***
Ученики возбуждённо переговаривались между собой, обсуждали дальнейшие планы. До конца каникул оставалось чуть меньше месяца и всем хотелось сполна насладиться последними деньками свободы, а там дальше уже третий семестр, культурный фестиваль и очередные экзамены. Ощущение лета потянуть подольше. Айзава практически не слушал, о чём говорят его подопечные. Шелест колёс и мерное рычание мотора погрузили его в некое подобие транса и в голове лениво ворочались мысли. В основном о том, как же он изменился за это время. А причиной изменениям оказался один конкретный индивид, искренне смеющийся в конце салона. Начало их отношений казалось неловким, неуклюжим, робким, но благо, этот этап уже пройден. Хизаши не требовал ничего сверх меры и возможностей, не просил звёзд с неба, да и сам Айзава был в данном плане неприхотливым, ему было достаточно уверенной улыбки и тёплого прикосновения. В такие моменты груз неправильности, неестественности падал и разбивался в дребезги у его ног, становилось легче дышать и появлялась возможность размять затёкшую под тяжестью спину. Когда встречаются два одиночества, они могут подарить друг другу надежду. Это видимо и произошло. Все страхи медленно начали таять, растекаться лужицей по асфальту и испаряться под палящими лучами солнца. Они все изменились. Стали лучше понимать друг друга, сроднились, перешли на новый уровень. Айзава словно слышал эту музыку у себя в голове и невольно улыбался. Осознание того, что их будто магнитом к тянуло друг другу пришло внезапно и на мгновение перевернуло мир, но потом заботливо вернуло всё на свои места. С таким фактом Шота свыкся довольно быстро, принял его к сведению и продолжил жить дальше, наслаждаясь мгновениями, проведёнными вместе с Хизаши. Конечно не очень радовало, что кто-то великий и могущественные за тебя решил, с кем тебе провести остаток своей жизни, но смотря на тот выбор, что ему предоставили, а точнее, на его отсутствие, Айзава не был против, он никогда не задумывался, а сможет ли он вообще жить вместе со своей родственной душой? Сможет ли его отшельническая натура продержаться так долго с кем-то одним, не послав всё к чертям? Сумеет ли он перебороть своё одиночество и впустить кого-то в свою жизнь? Ответ однозначный — да, сможет. Сейчас все эти вопросы казались глупыми, особенно после взгляда в понимающие глаза человека, который всегда готов прийти тебе на помощь. В любом случае, Шота надеялся уйти в любой момент, но с каждой секундой это желание испарялось на глазах. Видимо, не быть ему больше бродячим котом, несмотря на то, что Ямада не держал его силой, просто самому уже не хотелось никуда идти. Оглянувшись на заднее сиденья, Айзава быстро нашёл притихшего Хизаши и задумчиво оглядел ученика. Что он думает по поводу всего происходящего? Как к этому относится? Чего ждёт? К сожалению, Шота не знал ответов на эти вопросы, он не мог заглянуть в голову к человеку и узнать всё, что его интересует, но он мог спросить Ямаду об этом напрямую. Айзаве казалось, что Хизаши будет не против обсудить их отношения, хоть самого Шоту не тянуло на задушевные разговоры за чашечкой чая. Учитель предпочёл бы этому мягкую тишину. Как выяснилось позже, Хизаши сам её любил и умел создавать — это был воистину неожиданный талант для него. Айзава уже ни в чём не был уверен, когда дело касалось соулмейта. Ямада умел приносить в его жизнь интересные сюрпризы, но так стало даже интересней.***
Айзаву разбудил резкий щелчок электрочайника на кухне, звон посуды и глухие хлопки дверцы холодильника. Недовольно пробурчав что-то в подушку и не найдя никого на другой половине кровати, Шота нехотя поднялся и неторопливо поплёлся на кухню. Там он застал суетившегося за приготовлением завтрака Хизаши. Он всегда вставал раньше, чтобы привести свои волосы в порядок и отправиться на пары. Утром Айзава практически не видел своего соулмейта и только ближе к вечеру они могли провести несколько часов вместе. Ямада уже был почти готов, только полотенце на плечах и старая, растянутая майка говорили о том, что студенту осталось пара штрихов. Ловко готовя омлет и заваривая кофе, он умудрялся повторять правила, бурча их себе под нос, постоянно заглядывая в конспект, лежавший на столе. Выждав момент, Айзава обнял со спины своего соулмейта и уткнулся носом в тонкую и изящную шею, на которой виднелось несколько особо крупных и тёмных засосов. От Хизаши пахло мятой, а ещё мокрые волосы щекотали лицо. — Доброе утро, Шота, — улыбнулся Ямада и выключил плиту. — Угу, — сонно пробормотал Айзава крепче сжимая объятья. — Я почти закончил, кофе, как обычно? — Будь так добр, — поцеловав Хизаши в уголок рта, Шота направился в ванную. Залезая под тёплые струи воды, Айзава на секунду не поверил в происходящее: в этот завтрак, в Хизаши, живущего с ним, в это тепло и заботу, полневшую собой весь дом. Всего на миг задумавшись, что всего этого могло и не быть, и он так же продолжил бы жить в своей квартирке, наслаждаясь одиночеством голых стен, всего на мгновенье, он поставил эту сказку под сомнение, и от этого стало тяжело на душе. Так не хотелось покидать этого волшебного сна, не хотелось выплывать из омута иллюзий, так хотелось, чтобы всё это оказалось реальным… Громкий голос с кухни развеял все сомнения: — Шота? Мне нужна будет твоя помощь, я уже несколько дней бьюсь с одной задачей! С меня должок! Айзава хмыкнул, выключая воду и доставая полотенце. Нет, некоторые вещи слишком реальные, чтобы их подделать. И даже если это сон, хочется поспать чуть дольше. Или всё же это реальность? — Несомненно, — кивнул своим мыслям учитель. Забавно ведь, что твоим соулмейтом, которого ты и не надеялся найти, оказался твой же ученик! Забавно, что ты измучил себя надеждой, забыл про неё, но она снова напомнила о себе и заставила сиять мир ярче. Забавно, что ты, приученный не доверять никому, сомневаешься в реальности этого радужного мира. Да. В каком-то смысле, это забавно. Ведь…Такое случается.