Странная

      - Миссис Денбро, вы не могли бы уделять девочке больше внимания? - говорил врач женщине, сидевшей у постели По. Она же лежала, нахмурив брови и сложив руки на груди. Не нужно ей больше внимания! Такая свобода вполне устраивала и менять что-то просто незачем.        - Конечно, доктор, - кивнула миссис Денбро и с какой-то фальшивой заботой посмотрела на Браун. Девчонка порой удивлялась, зачем брать опеку над ребенком, за которым вовсе не следишь? Хотя, чего ожидала По - она то и за собственным сыном не слишком следит после пропажи Джорджи, о чем речь вообще.       - Эта леди попадает к нам уже второй раз за несколько месяцев, - сказал доктор, на что его пациентку едва не перекосило - идиотское слово "леди"... - И если в тот раз обошлось изодранными руками и шоком, то сейчас у нее перелом ребра и ушибы! Что там с ней произошло?..       - Ее сбила машина! - ответила миссис Денбро.       - Ах, да... Водитель был в нетрезвом состоянии, но упоминал, что она закрыла собой какого-то мальчика...       - Что? Какого мальчика? Как это понимать? - женщина повернулась к По, которая закатила глаза и ответила:       - Это имеет значение?       Женщина вздрогнула. Она совсем забыла, что ее племянница снова может говорить. Хотя, конечно, раньше миссис Денбро тоже не особо часто слышала голос девочки - так, изредка откуда-то с другой части дома или с улицы.       - Вообще нет, но... - проговорила она.       - Тогда можно я не буду отвечать? - буркнула Браун, глядя исподлобья на свою тетю и доктора. - И где, кстати, Билл?       - Он здесь, милая, он тоже волновался за тебя! - сказала женщина и как-то странно улыбнулась.       "Тоже! Да он, скорее всего, единственный из вашей семьи, кто по-настоящему переживал за свою бедную родственницу!" - подумала По. - "Ну, и, конечно, ребята!". Черт, как ей хотелось всех их увидеть. Хотелось сказать им хоть что-нибудь - пусть даже какую-нибудь чушь. Она так долго не чувствовала свой голос и вчера, когда с Ричи едва не произошло кое-что ужасное, девчонка заговорила. Нет, она закричала - и сама тогда поняла, как непривычно слышать собственный голос. Было такое чувство, что она не разговаривала не несколько месяцев, а несколько лет. И теперь, когда Браун может говорить, она готова плакать от радости и скакать по палате, но не позволяет ее травма. Врач вообще утверждает, что ей очень повезло, что она отделалась переломом ребра - могла ведь и просто погибнуть на месте. "В броне родилась!" - сказал человек в белом халате, чему По даже улыбнулась.       - Можно его позвать? - спросила девчонка.       - Да, конечно! Миссис Денбро, мне как-раз нужно с вами кое-что обсудить... - сказал врач и вывел женщину за дверь.       По замерла, уже предполагая, как сейчас Билл с серьезным лицом станет ее расспрашивать, какого черта она шарахалась по городу вчера в такое позднее время и почему заявилась не домой, а к Тозиеру. Даже предполагаемый разговор с братом Браун не пугал. Она слишком сильно хотела увидеть парня. И друзей. Но они, скорее всего, в школе. Это вполне естественно, однако ждать, пока закончатся уроки - девчонка скорее плесенью покроется.       За дверью послышался топот многочисленных ног, будто Билл был сороконожкой. Каково же было удивление По, когда в палату ввалились все трое ее друзей и брат. Она счастливо усмехнулась и смахнула навернувшиеся на глаза слезы. Парни бросились было к ней, но девчонка выставила вперед руки:       - Так, стоп! Без тисканья, у меня ребро!       Ребята замерли. Черт возьми, Браун, действительно, заговорила! Ричи об этом им рассказал, конечно, но они просто не могли в это поверить. Даже сейчас не верили собственным ушам. Такой позабытый голос, затерявшийся где-то в закоулках памяти, вновь звучал. И звучал наяву, а не в хорошем сне, где все стало как прежде. Билл усмехнулся и присел на край постели сестры:       - К-к-как ты себя чувствуешь?       - Как человек со сломанным ребром, - слабо улыбнулась По и, глубоко вздохнув, поморщилась от боли: - Ой, блин...       - Тебе больно вдыхать? - с тревогой спросил Стэнли. Его теплый взгляд каким-то волшебным образом растворил боль и девчонка улыбнулась еще шире. Черт, она не видела его будто целую вечность и очень сильно соскучилась.       - Это временно, Стэн. Ребра срастаются за две-три недели, не волнуйся! Жить буду!       - Ты точно в этом уверена? - спросил Эдди с усмешкой.       - А ты будто спишь и видишь, когда я сдохну, Каспбрак? - хихикнула По, вновь почувствовав дискомфорт, но виду не подала.       - Что за чушь ты несешь! - возмутился Эдди. - Конечно, нет! Ты, конечно, изменилась, но как порола всякую хрень, так и порешь!       - А ты как не понимал юмора, так и до сих пор тупишь! - ответила Браун, ухмыльнувшись.       - Да ну тебя! - фыркнул парень, но в следующую секунду улыбнулся: - И все-таки я так рад слышать твою чушь!       - Один такой, что ли? - послышался голос Ричи, который тут же подступился к постели и присел около нее на корточки. Странно, что все это время он помалкивал в сторонке. Ему было стыдно от того, что По едва не поплатилась жизнью из-за его тормознутости. Тозиер, наконец, попытался улыбнуться. Он всю ночь торчал в больнице вместе с Денбро, от чего под глазами пролегли черные синяки. Из-за очков они были еще заметнее.       Он встретился взглядом с Браун, которая как раз повернула голову в его сторону. Ричи рассматривал ее бледное лицо с парой ссадин и шрамом на скуле. Губы подруги были растянуты в улыбке. Но что-то в ее лице изменилось. Будто долгое время что-то было не так, а сейчас вернулось на круги своя. Синяки под глазами? Да нет, вроде, всегда были. И тут до Тозиера дошло - глаза! Ее глаза снова приобрели аметистовый цвет и озорно поблескивали. Черт, не может быть! Парень уже и не надеялся увидеть прежний цвет глаз По, так же, как и услышать ее голос. Но теперь все это вернулось. И прежняя девчонка тоже, видимо, вернулась.       - Ничего себе не поцарапал? - притворно выпятила губу Браун, глядя на Ричи.       - Блин, - выдохнул парень. - Ну я не виноват, что там завис на одном месте! Так получилось!       - Интересно получилось! - сказал Эдди, исподлобья посмотрев на друга. - Ты чуть не угробил Полли!       - Д-действительно! - кивнул Билл.       - Да ладно вам, отвяжитесь от человека! - сказала девчонка и, усмехнувшись, обратилась к Биллу: - Что, братишка, даже ничего не скажешь о том, что я шарахалась допоздна по городу?       - Вообще н-н-надо бы! - сказал Денбро. - Почему ты домой не п-п-пошла сразу?       - Ты бы мне такую выволочку устроил! А я тогда набегалась и не была настроена выслушивать все, что ты обо мне думаешь! - ответила По.       - Но зато к Ричи ты п-п-пошла! - сказал Билл, сложив руки на груди.       - К нему ближе всего было! Лучше, если бы я окоченела на улице? - фыркнула та, вскинув брови.       - Г-г-глупышка, - усмехнулся брат и осторожно взял перебинтованную маленькую ручку.       Ребята шумели около часа. В больнице уже начинали недовольно ворчать, слыша смех и голоса детей из палаты. Друзья болтали с вновь заговорившей Браун и вскоре привыкли к ее болтливости. Раньше она говорила намного меньше, а сейчас ее будто прорвало, как не выдержавшую напора трубу. Вероятно, все эти слова накопились в ней за прошедшее время и теперь лились неиссякаемым потоком.       Вскоре заглянула миссис Денбро.       - Билли, нам пора!       - А разве м-м-мы не заберем ее д-д-домой? - удивился Билл.       - Ты хочешь, чтобы у меня совсем ребро рассыпалось? - усмехнулась девчонка. - Опасно меня дергать, понимаешь?       - А, д-да, - согласился парень и напоследок слегка сжал руку сестры, так, чтобы не причинить ей боль. - В-в-выздоравливай поскорее!       - Буду стараться! - ответила По.       - Мне, в общем то, тоже пора, - промямлил Эдди. - Мама просила не задерживаться к обеду.       - Мне тоже, - поник Стэнли. - Нужно читать тору, чтоб ее...       - Эй, ребят, все нормально! Мы же не навсегда расстаемся, блин! А как раньше! Что вы как маленькие! Шуруйте по домам! - засмеялась Браун, превозмогая боль.       - Ты их выгоняешь? - спросил с ухмылкой Ричи.       - А тебе разве никуда не нужно? - удивилась та, вскинув брови.       - Нет. Я останусь и буду тебя подбешивать, чтобы ты не расслаблялась! - ухмыльнулся Тозиер.       