Ты - моё отражение

Оранжерея была одним из немногих мест в Институте, где Джейс мог спрятаться от окружающих. Это место не пользовалось популярностью у сумеречных охотников. Даже Алек и Изабель не рисковали лишний раз соваться сюда из-за аллергии. Вот и сейчас он надеялся побыть один, попытаться привести в порядок мысли. Конклаву понадобилось чуть более трёх месяцев, чтобы закончить расследование дел Джонатана. За это время было найдено несколько мест, где их враг обустраивал свои логова и где в подвалах содержались жуткие твари. Их уничтожение обошлось без потерь, так как они были надёжно заперты и не представляли в таком виде реальной угрозы. Сложнее было с поиском его последователей, но и тут удача была на их стороне. Конечно же, никто не верил, что изловить удалось всех, но дальше заниматься этим делом Конклав не желал. И вот, послезавтра делегация должна будет покинуть Институт. За это время его отношения с Таней сильно изменились. После того случая, когда Джейсу удалось довести всегда сдержанную девушку до срыва, они постепенно начали общаться. Сначала это были сплошные шпильки и подначки в сторону друг друга, но после пары напряженных ситуаций, где они были вынуждены спасать друг другу жизни, общение стало более дружеским. Постепенно они сблизились, стали друзьями. А совсем недавно Джейс решился поцеловать Таню. Не описать словами тот ураган чувств и эмоций, что обрушился на него в тот момент. Сердце билось как сумасшедшее, голова закружилась, а душа словно воспарила где-то в облаках. Когда всё закончилось, Джейс заметил острое смущение Тани и не стал лишний раз давить на неё, а она и вовсе решила сделать вид, словно ничего не было. И вот, совсем скоро она уезжает, а Джейс так и не находил в себе сил признаться ей в своих чувствах. Да-да, он уже успел с изумлением осознать, что влюбился как мальчишка. Сильно и безнадёжно. Не так давно он планировал уложить Таню в постель, а потом проучить, бросив. Эх, как говорится, не рой другому яму… Сказал бы кто Джейсу месяца три назад, что всё будет именно так, ни за что бы не поверил. А самое поразительное, впервые в жизни он чувствовал такую робость и неуверенность. Обычно Джейс действовал быстро и целенаправленно, не особенно заморачиваясь, так как в собственном успехе был уверен на все сто процентов, но только не в этот раз. Он видел, Таня тоже к нему что-то чувствует, или он просто убедил сам себя в этом? Джейс каждой клеточкой тела ощущал, как утекает время, с каждой минутой отъезд Тани становился всё ближе, а он так и не мог заставить себя поговорить с ней. Признаться и попросить остаться. Уже который день он испытывал сильнейшие моральные метания и никак не мог принять окончательного решения: оставить всё как есть или решиться на откровенный разговор. — Ты всегда уходил сюда, когда хотел спрятаться от мира, — услышал Джейс голос парабатая. — Алек? Ты чего здесь? — удивлённо произнёс он. — Как же твоя аллергия? — В наш век существует множество средств, чтобы справиться с этим, — Алек парень плечами. Присев рядом с Джейсом на скамейку, Алек сцепил руки в замок и, внимательно посмотрев на него, спросил: — Что у тебя с Таней? Алек никогда и предположить не мог, что между ним и его парабатаем может встать девушка, и всё-таки это случилось. Со временем они разучились общаться. Иногда они вместе тренировались и ходили на охоту, но прежней близости между ними как не бывало. Раньше они были как братья, если не по крови, так по духу. Доверяли друг другу безоговорочно. Но из-за событий последних месяцев это доверие заметно пошатнулось, и они стали напоминать в лучшем случаем приятелей, но никак не братьев. Алеку это не нравилось. Ему остро не хватало Джейса, их разговоров и дружеских подначек. Не хватало того чувства, которое возникает только в присутствии бесконечно близкого человека. Да, Клэри делала его счастливым, заставляла быстрее биться сердце и кружиться голову, но это другое. Последние три месяца через их связь парабатай Алек ощущал смену чувств Джейса. Сначала были интерес и азарт, вскоре появилось что-то похожее на доверие и непонятное тепло, а потом коктейль чувств Джейса Алек мог объяснить только как влюблённость. Но последние несколько дней, как стало известно, что делегация Конклава скоро отправится обратно в Идрис, та эмоциональная буря, которую испытывал парабатай, измотала Алека. И ведь это только отголоски. Что же тогда должен чувствовать сам Джейс? В конечном итоге ему всё это надоело, и он решил поговорить с Джейсом. Возможно, между ними и нет прошлого доверия, но Алек по-прежнему считает его своим лучшим другом и братом. — О чём ты? — Джейс решил сделать вид, что не понимает, о чём он. — Джейс, ты можешь врать кому угодно, но не мне, — вздохнул Алек. — Мы же парабатай. Глядя в глаза Алека, человека, который многие годы был ему ближе, чем брат, он задумался: рассказать или нет? Как и Алек, Джейс отлично понимал, чувствовал, они сильно отдалились за последнее время. Вся эта история с предначертанными вбила между ними клин. Потом, когда Джейсу удалось примириться с мыслью, что Клэри принадлежит Алеку, пара была слишком увлечена друг другом, и он ощущал себя лишним в их компании. Впоследствии он и сам увлёкся Таней, и стена между ними так и осталась. Алек был по-прежнему безумно дорог ему, Джейс уже не испытывал ни капли обиды или иного негатива в сторону парабатая или его девушки. Клэри стала ему приятельницей, хорошей подругой, не более. И сейчас был подходящий момент, чтобы разрушить отчуждение между ним и Алеком. Алек уже сделал свой шаг на встречу, теперь дело за ним, за Джейсом. И он решился. Рассказал всё, как есть. События, мысли, чувства, эмоции. — Ну и чего ты тут сидишь? — спросил Алек, когда Джейс окончил свою исповедь. — Иди к ней и скажи, что любишь. — Ты так просто об этом говоришь, — тоскливо усмехнулся Джейс. — Потому что это и есть просто, — парировал Алек. — Алек! — не выдержав эмоционального напряжения, всплеснул Джейс руками. — Подумай сам, она дочь уважаемого в Сумеречном мире семейства, ей светит головокружительная карьера. А я? Что могу дать ей я, простой сумеречный охотник? — Ну для начала, ты — Эрондейл, твоя бабка Инквизитор, так что твоя родословная тоже не так проста, — отозвался Алек. — А дать ты ей можешь любовь и личное счастье. Карьеру всегда построить успеете. — Ну не знаю, — неуверенно пробормотал Джейс. — Джейс, если ты сейчас не скажешь ей, что чувствуешь, будешь сожалеть всю жизнь, — серьёзно произнёс Алек. Двое парней, герои войны с Джонатаном, названные братья, парабатай, сидели и смотрели друг другу глаза в глаза, чувствуя, как рушится между ними стена из старых обид, непонимания и отчуждённости. Как с каждым мгновением крепнут их связь и доверие. Это был бесконечно важный момент для обоих. Они снова обрели друг друга, часть своей души. — А знаешь, ты прав, — уверено заявил Джейс. — Я сделаю это. Прямо сейчас. И крепко, по-братски обняв Алека, он покинул оранжерею. Алек тоже не горел желанием задерживаться в этом месте, так как из носа уже начинало течь, а глаза слезились. Аллергия вступала в свои права.

