Он предпочитает нун

Исыль отправилась в школу так, как и планировала — в маске. Ей не хотелось ни с кем говорить и никого видеть, но школу отменить она не в состоянии, а прогуливать не может — совесть не позволит. Суок не сразу заметила и узнала в странном силуэте с каре свою подругу. Ей помогло то, что девушка села на своё обычное место. —Ты совсем уже? — После первого урока Суок подошла к Исыль и попыталась снять с неё маску, но та лишь дёрнула её обратно. —Я хотела немного побыть одна. —Исыль, скажи мне, пожалуйста, а для чего тогда тебе я? Мне ты можешь выговориться. —Я не хочу тебя грузить. Если я тебе расскажу, ты повторишь фразу, с которой мы сегодня начали общение. —Обещаю, что нет, — девушка взглянула на неё в ожидании объяснений. —Я ношу маску, чтобы кое-кто не видел моего лица. —Ты опять про Сехуна? — Закатила глаза Суок. —Сама напросилась, так что слушай теперь. Я не специально с ним столкнулась у Кёнсу, тот, кажется, сам не ожидал. —Так что он сказал? —Что-то типа «не хочу тебя больше видеть». —И поэтому ты решила отстричь свои чудесные локоны и надеть на лицо эту тряпку? —Без всего этого я чувствовала бы себя некомфортно. Меня тогда как будто грязью облили, а я, можно считать, помылась. —А что ещё было? —Ну, он начал защищать Борам, что вот, мол, она грустит, а я её не прощаю. Если честно, мне немного стыдно перед Кёнсу за всё это. —Он сам выбрал себе такого человека в друзья, так что он сам виноват. —Я тебе сейчас дам послушать то, что мне отправила Борам. —Это, конечно, не то, что я хотела бы обсуждать, но я хочу помочь тебе. Исыль достала свой телефон и воткнула наушники в разъём, после чего протянула один Суок, а второй оставила себе. Включив запись, она стала наблюдать, как глаза её подруги наполняются злостью. Через несколько дней совесть девушку загрызла окончательно и она, написав письмо, на свой страх и риск двинулась в сторону кабинета, где проходило занятие выпускных классов. Оно было с извинениями для Кёнсу. Завидев парня, она быстрым шагом подобралась к нему. —Кёнсу, — начала она, после чего он повернулся и удивлённо уставился на неё. — Я хочу ещё раз извиниться и вот, — она протянула конверт и быстро ушла. Парень всё ещё стоял в недоумении, но руки уже сами потянулись открывать письмо. Как раз в этот момент к нему подошёл Сехун, заметивший буквально убегающую от Кёнсу девушку. —Кто это был? — С ухмылкой спросил он. — Неужели, поклонница? —Нет, — протянул парень, разворачивая листок. — По крайней мере, не моя. —Чего? — Удивлённо воскликнул Сехун. —Это Исыль, разве не узнал? — Начиная читать первые строчки, Кёнсу тут же нахмурился. «Привет, Кёнсу. Хочу извиниться сразу за двоих. И за себя, и за Сехуна. Да, у нас были разногласия с твоим другом, но мы не должны были портить уютную атмосферу твоего дома своей ссорой и криками, тем более. Если тебе вдруг будет интересно, в чём причина нашего спора — спроси у него. Я лишь хочу сказать, что он знает не все стороны той девушки, которые она показала мне. К сожалению (наверное, лишь для меня), я простила Сехуна слишком быстро и… У него ведь скоро День рождения? Не мог бы ты подсказать, как лучше передать ему подарок, чтобы он не знал, что это я?» —Что читаешь? — Решил спросить Сехун после долгого молчания. —Знаешь, что я тебе скажу? Ты такой придурок… —Может, объяснишь причину? —А причина в этом письме, — Кёнсу, будучи уверенным, что Исыль этого бы не одобрила, всё равно показал написанное Сехуну. Парень быстро пробежал глазами по листку и свёл брови к переносице, но к концу письма его глаза начали свой путь на лоб. —Слушай, — как-то натянуто безразлично произнёс он. — Когда будешь ей отвечать на письмо, скажи, что эта маска ей не идёт. И ещё… Я думаю, ты знаешь, куда она может положить подарок. На следующей перемене Кёнсу исполнил просьбу друга, а ещё пытался объяснить Исыль, что она губит себя, однако та стояла на своём. В итоге, парню пришлось рассказать про место, где можно оставить подарок. Он был рад тому, что девушка, разговаривая с ним, сняла маску, а, узнав новость, даже улыбнулась. В сердце у него теплилась надежда, что у неё всё хорошо. Дальнейшие несколько дней у Исыль прошли более-менее спокойно, она, как и всегда, общалась со своей подругой, ходила в школу и делала уроки, но прибавилось ещё одна забота — подарок для парня, в которого она безответно влюблена. Она понимает, что «влюблена» это, наверное, слишком громко сказано, но девушка действительно ощущает что-то особенное к нему. Если уж готова так быстро прощать. Возможно, она просто не злопамятная, но прошло не так много времени, чтобы забыть ту злость, которая кипела в ней во время их ссоры. Исыль прошлась по разным магазинам, долго и упорно ища что-нибудь для составления подарка. Для человека, который так к ней относится, она слишком много старается. Сколько бы раз ей это ни говорили Суок или Кёнсу — она не может поступить по-другому. Девушка ведь прислушивается к их мнению, но ещё сильнее она слушает своё сердце, которое вторит изо дня в день «не опускай руки». Наконец, составляющие были собраны, подарок оформлен и упакован и готов к грядущему Дню рождения Сехуна. Всё было сделано как раз ко времени, и Исыль гордилась собой.

