Боль - лучшее лекарство

Вы что-нибудь слышали о сумасшествии? Слышали о том, как кто-то сходит с ума? По-настоящему, а не только словами. Как кто-то рисует у себя в голове мир. Строит дома, семьи, рушит мечты и надежды, затем вновь обретая их. Смеется видя перед собой пустоту и плачет в надежде, что обойдется. Носит в сумке сотню игл и пару пачек спичек. Так, на всякий случай. Отрезает прохожим волосы и кладёт в мешок. А в голове, все это время живет образ. Темный образ твоей светлой стороны.

POV

Я сижу у твоего трупа. Склоняюсь перед тобой, касаясь гниющей плоти. Запах настолько ужасный, что по правде говоря, хочется плакать. Твоё лицо живо только в моей памяти, но не наяву. Но это ничего, я дорисую его у себя в голове и смогу представить, будто бы это на самом деле. Зелено-буро-серый цвет некогда светло-бежевой кожи кажется мне ещё теплее прежнего. Я смотрю и рисую у себя в голове твои глаза, открытые и черные-черные, словно омут моих надежд. Представляю как ты улыбаешься и через секунду на твоей улыбке красуются брызги крови. Желательно моей крови… Вокруг все ещё более мрачное, чем твоё гниющее тело. Которое, кстати, почти не изувечено. На твоём теле, кажется, только парочка ран, если я вообще могу правильно рассмотреть их после трех недель возлежания на солнцепеке. Поблизости ещё так много трупов в лучшем или же худшем состоянии чем ты, и они все также жутко воняют. Каждый со своей историей смерти, со своей историей до смерти и после. В поисках твоего тела я успел рассмотреть многие другие и видел только одно — гниение и разложение плоти. Эти наблюдения заставляли меня всерьез задуматься о полезных свойствах твоей работы, а точнее о её плюсах. Ты ведь действительно старался сделать что-то лучшее. По-своему, пусть и жестоко, пусть это приносило смерти — но в будущем мы могли бы избежать этой вони и ежегодных походов к родным на кладбища.

***За несколько дней до…***

— Ты это сейчас серьёзно, мать твою? Парень, ты ебнулся? — Отказываешься? — Гарри усмехнулся и сделал очередной глоток виски. — Как я, блять, смогу это сделать? Ты хоть понимаешь, что будет со мной, если не получится? — Я же не говорю, что это должен делать лично ты. Мне плевать кто, у меня есть куча бабла и я готов её отдать тебе за информацию и помощь. — Ты просто хочешь посмотреть гнилье? На кладбище сходи и раскопай парочку мертвецов — так будет и проще и дешевле. — Ну, значит… — с его лица не сходила наглая ухмылка. Рука Поттера медленно потянулась за пачкой денег, лежащей на краю деревянного столика. — Можешь быть свободен. Естественно, отпускать его никто и не собирался… — Эм… — Ну что ты, иди-иди. Дрожащей левой рукой парнишка плавно заправил спавшие на лицо светлые пряди за ухо и снова посмотрел на Гарри. Ему показалось, что большего страха, чем в тот момент, когда он смотрел в эти страшные глаза, он не испытывал. Никогда в его и без того жуткой жизни. — Ты ведь Гарри? — Ну, я же представился вначале. — Кас не должна узнать о том, что ты жив. — А ты хочешь рискнуть? — Если ты хочешь найти труп Реддла и она каким-то образом узнает о том, что кто-то рылся в её бумагах и разыскивал место захоронения Тома, то за тобой пошлют её лучших людей. — Если бы что-то пошло не так, то моя рука, сжимающая скальпель держала бы его у её горла раньше, чем она успела бы только им приказать меня найти. — Что тебе нужно кроме могилы Реддла? Гарри перевёл взгляд на атлетически сложенного мужчину, сидящего в соседнем кресле и облизал губы, словно это было в замедленной съёмке. — Рик, объясни ему остальное сам, я бы хотел немного отдохнуть. Не попрощавшись с присутствующими в зале Гарри покинул большую комнату своего новой съёмной квартиры, прихватив с собой немного белого порошка и парочку сигарет.

