Ты - моё отражение

Было тихо и спокойно, умиротворяюще. Штрих за штрихом на бумагу ложились лёгкие карандашные линии, из которых складывался красивый цветок в чёрно-белой гамме. Это для Клэри был лучший душевный отдых. Три дня понадобилось ей, чтобы выйти из лазарета. Это были невыносимо скучные и тоскливые дни. Клэри понимала, она и так получила свободу в кратчайшие сроки стараниями Магнуса. Хотя она не понимала, почему он это делает, ведь по всей логике Магнус должен винить её в своём разрыве с Алеком. Но он приходил каждый день и магией врачевал её рану. В конце концов Клэри не выдержала и задала этот вопрос, на что он, грустно улыбнувшись, ответил: — Это не твой выбор и не выбор Александра, ваша связь — воля Небес. Кто я такой, чтобы спорить с Высшими Силами? Злиться или ненавидеть вас двоих и вовсе глупо. Не буду скрывать, Александр мне очень нравился, но он предназначен тебе. Мне лишь остаётся порадоваться за него. У вас будут красивые дети. Если вы, конечно, возьмётесь за ум, и прекратите упрямиться. После Магнус вышел, оставляя оглушённую его словами Клэри одну. В её голове был хаос, сквозь который прорывалась мысль: «Какие, к чёрту, дети? Он вообще в своём уме?». В остальном ей было невыносимо скучно. Чаще всего к ней забегала Иззи. Конечно же, сперва она устроила форменный допрос с нотками упрёка. Алек уже успел просветить Клэри о том, что их тайне с обменом телами конец. И его сестра обижалась, что они ничего не рассказали ей. Клэри пришлось, наверное, десяток раз повторить все аргументы, почему они так поступили, прежде чем Изабель отстала. Был у неё и Джейс, который, краснея и чуть ли не заикаясь, извинялся за гадости, которые наговорил ей накануне, считая её Алеком. На что Клэри посоветовала говорить не с ней, а непосредственно с Алеком, и была рада узнать, что конфликт урегулирован. Так же Клэри узнала, что никто, кроме Изабель, Джейса и Магнуса, не в курсе ситуации, в которой оказалась она и Алек. Они единогласно решили молчать, мало ли как Конклав отреагирует на подобные известия. Конечно же, навещал Клэри и сам Алек, но так же как и все остальные, ненадолго. Он рассказывал ей последние новости. Точнее, их отсутствие. Ничего примечательного не происходило. Демоническая активность была низкой. Следов Джонатана найти так и не удалось. Возможно, Алек и проводил бы у неё больше времени, но медперсонал лазарета требовал порядка и тишины на своей территории. А Клэри так отчаянно не хватало их разговоров и приятных вечеров в обществе друг друга! Заходили к ней и другие нефилимы. Родители Алека с младшим братом Максом и даже её собственная мать. А так же целая толпа других охотников заглядывала на минутку, просто так, любопытства ради. Всё остальное время Клэри коротала за чтением книг, всей душой надеясь, что день выписки настанет поскорее. Но так или иначе, через три дня Магнус сказал, что её вполне можно выпускать, но просил при этом временно не усердствовать с физическими нагрузками и пить целебные настои, которые он оставил. И вот, она у себя в комнате, занимается любимым делом. Рисование так захватило её, что она даже от общества Алека смогла отказаться. За окном только-только начинал заниматься рассвет, и Клэри отлично понимала, ей бы спать надо, но вдохновению, которое нахлынуло на неё, было плевать на время суток.