***

Она пошла в то место, на которое указал Кёнсу, с самого утра. Это был небольшой зелёный уголок, в котором расположились несколько больших горшков с крупнолистными растениями, а также маленькая беседка, обвитая ползучей лианой, на которой только недавно распустились красивые цветы с приятным ароматом. А ещё парень указал место, куда необходимо положить коробку, чтобы он мог, как он сам сказал, провести в этот уголок Сехуна и рассказать о подарке от «неизвестной» девушки, которую кто-то случайно заметил и сообщил Кёнсу, но слух ещё не успел разнестись по всей школе, из-за чего надо было бы поспешить. Исыль в последний раз провела по коробке рукой, будто стряхивая пыль, и зашла в прохладную тень беседки. Присев на корточки, она осмотрела пространство под скамейкой и протолкнула упаковку туда. Уже собираясь вставать, она ударилась головой о край скамейки и захныкала, но быстро прекратила, после чего, всё ещё сидя на корточках, отодвинулась на два шага и плавно поднялась. Она вздохнула и встряхнула ногами, чтобы размять их. Затем плавно повернулась, и ей показалось, что всё внутри перевернулось и ухнуло вниз, а сердце застучало со скоростью света — настолько она испугалась того, кто предстал перед ней. Скорее, такие эмоции она испытала от неожиданности, но этого человека она точно встретить не хотела. Тем более, сейчас. —Привет, — сказал Сехун, который стоял перед ней, немного сжав кулаки от осознания того, что на ней всё ещё есть маска. Другой расцветки, но, всё же, есть. —Что ты здесь делаешь? Уроки же скоро начнутся, — неуверенно сказала та. —То же самое могу спросить и у тебя. —Мне надо было… Кое-что… — Запиналась девушка. —Я знаю, что тебе здесь надо было, — он прошёл мимо неё и, наклонившись под скамейку, обнаружил там ожидаемую коробку. Парень встал перед ней, протягивая её первоначальной хозяйке. — Чтобы оставить мне это. Так сделай это правильно. Он вручил коробку ей в руки и, пока она осознавала ситуацию, стянул с неё маску. —Отдай! Зачем ты её снял? —Кёнсу же сказал тебе, чтобы ты перестала её носить, так почему не послушала совета? —Чтобы ты моего лица не видел, я же раздражаю. —Не важно, — прервал он её. — Мы говорили о подарке. Можешь вручить его лично мне. —С чего ты решил, что он вообще тебе? Может, он кому-то другому предназначен? —Тут есть открытка сверху, на которой большими буквами написано моё имя. Будешь отрицать это? Или то, что это твой подарок? —А почему ты… —Предупреждаю сразу, я видел действие с того момента, как ты ударилась головой, — прервал он девушку. —Ладно, это тебе, — она протянула коробку перед собой и вспомнила день, когда решила ему признаться. Ей вдруг стало как-то неприятно, она не хочет быть отвергнутой снова, поэтому руки дрогнули, и она хотела прижать коробку к себе, чтобы не уронить. Не нужно перед ним так позориться. Однако Сехун схватил её за запястья, чтобы они не тряслись, и с улыбкой произнёс: —Спасибо за поздравление. —Да не за что, — промямлила она. —Так что за сторону Борам знаешь ты, но не я? — Парень неожиданно перевёл тему.  —А ты-то как это увидел? — Строго спросила Исыль. —Кёнсу дал прочитать твоё письмо. Так я узнаю правду? —Хорошо, слушай тогда, — она достала телефон и открыла нужную переписку. — Надеюсь, в фальсификации ты меня не обвинишь? Тот лишь промолчал, а Исыль посчитала это за положительный ответ. Когда она включила запись, то сразу же посмотрела на лицо Сехуна. Сначала он был удивлён, но потом становился злым настолько, что, видимо, Борам лучше не появляться перед ним день — не меньше. —И когда она только успела так напиться? — были первые его слова, когда сообщение закончилось, и он оправился от шока. —Ты только не руби с плеча, знаешь? —Да какой тут… —И всё же. Может, она только со мной себя так ведёт и это из-за большой любви. —Вот уж не думал услышать от тебя такие слова, — усмехнулся он. —Ладно, я пойду. Ты тоже на урок не опоздай с этими новостями.