***

Он не спал уже несколько ночей, сбившись со счета ещё три дня назад. Он просто не мог закрыть глаза, боясь, что снова будет видеть его лицо. Боялся, что снова будут снится сны о возможных причинах смерти. О возможных пытках и о боли, которую Том испытал. Это было похоже на манию, и теперь у него действительно ехала крыша. Он даже не старался скрыть то, что за пару недель стал хуже всех наркоманов города. Словно хотел что-то кому-то доказать. Гарри снова вернулся к убийствам, но теперь уже не ограничивался резкими движениями ножа или парочкой таблеток. Он полюбил пытки, стараясь найти в них что-то от Тома. В его кожаной сумке всегда лежал скальпель и складной нож, в котором была отвертка и прочие вспомогательные лезвия, зажигалка и проволока. Кажется, парочку трупов копы нашли пару дней назад и уже даже начали искать — ему было плевать. Все равно мысли уже давно не были в этом мире. Чаще всего он убивал девушек, похожих на Кассандру. Таких найти было не сложно, ведь её внешность была настолько заурядной, что её копии сидела чуть ли не в каждом баре, попивая водку с соком. — Гарри? — громкий стук словно вывел его из транса и заставил вздрогнуть. — Входи. — Ты опять? — Ты чего хотел? — Мы ещё вчера вечером перевезли тело Тома в тот заброшенный дом. — И? — Нам продолжать его хранить в той жидкости? — Естественно. Я тебе уже блять говорил, чтобы ты больше не задавал мне этот вопрос. А со вчерашнего вечера это уже третий раз. — А вдруг ничего не получится? — Значит твоё тело будет лежать по соседству. Рик давно был знаком с Гарри и уже привык к тому, что его надо боятся. У них всегда была такая дружба. Но в последнее время даже ему стало казаться, что тот перегибает палку. У Поттера было действительно много денег, очень много денег, которых бы хватило на то, чтобы просто выкупить компанию Кас, но ему это было не надо. В своей голове он нарисовал безумный план, отказываться от которого не хотел ни в какую. Все кроме него понимали, что-то, на что замахнулся Гарри бывает только в фильмах о магии или какой-то фантастике, типа «Людей Х». Квартира в самом центре города с панорамным видом на главную улицу не могла ни у кого вызвать подозрений. А точнее то, что в ней мог бы жить тот самый убийца, на поиски которого были пущены лучшие детективы города. В \том и было его преимущество. Он просто не думал о своих жертвах — ему было плевать, и он даже не помнил их лиц и крика. Ни улик, ни свидетелей — никого. Только окровавленные тела с кучей увечий и разорванной одеждой. Никаких фирменных знаков или меток. Ему было не до этого. Это были просто эмоции, злость, ненависть, которую надо было куда-то девать, чтобы не убить кого поближе. Гарри не знал, какой был сегодня день и какое было число. И вообще была ли ночь или же день. В его комнате он намеренно закрывал окна не просто шторами, а двумя шкафами, через которые дневной свет просто не мог пробиться. Он знал только то, что Рик ему маякнет в нужное время и он снова сможет выйти на свою охоту за новой жертвой. Жертва снова будет кричать, но этого снова никто не услышит. И она снова будет умолять. Как когда-то все умоляли Тома. Кажется, Реддла это прельщало больше, чем Гарри. Он даже внимания на это не обращал, ненавидя лишний трёп. Ему не приносило это никакого эстетического удовольствия. Только утоляло жажду. После «утоления жажды» он чаще всего выкуривал косяк, припрятанный заранее в кармане и устало выдыхал. Усталость все-таки давала о себе знать, как раз в те редкие моменты, когда трава расслабляла и давала мозгу немного отдохнуть. По крайне мере, на Гарри травка действовала именно так — дарила покой, пусть и совсем недолгий. Он довольный возвращался домой, спрятав запачканные руки в карманы. Так и шагал по мрачному городу к своему дому, забредая через черный вход. Даже не потому, что так было надо, ему просто так больше нравилось. Все его вещи сжигались в лесу, как и все другие улики. И естественно, всеми этими вопросами занимался его единственный друг. Он ведь единственный человек, который любил этого парня не видя всей той крови за его спиной. Рик слишком его идеализировал. — Эй, ты снова купил эти стейки? — Ага, их привез курьер. — Рик зашёл в комнату Гарри и занёс бумажные пакеты с едой. Запах сразу же бросился в нос и Поттеру немного захотелось есть. Самую малость… — Ты уже два дня не ел. — Не до этого было. — Гарри, если ты хочешь продолжать то, что начал — ты должен быть жив. На себя-то посмотри. — Бл-я-я-я-т-ь. Давай уже, доставай. Кто знает, что было бы с ним, если бы он остался совсем один. Хотя, ему ведь так и казалось. Он так считал всю жизнь, и так и не изменил своего мнения. Хоть он и возвращался в эту съёмную квартиру с дорогим ремонтом и кучей охраны — он ненавидел это все каждой клеткой своего тела.

Вы когда-нибудь видели человека, не спавшего больше недели? Руки дрожат, речь заплетается, а память и вовсе хромает. Он похож на живого мертвеца с огромными синими кругами и белым лицом. Он ведь мучал себя. Резал себя и обжигал. Не давал закрыть глаза. Это все доставляло жуткую боль, но даже вровень не шло с той, что глушила его. Рушила его сердце капля за каплей и разжигало бурю внутри. Ненависть слишком часто стала его посещать. Гораздо чаще, чем раньше. И кажется, он сбился со счета. Он, наверное, побил все рекорды по убийствам за одну ночь. Только это дарило Гарри минутное спокойствие.