***

Уже с полчаса они сидели на красивой поляне за пределами города с шикарным видом на вечерний Нью-Йорк, а Алек так и не мог решиться произнести заветные слова. Сейчас он мог только иронизировать над тем, как удивлялся нерешительности Джейса пару месяцев назад. К счастью, парабатай всё же признался Тане, и сейчас парочка вечно пропадает где-то вместе. Как оказалось, Таня только и ждала хоть какого-то знака от Джейса, так как была безнадёжно влюблена в него, и карьера отошла на задний план. — Алек, ты меня слушаешь? — лёгкий тычок в плечо вырвал Алек из его мыслей. — Да-да, — растерянно отозвался он, понимая, что прослушал значительную часть рассказа Клэри. — Да что с тобой сегодня? — спросила Клэри, вглядываясь в любимые голубые глаза. — Что случилось? Скажи мне, я же вижу, ты сам не свой. Клэри начинала ощутимо нервничать, так как видела, Алек какой-то нервный и напряжённый, только не понимала причин. Видя, что его топтание на месте уже начинает беспокоить её, Алек наконец-то решился. — Мне хотелось, чтобы это было как-то по-особенному, — произнёс Алек. — Увы, романтика и оригинальность не мой конёк, — потом, сделав глубокий вздох, он, как и полагается, встал на одно колено. — Кларисса Адель Фэйрчайлд, ты выйдешь за меня, Александра Гидеона Лайтвуда, замуж? В первый момент у Клэри перехватило дыхание, а потом сердце понеслось вскачь. Говоря откровенно, она никогда и не задумывалась о таких аспектах. Просто любила Алека, и ей было достаточно того, что он рядом и любит её. И сейчас Клэри испытывала изумление, которое быстро сменилось радостью и приливом нежности и любви. — Да, — прошептала она. Да и мог ли ответ быть другим, когда Клэри жизни своей без Алека не мыслит? Ответа Клэри Алек ждал с волнением и даже страхом. И услышав заветное «да», он привлёк её к себе и поцеловал, вкладывая в поцелуй всю гамму чувств, которая бушевала в душе.

