Мусорщики

      Процессия медленно продвигалась по внутренностям Граббера почти в полной темноте. Только изнутри слабо подсвечивался шлем скафандра Луны. Она вела их, иногда чуть сжимая и разворачивая ладонь Лоры в нужную сторону. Держала в руке щит, сосредоточенно молчала, была совершенно непохожей на себя.       Ло не впервые находилась на корабле с полностью отключенным питанием, но, признаться, это всегда было странно. Чувствовать машину, предназначенную для жизнеобеспечения и передвижения в открытом космосе, бесполезной консервной банкой, холодной, мертвой, обесточенной — это было для Капитана испытанием. По пустым металлическим коридорам эхом раздавались шаги, выключенные двигатели молчали, и эта тишина вселяла тревогу.       Темнота меняет. Лукас впервые за много лет почувствовал себя почти как тогда, на войне за независимость Донтана. Живым, энергичным, беспокоящимся за сохранность команды, свободным и чувствующим ответственность за миссию. Про себя он называл это «миссия»: более точного определения мужчина не придумал.       «Вот сейчас Луна приведет их в грузовой отсек, а что дальше? Бой?»       Лукас видел единственный вариант — угнать пристыковавшийся к пробоине корабль.       «Интересно, что там: корабль или шлюпка?»       Он бы мог попробовать облегчить Капитану задачу и взять на себя ее управление.       Мужчина поднял взгляд на спину широко шагающей, маленькой по сравнению с более крупной Алити, Лоры. Ло не выглядела как человек, которому нужна помощь: она передвигалась так, будто знала каждый выступ обшивки пола, каждую ступеньку, тогда как сам Лукас периодически оступался; женщина шла вперед, не глядя под ноги.       «Хороший Капитан знает корабль как свою комнату», — подумал он, в очередной раз запнулся о ступеньку, налетел на брошенные им самим во время генеральной уборки коробки с запчастями, покачнулся и рухнул вперед, наступив попутно на хвост и заднюю лапу крыса.       В шлемофоне послышался голос Дэна: что-то между недовольным писком и шипением. Лукас, выругавшись, влетел круглым шлемом в узкую спину Капитана, и они оба, грохоча костюмами, оказались на полу.       — Ну и кто додумался бросить здесь ящики? — поинтересовалась Лора, недовольно обводя взглядом устыдившихся членов команды. Крыс виновато прижал к голове уши, забыв, что под шлемом этого не видно.       — Засекли, — встревоженно шепнула Луна. — Четверо идут сюда. Готовьтесь.       — Где остальные? — тихо спросила Ло, поднимаясь и потирая ушибленную спину.       — Пока в рубке.       Лукас встал на ноги и хотел было извиниться, но Ло уже отдавала приказы.       — Джон, Дэн, приготовьтесь. Луна, держи щит, не выпускай. Ничего не бойся.       Экипаж занял оборонительную позицию. По коридору, приближаясь, застучали ботинками солдаты. Ло прислушалась.       «Нет, это не солдаты. У воинов Терры совершенно другой шаг; они даже дышат почти синхронно, не то что бегают. Луна была права — это наемники, закаленные в боях, но значительно менее дисциплинированные, — Капитан напряженно думала. — Четверо на четверо — совсем неплохой расклад, при прочих равных. Можно было бы рискнуть, но не в таком составе».       Наемники в желтой форме мусорщиков ворвались в коридор.       «Вот черт, — мысленно выругалась Ло, засовывая руку в карман. — — Правительственные ублюдки решили лечить подобное подобным, умно, умно. И ведь никто не прикопается. Если отбросы перегрызли друг другу глотки — это их проблемы, и Терра здесь не при чем».       — Все за щит! Закрыть глаза! — скомандовала она. — И не открывать, пока я не скажу.       Дэн подчинился, так как сразу понял, что она задумала.       «Ну сколько раз я говорил ей не использовать световые гранаты в помещении. Это всегда заканчивается плохо. Обязательно кто-нибудь, например, Элис… " — он не успел закончить мысль. Услышал сначала, как на пол, где-то рядом с вбежавшими в коридор противниками, упали два, нет, три маленьких предмета, зашипели и бахнули так, что чуткий слух крыса ненадолго отключился. Если бы не силовой щит и модифицированный шлем скафандра, можно было бы оглохнуть.       Пять тел падают на колени, сначала четыре в конце коридора, потом секунд через восемь — одно за его спиной. Крысу снова наступили на хвост, но Дэн уже не переживал по этому поводу.       Хрип и тяжелое дыхание в шлемофоне.       — Джон, за щит! Закрой глаза! — прорычала Ло. — Закрой их!       — Ммммм… — Лукас потерял способность управлять своим телом. Он ослеп и оглох, сенсорная перегрузка привела к полной потере ориентации в пространстве. Как оказалось, Джон не знал, что современные световые гранаты продолжали наносить повреждения еще в течении получаса после взрыва. Технология, не позволяющая подкреплению войти в зону поражения, была изобретена всего пару лет назад, поэтому Джон, открывший глаза и сделавший шаг из-за спасительного щита сразу после того, как прогремел взрыв, получил свою порцию активных фотонов.       Мало кто в своем уме мог воспользоваться гранатами такой мощности в замкнутом помещении. Мало кто. Ло, например, могла.       — Луна, какой максимальный вес ты можешь поднять? — спросила Лора. Она знала, что в нескольких метрах от нее пытаются сориентироваться четверо ослепленных и оглушенных наемников. Сейчас они тычутся в стены и сталкиваются лбами как слепые котята, но пройдет еще максимум шесть минут, и захватчики сообразят, как выбраться из зоны поражения.       — Не знаю, Капитан.       — Сможешь унести Джона? Уже недалеко. Пара пролётов осталась. Я точно его не подниму.       — Давай попробуем. — Луна передала щит Лоре. Устройство старого образца задерживало большую часть активных фотонов и защищало от взрывной волны, но открывать глаза в зоне поражения все еще было не желательно.       — Просто оставьте меня здесь… — прошептал Джон, понимая, что двигаться он не может. Сенсорная перегрузка, вызванная взрывом гранаты, пройдет за несколько минут, а вот глаза… Он старался об этом не думать.       Алити не нужно было зрение, чтобы двигаться уверенно и четко. Как любой сильный псион, она использовала ментальные волны собственного мозга для сканирования пространства.       Лукас почувствовал широкие ладони Луны, подхватывающие его под спину и под колени, и попытался вывернуться.       — Не время показывать зубы, Джонни! — зло выпалила Лора.       Луна подняла мужчину, спокойно выпрямилась и ровно понесла вперед.       — Я справлюсь, Капитан! Он значительно легче Спота. У вас, терран, такие легкие кости, — она нервно хихикнула.       Смех в этой ситуации звучал крайне неуместно и был скорее защитной реакцией. Темный разгерметизированный корабль с чужаками на борту, раненый в команде. Ничего хорошего.       — Идем. — Ло свободной рукой схватила зажмурившегося Дэна за шлейку и уверенно потащила прочь от места, пораженного ослепляющим светом. Рядом широко, но плавно ступала груженая Луна. Лукасу было мучительно стыдно, что его тащит на руках пусть огромная, пусть не человеческая, но женщина. И в то же время он чувствовал себя в безопасности.       — Можешь проверить, где остальные? — послышался нервный голос Капитана.       — Осматривают каюты.       Прошло несколько минут молчания, пока Ло не сказала, что можно открывать глаза. Лукас похлопал высохшими веками, но ничего не увидел. То ли было слишком темно, то ли зрение еще не вернулось. Слышал он тоже будто через толстый слой ваты.       Если бы не щит, что держала Луна, Лукасу пришлось бы значительно хуже.       Капитан была зла. Она чеканила шагами рукав, протянутый между кораблем захватчиков и потухшим Граббером, понимая, что план сработал, но она опять прокололась с гранатами. А еще ей снова придется менять очки.       Второй раз за рабочий сезон. Электронные стекла не выдерживают заряда активных фотонов.       Снова шаги — кажется, лестница, — сильные руки Алити, визг открывающихся и захлопывающихся шлюзов. Шум декомпрессии. Судя по звуку, команда прошла через пробоину в соединительный рукав и добралась до корабля захватчиков.       Лукас напряженно вращал глазными яблоками, стараясь разглядеть хоть что-то в сизом тумане. Лишь свет и силуэты.       Когда зеленым юнцом он попал в плен, самым жутким исходом он считал смерть в Терранских пыточных. Потом его продали в рабство — перспектива не смертельная, но очень неприятная. Там он научился не выражать эмоций, покорно повторять слово «господин» и ухаживать за животными. Сначала его поставили служить в покоях хозяйки, после высекли несколько раз за дерзость и отправили в зверильню. Он чистил клетки и кормил Спотов — огромных существ с очень нестабильной психикой.       Именно тогда Лукас понял, что лучше грести нечистоты и кормить вонючих тварей, со временем привыкающих и начинающих выражать что-то вроде симпатии, чем жить в вечных интригах хозяйских покоев, где за улыбками и похвалой следуют удары током или кнутом.       Через несколько лет стало модным прошивать мозги рабам. Говорили, это хуже, чем смерть. В череп вживлялось что-то вроде микросхемы, контролирующей при помощи электрических полей волю и мысли. Лукас боялся больше всего стать этаким кибер-зомби, поэтому в тот момент, когда его продали Ло, он был решительно настроен на единственный признанный законным способ рабоубийства.       Сейчас же отвратительное чувство тревоги малодушно заняло его сознание и предательски свернулось тугим узлом в районе солнечного сплетения.       Ослепнуть, превратившись в кусок ненужной биомассы, когда жизнь только начала налаживаться — дурацкий итог.       Лукас снова закрыл глаза и попытался представить поблескивающий корпус корабля, светящуюся как космос кожу говорливой Алити, серую шкуру крыса, ехидную ухмылку и желтые — в тон форме — очки Ло.       — Спокойно. Спокойно, — повторял он себе, чувствуя, как его тело мешком опускают на пол.       — Соберись, мать твою, соберись! — оцепенение начало спадать, появилась боль.       «Боль — это хорошо. Есть за что зацепиться.»       Где-то внутри головы пульсировало и жгло, нещадно драло носоглотку.