***

Алеку не спалось. До привычного подъёма в шесть утра было ещё более полутора часов, и он отчаянно старался урвать себе хотя бы крохи сна, но ни в какую. Он вертелся с боку на бок, сердился на рыжую шевелюру, которая лезла в лицо. Одеяло тоже было каким-то непривычно тяжёлым, а подушка жёсткой. В конечном итоге, окончательно разозлившись, Адек потопал в душ. Всё лучше, чем бесцельно пялиться в потолок или на стены. Стоя под горячими струями воды, Алек в который раз размышлял над событиями своей жизни, которая чем дальше, тем больше напоминала кромешный хаос. И вроде бы сейчас должно было стать легче, он мог быть самим собой с самыми близкими людьми, но не стало. Для Джейса было ощутимо тяжело общаться с ним, но видеть перед собой Клэри. С Изабель было легче. Его сестра вообще умела удивительно легко подстраиваться под обстоятельства. Конечно же, и Иззи, и Джейс, оба были злы на него и Клэри за то, что они скрыли от них такие перемены в своих жизнях. Но кроме как понять и принять всё, как есть, им ничего не оставалось. Потому со временем допросы утихли. Вечера стали нелюбимым временем суток для Алека. Слишком тоскливо и одиноко ему было. Он пробовал коротать время с Иззи, но быстро понял, всё не то. Сестра была девушкой неглупой, только её интересовали или демоны, или парни. Ни то, ни другое не казалось сейчас Алеку интересным. И ему пришлось признать, ему отчаянно не хватает Клэри. Так же он понимал, что окончательно и бесповоротно запутался. Алек слишком хорошо помнил свои эмоции — тот страх, ужас и чувство обречённости, которые испытывал, думая, что Клэри умирает. И сейчас тоска по ней, по её болтовне и подначкам не отпускала Алека. Подумать только! Ему, Александру Лайтвуду, не хватает общества Клариссы Фэйрчайлд, девицы, которая не так давно доводила его до бешенства всего парой фраз! Похоже на бред? Но так есть. Ему было слишком мало коротких визитов в лазарет, где и поговорить толком было тяжело. Слишком много посторонних, и каждое слово приходилось произносить с оглядкой. Он никак не мог разобраться: кто они друг другу? Друзья? Возможно. Только разве думают о друзьях почти каждую минуту? Но и на влюблённых они не тянут. Словно застряли где-то посередине. Или это Алек один застрял? Ведь вполне возможно, Клэри считает его не более, чем приятелем. Как бы там ни было, он как праздника ждал выписки Клэри из лазарета и был благодарен Магнусу за то, что тот так старательно приводит Клэри в порядок, хотя и не понимал его мотивов. Но и спрашивать не стал. Сейчас Алеку уже было не больно общаться с Магнусом, просто как-то странно, что ли. Смысл рвать на себе волосы из-за того, над чем они не властны? Ну не сложилось у них, судьба оказалась против. Вся их история ограничилась одним свиданием, несколькими вечерами разговоров и сладкими поцелуями, а ведь у них могло получиться… Пусть не сразу, но Алеку удалось примириться с этим и отпустить Магнуса. Судя по всему, ему тоже. И вот сегодня вечером стараниями Магнуса Клэри выписали. Алек, Иззи с Джейсом были на миссии и узнали об этом, только когда вернулись. Как на крыльях Алек летел к себе в комнату, чтобы привести себя в порядок и, наконец, провести вечер с Клэри, как раньше. Однако его ждало разочарование. Она, чуть смущённо улыбаясь, сказала, что хочет немного отдохнуть от всего. Чуть порисовать и лечь спать. Пообещала, что фильмы они посмотрят завтра. Возможно, это сильнейшее разочарование, почти обида, и послужило причиной неожиданной бессонницы.

