Сказки Тернового Короля

Имя Тёрна

      В положенное время у Грайне родился крепкий и здоровый мальчик. Она не расставалась с ребёнком ни на минуту, не поручала его заботам нянек и всё, что требуется, делала сама. У мальчика было белое лицо, русые, как у матери, волосы, а вот глаза он унаследовал от отца. В день его рождения они были голубые, как небо в ясный день, но не прошло и трёх дней, как они потемнели и стали тёмно-карими. Но молодая мать любила бы его любого, и только сейчас вдруг поняла, что временами скучает по его отцу. Мальчик рос очень быстро, он был очень резвым ребёнком и слишком рано пошёл, норовя убежать от своей обеспокоенной матери. Братья Грайне понимали, что за дитя растёт на коленях у сестры, но ни один из них не сказал ей дурного слова. Каждый из рыцарей чувствовал вину, что в своё время они позволили Королю Терновнику увезти сестру силой. Однако со временем в покоях королевы и её маленького сына начало происходить странное. По утрам Грайне находила на подоконнике необычные вещи — то чёрные перья ворона; то ветвь лесных ягод, которые никто не считал съедобными, и поэтому они назывались «волчьими». А однажды, на краю постели, молодая женщина нашла тельце убитого кролика. — Это мой отец, мама, не бойся, — так сказал ей малыш, увидев испуг на лице Грайне. — Он охотился поблизости, на оленя и кролика, вот и заглянул к нам ночью. Вспомнив о страшной смерти своего отца, а так же о том, что её сыну уже почти три года, она решилась уехать из родного замка. Его стены не смогли когда-то защитить её отца от жуткой магии Короля Терновника, и вряд ли спасут её. Никому не сказав ни слова, однажды утром Грайне собрала самое необходимое и вместе с сыном покинула замок, пока все спали. Не доверяя никому, даже самой себе, она пустила лошадь по дороге, не зная, куда она их привезёт. Мальчик спал на руках у матери, сидя перед ней в седле. — Что это за город, любезный? — спросила она, въезжая в небольшое поселение, обнесённое деревянными стенами. — Тамур, моя милостливая госпожа. Вашу лошадь не надо ли напоить? — Благодарю вас, господин. Где у вас тут городская площадь, на ней ведь найдётся колодец? Грайне последовала указаниям горожанина и вскоре уже хотела спешиться у колодца, но замерла, встретившись глазами с высоким мужчиной, обернувшимся к ней. Глаза его были темны, волосы — светлые, как луч солнца на снегу, а лицо бледно, как утренний иней. Это был Король Терновник, и он стоял у входа на постоялый двор, с удивлением разглядывая молодую всадницу. Тут же развернувшись, Грайне дёрнула поводья, крепче прижала к себе мальчика и как могла быстрее покинула эту площадь и город. Она опять пустила лошадь по дороге, не задумываясь о том, куда она привезёт их. Так, сама не зная, куда едет, Грайне надеялась избежать новой встречи, сулящей ей горе и скорое расставание с сыном. Дело шло к сумеркам, и впереди был виден густой лес, а на его краю возвышались крепостные стены большого поселения. — Что это за город, любезный? — спросила она, въезжая в ворота. — Дхаравал, моя милостливая госпожа. Вашу лошадь не надо ли напоить? — Благодарю вас, господин. Где у вас тут городская площадь, на ней ведь найдётся колодец? И опять она последовала указаниям горожанина, и вскоре уже хотела спешиться у колодца, но замерла, встретившись глазами с высоким мужчиной. Это был Король Терновник, и теперь бежать было некуда, потому что из длинных теней по краям площади выступали его верные егеря и охотники с собаками. — Здравствуй, Грайне. Не прошло и трёх лет, а ты уже спешишь на встречу со мной, — он улыбался, и в его улыбке молодая мать увидела закат и восход солнца, наступление слишком ранней