Нельзя, но хочется

POV Влада Приоткрыв веки, чувствую дикую слабость и першение в горле. Прогулка под дождем явно не пошла на пользу. Взглянув немного левее, чуть было не подпрыгнул на диване, обнаружив сидящую возле меня Лилю. — И давно ты здесь? — испуганно смотрел я на секретаря. Лиля сидела, теребя пальцами край пиджака. — Всего пару минут. Сомневалась, стоит ли будить тебя. — сует мне градусник. — А ты не должна быть на работе? — Пришлось пожертвовать обедом, слишком волновалась за тебя. Выпросила у Станислава Дмитриевича ключи. Вы, мужчины, так беспомощны во время болезни. Я мысленно отметил, насколько сильно он ей доверяет. — Я разогрею тебе покушать и вернусь. Судя по твоему выражению лица, нам есть, что обсудить. — и удалилась на кухню. Я терпеливо ждал ее возвращения, пока не услышал звон микроволновки. Лиля выставила передо мной пюре с котлетой, сладкий чай с лимоном и пару кусочков хлеба. — Расскажешь мне, что случилось? Чувствую, ты такой хмурый не только из-за простуды. — секретарь настойчиво всматривалась в мое лицо. — И вот зачем тебе такая проницательность? — укутывался я в одеяло сильнее. — Вчера он ушел днем не сказав ни слова. А когда вернулся поздно вечером… — я отпил чая. — Он был с женщиной. Все это время. Сбежал от меня и… А если он был с Батрудиной. Это точно конец. — Это он тебе сказал? — секретарь наградила меня скептическим взглядом. — Если после вчерашнего у него остались силы на женщин, я аплодирую стоя. — В смысле? — Вчера на производстве произошел казус. Не все отдыхают по воскресеньям, и иногда такое случается. О происшествии сообщили начальнику, он, естественно, сорвался разгребать. Работы было много, меня тоже вызвали, за дополнительную плату разумеется. Закончили мы действительно поздно. Я открыл рот в изумлении. Так это была ложь? Я в этот момент испытал такое облегчение, какое даже школьник не испытывает при отмене контрольной. — Зачем он соврал мне?.. — Не уверена, но… — было начала Лиля, но, видимо, решила копнуть глубже. — Знаешь, я довольно давно знакома со Станиславом Дмитриевичем. Еще с тех времен, когда для меня он был просто Стасом. — она мягко улыбнулась, заметив мой интерес. — Мы учились в одном университете, только я на пару курсов младше. Он производил впечатление молчаливого загадочного парня, и был довольно популярен. Однажды к нам пригласили провести лекцию бизнесмена. Так сказать, человека, знающего бизнес не только в теории. Это был твой отец, Виталий Юрьевич. — на этих словах я поперхнулся чаем. — Тогда его дело только набирало обороты, но уже имело немалый успех. Конечно, он быстро приметил Станислава, одного из лучших студентов. И за какие-то заслуги и меня выделил из толпы, пригласив на работу после учебы. На этой почве мы со Станиславом начали общаться. И вот, время шло, теперь я его секретарь. Верный оруженосец. А он стал аж деловым партнером. Я отвлеклась, но вот это к чему… За столько лет знакомства я впервые вижу начальника таким… Живым. Станислав всегда был серьезным, а с тобой как-то оттаивает. Пускай злится, пускай отрицает, но это тоже важные эмоции. И эта ложь… Он, вероятно, не хотел давать тебе надежд. Однако, мое мнение таково, это судьба. В вашем случае, смешно, но твой отец, сам того не подозревая, нашел тебе такого прекрасного человека. Я молча все выслушал. Слова Лили приятно обволакивали душу теплом. Её бы слова, да Стасу в уши. — Подумай над этим, но не делай глупостей. — секретарь подала мне таблетку. — Мне пора идти, перерыв не бесконечен. Ах да, я взяла обещание со Станислава, что он сварит тебе вечером суп. Куриный бульон пойдет тебе на пользу. Обязательно хорошо питайся. Я лишь кивнул. Родная мать обо мне так не заботилась, как Лиля. Эта девушка была просто идеалом домашнего уюта. Я был настолько благодарен, что не смог выразить словами. Обязательно восполню это, как только поправлюсь.