Ребята ушли, оставив их двоих в палате. Люди в больнице облегченно выдохнули - неужели можно насладиться тишиной! Пусть и неполной - парочка все еще переговаривалась. Уж слишком долго им удавалось это лишь благодаря азбуке Морзе...       - Это такая благодарность за спасение? - усмехнулась По, на что Ричи уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его грубо перебили: - Не парься, я шучу! Все нормально!       - Прости меня, - посерьезневшим голосом сказал парень, сев на край постели подруги.       - Я же сказала, все нормально! - повторила девчонка, непонимающе уставившись на друга.       - Да нет... Прости, что тогда накричал на тебя... Я не хотел, просто... Слишком долго не слышал твой голос. - сказал Тозиер, запинаясь.       По закатила глаза:       - Забей, Рич! Главное, теперь я болтаю еще больше тебя! Дай воды! - попросила она.       Ричи подал ей стакан. Он вспомнил, как вчера боялся оставить ее врачам. Тело трясло от одной мысли, что Браун может умереть. Но откуда он мог знать, что удар был несильным и что все обойдется? Тозиер слышал ее голос. Такой встревоженный и прекрасный. Она кричала его имя, которое сейчас эхом отзывалось в голове. Черт, этот тревожный крик всю ночь не давал ему сомкнуть глаз. Ричи сонно зевнул, прикрыв рот ладонью.       - Не выспался? - спросила По, протянув опустевший стакан.       - Да, немного, - усмехнулся парень. Не будет же он говорить, что всю ночь сторожил ее жизнь.       - Эх ты! - девчонка сверкнула глазами и с улыбкой растрепала волосы Ричи. - Горе луковое... - она провела перебинтованной ладонью по его щеке, нечаянно коснувшись губ большим пальцем. Тозиер судорожно выдохнул, приоткрыв рот. Его дыхание опалило жаром ее руку, холод которой чувствовался даже через бинты. Внутри у Ричи внезапно все перевернулось и он осторожно накрыл ее ладонь своей.       - По, я... - он на секунду запнулся, а потом выпалил: - Люблю я тебя, вот!       Браун широко распахнула глаза и уставилась на слегка покрасневшего друга. Он ведь почти никогда не краснел... Что? Ей даже показалось, что она ослышалась. Или, может, это сон? Все это - и больница, и Ричи, и то, что По может говорить?!       - Ч-чего? - только и смогла она выпалить.       - Ну, блин! - вздохнул Ричи и резко подался вперед. В долю секунды сократив расстояние между ними, он опалил дыханием лицо По и впился в ее губы. Девчонка вздрогнула, открыв глаза еще шире. Она почувствовала приятное жжение внизу живота, а затем что-то вроде щекотки. Внутри Браун словно завязывался тугой узел. Он затягивался туже, туже, а потом стал растворяться, от чего тело По снова передернуло. Но в этот раз не от неловкости, а от ... удовольствия? Да, именно. Ее давняя мечта сбылась. И она запускает пальцы в темные волосы Ричи, притягивая ближе и неумело отвечая на поцелуй. Так по-детски... От непривычки у ребят быстро заканчивается воздух и Тозиер вскоре отпрянул от подруги, судорожно хватая воздух ртом.       - Не понимаю, как взрослые делают это так долго... - выпалил он, отдышавшись. - Поняла теперь?       - Поняла! - кивнула Браун и улыбнулась, заливаясь румянцем. - Я тоже тебя люблю! Так, если что, чтобы ты знал!       Тозиер усмехнулся и уже хотел было с силой притянуть к себе девчонку, однако вовремя вспомнил о ее травме. Он взял в свои ладони улыбающееся лицо По и сказал:       - Эх, ты, гуманитарий! Почему именно твоя задница попадает в такие ситуации?       - Это ты меня испортил! - озорно сверкнула глазами девчонка.       - Почему сразу я?       - Ну, а кто из нас чудило?       - Судя по всему, мы оба! - хмыкнул парень.       - Ого себе заявочки! - усмехнулась Браун. - С каких пор? Я всегда была гуманитарий!       - Но я же тебя испортил! Значит, теперь ты - чудила-гуманитарий!..       - А ты ... Ты... - подруга едва не задохнулась от возмущения, а потом махнула рукой. - Все, отстань!       Ричи убрал с ее лба упавшую прядь и погладил большим пальцем по подбородку. Оказалось, что страх не взаимности был напрасным. И у нее, и у него. И сейчас, высказав все то, что было на душе долгое время, ребята почувствовали себя легко и свободно. И теперь так будет всегда.