зимы, короткое счастье материнства и горе разлуки. — Нет, я не тебя искала, — она крепче прижала к себе сына и покачала головой. — Что ты делал в Тамуре? — Просто заехал туда после ночной охоты напоить лошадь. На самом деле мы с тобой должны были встретиться здесь, в Дхарвале, моя Грайне. И я был очень удивлён, увидев тебя в Тамуре. Ну, так ты отдашь мне нашего сына? — Нет, нет, только не это… — прошептала она, с ужасом поняв, что сама судьба свела их здесь. Что многие травы растут, не ведая, что уже рождён вол, который будет пастись на них. Что реки, текущие в море, никогда не повернут вспять. И что, видно, судьба её сына — вырасти таким же жестоким и безжалостным, как и его отец. — Разве не я смогу сама растить его? — тихо спросила она. — Мой мальчик должен узнать тепло матери и понять, что такое любовь и сострадание. Наклонив голову к плечу, король смотрел на неё, уже не улыбаясь, и на его лице Грайне не увидела жалости. — Хорошо, давай сыграем в одну игру, — в его тёмных глазах появился азарт. — Узнай моё настоящее имя, и я, возможно, позволю тебе растить дитя. — Твоё имя — Король Терновник! — воскликнула она. — Нет, так говорят те, кто меня боится. Мой же отец и волшебный народец дали мне другое, древнее имя. Произнеси его и тогда… — он улыбнулся, протянув к ней руку. — Тогда ты не расстанешься со своим сыном навечно. В его крови есть магия, и он всё же нужен мне, как наследник. Он протянул ей руку, предлагая скрепить их договор рукопожатием. Не спешиваясь, Грайне подала ему ладонь и король, заставив наклониться с седла и сжав её пальцы, прошептал ей на ухо: — У тебя три дня, любимая моя Грайне. Проведи их так, как тебе хочется, потому что, если ты не назовёшь меня по имени, я, пожалуй, заберу и тебя, хотя бы на время. Твоя комната в замке три года пустует, а я скучал. Король Терновник дотронулся до лба своего спящего сына, улыбнувшись младенцу, на том они и расстались. А Грайне, опять не разбирая дороги, поехала дальше. Вскоре дорога стала забирать вверх, в лесистые предгорья, а её лошадь сильно устала. Она спешилась у начала глубокого ущелья, разрезавшего величественную горную гряду, уходящую вдаль. К ним, на свет костра, подошла парочка молодых кабанят, как будто сами предлагая себя на ужин, но Грайне прогнала их. У неё было достаточно припасов, чтобы провести эту ночь. Ночью вдалеке слышался топот копыт, ржание лошадей и лай собак, но к утру всё стихло. — Мне снилось, что отец охотится здесь, поблизости, — сказал её сын, проснувшись. — Он звал нас, а ты плакала и не смотрела на него. Они охотились сегодня на косулю и вепря. А Грайне в ответ промолчала. На следующее утро они с сыном поехали дальше, всё выше в горы, а молодая мать почти отчаялась найти ответ на вопрос. Ущелье, вдоль которого они ехали, становилось всё глубже, а тропинка всё уже. На ночь они остановились, когда смеркалось, в горах ведь рано садится солнце. К их костру на этот раз подошли две горные козочки, и Грайне уже хотела прогнать их, но малыш стал играть с животными, как будто те были домашними. Ночью, когда они заснули, вдалеке снова послышался стук копыт, ржание лошадей и лай загнанных собак, всё ближе и ближе, но к утру всё стихло. — Мне снилось, что отец охотился здесь, поблизости, — сказал её сын, проснувшись. — Он звал только меня, а ты была сердита и увезла меня. Они охотились на медведя и лисицу. В этот раз Грайне ничего не ответила, но задумалась о том, кто может охотится верхом в таких диких местах. Утро было промозглым, густой туман накрыл всё вокруг, кроме самых высоких вершин, похожих на глыбы льда. Ехать дальше было слишком опасно, даже глубокие пропасти сейчас были скрыты мглой, а