***

POV Стаса На работе просто дичайший завал, вздохнуть лишний раз некогда. А я как последний идиот все время отвлекался, вспоминая Влада. Волновался. Все же именно я сейчас ответственен за его здоровье. Да и эти его слова: «А я все равно вас люблю. " — они были пропитаны такой горечью, что мне становилось стыдно. Прошло несколько дней, Владу полегчало. Мальчишка был настолько необычно тихим, что аж страшно. Не подменили ли? Сегодня тоже сильно устал. Глаза слипаются, прямо сейчас бы заснул прямо тут, на кухне на полу. Но нужно потерпеть, приготовить ужин этому мальчишке. Иначе наестся гадости какой-нибудь. — Добрый вечер, — Влад выполз из своей обители микробов. — что готовите? — Щи. — коротко ответил я. — Опять? — Тебе сейчас полезно. К тому же, Лиля настоятельно рекомендовала именно щи. Влад замолчал, будто что-то важное обдумывал. Повисла тишина. Никакой неловкости, просто спокойная тишина. Я слишком устал, чтобы как-то нагнетать. — Зачем вы мне соврали? — нарушил он мой покой. — На счет? — В это воскресенье вы же были на работе. Так почему сказали неправду? — в его глазах была настолько по-детски искренняя обида. — Я не обязан объяснять. Тем более оправдываться перед тобой. — специально делаю ударение на последнее слово, попутно помешивая суп и закидывая приправы. Точно Лиля проболталась. — У вас что-то было с отцом? — Что? — я не сразу сообразил о чем он. — Между вами и папой что-то было? — повторил Влад с нажимом, и было видно как дрожала его нижняя губа. — О Боже, нет! Конечно, нет. С чего ты вообще?.. — Мне Лиля рассказала, как вы познакомились, вот я и предположил, что возможно… — Влад, — я тяжело вздохнул. — сдается мне, что Лилия плохо на тебя влияет. Остаток вечера мальчишка был также необычно молчилив. Мы ужинали в тишине, по очереди приняли душ, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по разным комнатам спать. Несмотря на то, что от усталости ныло все тело, сон все не хотел приходить. Не знаю, сколько времени пролежал так, стараясь ни о чем не думать. А на деле мысли вертелись между работой и Владом. Отчеты и происходящее дома. Бумажная рутина и наглый мальчишка. Как перестать думать? Натянув домашние штаны, решаю пройтись до кухни. Возможно если выпить чего-нибудь, будет легче заснуть. На кухне встречаю Влада. Похоже, не только ко мне сон так упрямо отказывается приходить. Он сидит на подоконнике в темноте. Единственное освещение в помещении — свет фонарей на улице. На мальчишке только трусы и домашняя футболка, а в руках кружка с горячим напитком. И сидит с открытым окном. Хоть сейчас и лето, на улице все же прохладно по ночам, а он и так только на поправку пошел. Подхожу совсем близко, протягиваю руку, дабы закрыть окно. Защелкиваю ручку и замечаю, что подошел почти вплотную. Наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Мое лишь немного уровнем выше. Я вглядывался в его едва заметные в полумраке темно-карие глаза. Но даже так, отчетливо чувствовалось, чего он хочет. Немного влажные полные губы слегка поблескивали под светом фонарей, а я все всматривался в это настороженное и одновременно умоляющее лицо. Я знал, он хочет приблизиться ко мне. Хочет как обычно просто не спрашивая разрешения притянуться ближе и коснуться. Но не смеет сделать и лишнего движения, боясь все испортить. Одному богу известно, что толкнуло меня на столь глупый и жестокий поступок. Я, словно завороженный, потянулся к Владу, только сейчас отпуская ручку окна. Осторожно, чуть касаясь провожу своими губами по его. Он медленно опускает свои густые ресницы, и совсем не торопит меня. Целую его чуть глубже, медленно, смакуя каждое движение, наслаждаясь вкусом слегка сладких губ с ноткой лимона. Слышу, как он отставил в сторону кружку. Мои ладони кончиками пальцев исследовали нежную кожу под футболкой Влада. Ощущение мягкого податливого тела рядом с собой пьянило не слабее коньяка. Словно сладкий сон, после долгих мучений. Как приятно было не сдерживать, не прятать собственных желаний от себя самого. Вот, чего действительно мне хотелось. Чтобы кто-то мог вот так отдаться без остатка, честно и открыто, как этот мальчишка… Да что же я творю?.. Я провожу языком по его губам, проникая внутрь, исследуя нёбо, касаясь его языка, наслаждаясь мелкой дрожью в его возбужденном теле. Влад пытается отвечать мне тем же. Не столь умело у него это выходит, но он отдает себя всего настолько, насколько это возможно. Поражаюсь собственному садизму. Когда Влад изо всех сил тянется ко мне, я всегда его отталкиваю. А стоит ему задуматься о том, что пора сматывать удочки и сдаться, я своими действиями снова возвращаю ему надежду и заставляю оставаться рядом. Это так жестоко и эгоистично. Когда я окончательно вжал его тело в свое, встав между его ног и уже чувствуя его напряженную плоть, меня одернул и немного отрезвил звонок мобильного из комнаты. Кому я мог понадобиться так поздно ночью?