***

Сигнал тревоги, разорвавший тишину, заставил руку Клэри дрогнуть, и некрасивая линия прочертила лист. Только не это сейчас тревожило её. Сирена означала беду. Клэри лишний раз порадовалась, что так и не переоделась вчера, и сейчас на ней были джинсы и футболка. Вскочив с места, она быстро достала из-под матраца клинок серафимов и бросилась прочь из комнаты. Конечно, согласно правилам, всё оружие должно было храниться в оружейной, но Клэри была уверена, каждый сумеречный хранил в комнате пару сюрпризов, на случай вроде этого. Конечно же, Клэри помнила, что и Магнус, и персонал лазарета настоятельно рекомендовали ей избегать лишних физических нагрузок, но разве может она отсиживаться в комнате, когда её близким грозит опасность? Они могут пострадать, и не дай Бог погибнуть! Нет, она определённо не будет прятаться, пока другие рискуют жизнью, защищая Институт. Алек, услышав тревожную сирену, пулей вылетел из душа и начал натягивать форму сумеречного охотника прямо на сырое тело. Как только с этим было покончено, он собрал влажные пряди в хвост и, так же схватив припрятанный клинок, вылетел в коридор. Комната Алека была ближе к центральному залу Института, потому Клэри добралась туда быстрее и, увидев открывшуюся её взору картину, в ужасе застыла. Прямо в зале был открыт портал, откуда лезли уродливые, неизвестные охотникам демоны. Наверняка, результаты безбожных экспериментов Валентина. А прямо рядом с порталом Клэри увидела Джонатана. Его она узнала сразу. Мама говорила, он очень похож на Валентина в молодости. Клэри, впрочем, как и все охотники, знала, как выглядел когда-то её проклятый Ангелами отец. Видела фотографию. Так вот мать не обманула. Джонатан Моргенштерн был очень похож на молодого Валентина, разве что черты лица были чуть мягче. А в следующее мгновение сердце Клэри зашлось в страхе. Заледенев, она смотрела, как Джонатан, не встречая препятствий на своём пути, пробрался сквозь толпу сражающихся к её матери. Она успела обернуться и застыла с выражением ужаса на лице, и в следующее мгновение упала, поражённая мечом прямо в сердце. — МАМА! — закричала Клэри, срывая голос, но в царившем хаосе никто не обратил на это внимания. Ненависть, чёрная и жгучая, захлестнула её душу. Она пыталась пробиться к брату, который был теперь её врагом номер один. В голове пульсировало: «Мама, ну почему ты не покинула вечером Институт вместе с Лайтвудами?» Джослин не раз повторяла всем, что Джонатан чудовище, но Клэри не спешила верить ей. Ведь он же её брат! Может, мама ошибается? А, возможно, и вовсе лжёт намеренно, ведь она врала ей всю её жизнь. Как оказалось, не ошибалась и не лгала. Внешне привлекательный парень правда был монстром, и Клэри шла к нему сквозь толпу сражающихся с одним-единственным намерением — убить. Уже на подходе к главному залу Института Алек столкнулся с Джейсом и на бегу спросил: — Что происходит? — Сам не видишь? На Институт напали! — также на бегу ответил Джейс. Перед глазами парабатаев предстала та же картина, что увидела и Клэри. Портал, демоны, сражение. Нефилимы несли большие потери, и Алек в злости сжал губы, увидев Джонатана. Они столько его искали, а он просто готовился и копил силы, чтобы самостоятельно нагрянуть к ним. И ведь как верно выбрал время, сукин сын! Рассвет, время, когда одни охотники возвращаются с патрулей, уставшие и сонные, а другие ещё спят. Видел Алек и гибель Джослин. «О, Ангел! Что же будет с Клэри, когда она узнает?» — пронеслось в его голове. А потом он увидел и саму Клэри, которая с лицом, искажённым ненавистью, и с мрачной решимостью во взгляде пробиралась к Джонатану сквозь толпу. И снова страх за неё ледяными щупальцами сжал нутро Алека. Со всей возможной скоростью он кинулся туда же, куда она. Тут Джонатан обернулся, и его глаза вспыхнули триумфом. Услышать что-то в такой какофонии звуков было невозможно, но Алек прочёл по губам: «Вот мы и встретились, сестрёнка». А следом из портала вышел огромный демон, напоминающий шар на невероятном количестве коротких ножек. Жуткая и неизвестная тварь распахнула пасть, откуда повалил чуть зеленоватый то ли дым, то ли туман. Алек видел, как охотники, вдохнувшие эту адскую смесь, падали на пол, словно подкошенные, выгибаясь в мучительных судорогах. И ему бы бежать от этого кошмара прочь, на улицу, где свежий воздух, но он не мог оставить тут Клэри. Даже инстинкт самосохранения оказался ничем перед потребностью уберечь её. Он забыл о родных, которые тоже сражались где-то в этом Аду, Алек обо всём забыл. Всё, чего сейчас он хотел, это добраться до Клэри. Клэри тоже успела понять, что вдыхать это нечто, льющееся из пасти демона, нельзя. Так же она заметила Алека и взгляд Джонатана, которым тот наградил его, думая, что Алек — это она, Клэри. Она пробовала кричать ему, чтобы он бежал, только разве в таком грохоте услышит он её? И она спешила, как могла, удвоив усилия, нанося слепые удары по попадающимся на пути врагам. Клэри уже поняла, Джонатан пришёл за ней. Нельзя позволить, чтобы он схватил Алека. И уже почти добравшись до своего врага, она почувствовала острую боль в бедре и, инстинктивно вскрикнув, сделала глубокий вдох отравы. Алек почти добрался до Клэри, как увидел, что она, не удержавшись, сделала вдох разлитого в воздухе яда. Видел он и как она рухнула на пол. И вроде бы оставались считанные метры, но они казались бесконечностью. Лёгкие горели от отсутствия кислорода, в глазах стали появляться чёрные точки и, не в силах больше терпеть, Алек вдохнул адскую смесь. Клэри чувствовала, как тает сознание, а внутренности горят огнём. И вскоре сквозь мутную пелену она увидела Алека, который из последних сил, ползком, пытался добраться до неё. Сквозь боль и ломоту в теле Клэрт вытянула руку ему навстречу в надежде хотя бы коснуться руки. Клэри была уверена, это конец. Ошиблась она. Джонатан пришёл не за ней, он пришёл убить их всех. Клэри ощущала, как тают силы, как нарастает боль и как расплывается всё перед глазами. Не такой она представляла свою смерть. Мысленно она попрощалась со всеми близкими, а потом, снова глянув на Алека, поняла, он ей давно не просто друг. Эта истина предстала перед Клэри так ясно и очевидно, что ей оставалось только подивиться собственной слепоте. Всё последнее время она думает не о Джейсе, а об Алеке. И если бы сейчас её спросили, с кем бы она хотела провести всю жизнь, она бы назвала имя Алека. Не видела она смысла в том, чтобы что-то скрывать. Возможно, они живут последние секунды. — Я люблю тебя, Алек, — сорвалось с губ Клэри. Ей хотелось крикнуть, но вышел слабый шёпот. Но Алек услышал. Он испытывал схожие симптомы и тоже думал, что пришёл его конец. Сквозь грохот пульса в ушах и стоны корчащихся на полу охотников он услышал тихое признание. И всё разом стало на свои места. Именно поэтому он смог отпустить и Джейса, Магнуса. Именно поэтому думал о ней постоянно и так отчаянно тосковал, когда Клэри рядом не было. Просто потому что полюбил эту невозможную полупримитивную, просто был слишком упрям и в совершенстве владел самовнушением, чтобы признаться в этом. — И я тебя, Клэри, люблю, — прошептал Алек, всё же коснувшись её пальцев. И всё, темнота поглотила его сознание.