даже в том месте, через которое я и попала в наш оплот справедливости и порядка. И тут же мое ухо прямо-таки возопило и начало, кажется, удлиняться, пытаясь сойти за эльфийское. Я, отказываясь принять такое непотребство, встала на цыпочки и зашипела сквозь зубы. — Какого черта?! — тихо проорал Крукс. — О-отпусти-ите, — отчаянно сопротивляясь желанию запищать от боли, проговорила я, цепляясь за руку, которая немилосердно продолжала выкручивать мое ухо и, это при том, что мы не стояли на месте, а меня куда-то упорно тащили. — Я-а все ве-ерну, — все же взвизгнула я в ответ на какой-то особенный поворот цепких пальцев мужчины. — Еще бы ты не вернула, — наконец отпустив мое многострадальное ухо, усмехнулся отчим. — Вернешь, с процентами. Запирать тебя дома я не стану, так и быть. Пошли согласуем список книг и артефактов, которыми будешь возмещать долг, — и, как я наконец поняла, мы направились в сторону одного из проходов в Лютный. — Не, не, не, — уперлась я всеми конечностями, правда, практически безрезультатно. — Я ве-ерну все де-еньгами к ко-онцу года, а-а может, и к Йо-олю, — все еще пытаясь притормозить взрослого мужика, заявила я. — На кой-черт мне твои деньги? У меня и своих хватает, — все-таки соизволил остановиться мой спаситель. — Какого черта тебя понесло к королевской резиденции?! — вернулся к старой теме отчим. — Я-а не зна-ала, что о-она охра-аняется, про-осто хотела по-осидеть на кры-ыше пе-еред о-отъездом в шко-олу, — пробурчала я. — Чего та-акого-то? — Слушай, у меня такое ощущение, что ты выросла не в Лютном, а у маглов. Как ты умудрилась пропустить мимо ушей, что королева потомственнный сквиб и эта резиденция круглосуточно охраняется аврорами? — закатив глаза, картинно возмутился Крукс. Мне лишь оставалось пожать плечами, ибо я сама не понимала, как это я умудрилась пропустить мимо ушей такую информацию. — Раз уже ты умудрилась продать себя ради доступа к библиотеке Гастинсов, то уж прочитай о том, чем занимаются авроры… — практически прямым текстом ткнул меня в мое невежество отчим. — Значит так, деньги мне не нужны. А от долга тебе не отвертеться, . — Вообще-то, — чуть осмелев, вклинилась я в его монолог, — по-оскольку вы о-официа-ально все еще мо-ой опеку-ун, то не-есете за ме-еня полную о-ответстве-енность, что и-и подтвержда-ает вто-орая по-оловина штра-афа, та-ак что и-именно что по за-акону я ни-ичего ва-ам не-е должна. Но я бла-агодарна вам за-а помощь, — не дав ему излить на себя закономерное возмущение, продолжила я, — "так что обязуюсь возместить вам полностью ваши финансовые потери. К сожалению, не далее как сегодня вечером я потратила всю имеющуюся у меня наличность на лекарства, которые мне выписал личный врач лорда Гастингса, дабы скорректировать последствия моего счастливого детства под вашим чутким руководством," — расхрабрившись съязвила я, правда предварительно чуть отойдя от любящего отчима, вставь под фонарь и стремительно чиркая в блокноте, ибо заикаться уже до смерти надоело. Не стерпев такого издевательства, меня попытались вновь сцапать за многострадальное ухо. Правда, в неверном свете редких фонарей мне показалось, что отчим даже доволен моей строптивостью. Наконец, ухватив меня под локоток, за что мое обливающееся горючими слезами ухо было ему искренне благодарно, а вот локоть не очень, меня завели в бар, расположенный недалеко от прохода. Хозяином бара был сквиб, проживающий недалеко от дома Крукса, кстати. И мы принялись отчаянно торговаться. Отчим пытался добиться от меня обещания скопировать некоторые, очевидно, не самые светлые книги, я же отбояривалась от такого всеми имеющимися частями тела. В конечном итоге, перекусив, выпив пару кружек кофе (Крукс) и какао (я), мы все же пришли к соглашению, что я таки скопирую один редкий фолиант из библиотеки Гастингса на Йольских каникулах и пришлю ему сотню обогревающих артефактов (материалы, естественно, за мой счет, и это должен быть как минимум янтарь, а лучше - медные пластины). Хорошо хоть, удалось выбить из него список из десяти книг на выбор, предварительно добившись обещания, что ни одна из них не входит в список запрещенных к продаже… Ну да, они были лишь не рекомендованы и уже довольно давно не появлялись на прилавках магазинов, доступных моему отчиму. Впрочем, нафига ему мотаться и искать, когда появилась такая оказия. "А Тауэрский мост охраняется?" — поинтересовалась я, когда Крукс уже встал из-за стола. — Нет, — с любопытством посмотрел на меня отчим. Значит, хоть часть своих планов я сумею воплотить, — подумалось мне, посмотрев в окно и убедившись, что до рассвета еще далеко, небо по-прежнему было черным-черно. — И что же тебя так тянет на приключения? — вроде как тяжело вздохнул мужчина. — Ску-учно. Да и-и вид до-олжен быть кра-асивый, — вполне доброжелательно улыбнулась я. За сим мы и расстались, отправившись каждый в свою сторону. Возвращаться в Лютный я не желала принципиально, снять комнату даже в Дырявом котле официально еще несколько дней не имела права. Так что, отойдя в сторону от горящих фонарей и выбрав уголок потемнее, я снова достала метлу (и ничему-то меня жизнь не учит) и отправилась за новой порцией приключений. Слава всем богам и иже с ними, остаток ночи прошел спокойно. Я мирно долетела до моста, нашла там пригодное для долгого сидения местечко, постелила плед, обложилась обогревающими артефактами и устроила себе отличный ночной пикник. Под конец ночи, когда небо уже начало призрачно розоветь, я достала один из флаконов, уколола палец кинжалом, капнула в зелье крови, взболтала, полюбовалась на метаморфозы, происходящие с зельем, и залпом выпила это не самое приятное на вкус варево. Редкие прохожие и машины уже начали появляться на улицах Лондона, и я потихонечку спустилась вниз и, укутавшись в мантию, не спеша отправилась на Цветочную аллею, ибо трястись в экспрессе не имела ни малейшего желания. Уж лучше я погуляю в окрестностях Хогсмида. Ничто не нарушило моих планов, и, нагулявшись до гудящих ног, я, наконец, оказалась в замке. В очередной раз проигнорировав пир на весь мир, я преспокойно завалилась спать.