возвращаться назад, не разгадав загадку, было бессмысленно. За сумрачный день они почти не продвинулись, а когда туман к вечеру спал, оказалось, что их лошадь стоит на самом краю ущелья, по дну которого протекает узкая горная река. Что-то белое виднелось на самом дне, и клочья тумана, совсем как сгнившая плоть, сползали с древнего остова, обнажая его безжалостным ветрам и палящему солнцу. — Что это? — тихо спросил мальчик, указывая вниз. — Сдаётся мне, там лежат чьи-то старые кости. — Сдаётся мне, это кости моего отца, — этот голос прозвучал позади них. Это Король Терновник явился за своим сыном. Вороной под ним был похож на демона — глаза его пылали, а ноздри раздувались. В тени от скал стояли его верные егеря и охотники, сдерживая собак. Сам же король был, как обычно, бледен и красив, в его тёмных глазах ничего не отражалось, а светлые волнистые волосы шевелил ветер. Если бы Грайне не видела его ночного облика, то сказала бы, что так выглядит сказочный принц. — Один невезучий тролль как-то сказал мне, что видал в глубоком ущелье Диких Гор кости Лесного Короля, и он не лгал, — молодой мужчина спешился и подошёл к ним, подавая руку своей любовнице, чтобы помочь ей с ребёнком спуститься с лошади. — А ты всё так же красива, Грайне. Другой бы сказал, что ты ещё можешь найти своё счастье, но я не стану. Так что с нашим уговором? Отняв у него руку, Грайне сделала шаг назад, к краю ущелья. Крик совы заставил её вздрогнуть, она прижала к себе сына крепче и уже хотела сделать ещё один шаг, последний, как снизу поднялся ветер. Его шум, проходя сквозь острые камни, издавая причудливые звуки вместе с плеском быстрой реки внизу, как будто сложился в слова: «King Blackthorn». Дикий ветер рвал подол её платья, а слова, услышанные Грайне, звучали не очень-то и разборчиво. Зажмурившись и всё пытаясь повторить их, она шептала: «Блэкторн, Блэкхорн, Блэк-херн*…» А её сын тем временем, вырвавшись из дрожащих рук матери, подбежал к Королю Терновнику, и они стали рядом, глядя в глаза друг другу и улыбаясь. Даже не глянув на Грайне, король поднял мальчика на руки и передал его одному из своих егерей. Темнело, и он не мог сам забрать сына, потому что подходило время его Дикой Охоты**. — Ты почти угадала, но ровно на половину. Так половину года и будешь ждать, когда придёт лето и тепло вернёт тебе сына на время. Зиму можешь проводить как тебе угодно, а захочешь вернуться ко мне - и зима будет твоей. — Не будь так жесток, не разлучай нас! — она не заплакала, но не сделала ни одного шага, чтобы отойти от края пропасти. — Я не жесток, а уж таков, какой есть, — улыбнулся король, садясь на свою лошадь. — Скоро мой сын подрастёт, и с холодами его потянет в леса, и он не должен быть одинок, как когда-то был я. — Тогда не разлучай и меня с сыном, — прошептала Грайне, со страхом оглядываясь назад. — Я не переживу такой долгой разлуки, лето и весна слишком коротки. — Ну что ж, если ты так просишь, вернись ко мне, и каждая зима у нас троих будет дольше лета. А нет - хватит с тебя и одного короткого лета, — он протянул ей руку, предлагая договор. — Ты всё ещё хочешь этого? Не оглядываясь больше, не говоря ни слова, Грайне торопливо подошла к нему и подала руку, позволяя королю пожать её. С тех пор про её судьбу ничего никто не слыхал, но каждая зима, следующая за последней, дольше не становилась. А в лесах у Крайних Земель по ночам стало слишком опасно ходить, потому что поговаривали, что в этих местах вместо одного жуткого зверя появились ещё два, и люди постепенно покинули эти края. А каждую зиму за Крайними Землями и по Диким горам носилась Дикая Охота, и загонщиков для неё становилось всё больше и больше.