***

Уже второй раз в жизни Алек стоял у алтаря и ждал появления невесты. И если первый раз он был готов выть от отчаяния и безысходности, так как брак был нужен кому угодно, но только не ему, то сейчас его сердце учащённо билось от радости и предвкушения. Алек за этот день не раз слышал, как люди шептались за его спиной, и это заставляло его морщиться и закатывать глаза в раздражении. Как старые сплетницы, нефилимы шёпотом обсуждали: «Не бросит ли Лайтвуд очередную невесту у алтаря?». И даже сейчас во взглядах многих читалось нечто подобное. Ну да, прошлый раз он оставил Лидию ради Магнуса, не смог дойти до конца, так как всё внутри кричало, что он совершает ошибку. Только сейчас всё было иначе. Тот же Магнус сидел во втором ряду со своим новым парнем, и каждый раз, когда взгляд случайно натыкался на него, сердце было спокойно. Во всём мире не было никого и ничего, что заставило бы Алека передумать жениться на Клэри. Потому его мучило сильнейшее желание крикнуть толпе сплетников: «Не дождётесь!», а после попросить заткнуться. Клэри и без того сильно нервничала накануне, и единственным страхом Алека было то, что передумать может его невеста. И он был прав. Нервы Клэри и правда были на пределе. Она тоже слышала эти мерзкие и злые шепотки, которые так подрывали её уверенность в себе, заставляя невольно думать: «А вдруг они правы и Алек снова сбежит?». Здравый смысл говорил Клэри, в этот раз всё иначе. Эта свадьба не политический союз и не династический брак, они женятся по любви. Но всё равно… Эти мысли не давали Клэри покоя последние сутки. И даже сейчас, перед самым выходом к алтарю, её грызли сомнения. А потом она разозлилась на себя. Да что с ней такое? Они с Алеком любят друг друга! Он никогда не унизит её таким образом! Как она вообще может в нём сомневаться? И, выдохнув, Клэри вышла в Зал Церемоний. Тут же она встретилась глазами с Алеком. Его взгляд горел восхищением, ожиданием, трепетом и любовью, и все сомнения Клэри развеялись, как дым на ветру. Она шла по проходу и видела только своего будущего мужа. У Алека перехватило дыхание, как только он увидел Клэри. В золотом платье без бретелей, с распущенными огненными кудрями она напоминала ему ожившее божество. Он не мог отвести взгляд от своей невесты. Алек подал Клэри руку, помогая взойти на помост, и от простого прикосновения сердца обоих понеслись вскачь. Глаза в глаза, сердце к сердцу, душа к душе. Они почти не слышали речи безмолвного брата, не замечали толпы, взирающей на них. Только лёгкий толчок Иззи вывел Клэри из оцепенения. Взяв брачный браслет, она одела его на руку будущего мужа. После чего Алек застегнул кулон на её шее. — Руну на руку, руну на сердце, — прозвучал в головах присутствующих голос безмолвного брата. — Союз зарождается. Взяв стило, Клэри осторожно вывела брачную руну сначала на запястье Алека, потом на его груди, напротив сердца, для чего ему пришлось расстегнуть рубашку. Потом стило перекочевало к Алеку. к Клэри почти не ощущала боли от нанесения рун. Это был, наверное, самый романтичный и сокровенный момент как в её жизни, так и в жизни Алека. И когда он закончил последнюю линию напротив сердца Клэри, брачные руны вспыхнули ярким светом, а когда свет угас, остались на телах молодожёнов, переливаясь золотом, заставляя приглашённых на церемонию шокировано ахнуть. Ведь постоянные руны имели черный цвет, временные были похожи на розовые шрамы, никто и не подозревал, что руны могут выглядеть так. Даже безмолвный брат на несколько секунд лишился дара речи. — Сегодня мы стали свидетелями союза, скреплённого самими Ангелами. Эти двое были рождены друг для друга. И сегодня две жизни слились в одну, — нашёлся в итоге безмолвный брат. Следом шли ещё какие-то слова, а потом разрешение поцеловать невесту. Алек привлёк Клэри к своей груди и поцеловал в алые губы. Настолько нежно и проникновенно, что защемило сердце. Когда воздуха в лёгких стало не хватать, Алек и Клэри оторвались друг от друга. Они смотрели друг другу в глаза, окончательно осознавая, что у них и правда одна жизнь на двоих. Одно сердце и душа. Никто и никогда не разлучит их. Они не позволят. Потому что друг для друга они целый мир. Так было решено свыше, и они с радостью подчинились этому решению, полные веры, что их счастье нерушимо. Отныне и навечно.